Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 13, Рейтинг: 5)
 (13 голосов)
Поделиться статьей
Илья Кравченко

К.полит.н., американист, эксперт РСМД

Колонка автора: Политическая жизнь США

Стратегия национальной безопасности (далее СНБ) — важнейший политический концептуальный документ в системе исполнительной власти США. Начиная с 1947 г., когда был принят определяющий для всей системы американской национальной безопасности закон «О национальной безопасности», утвердивший создание ЦРУ и Совета по национальной безопасности, глава Белого дома должен был отчитываться перед Конгрессом о своих планах и намерениях в вопросе выстраивания и обеспечения государственной безопасности.

Однако, только согласно Закону Голдуотера-Николса, принятому в 1986 г., президент обязан ежегодно представлять в открытом и закрытом вариантах текст именно СНБ. Но добиться подобного от главы государства крайне сложно. Так, у Р. Рейгана было 2 стратегии, у Дж. Буша 3, а вот Б. Клинтон постарался максимально часто производить СНБ, практически ежегодно. Все-таки перед Клинтоном стояла непростая задача: СССР больше нет, а Pax Americana так и не сформировался. Этим, кстати, были вызваны и названия документов: «Стратегия национальной безопасности вовлечения и расширения» (1994–1996 гг.) или «Стратегия национальной безопасности для нового века» (1997, 1998 и 2000 гг.) или «Стратегия национальной безопасности для глобальной эпохи» (2001 г.) Но затем президента-демократа сменил президент-республиканец, на долю которого выпало одно из самых тяжелых потрясений за всю историю национальной безопасности США — 9/11. Уже на следующий год выходит СНБ Дж. Буша-младшего, в которой он акцентирует внимание не только на ведущей роли Америки в мире, но и на борьбе с терроризмом, продвижении демократии во всем мире, а также на использовании превентивного подхода — готовности наносить удары по противнику даже в том случае, если время и место его атак на Америку доподлинно неизвестны.

В каком-то смысле, СНБ Д. Трампа возвращается именно к бушевской стратегии от 2002 г., вновь объявляя врагами США «спонсирующие нестабильность» Иран и КНДР, а акцент ставится и на борьбу с терроризмом. Ключевое отличие заключается в том, что Россию тогда еще рассматривали в качестве потенциального стратегического партнера, а к российской демократии не относились с таким уровнем недоверия и критики.


Стратегия национальной безопасности (далее СНБ) — важнейший политический концептуальный документ в системе исполнительной власти США. Начиная с 1947 г., когда был принят определяющий для всей системы американской национальной безопасности закон «О национальной безопасности», утвердивший создание ЦРУ и Совета по национальной безопасности, глава Белого дома должен был отчитываться перед Конгрессом о своих планах и намерениях в вопросе выстраивания и обеспечения государственной безопасности.

Игорь Иванов:
Градус Трампа

Однако, только согласно Закону Голдуотера-Николса, принятому в 1986 г., президент обязан ежегодно представлять в открытом и закрытом вариантах текст именно СНБ. Но добиться подобного от главы государства крайне сложно. Так, у Р. Рейгана было 2 стратегии, у Дж. Буша 3, а вот Б. Клинтон постарался максимально часто производить СНБ, практически ежегодно. Все-таки перед Клинтоном стояла непростая задача: СССР больше нет, а Pax Americana так и не сформировался. Этим, кстати, были вызваны и названия документов: «Стратегия национальной безопасности вовлечения и расширения» (1994–1996 гг.) или «Стратегия национальной безопасности для нового века» (1997, 1998 и 2000 гг.) или «Стратегия национальной безопасности для глобальной эпохи» (2001 г.) Но затем президента-демократа сменил президент-республиканец, на долю которого выпало одно из самых тяжелых потрясений за всю историю национальной безопасности США — 9/11. Уже на следующий год выходит СНБ Дж. Буша-младшего, в которой он акцентирует внимание не только на ведущей роли Америки в мире, но и на борьбе с терроризмом, продвижении демократии во всем мире, а также на использовании превентивного подхода — готовности наносить удары по противнику даже в том случае, если время и место его атак на Америку доподлинно неизвестны.

В каком-то смысле, СНБ Д. Трампа возвращается именно к бушевской стратегии от 2002 г., вновь объявляя врагами США «спонсирующие нестабильность» Иран и КНДР, а акцент ставится и на борьбу с терроризмом. Ключевое отличие заключается в том, что Россию тогда еще рассматривали в качестве потенциального стратегического партнера, а к российской демократии не относились с таким уровнем недоверия и критики.

Теперь же, в СНБ от 2017 г. прямым текстом говорится, что «Россия стремится ослабить влияние США в мире и отделить нас от наших союзников и партнеров». Авторы подчеркивают, что Москва «рассматривает НАТО и ЕС в качестве угроз», и при этом «вмешивается во внутренние дела государств по всему миру». В контексте жесткой внутриполитической борьбы внутри самих Соединенных Штатов, в документе много говорится о кибербезопасности и противодействии информационной войне. В этой связи, особое место отводится России, которая «использует информационные средства для попытки подрыва легитимности демократий». Тем самым авторы документа уводят из-под удара президента, в очередной раз подчеркивая, что Трамп согласен с выводом американского разведывательного сообщества об имевших со стороны Москвы хакерских атаках.

В целом, весь этот жесткий и максимально критичный в отношении России тон, свидетельствует о явном участии в составлении текста СНБ специального советника президента и старшего директора по Европе и России в Совете по национальной безопасности Ф. Хилл. Она имеет крайне скептическое мнение о многих процессах, происходящих в политической жизни России, а также неоднократно отрицательно высказывалась о В. Путине (с которым, кстати, знакома лично). Несмотря на это, 14 декабря 2017 г. известное американское издание The Washington Post (очень предвзято описывающее все, что связано с Трампом, стоит отметить) опубликовало статью, в которой, ссылаясь на свои источники, усомнилось во влиянии Хилл на президента. Тем не менее, проанализировав множество аналитических статей Хилл в ее бытность экспертом Брукингского Института и ее монографии, бросается схожесть с текстом Стратегии не только содержательного, но и стилистического подхода к России.

Помимо российской проблематики интересен и расклад угроз американскому влиянию через своеобразный порядок приоритетов. Сначала речь идет о КНР, которая, несмотря на «надежды» США, «увеличила свою мощь посредством суверенитета других», да еще и не смогла «либерализоваться». Потом авторы переходят к России. А далее в тексте говорится о «режимах, нарушающих принципы свободных и цивилизованных государств». Имеются в виду конечно же Иран и КНДР. И только потом в тексте затрагиваются террористические организации. То есть, согласно концепции Трампа, основное противостояние у Соединенных Штатов происходит и будет лишь усиливаться с Китаем и Россией. И только потом идут столь ненавистные ему Иран, КНДР и террористы.

Другими словами, Вашингтон возвращается в логику своеобразной холодной войны. Четко обозначены соперники: Москва и Пекин. Более того, неоднократно говорится о том, что оппонент будет использовать любые методы для достижения своей цели, а именно снижения влияния США в мире. И американцам следует «приготовиться к такого рода противостоянию», в том числе и путем значительного увеличения численности вооруженных сил, модернизации ядерного арсенала, тотальный отказ от «невыгодных» договоренностей предыдущих администраций. Новая гонка вооружений в итоге не то, что даже не желательна, а она скорее становится необходимостью. А раз противостояние уже идет, то действовать Вашингтону нужно решительно и с использованием максимально широкого спектра современных средств и методов, включая информационное воздействие и публичную дипломатию. Сам факт, что в документе словосочетание «холодная война» упоминается 7 раз (больше было только у Б. Клинтона, пытавшегося создать мироустройство после распада СССР и ставившим в приоритет именно «post-Cold War»), уже говорит о непростом видении и оценках американскими стратегами современного миропорядка. К слову, в СНБ Б. Обамы от 2015 г. словосочетание «холодная война» упоминается лишь дважды.

Не забыли авторы нынешней СНБ и о привязке текста к непростому политическому стилю 45-го главы Белого дома. Недаром из раздела мировых угроз убрали «изменения климата», а также разделили СНБ на четыре «столпа» концепции Трампа: «Защита американского народа, родины и американского образа жизни», «Обеспечение американского процветания», «Сохранение мира посредством силы», «Расширение американского влияния». Помимо этого, главный предвыборный лозунг одиозного президента «Сделаем Америку снова великой!» просочился и в СНБ в виде постоянного упоминания о важности введения по сути протекционистских мер в экономике, ужесточении контроля за границами и незыблемости американского образа жизни.

От президента-популиста вполне ожидаешь популистской стратегии. Отчасти Трамп уже неистово реализовывает (скорее, правда, пытается реализовать) большую часть своих громогласных предвыборных обещаний. Но в вопросах обеспечения национальной безопасности и внешней политики, он занял твердую позицию, которая подкрепляется конкретными шагами, часть из которых приветствуется даже его оппонентами, например, по российскому направлению. Вполне вероятно, что написанное в СНБ отнюдь не будет являться лишь очередным популистским памфлетом одиозного президента, а станет реальным предписанием к действию.

Оценить статью
(Голосов: 13, Рейтинг: 5)
 (13 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся