Блог по кибербезопасности

Киберпреступность: реальность и мифы

18 Мая 2012
Распечатать
Поделиться статьей


Правительства ведущих стран мира (Россия, США, Китай) уделяют все больше внимания  проблемам кибербезопасности. Эта тенденция прослеживается на примере последних новостей о попытках налаживания сотрудничества в этой сфере между отдельными странами, а также разработке законопроектов, например CISPA или SOPA. Данный тренд может быть обусловлен тем, что правоохранительные органы сегодня не имеют прочной законодательной базы и необходимого опыта для борьбы с киберпреступностью. Их активизация объясняется именно необходимостью наверстывания упущенного в прошлые годы для выстраивания эффективной сиcтемы кибербезопасности в настоящем и будущем.



 



Кто же угрожает сегодня глобальной кибербезопасности? Это, прежде всего, террористические группировки, цель которых заключается в кибертерроризме. Именно этот вид киберугроз представляет наибольшую опасность, так как направлен непосредственно против объtктов инфраструктуры (атомные электростанции, центры управления полетами). Следующий вид - вебактивисты, которые выражают свое несогласие с каким-либо событием посредством хакерских атак и других разновидностей киберпреступности. Наконец, последний вид - объединения независимых хакеров, которые входят в контакт друг с другом под вымышленными никами для проведения какой-либо совместной акции. К каждому виду необходим особый подход, требующий различных схем противодействия.



 





 



Различное восприятие в мировом сообществе проблемы киберпреступности существенно осложняет подписание единого глобального документа, способного стать законодательной базой для борьбы с киберпреступностью. Можно выделить две основных проблемы, которые существуют на данный момент. Во-первых, во многих странах отсутствует определение кибепреступности, и его крайне сложно унифицировать в глобальном масштабе. Во-вторых, в мире различное отношение к этому явлению. Где-то это является преступлением, а где-то всего лишь нарушением общественного порядка. По мнению Е.В. Касперского, то, что запрещено в реальной жизни, должно быть запрещено и в кибепространстве.



 



Ряд экспертов полагают, что разработчики антивирусных программ имеют определенный интерес в подпитке иллюзии страха относительно киберпреступности, так как разработка новых программ приносит им немалый доход. Возможно, что частично данная версия имеет право на существование. Но тот же Е.В. Касперский подчеркивает в своих интервью, что современные угрозы не новы, и он предупреждал о них десять лет назад. В любом случае, нельзя не признать, что порой масштабы проблемы киберпреступности излишне "раздуваются". Другой вопрос, в чьих интересах подобная политика.



 



Действительно, несмотря на всю риторику относительно угрозы кибертерроризма, за последние десять лет можно вспомнить лишь о трех действительно масштабных киберпреступлениях. Это отключение электроэнергии на Северо-Востоке США в 2003 году, атака на Эстонию и ядерные объекты Ирана. Несмотря на значительный масштаб этих акций, их частотность невысока.



 





 



Возможна ли глобальная кибервойна и будет ли в ней победитель? Еще один вопрос, которым задаются многие политики и специалисты. На сегодняшний момент кибервойна представляется маловероятной, и может служить лишь в качестве поддержки внешнеполитической акции того, или иного государства. В глобальной же кибервойне просто не может быть победителей и проигравших, так как крайне проблематично оценить ущерб и боевые потери. 


Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся