Россия и АТР: взгляд из Владивостока

Гайе Кристофферсен: Российско-китайское партнерство в АТР

19 Сентября 2013
Распечатать

Введение

 

Несмотря на то, что о природе российско-китайского стратегического партнерства существует множество различных суждений, большинство западных исследователей видят это партнерство как весьма ограниченное, хрупкое и  не являющееся формальным союзом. Тем не менее, всегда существовало предположение, что сами действующие лица этого союза – Москва и Пекин, знают, что же из себя в действительности представляет это партнерство. В этой статье на примере кризиса вокруг  архипелага Дяоюйдао/Сенкаку (Д-С) показано, как Москва и Пекин не смогли прийти к единому мнению о сути и предназначении их партнерства.  

 

Реакция России на кризис вокруг Дяоюйдао/Сенкаку

 

Диспут между Китаем и Японией должен был предложить России возможность сыграть в пользу одной из сторон против другой, и в рамках этого расширить свою собственную роль в АТР –  то, что русские называют «тактикой балансирования». Десять лет назад Москва успешно поддержала Токио в противовес Пекину по поводу направления трубопроводной системы «Восточная Сибирь – Тихий Океан» (ВСТО). Однако, использование такой политики треугольного балансирования может только подорвать интеграцию России со странами Восточной Азии, что, как кажется, Москва сегодня начинает понимать. Русские надеются, что инвестиции в российский Дальний Восток будут поступать как со стороны КНР, так и со стороны Японии и, что Россия будет участвовать в экономическом росте в Восточной Азии. «Тактика балансирования» не сможет привести к построению региональной архитектуры в АТР – цели, которую продвигают многие российские аналитики, несмотря на то, что российский вариант этой архитектуры еще не ясен.    

 

27 сентября 2010 года Российская Федерация и КНР выпустили совместное заявление о региональной структуре в АТР – двустороннюю инициативу по “новой архитектуре безопасности”[1]. Данное заявление создавало ожидание того, что российско-китайское сотрудничество может стать “фундаментальным элементом новой системы безопасности в Восточной Азии и Тихоокеанском регионе ”, несмотря на отсутствие конкретных предложений.[2] В нем Россия поддерживала территориальные претензии Китая в принципе, однако в заявлении звучали лишь те территории, которые считаются ключевыми для китайских интересов – Синцзян, Тибет и Тайвань. Острова Дяоюйдао/Сенкаку не упоминались.  

 

Документ был опубликован всего спустя несколько недель после инцидента с рыболовецким судном, произошедшим 7 сентября 2010 года. Японские СМИ интерпретировали заявление как знак поддержки Россией китайских претензий к Японии.[3] Китайцы также восприняли его как поддержку со стороны России в споре о Д-С.

 

В ноябре 2010 года в рамках встречи дискуссионного клуба «Валдай» в Шанхае тема новой региональной архитектуры в АТР была продолжена. Упоминалась трехсторонняя схема сотрудничества США-КНР-РФ, которая будет решать возникающие в АТР проблемы.[4] Оптимистические настроения встречи были отражены в итоговом докладе, На пути к великому океану, или новая глобализация России.[5]  Клубом было подготовлено несколько докладов по новой региональной архитектуре в АТР в целом, и по российско-китайскому сотрудничеству в рамках этой архитектуры, в частности.

 

Россия рассчитывает на диверсификацию источников инвестиций в свою нефтегазовую промышленность, а также диверсификацию рынков сбыта. Поэтому Россия не хотела бы становиться сырьевым придатком Китая или Японии. По мнению российского исследователя, территориальный спор вокруг Д-С негативно сказывается на российской стратегии энергетической безопасности Северо-Восточной Азии.[6]

 

В сентябре 2012 года МИД России призвал Китай и Японию найти мирный выход из ситуации вокруг Д-С. Председатель комитета по международным отношениям Государственной Думы РФ Алексей Пушков отмечал, что ситуация вокруг Д-С не вызовет нарастание напряженности вокруг территориального спора России и Японии, так как это совершенно отдельные темы. Пушков также заметил, что проблема вокруг Д-С возникла из-за того, что Китай пытается утвердить себя в качестве новой сверхдержавы с которой всем странам Восточной Азии, в том числе и России, придется считаться.[7]

 

В октябре 2012 года, Николай Патрушев, секретарь Совета Безопасности РФ, во время своего визита в Токио заявил “Россия не будет занимать ни чью сторону в этом конфликте… Япония и Китай должны сами решить эту проблему путем диалога.”[8]  Американские аналитики усмотрели в этом использование Москвой тактики балансирования.[9]

 

На страницах правительственной «Российской Газеты» отмечалось, что Россия хочет многосторонних связей в АТР, и если Россия прочно расположится в «одном лагере» с КНР это может создать “угрозу ассиметричной зависимости”[10] –  Россия станет зависимой от Китая в рамках биполярной системы в АТР.

 

В октябре 2012 посол Китая в России Ли Хуэй перечислил все причины, по которым Москва и Пекин должны занимать единую позицию в ситуации вокруг Д-С: российско-китайское стратегическое партнерство, совместное заявление в сентябре 2010 года, плотные контакты и сотрудничество двух стран по многим региональным вопросам, а также их согласие о недопустимости пересмотра итогов Второй мировой войны, включая вопрос о Д-С. Российские СМИ отмечали, что китайский посол выразил озабоченность в связи с “позицией Москвы в споре Китая и Японии за острова Дяюйдао/Сенкаку.”[11]

 

Ожидания Китая

14 ноября 2012 года позицию китайского правительства выразил Го Сяньган – вице-президент Китайского института международных отношений, функционирующего под эгидой Министерства иностранных дел. Го предложил объединенный антияпонский фронт, в состав которого должны войти КНР, Россия и Республика Корея. Русские посчитали, что все это является «пробным шаром», по которому будет определена и выяснена реакция России по данному вопросу, но также и отражение мыслей китайского правительства по этому поводу, так как Го имеет достаточно тесные связи с китайским МИД.[12]

 

В ноябре 2012 года Фэн Юйцзюнь, директор Института русских исследований в Китайском институте современных международных отношений (CICIR) озвучил китайские ожидания в более тонкой манере, сказав о том, что Китай и Россия разделяют “общую ответственность не допустить нового дисбаланса в АТР, предотвратить перерастание диспутов в настоящие конфликты.”[13]

 

Янь Сюэтун, декан Института современных международных отношений Университета Синьхуа (Tsinghua University) выступил за то, чтобы Китай стремился к установлению официального союза с Россией и использовал дипломатию вмешательства для защиты своих национальных интересов, например в случае с островами Дяоюйдао, где его союзники (Россия) также будут участвовать.[14] Такой была бы роль России в этом альянсе. В начале 2012 года Янь заявил, что Россия является надежным союзником, при этом он ожидал от Москвы сотрудничества с Китаем также и потому, что это дало бы ей более весомую роль в Восточной Азии.[15]  В 2013 году он предполагал, что РФ будет ориентироваться на альянс с Китаем против США, что приведет к переходу мира к новой биполярности.[16]

 

Российские СМИ в ситуации с кризисом вокруг островов Д-С, в основном, ограничивались только сообщением фактов, хотя статья в «Голосе Росси» (Voice of Russia) ссылалась на китайские морские амбиции[17] и отмечала, что Япония была той стороной в конфликте, которая искала дипломатические пути выхода из кризиса.[18]

 

Китайские аналитики считали, что территориальные споры Китая и Японии такие же по своей сути, как и территориальные споры Японии с Россией, и что, исходя из этого, Китай и Россия могут объединить усилия по данным вопросам, с учетом их двустороннего стратегического партнерства. Такие ожидание возникли с учетом совместного заявления двух стран по ситуации в АТР в сентябре 2010 года.

 

Тем не менее, в самый напряженный период кризиса вокруг островов Дяюйдао/Сенкаку, примерно с конца 2012 года и до весны 2013-го, Китай оказывал давление на Москву, пытаясь получить дипломатическую и публичную поддержку в разгорающимся кризисе, однако без какого либо конкретного результата.

 

Визит Си Цзиньпина в Москву

 

Председатель КНР Си Цзиньпин посетил Москву 22-23 марта 2013 года. Комментарии экспертов и в США и в России не исключали, что во время своего визита Си Цзиньпин может попробовать склонить РФ на свою сторону в кризисе вокруг Д-С, но вряд ли это у него получится.[19] На страницах газеты Global Times, Дмитрий Тренин утверждал, что, несмотря на все попытки Китая завлечь Россию на свою сторону в данном вопросе, РФ сохранит независимость своей внешней политики.[20]

 

Несмотря на многочисленные заявления с российской стороны о том, что партнерство не является формальным союзом/альянсом, и Россия останется нейтральной в территориальном споре вокруг Д-С, китайские СМИ продолжали укреплять некие ожидания на этот счет. 2 марта 2013 года РФ и КНР объявили о проведении совместных крупномасштабных морских учений в Японском море под названием «Мирная миссия 2013». Газета Global Times предполагала, что морские учения станут подготовкой к будущему кризису вокруг островов Д-С, когда Россия и Китай совместно будут противостоять США и Японии.[21]

 

Значительное количество комментариев в российских СМИ однозначно выступало против обсуждения вопроса о вовлеченности России в диспут вокруг Д-С во время визита Си Цзиньпина в Москву. Евгений Томихин, советник-посланник российского посольства в КНР, отметил, что были и такие китайские эксперты, которые «выразили свою озабоченность позицией РФ вокруг по островам Дяюйдао».[22]

 

Даже после визита Си Цзиньпина в Москву российский ученый на страницах Global Times повторил, что отношения с Китаем не вышли на уровень альянса.[23] Два ученых из Московского института Дальнего Востока подчеркивали, что, несмотря на то, что РФ является единственным потенциальным союзником Китая в споре вокруг островов, Россия не станет вмешиваться.[24]

 

Мнения внутри Китая разделились

 

В рамках визита Си Цзиньпина в Москву было сделано совместное российско-китайское заявление с поддержкой ключевых территориальных интересов друг друга, но в нем ничего не говорилось о проблеме Д-С. Оно напоминает двустороннее заявления сентября 2010 года, в котором данный вопрос вообще не был упомянут.

 

Китайский эксперт рассматривает визит председателя КНР в Москву как попытку перезапустить взаимоотношения, которые не имели прогресса последние 10 лет. Он полагает, что нейтральность России в споре вокруг Д-С является примером отсутствия прочной опоры у двух стратегических партнеров и рекомендовал обеим сторонам подумать о возможных изменениях в своей внешней политике.[25]

 

Несколько дней спустя после визита Си Цзиньпина в Москву аналитик из Китайского института международных отношений (CIIS), который находится в ведении МИД КНР, озвучил более реалистичный взгляд на позицию Российской Федерации в споре вокруг островов, что “Россия не принимает чью-либо сторону” в этом вопросе и, что Китай “не искал поддержки России” в данном диспуте.[26]

 

Во время июльских совместных морских учений “Joint Seas-2013” проводившихся в Японском море, китайский и российский министры иностранных дел заверили Японию, что учения никак не связаны с территориальным спором вокруг Д-С. Японское Министерство обороны приняло такое объяснение. В редакторской колонке в газете Japan Times отмечалось, что Россия не желает быть втянутой в китайско-японские споры, несмотря на то, что Москва и Пекин часто делают “риторические шаги.”[27]

 

Тем не менее, китайская газета Global Times старалась использовать двусторонние морские учения, как констатацию факта сотрудничества России с Китаем по территориальным спорам с Японией.[28] Говоря о военных учениях в Японском море, эксперт из Китайского института современных международных отношений (CICIR) связал их с ситуацией вокруг Д-С и заявил о существовании “двух группировок” – альянса США и Японии и китайско-российского партнерства, которые будут определять международный порядок в АТР.[29]

 

Принимая во внимание весь спектр различных мнений в Китае о роли России в ситуации вокруг архипелага Дяюйдао/Сенкаку, удивительно, что никто из китайских аналитиков не пытался рассмотреть последствия для международного порядка в Восточной Азии, если бы Российская Федерация действительно выступила единым фронтом с КНР в территориальном споре. Китайские эксперты не размышляли и не обсуждали какой именно эффект новая биполярность может произвести на многостороннюю архитектуру в Восточной Азии и АТР. Некоторые аналитики, такие как Янь Сюетун, считают азиатские региональные международные организации «бесполезными».

 

Заключение

 

Если российско-китайское стратегическое партнерство втянется в кризис вокруг Дяюйдао/Сенкаку, в Восточной Азии может сформироваться новый биполярный порядок, в котором по одну сторону будут Китай и Россия, а по другую –  Япония, США, а также, возможно, почти все остальные страны Восточной Азии. В этой биполярности Российская Федерация неизбежно бы выступала в качестве «младшего партнера» при лидерстве Китая. Поэтому ее решение не вмешиваться в спор Д-С, безусловно, соответствует национальным интересам России.

 

Не так уж много россиян с энтузиазмом поддерживают нормы азиатского мультилатерализма, и немногие хорошо знакомы с ними. Тем не менее, в период обострения территориального спора вокруг архипелага Дяюйдао/Сенкаку в 2012/2013 гг. Россия поддержала многосторонний порядок в АТР, выступив против перехода к биполярной системе, которая неизбежно стала бы результатом союза России с Китаем против альянса США и Японии. Не будет преувеличением сказать, что русские «спасли многостороннюю цивилизацию в Азии», отказавшись участвовать в формировании биполярного порядка в регионе.

 

Гайе Кристофферсен, профессор Университета Джонса Хопкинса (Центр в Нанкине)

 

Перевод с английского: Андрей Козинец, аспирант Школы региональных и международных исследований ДВФУ.

 

Оригинальный текст статьи на английском языке размещен в англоязычной версии блога.



[1] Joint Statement of the Russian Federation and the People's Republic of China on comprehensive deepening of Sino-Russian partnership and strategic cooperation, September 27, 2010, http://news.kremlin.ru/ref_notes/719.

[2] Victor Larin, “Russia and China: New Trends in Bilateral Relations and Political Cooperation,” From APEC 2011 to APEC 2012: American and Russian Perspectives on Security and Cooperation in the Asia-Pacific, Rouben Azizian and Artyom Lukin, eds. (Vladivostok: Far Eastern Federal University Press and Honolulu: Asia Pacific Center for Security Studies, 2012), p. 178.

[3] Seima Oki and Kyoko Yamaguchi, “China, Russia team up on territorial claims,” Yomiuri Shimbun, September 29, 2010, http://www.yomiuri.co.jp/dy/national/T100928004811.htm.

[4] Valdai Discussion Club. Regional Stability through Harmonious Development: Russia and China in the New Global Architecture, November 25-26, 2010, valdaiclub.com/event/22125.html.

[5] Oleg Barabanov and Timofei Bordachev. Toward the Great Ocean, or the New Globalization of Russia. Valdai Discussion Club, July 2012, http://valdaiclub.com/publication/45700.html.

[6] Sergey Sevastianov, “Russia and Northeast Asia Energy Security,” in From APEC 2011 to APEC 2012, p. 49.

[7] “Corridors of Power; Moscow calls for peaceful solution to territorial dispute between China and Japan,” Interfax, September 21, 2012.

[8] “Russian security chief says territorial claims are key threat to security in Asia Pacific,” ITAR-TASS, October 25, 2012, http://www.itar-tass.com/en/c154/554623.html.

[9] Stephen Blank, “Russia Plays Both Sides Against the Middle on Senkaku Islands,”

Eurasia Daily Monitor vol. 9 issue 209, November 14, 2012.

[10] Fedor Lukyanov, "Manoeuvre Most Valuable of All, "Rossiyskaya Gazeta, Moscow, 26 September 26, 2012, “Pundits urge Russia to maintain its room for maneuver in Pacific region,” BBC Monitoring Former Soviet Union, October 5, 2012.

[11] “China insists on implementing statement that condemns falsification of WWII results,” Interfax, October 26, 2012.

[12] “Eminent Chinese expert calls on Russia and Korea to form front against Japan,” Irina Ivanova, The Voice of Russia, November 19, 2012 http://rbth.asia/articles/2012/11/19/eminent_chinese_expert_calls_on_russia_and_korea_to_form_front_again_17939.html

[13] “Russia-China rapport can be pillar of international stability,” Global Times, November 29, 2012.

[14] Yan Xuetong, “The weakening of the unipolar configuration,” in China 3.0, Mark Leonard, ed. (London: European Council on Foreign Relations, November 2012), p. 112-119, http://ecfr.eu/page/-/ECFR66_CHINA_30_final.pdf.

[15]阎学通:俄罗斯可靠吗?2012-07-24 http://yanxuetongvip.blog.sohu.com/228954473.html, accessed August 13, 2013; originally found at: Yan Xuetong, “Is Russia Reliable?” International Economic Review (March 2012), http://www.cssn.cn/news/569584.htm.

[16] Yan Xuetong, “For A New Bipolarity: China and Russia vs. America,” New Perspectives Quarterly 30, 2 (Spring 2013): 12.

[17] “Is China-Japan war imminent?” Yekaterina Kudashkina, The Voice of Russia, Jan 17, 2013, http://english.ruvr.ru/2013_01_17/Is-China-Japan-war-imminent/.

[18] “Japan seeks diplomatic solution of Senkakus issue – PM,” The Voice of Russia, February 23, 2013,

http://english.ruvr.ru/2013_02_23/Japan-seeks-diplomatic-solution-of-Senkakus-issue-PM/.

[19] Douglas H. Paal and Dmitri Trenin, “Why Xi Is Going to Moscow First,” Carnegie Endowment for International Peace, March 18, 2013, http://www.carnegieendowment.org/2013/03/18/why-xi-is-going-to-moscow-first/fres; Douglas H. Paal is Vice President for Studies. Dmitri Trenin is Director Moscow Center.

[20] Dmitri Trenin, “New era of Sino-Russian tandem begins,” Global Times, March 21, 2013, http://www.globaltimes.cn/content/769730.shtml#.UU1Gv6x-4jc.

[21] “Russia warms up for Xi's visit to strengthen cooperation,” Global Times, March 21, 2013, http://www.globaltimes.cn/content/769737.shtml#.UU1Foax-4jc.

[22] Liu Sha, “China, Russia eye next step in ties,” Global Times, March 25, 2013, http://www.globaltimes.cn/content/770344.shtml#.UU_drax-4jc.

[23] Oleg Ivanov, “Sino-Russian summit not signal of shared pivot to anti-US alliance,” Global Times, April 15, 2013. The author is chair of the Political Science Department at the Diplomatic Academy in Moscow.

[24] Natalia Mihailova, “The storm around Diaoyu Islands: seeking a peaceful settlement,” gbtimes [Gilgit Baltistan Times], March 22, 2013 http://gbtimes.com/focus/storm-around-diaoyu-islands-seeking-peaceful-settlement.

[25] “Xi's visit set to usher Sino-Russian friendship into a brand-new era,” Global Times, March 21, 2013.

[26] Su Xiaohui, “Don’t Misinterpret China-Russia Relationship,” China-US Focus, March 25, 2013, http://www.chinausfocus.com/foreign-policy/dont-misinterpret-china-russia-relationship, also on website of the China Institute of International Studies, http://www.ciis.org.cn/english/2013-03/25/content_5827004.htm.

[27] “China and Russia practicing again,” Japan Times editorial, Jul 12, 2013, http://www.japantimes.co.jp/opinion/2013/07/12/editorials/china-and-russia-practicing-again.

[28] “Sino-Russian drill stirs fears in Japan,” Global Times, July 8, 2013.

[29] Chen Xiangyang, “Sino-Russian Marine Maneuver Helps Asia-Pacific Stability,” China-US Focus, July 16, 2013, http://www.chinausfocus.com/peace-security/sino-russian-marine-maneuver-helps-asia-pacific-stability. Also found at: http://www.cicir.ac.cn/english/newsView.aspx?nid=5123. Chen Xiangyang is Deputy Director of the Institute of World Political Studies at the China Institute of Contemporary International Relations.

 

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся