Via Militaris & Via Egnatia

Премьер-министром Сербии стал "наследник" Милошевича

29 Июня 2012
Распечатать


Возвращение во власть экс-социалистов на Балканах – явление давно замеченное. В Болгарии в начале 90-х они по сути никуда не уходили. В Словении политический олимп у Демократической партии отвоёвывает левоцентристская "Позитивная Словения". В последние два года отвоевали главные посты у партии коррупционеров ХДС социал-демократы Хорватии.



 



Но де-факто в нынешней сербской политике позиция относительно центра имеет небольшое значение. Все согласны, что нужно улучшать жизнь, и делать это посредством рыночной экономики. У всех это получается примерно одинаково. Гораздо важнее, что и как будет сделано по вопросам безработицы (приближается к 25%), невысокой зарплаты (370-380 евро) и проблеме сочетания Косово с ЕС. Политики это понимают, поэтому свою программу не конкретизируют, предпочитая делать красивые, но аморфные заявления. Вот и новый премьер уже сказал, что во внутренней политике власть «будет эффективной, и принимать решения на основе договора», не будет «проевропейской, прорусской, проамериканской и прокитайской», но будет «работать в интересах граждан Сербии».







Дело в том, что ещё год назад Дачич говорил резче и определённее, что в общем и привело его к власти.  В ходе 50-дневного избирательного марафона, начавшегося 6 мая и закончившегося только сейчас, Дачич показал воистину хитрость Одиссея. Лидер партии, номинально претендующей не больше, чем на десяток мест в парламенте, замкнул на себе перспективы двух главных фаворитов (партии Николича и Тадича), по-сути единолично сделав одного из них равным союзником в правительстве и отправив в оппозицию другого.



 



У Дачича было много времени, чтобы научиться премудростям политической борьбы у Милошевича. Он пришёл в партию в 1992 году в возрасте 26 лет на и был пресс-секретарём вплоть до «Бульдозерной революции» 2000 года. На такой малозаметной, но важной технически должности невозможно долго просидеть, если ты открыто демонстрируешь несогласие с генеральной линией. Так что либо дух инакомыслия в нём отсутствовал, либо он его хорошо камуфлировал. С другой стороны Дачич был и не из тех, кто вершил политику в правительстве, разговаривал с ООН и НАТО, отдавал приказы армии и контролировал спецслужбы. В итоге он не только не только проскользнул между Сциллой «демилошевизации», но и не стал Харибдой демократических трансформаций. В 2000 году Дачич стал заместителем председателя СПС и даже занял на 4 месяца должность министра информации в техническом переходном правительстве.



 



В 2006 году Дачич возглавил СПС в тот момент, когда дела у ней шли откровенно плохо. В 2003-м, 2007-м и 2008-м партия получала всё меньше мест в Скупщине (22,16,11 соответственно), набирая 5-7% голосов. Социалисты оказались во второй волне – и неизвестно, сколько бы продержался новый руководитель, если бы не внимание Бориса Тадича.



 



Став в 2008-м президентом во второй раз, Тадич опять столкнулся с необходимостью ликвидировать парламентскую оппозицию сильной в то время Радикальной партии Воислава Шешеля. Это нужно было сделать математически – чтобы принимались  законы. И идеологически – кто-то должен был прикрыть тылы в случае возникновения непопулярных решений. На эту роль подходил лидер СДП Дачич. Он был назначен на заметный пост первого вице-премьера и получил совсем не технический портфель министра внутренних дел. Для Дачича это был шанс подтянуться к конкурентам – демократам бывшего президента Воислава Коштуницы и радикалам Шешеля, от которых вскоре после выборов откололась Прогрессивная партия Николича.



 



Должность была непростая – именно Дачич технически отвечал за поимку обвиняемых в военных преступлениях Радована Караджича, Ратко Младича, Горана Хаджича и передачу их Гаагскому трибуналу. Но он не только не стал козлом отпущения, но и извлёк возможность сколотить собственный политический капитал. Помогли события в Косово, начавшиеся летом 2011 года.





«Красная линия для Белграда - это вооруженное нападение Хашима Тачи на сербов в Косово. Тачи должен знать, что атака против косовских сербов будет означать атаку против Белграда. Сербия не может и не будет на это спокойно смотреть», – это громкое заявление, растиражированное в ноябре 2011 российскими СМИ, появилось тогда, когда в дело стали вмешиваться миротворцы  KFOR, а Белград решил подписать с Приштиной договоры о региональном сотрудничестве и согласиться на ограниченное признание.



 



В канун выборов добавлялись всё новые высказывания, действия и мотивы.  Дачич предлагал разделить Косово на две части - сербский север и албанский, приглашал туда российских миротворцев и ездил в Москву завязать дружбу с Сергеем Шойгу (с которым ранее договорился об открытии в сербском Нише базы МЧС), Сергеем Мироновым и митрополитом Кириллом. Внутри страны он пообещал, что СПС будет идти "по пути Тито", и что сербы не вступят в ЕС униженными. Также Дачич заявил, что уважает Воислава Шешеля как сербского патриота и даже покритиковал будущего президента Николича за то, что по вопросу Косова он не говорит всю правду.



 



Всё это не могло не повлиять на результат парламентских выборов 6 мая. Набрав 14%, СПС (в коалиции в социальной Партией пенсионеров и популистической «Единой Сербией») в два раза увеличила свой электорат и завоевала 44 кресла, незначительно уступив коалиции Николича «Сдвинем Сербию» (24%, 73 мандата) и ещё меньше - блоку Тадича «Демократический выбор» (22,1%, 67 кресла).



 



Это был тот случай, когда победа в матче за третье место лучше поражения в финале. Значительный скачок по сравнению с негативными нулевыми поставил на повестку дня главный вопрос – кого выберет в коалицию Дачич.





Тут началось самое интересное. В промежуток между распределением депутатских кресел и вторым туром президентских выборов (6-20 мая). Дачич заявил, что, если Тадич станет президентом, то ему «на то, чтобы договориться, хватит и 15 минут». Это должно было заставить нервничать Николича, чтобы не получить в случае победы оппозиционный парламент. Видимо, так он и решил. 2 июня, уже после выборов, он заявил, что договор с демократами является выдумкой журналистов. А ещё через дней добавил, что вообще для него нет разницы, с кем вступать в союз. «По сравнению с Тадичем и Николичем я – больший националист, они же скорее еврофанатики». При этом отмечая, что все слухи о переговорах с СПП – несусветная чушь.



 



Это не всё. Дачич решил напустить больше туману, дав повод слухам об объединении с либеральными демократами другого экс- вице-премьера Чедомира Йовановича (ЛДП). Эти два имени склоняли применительно к альянсу с демократами Тадича, да и сам лидер ЛДП не скрывал, что открыт к диалогу. Но 26 июня он заявил, что партия отказывается от дальнейших переговоров, добавив, что Дачич не обсуждал контуры демократического кабинета, но склонял его на переход в альянс к Николичу. Это и заставило аналитиков предположить, что окончательный выбор сделан в пользу Николича. Новость подтвердилась в течение следующих двух дней.  



 



Дачич значительно преуспел в игре, которую начал, и пока видимо не чувствует, что увлёкся. Для него всё только начинается – министерский пост вполне может стать для 46-летнего политика трамплином на новую политическую высоту. Но для этого придётся одновременно стать проевропейским, пророссийским, проевропейским и даже прокитайским, одновременно оставаясь просербским. Новому сербскому правительству предстоит пробиваться в ЕС, не отказываясь при этом от Косово, поддерживая дружеские отношения с Москвой и Вашингтоном и при этом не забывая об уровне жизни с безработицей. Сциллу и Харибду придётся проходить ещё много раз, так что сербскому Одиссею всё-таки придётся показать своё истинное лицо.




Поделиться статьей

Текущий опрос

Какой исход выборов в Конгресс США, по вашему мнению, мог бы оказать положительное влияние на российско-американские отношения в краткосрочной перспективе?

Прошедший опрос

  1. Каким образом заявления В.В. Путина в послании Федеральному Собранию и показ новых стратегических вооружений скажется на международной безопасности в ближайшие годы?

    Следует ожидать гонки вооружений ведущих государств мира, что приведет к неконтролируемой эскалации военно-политической напряженности во всем мире  
     155 (43%)
    Сделанные заявления и показ супероружия скорее завершают начатый ранее процесс обновления Вооруженных Сил России в ответ на вызовы современности, к этому на Западе давно были готовы — существенных изменений в глобальном балансе сил не произойдет  
     142 (40%)
    На наших глазах возвращается Ялтинско-Потсдамский мировой порядок, в которой Россия определенно играет роль одного из полюсов, что позволит иметь более стабильную архитектуру международной безопасности  
     53 (15%)
    Ваш вариант ответа. В комментариях  
     8 (2%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся