Россия и АТР: взгляд из Владивостока

Андрей Губин: Вынесет ли наш "боливар" российский Дальний Восток?

11 Декабря 2013
Распечатать

На заседании Государственной комиссии по вопросам развития Дальнего Востока, Бурятии, Забайкалья и Иркутской области 2 апреля 2013 г. Председатель Правительства России Д. Медведев утвердил государственную программу "Социально-экономическое развитие Дальнего Востока и Байкальского региона до 2025 г.". Конкретное проектное наполнение ожидается в рамках федеральной целевой программы "Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Байкальского региона на период до 2018 г.", которая разрабатывается Министерством развития Дальнего Востока. Согласно расчётам ВНЕЗАПНО регион получит ежегодно 100−110 млрд руб. федеральных средств[1]. Крайне хочется верить, что это действительно произойдёт, и средства не будут потрачены "как обычно" (на падающие елки, ямочный ремонт, брусчатку, а также невидимые невооруженным глазом инновационные решения).

 

Это лишний раз доказало, что Дальний Восток привлекает значительное внимание российского руководства. И это неудивительно, учитывая, что на 36% территории страны проживает менее 5% её населения, а колоссальные запасы природных ресурсов сочетаются с неразвитой инфраструктурой и нарастающей депопуляцией населения. По этйо же причине, но  с гораздо менее бескорыстными намерениями наша изобильная и малонаселенная земля интересна и другим правительствам - по пугающим западным оценкам, в случае неудачи в деле развития Дальнего Востока Россия рискует превратиться в "неконкурентоспособную полупериферию", способную только на поставку необработанного сырья[2].

 

Новая Концепция внешней политики Российской Федерации отмечает, что "возрастающее значение приобретает укрепление позиции России в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР), что обусловлено принадлежностью нашей страны к этому самому динамично развивающемуся геополитическому пространству, куда последовательно смещается центр тяжести мировой экономики и политики. Россия заинтересована в активном участии в интеграционных процессах в этом регионе, использовании его возможностей при реализации программ экономического подъёма Сибири и Дальнего Востока, в создании в АТР транспарентной и равноправной архитектуры безопасности и сотрудничества на коллективных началах".

 

Однако даже официальные органы признают, что "экономика Дальнего Востока находится в прямой зависимости от общей ситуации в стране, а также от ситуации на рынках Азиатско-Тихоокеанского региона, так как является подсистемой национальной экономики"[3].

 

По ряду оценок, Дальний Восток и Забайкалье имеют несколько конкурентных преимуществ, которые можно максимально использовать. Во-первых, это непосредственный выход на динамично развивающиеся рынки АТР, прежде всего Китая и Юго-Восточной Азии (ЮВА), которые суммарно составляют около 20 трлн дол. и, несмотря на кризис 2008–2009 гг., за последние 5 лет увеличились примерно в 1,5 раза. Во-вторых, наличие богатейшего ресурсного потенциала, включая запасы угля, углеводородов, гидроэнергетических ресурсов, железной руды, цветных и редкоземельных металлов, лесных ресурсов и т.п. В-третьих, климатическое разнообразие, позволяющее решать любые задачи по развитию промышленности и сельского хозяйства. В числе недостатков неизменно называются низкая плотность населения, усиливаемая неразвитостью социальной сферы, отсутствие необходимой инфраструктуры и, как следствие, неразвитость внутреннего рынка и однобокость развития экономики макрорегиона с уклоном в сырьевой сектор[4].

 

По словам главы Минэкономразвития России А. Белоусова, "для того, чтобы максимально полно реализовать имеющийся потенциал и в целом обеспечить ускоренное развитие Дальневосточного макрорегиона, необходимо сконцентрировать усилия на четырёх приоритетных направлениях". "Первое – это опережающее развитие транспортной и энергетической инфраструктуры. Второе – создание условий для реализации 15–20 крупных комплексных инвестиционных проектов с длительными сроками окупаемости и перспективой формирования на их основе новых центров развития. Третье – это формирование конкурентоспособного рынка на территории Дальнего Востока и Байкальского региона. Четвёртое – развитие человеческого потенциала путём создания комфортных условий для жизни граждан, развития современных образовательных и научных центров"[5].

 

Вместе с тем после оглашения намерений комплексного развития территории до сих пор нет никаких данных относительно портфеля иностранных инвестиций в регион, что, вероятно, вызовет непонимание у потенциальных иностранных партнёров. Даже известный своими патриотичными взглядами экс-полпред в ДФО В. Ишаев отмечал: "Россия на сегодняшний день недостаточно использует возможности сотрудничества с Азиатско-Тихоокеанским регионом, где самые высокие в мире темпы экономического роста"[6].

 

В связи с этим можно предположить, что сегодня реальной угрозой для России на азиатском направлении руководству страны видится все же опасность подрыва экономического суверенитета в районе Дальнего Востока, что обусловлено прежде всего сырьевой направленностью экспорта и увеличивающейся зависимостью от Китая при одновременном уменьшении его интереса к проектам, отвечающим задачам развития нашей территории. При этом, несмотря на массу пессимистичных оценок, политический суверенитет в регионе имеет устойчивые позиции – центробежных тенденций ни по внутренним причинам, ни ввиду внешнего влияния не просматривается. Тем более после того, как любовь к "правому рулю" официально перестало приравниваться к измене Родине.

 

Как видится, для решения экономических задач, в частности для выравнивания благосостояния населения и степени развитости инфраструктуры, может быть оправдана диверсификация связей на восточном направлении с расширением формата участия других стран в российских инициативах на равноценной, недискриминационной основе. Учитывая, что 61% запланированных Программой 10 трлн руб. – внебюджетные средства, предлагается привлечь и значительные капиталовложения из-за рубежа. Интересно, что на Приморский край приходится совокупно 1,4 трлн инвестиций, из них на краевой бюджет − только 33 млрд[7]. В этой связи крайне важно уделить внимание финансовой и организационной составляющим, конкретным условиям участия в проектах. Если конкретно -  "нужно больше золота!".

 

Можно предположить, что значительные средства, полученные российским правительством за последнее время преимущественно от экспорта углеводородов, целесообразнее первоначально направить на развитие отраслей с быстрой окупаемостью. Развитие Дальнего Востока в ближайшие 10−15 лет может быть сугубо убыточным ввиду необходимости воссоздания практически с нуля социальной, производственной и транспортной инфраструктуры. Предполагаемый Программой рост валового продукта к 2025 г. в 2,2 раза, скорее всего, не даст ощутимого эффекта как раз из-за высоких издержек и инфляции.

 

Крайне показателен для России опыт США, которые развивают торговые блоки в целях расширения и укрепления политических связей. Потому для нашего государства целесообразно хотя бы номинально включаться во все действующие механизмы сотрудничества с особым вниманием на Восточноазиатский саммит и Транстихоокеанское партнёрство для отслеживания актуальной повестки и закрепления собственных позиций[8].

 

Однако ситуация осложняется тем, что наиболее очевидные партнёры России на Дальнем Востоке – государства АТР – пока не торопятся строить зиккураты вкладывать серьёзные средства в развитие российской территории. Создаётся стойкое впечатление, что Пекин усматривает  в Дальнем Востоке России прямого конкурента своим Северо-Восточным провинциям и крайне неохотно говорит о конкретных инвестициях. Токио, несмотря на провозглашённый значительный успех формата 2+2 и явную взаимную «искру» между Путиным и Абэ, также пока не спешит с полными кимоно йен. Единственным надёжным и реальным, а не толкиеновским, инвестором в экономику, в частности, Приморского края является Республика Корея. Однако реальные намерения Сеула (который хоть и одна из самых вестернизированных, но все же азиатская столица!) еще предстоит выяснить. Еще более сложный вопрос - что именно следует отдать на откуп иностранным компаниям, а что не отдавать ни за какие коврижки...

 

Автор: А.В.Губин, к.п.н., руководитель научных программ Азиатско-Тихоокеанского центра РИСИ (г.Владивосток), доцент Школы региональных и международных исследований ДВФУ. andrey.gubin@mail.ru



[1] http://www.dfo.gov.ru/index.php?id=13&oid=3353

[2] Blank S. J. Toward a New Chinese Order in Asia: Russia’s Failure : NBR special report; The National Bureau of Asian Research. Seattle ; Washington D.C., 2011. March. № 26. P. 13.

[3] http://minvostokrazvitia.ru/press-center/news_minvostok/?ELEMENT_ID=972

[4]  http://www.interfax-russia.ru/FarEast/view.asp?id=392081

[5] Заседание Государственной комиссии по развитию Дальнего Востока, Республики Бурятия, Забайкальского края и Иркутской области: стенограмма заседания // Правительство Российской Федерации URL: http://government.ru/news/1139

[6] http://gosrf.ru/news/9133/

[7] http://primamedia.ru/news/economics/05.04.2013/268246/na-razvitie-primorya-videlyat-v-dva-raza-bolshe-sredstv-chem-na-sammit-ates.html

[8] Севастьянов С. В. Новые проекты азиатско-тихоокеанской интеграции // Мировая экономика и международные отношения. 2011. № 1. С. 48–54.

 

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся