Россия и АТР: взгляд из Владивостока

Анастасия Баранникова: был ли кризис на Корейском полуострове?

1 Июня 2013
Распечатать

Со времени окончания Корейской войны прошло немало времени, в течение которого по обе стороны 38-й параллели выросло поколение, которое не знает другой жизни, кроме как жизни в условиях «ожидания войны». Такая жизнь стала и для Севера, и для Юга нормальным состоянием, а перманентный кризис – обычным явлением, которое, собственно, как кризис уже не воспринимается. Как в старой шутке про то, что «в общежитии просыпаются не от шума, а от тишины». 

 

Новый «корейский кризис» – начало войны или конец мира, которого не было?

 

В течение последних месяцев региональные СМИ неустанно твердили о неизбежной войне на Корейском полуострове. «Корейская война-2013», «КНДР советует иностранцам покинуть регион из-за грядущей ядерной войны», «КНДР готовит ракетный удар» - вот только некоторые из заголовков сообщений, и то, пожалуй, самые спокойные. А вообще-то, все обострилось после того, как некоторые ангажированные журналисты, стремящиеся сделать имя на сомнительных сенсациях, объявили, что Северная Корея объявила войну Южной Корее. 

 

На самом деле в тексте, опубликованном ЦТАК, говорилось о том, что отныне отношения КНДР и РК переходят в состояние «военного времени», и Пхеньян в случае провокаций будет действовать по законам «военного времени». Кроме того, КНДР четко дала понять, кого считает главным виновником сложившейся ситуации. 21 марта представитель высшего военного командования КНДР заявил, что в случае провокаций удары будут нанесены по американским военным базам на Гавайях, острове Гуам, на территории РК и в Японии.  Впоследствии журналисты извинились, сославшись на «неточность перевода». Но сенсация была с удовольствием подхвачена региональными СМИ и еще долго ими муссировалась. 

 

Между тем, сама по себе постановка данного вопроса была абсурдной – в действительности, между Северной и Южной Кореями нет и не было договора о мире и даже о перемирии.  По окончании Корейской войны Договор о перемирии был подписан Северной Кореей и Соединенными Штатами Америки, представлявшими «силы ООН». Южнокорейские власти под этим договором не подписывались. Поэтому фактически. Пхеньян в одностороннем порядке подписался под тем, что не будет угрожать Сеулу, тогда как Сеул не взял на себя таких же обязательств. Таким образом, Северная Корея подписалась под перемирием, а Южная Корея – нет. С юридической точки зрения, КНДР находится с РК в состоянии перемирия, и РК при этом находится в состоянии войны с КНДР.  Абсурдная ситуации, не правда ли? И поэтому выход Пхеньяна из соглашения о перемирии является всего лишь попыткой привести ситуацию в соответствие с существующей реальностью. 

 

 

Тем временем, 1 апреля КНДР ослабила режим военной мобилизации, введенный в январе с.г., а представители США публично признали, что в КНДР не выявлено признаков масштабной мобилизации и подготовки армии к боевым действиям. Что, впрочем, не помешало Белому Дому продолжать «серьезно относиться» к угрозе со стороны КНДР, ссылаясь на угрожающую риторику. Хотя риторика на Юге мало чем от нее отличалась, особенно в среде военных. В СМИ тут же заговорили о «тревожном затишье» на Корейском полуострове. Многие эксперты призывали общественность успокоиться, доказывая, что подобная ситуация происходит не в первый раз: КНДР уже «объявляла войну» США, расторгала Договор о перемирии, отключала связь. Кроме того, Пхеньян и Сеул уже более полувека находятся в состоянии войны. И тут же сами себе противоречили, ссылаясь на то, что все-таки такой напряженности, как в этот раз, до этого никогда не отмечалось.

 

Разобраться в ситуации можно было только на месте, в КНДР, поэтому автор охотно принял приглашение посетить КНДР в составе делегации (именно приглашение, и в то время, как СМИ писали о прекращении приема иностранцев и возможной эвакуации посольств). Визит пришелся на период с 10 по 24 апреля – в самый «разгар», если верить сообщениям СМИ. Что же удалось увидеть нам и другим зарубежным гостям?

 

Репортаж из «горячей точки»

 

Приехав в Северную Корею, обнаружилось, что вопреки информации СМИ, в КНДР к войне не готовятся. Им это незачем, ведь они всегда к ней готовы – с того самого момента, как возникло это государство. Жизнь проходит в обычном ритме, проводится благоустройство улиц, мест культуры и отдыха, строительство новых объектов и ремонт старых. Многочисленные горожане и военнослужащие КНА заняты на сельскохозяйственных работах, строительстве, благоустройстве города (число занятого на данных работах населения наводило на мысль о субботнике общегосударственного масштаба). Их можно было видеть в местах отдыха и культуры: в парке аттракционов, дельфинарии, музеях и т.д. В связи с государственным праздником – днем рождения Ким Ир Сена - повсеместно проходили концерты, выставки, массовые гуляния.

 

 

В будние дни шло строительство новых объектов, обычная повседневная работа во всех официальных учреждениях, на производстве и т.д., в рамках курса КНДР на строительство экономической державы. Считается, что КНДР стала сильным государством в идейно-политическом и военном плане. Осталось стать экономической державой. Это, собственно, могло бы произойти и раньше, если бы не США и РК, своими действиями отвлекающие силы КНДР на оборону.

 

 

Впрочем, неизвестно, кто в данном случае теряет больше. КНДР перемещает войска и ракеты исключительно по собственной территории. За этими вполне законными перемещениями наблюдают США, РК и Япония, тратящие огромные деньги на обслуживание разведывательных спутников и вынужденные ответно перемещать свои войска. Не говоря уже о средствах, которые они вынуждены тратить на проведение многочисленных военных учений и пропаганду в СМИ.

 

Некоторая воинственная риторика в Пхеньяне прослеживалась, но не повсеместно и не всегда. Так, по центральному телевидению и на ЖК-мониторах в местах массового скопления людей транслировались военные песни и марши, изображение кадров Корейской войны и захваченных американских самолета и корабля, а также видеозаписи с военного парада в апреле прошлого года. Показывали митинги бойцов народного ополчения и представителей спецназа КНДР, демонстрирующих сверхчеловеческие возможности. Интонации диктора на телевидении, когда шла речь о РК и США, также выдавали некоторую напряженность.

 

Так продолжалось, по крайней мере, с 10 по 18 апреля, а затем и это пошло на спад, уступив место трансляции концертов по случаю Дня солнца, передачам о людях, отличившихся успехами на том или ином производстве и о героях труда сталелитейного предприятия «Чхоллима». Это позволяет предположить, что демонстрация воинственного настроения имела скорее внешнюю направленность и была призвана предупредить возможные неразумные шаги со стороны противников. В целом же, Пхеньян выглядел спокойным как «око тайфуна» или «в покое ожидающим утомленного врага».

 

 

Тем не менее, информация западных СМИ сделала свое дело, и число иностранных делегаций в этот раз было заметно меньше, чем, например, осенью прошлого года. Тем не менее, делегации были, так же, как и туристы. Во время пребывания нашей официальной делегации в Пхеньяне также были туристы из Китая, Японии, стран Европы и США.

 

Кстати не менее спокойно, чем в Пхеньяне, было и в Сеуле. По крайней мере, местное население все это «напряженное» время жило в обычном режиме, и у него не было ни предчувствия войны, ни ощущения кризиса. В стране не проводились учения гражданской обороны как, например, в ноябре 2010 года после перестрелки у острова Йонпхендо. Нервозность ощущалась только в среде руководства РК.

 

10 апреля даже прозвучало официальное заявление о том, что зенитно-ракетные комплексы «Patriot» PAC-3 будут неспособны поразить ракету КНДР, если она будет запущена. Но позже успокоились: в случае чего с ракетой справятся ракеты «СМ-3», размещенные на эсминцах с системой ПРО «Иджис». Так что в РК нервничать особых оснований не было, просто высшему руководству страны положено беспокоиться в рамках соглашений о сотрудничестве с США.

 

Совсем иначе обстояло дело в американских и японских СМИ. Первые всячески успокаивали ничего не подозревающее население Гуама, вторые – традиционно паниковали. Хотя в Японии паниковали не только СМИ. В Токио всерьез готовились к перехвату ракет КНДР, а в центре японской столицы у здания Министерства Обороны даже был размещен ЗРК “Patriot”. Также два корабля с зенитными ракетами большой дальности заняли позиции в Японском море.

 

Так был ли кризис?

 

Если не считать вышеуказанных деталей, то кризис если и был, то скорее виртуальный. Кому же он был выгоден и для чего был нужен очередной шум вокруг Корейского полуострова?

 

Прежде всего, необходимо вспомнить, как развивался этот кризис. 12 февраля 2013 года КНДР провела очередные ядерные испытания. Совет Безопасности ООН 7 марта принял резолюцию № 2094 с новыми санкциями. США и РК начали крупномасштабные военные учения «Ки ризолв» и «Фоул игл», которые воспринимаются Пхеньяном как «репетиция войны» и по сути таковыми и являются. Часть учений также проходила в спорной акватории (рядом с разделительной линией в Желтом море, проведенной давно в одностороннем порядке ООН и не согласованной с КНДР). В этот раз на учениях США и РК были задействованы, помимо прочего, бомбардировщики FB-22, АПЛ USS Cheyenne и бомбардировщики-невидимки B-2, способные сбрасывать атомные бомбы, что не могло не вызвать беспокойства в КНДР, а заодно и в соседних странах. США также подтянули к региону авианосные ударные группировки во главе с атомным авианосцем. В знак протеста против учений США и Южной Кореи КНДР отказалась от всех соглашений с Южной Кореей о ненападении и денуклеаризации (собственно, с Южной Кореей таковых соглашения и не было).

 

30 марта Северная Корея объявила, что отношения с Южной Кореей вступили в состояние «военного времени». 2 апреля стало известно, что США разместили у берегов Южной Кореи ракетный эсминец USS Fitzgerald, оснащенный системой ПВО и ПРО Aegis. КНДР заявила, что соглашение о перемирии потеряло всякий смысл, и отказалась от использования «горячей линии» связи с Сеулом, а также от договоренностей о предупреждении разного рода военных инцидентов. Пока США и РК отрабатывали действия против КНДР, последняя ограничивалась риторикой, направленной на предотвращение провокаций со стороны США и РК, перемещала войска и ракеты по своей территории и проверяла готовность оборонительных сооружений на островах Му и Чхандже.

 

Как и следовало ожидать, США стали уступать, когда стало ясно, что они могут спровоцировать КНДР, разжечь настоящую войну и окончательно «потерять лицо» и статус «миротворца». Интересы США заключаются вовсе не в разжигании войны (и тем более в участии в ней), а в поддержании «стабильно тяжелого» положения на Корейском полуострове. Поэтому руководство США вовремя опомнилось: демонстративно отменило планируемые испытания своей новой БР, отказалось от проведения ряда военных испытаний и даже предложило КНДР переговоры, правда, выдвинув заведомо невыполнимые предварительные условия вроде сворачивания ядерных программ.

 

Как видно, ведущую роль в эскалации напряженности на Корейском полуострове сыграли США. По мнению экспертов, обострение обстановки изначально соответствовало их интересам. Так, военное руководство Соединенных Штатов заинтересовано том, чтобы в условиях секвестра бюджета добиться выделения дополнительного финансирования под предлогом необходимости защиты своих территорий и союзников от «северокорейской угрозы». Кроме того, это позволяет США настаивать на выделении Японией и РК дополнительных средств на создание системы коллективной обороны, включая увеличение расходов по обеспечению пребывания на их территории американских ВС и закупку в США новых видов вооружений, что обеспечит загрузку предприятий американского ВПК. 

 

Также, по расчетам США, создавшаяся ситуация будет форсировать образование военно-политического блока США, Японии и РК на основе постоянно действующей схемы «2+2+2» - совещаний министров обороны и глав МИД трех стран.  По некоторым данным, Пентагон и Госдепартамент США готовят предложение о проведении внеплановых переговоров в этом формате для выработки единого плана действий трех стран на основе уже разработанного американо-южнокорейского плана. В новом документе, в частности, предусматривается подключение Сил Самообороны Японии к американо-южнокорейским учениям, а также создание системы оперативного обмена разведданными.

 

Информационная кампания, проведенная США, также была направлена на традиционные сохранение и усиление военного присутствия в регионе. С каждым новым витком «кризиса» у США появляется дополнительный повод наращивать военное присутствие в регионе. В этот раз США удалось убедить руководство Филиппин в том, что им необходима защита от «северокорейской угрозы». Руководство Филиппин уже выразило готовность поддержать США и не исключает развертывание дополнительных военных баз США на территории своей страны. Вслед за этим может последовать подобное решение руководства РК относительно базы в Чеджу.

 

Наконец, Министерство обороны Южной Кореи все еще сопротивляется идее строительства системы ПРО под руководством США, настаивая на проекте собственной системы ПРО, которая лучше приспособлена для противодействия ракетам КНДР, так как поражает ракеты на конечном участке траектории. Необходима угроза, пусть и виртуальная, чтобы «добить» руководство РК и заставить его изменить свое мнение.

 

В самой РК отдельные политики уже заговорили не только о возможности «воспользоваться своим правом выйти из Договора о нераспространении ядерного оружия», но о том, что Южная Корея имеет право обзавестись собственным ядерным оружием.

 

Аналогичные вопросы поднимаются и в Японии.  Страна Восходящего Солнца, и без того замеченная в попытках ремилитаризации, сейчас может не только форсировать отмену 9-й статьи Конституции и требовать себе права на создание полноценных ВС для «защиты», но и перейти к созданию своего ядерного оружия, благо у Японии для этого есть все технологические возможности.

 

Какое наше дело?

 

Если рассматривать других региональных акторов, то наименее заинтересованы в обострении ситуации на Корейском полуострове Китай и Россия, хотя для первого обострение ситуации на Корейском полуострове несет не только угрозы, но и преимущества. Пекин не заинтересован в начале войны и дестабилизации обстановки в КНДР. Кроме того, Пекин не заинтересован в усилении военно-политического сотрудничества Вашингтона с Сеулом и Токио, рассматривая эти инициативы США как направленные не против КНДР, а против КНР в рамках американской политики «сдерживания Китая». 

 

Однако Пекин также может извлечь политические дивиденды из сложившейся ситуации.  В частности, нарастание напряженности на Корейском полуострове дает Китаю возможность в очередной раз выступить посредником в деле урегулирования конфликта. В Пекине не сомневаются, что Пхеньян все же сядет за стол переговоров, и почти уверены, что в условиях разрыва «линий горячей связи» переговоры состоятся именно при посредничестве Китая. 

 

По оценке китайских экспертов, основой для первичных консультаций между Севером и Югом может стать обсуждение вопросов функционирования Кэсонской зоны, а поводом для переговоров – изменение Северной Кореей условий налогообложения работающих в этой зоне южнокорейских предприятий.  В результате, Пекин рассчитывает вновь занять место единственного посредника в урегулировании вопросов отношений КНДР с РК и США и единственной силы, способной оказывать влияние на Пхеньян, что дает Китаю дополнительные преимущества в решении своих собственных вопросов на американо-китайских переговорах. 

 

Что касается России, то в ее интересах мирное урегулирование ситуации на Корейском полуострове. Военный конфликт на Корейском полуострове нанес бы ей крупный экономический ущерб, так как в этом случае были бы утрачены торговые связи и заморожены трехсторонние транскорейские проекты – газопровода, железной дороги и линии электропередачи для поставок электричества на полуостров из Приморского края. Для защиты своих интересов впредь России необходимо занять взвешенную жесткую позицию относительно планов США в отношении КНДР и их усилий по наращиванию военного присутствия в СВА.

 

Вместо послесловия

 

Пока готовилась эта статья, на Корейском полуострове произошло новое событие: КНДР испытала три баллистические ракеты малой дальности. Разумеется, войска РК и Японии были вновь приведены в состояние повышенной готовности. 

 

Буквально накануне запусков в Пхеньяне побывал советник премьер-министра Японии Исао Иидзима, который встречался с высокопоставленными чиновниками КНДР и обсуждал с ними вопросы «похищенных японцев» и проблемы развития ядерной и ракетной программ КНДР, и некоторые обозреватели расценили последовавшие ракетные запуски как «свидетельство провала важных переговоров».

 

Тем не менее, не стоит думать, что Пхеньян осуществил ракетные запуски с целью продемонстрировать что-либо Токио. Вряд ли испытания БР были связаны с переговорами с японской делегацией. Скорее это были обычные, рутинные мероприятия ВС КНДР по проверке и модернизации вооружения. О них даже не сообщалось в  официальной прессе КНДР. Подобные мероприятия, направленные на поддержание боеготовности, совершенствование систем оружия и проведение практических испытаний, проводятся многими странами, и тем более страной с военно-ориентированной политикой сонгун.

 

Хотя не исключено, что потребность в испытаниях именно сейчас возникла в связи с недавней сменой министра обороны КНДР. В конце прошлого года после того, как Ким Чен Ын обновил порядка 10 процентов руководящего состава армии, обозреватели заговорили о том, что новый руководитель КНДР начал отходить от политики сонгун, предполагающей верховенство армии. Новогодняя речь Ким Чен Ына, по сути, стала ответом и опровергла эти домыслы. Недавно Ким Чен Ын назначил молодого генерала Чен Чон Нама на пост министра обороны страны (министра Корейской народной армии). Это вполне естественное кадровое решение, но после назначения нового министра обороны нелишним было подтвердить, что КНДР по-прежнему продолжает военно-ориентированную политику сонгун. Таким подтверждением стали ракетные запуски. 

 

Весьма показательно, что были запущены ракеты малого радиуса действия – этого достаточно для достижения политических целей, но недостаточно для того, чтобы спровоцировать неадекватную реакцию со стороны противников - РК, Японии и США. Пхеньян поступает так, как и должен поступать – планомерно реализуя намеченные мероприятия, развивая свою армию и демонстрируя способность защитить себя. 

 

Но воевать с КНДР сейчас никто не будет.  Единственная страна, которая могла бы пойти на это – США – не станет этого делать, поскольку война с КНДР чревата своей непредсказуемостью. К тому же Вашингтону не выгодны ни война, ни мир. Соединенным Штатам нужно поддержание стабильной угрозы, позволяющее мотивировать необходимость развертывания ПРО в АТР, поставки вооружений союзникам, сохранение американских военных баз в Японии и Южной Корее (с перекладыванием все большей финансовой ответственности за их содержание на Токио и Сеул) и т.п.  

 

Это означает, что текущая ситуация на Корейском полуострове будет сохраняться и дальше. «Стабильно тяжелое состояние» будет перемежаться обострениями, в том числе и виртуальными. Вполне возможно, что то, что сторонние наблюдатели воспринимают как кризис, на Корейском полуострове уже считается нормальным состоянием (и для Севера, и для Юга жизнь в подобных условиях «ожидания войны» стала обычной). А при выходе из данного состояния могут возникнуть настоящие проблемы, к решению которых обе стороны одинаково не готовы.

 

Анастасия Баранникова

Опубликовано в «Служу Отечеству», № 5(63), май 2013 года, с. 12-13

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Развиваем российско-китайские отношения. На какое направление Россия и Китай вместе должны обратить особое внимание?
    Необходимо ускорить темпы евразийской интеграции в рамках сопряжения ЕАЭС и «Одного пояса — одного пути»  
     71 (28%)
    Развивать сферу двусторонних экономических отношений и прикладывать больше усилий для роста товарооборота между странами  
     71 (28%)
    Развивать гуманитарные связи, чтобы народы обеих стран лучше понимали друг друга  
     45 (18%)
    Создавать новые двусторонние политические механизмы для более тесного политического сотрудничества  
     32 (13%)
    Повысить эффективность координации действий в многосторонних международных организациях  
     30 (12%)
    Ваш вариант (в комментариях)  
     3 (1%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся