Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 4, Рейтинг: 2.25)
 (4 голоса)
Поделиться статьей
Антон Найчук

К.полит.н., эксперт Международного центра прогрессивных исследований, Украина

Украина продолжает находиться на пути собственного международного самоопределения и государственного моделирования. Процесс европейской и евроатлантической интеграции осложняется внутриполитическими обстоятельствами и внешнеполитической конъюнктурой. В статье представлены актуальные оценки политического процесса в стране и возможные сценарии развития событий на ближайшие пять лет.

Украина продолжает находиться на пути собственного международного самоопределения и государственного моделирования. Процесс европейской и евроатлантической интеграции осложняется внутриполитическими обстоятельствами и внешнеполитической конъюнктурой. В статье представлены актуальные оценки политического процесса в стране и возможные сценарии развития событий на ближайшие пять лет.

Распад Советского Союза стал началом формирования новой независимой страны на карте мира. Перед Украиной открылись беспрецедентные возможности развития собственной государственности, моделирования современной демократической политической системы, реализации экономического потенциала, консолидации гражданского общества и самоопределения на международной арене. Сегодня, после 25 лет самостоятельности, Украина в очередной раз убедилась в сложности, длительности и зависимости этих процессов от множества субъективных и объективных обстоятельств. Создание прогрессивного государства – долгий путь, а четверть века – лишь небольшой этап, который не только формирует актуальные общественно-политические тренды и экономические тенденции, но также требует должного подведения итогов для осуществления будущих преобразований.

Современные тренды украинской политики

Сегодня, когда Украине необходимо сделать шаг вперед на собственном пути политического реформирования и обретения долгожданной стабильности, а нам – представить прогноз относительно временных рамок достижения стратегических целей, их перспектив и проблемных аспектов, страна продолжает искать выход из сложной ситуации. Определив курс европейской и евроатлантической интеграции как приоритет внешнеполитической стратегии, Украина стала центром геополитического противостояния, продолжая находиться в орбите влияния Российской Федерации. Кроме внешнеполитических проблем страна переживает ряд сложностей, связанных с практическим воплощением реформ, моделированием новой общественно-политической системы, борьбой с коррупцией и становлением нового поколения государственных деятелей, способных инициировать прогрессивные преобразования в координации с общественным мнением.

Расширяя масштабы торговли с Евросоюзом в качестве главного приоритета, Украина по-прежнему остается в сфере влияния России.

Не теряют своей актуальности вопросы экономического характера, определяющие современные политические веяния в стране. Украина активно занимается расширением торговых отношений со странами Евросоюза, позиционируя это как один из приоритетов европейской интеграции. При этом на фоне противостояния с Москвой сохраняется стабильно негативная динамика двусторонних экономических отношений. Украина продолжает переживать последствия тяжелого кризиса, пошатнувшего экономики некоторых постсоветских стран и сопровождаемого беспрецедентной инфляцией, падением ВВП и последующим ухудшением уровня жизни населения. Украина продолжает быть активным потребителем внешних заимствований, получив очередной транш от МВФ в рамках существующей программы кредитования. В то же время, несмотря на сотрудничество с фондом и внедрение зоны свободой торговли с ЕС, экономика страны пока не стала на путь стабильного развития. Причина в недостаточной эффективности существующих инструментов и регуляторов инвестиционного климата, а также в боевых действиях на Востоке Украины. Указанные факторы создают негативное воздействие на приток иностранного капитала и его свободный оборот в экономике страны.

Проблема Донбасса наносит заметный урон не только развитию партнерских связей с западными партнерами, но и несет в себе большую политическую угрозу и социальный подтекст.

Перечисленные тренды имеют решающее значение при формировании действующей политической повестки в стране, определяя вектор дальнейшего развития ситуации в краткосрочной перспективе. Также следует учитывать угрозу, связанную с размыванием солидарности западных партнеров относительно поддержки Украины в вопросах внутриполитического реформирования и противостояния с Россией.

Четвертый квартал 2016 г. и первый 2017 г. обещают испытать украинскую общественно-политическую систему на стрессоустойчивость. Попытки достичь энергетической независимости от Российской Федерации и поступательное исполнение основных требований МВФ в части реформирования украинского энергетического рынка отличаются контрастными последствиями. С точки зрения бюджетной целесообразности и экономического прагматизма был достигнут позитивный эффект. Благодаря поднятию тарифов «Нафтогаз Украины» впервые не нуждался в государственных дотациях, которыми раньше покрывался дефицит, связанный с низкой потребительской ценой. Казна страны сохранила 130 млрд гривен (около 5 млрд долл.), ограничившись выделением денег на субсидии в размере 40 млрд гривен (около 1,5 млрд долл.) малообеспеченным гражданам. С другой стороны, жесткие меры с увеличением тарифов вынуждают множество украинцев опасаться будущей зимы и повышают угрозу роста долга населения за оплату коммунальных услуг. На этой ситуации будут активно спекулировать оппозиционные политические силы, которые готовы использовать любую возможность и просчеты руководящих кругов страны для собственного пиара и приобретения электоральной поддержки. Исходя из этой ситуации, следует ожидать общественных волнений, которые будут поддерживаться оппозиционными политическими партиями и могут стать предпосылкой для расшатывания социального баланса в стране.

В условиях ограничения стремления Украины к евроинтеграции сотрудничество Киева и НАТО будет заключаться лишь в некоторых совместных проектах и периодических учениях.

В то же время пока нет оснований говорить о возможности инспирации массовых демонстраций, сопоставимых с событиями конца 2013−начала 2014 гг. Настоящим «подводным камнем», от которого будет зависеть вектор будущих изменений на ближайшие пять лет, остается конфликт на Донбассе и связанный с ним Минский процесс. Украинская власть попала в сложную ситуацию, когда независимо от успешности имплементации Минских соглашений, она будет находиться в проигрышном положении. Политический блок договора подразумевает принятие законопроекта о конституционных изменениях в части децентрализации и предоставления особого статуса отдельным регионам Донецкой и Луганской областей. При этом последовательность исполнения пунктов Минских соглашений предполагает проведение местных выборов раньше установления контроля украинских властей над своими границами. Естественно, такой подход противоречит национальным интересам Украины и вызывает негативное восприятие в обществе. Если районы самопровозглашенных республик получат административно-политические преференции, а воюющие за них боевики смогут баллотироваться в Верховную Раду и занимать руководящие должности на местах, возникнет угроза массовых протестов внутри страны и запуска сценария общественно-политического хаоса.

Видимо, украинское руководство прекрасно осознает опасность представленного сценария, который может стать либо мгновенным катализатором общественного взрыва, либо миной замедленного действия, усугубляющей общественные противоречия и способной полностью сыграть свою деструктивную роль через 1−2 года. Во втором случае, если украинской власти удастся нивелировать импульс общественного негодования, проблемные территории будут интегрированы в украинскую политико-экономическую систему на российских условиях. Учитывая разрушенную инфраструктуру регионов и подорванные социальные институты, они не только станут неподъемной ношей для украинского бюджета, но и деструктивным элементом перманентного влияния на политические процессы внутри Украины.

В связи с этим среди парламентариев пока отсутствует необходимый консенсус для принятия неоднозначного законопроекта во втором чтении. Осуществляя попытку не допустить очередной революции, депутаты подставляют себя под дополнительный пресс со стороны западных партнеров и ставят под угрозу будущее парламента этого созыва. Франция и Германия в большей мере, чем США, настаивают на необходимости имплементации политической части соглашения, ограничивая поле для маневров законодательной власти.

Международное измерение политического процесса в Украине

По причине тотального вовлечения международного сообщества в украинский политический процесс, важнейшее значение приобретают предстоящие парламентские выборы в Германии, Франции, Нидерландах, избрание Д. Трампа президентом США, а также способность Евросоюза решить проблемы с миграцией, эскалацией противоречий между странами внутри объединения и дальнейшего продления санкций против Российской Федерации.

До начала 2017 г. на руку украинскому руководству будут играть бюрократическая процедура передачи президентской власти в США и взаимосвязь политической составляющей Минского процесса с необходимостью обеспечения безопасности в регионе. Хотя российская сторона попытается использовать все возможные ресурсы для склонения Франции и Германии к принятию решения о дипломатическом давлении на Украину, возможность принятия фундаментальных решений по украинскому вопросу остается маловероятной до инаугурации Д. Трампа и формирования новой американской администрацией собственной позиции относительно ситуации в Восточной Европе. К тому же в этот временной промежуток отсутствие полного перемирия будет играть роль ключевого аргумента в дискуссиях относительно реализации политической части Минских соглашений. Пока в Кремле не обеспечат перемирие со стороны боевиков самопровозглашенных республик, Украина будет задерживать принятие резонансных законов об амнистии и местных выборах, аргументируя свою позицию отсутствием необходимых мер безопасности в проблемных регионах.

Учитывая статус США в международных отношениях, американский фактор продолжает играть основополагающую роль для определения векторов развития ситуации в Украине. Пребывая вне Нормандского переговорного формата, Вашингтон сохраняет достаточное влияние на украинский политический процесс и поддерживает канал прямой дипломатической коммуникации с Москвой относительно урегулирования конфликта на Донбассе. Результат президентской кампании в Америке ошеломил украинский политический истеблишмент. В Киеве не только открыто делали ставку на Х. Клинтон, но и дали повод для критики Д. Трампа по поводу привлечения им в свою команду П. Манафорта, имевшего связь с «черной бухгалтерией» В. Януковича. Кроме того, в своих предвыборных выступлениях новый президент США неоднозначно высказался относительно ситуации с Крымом и возможности возобновления полноценных отношений с Россией.

Поскольку важность позиции новой американской администрации по украинскому вопросу сложно переоценить, непредсказуемость Д. Трампа создает дополнительные сложности для моделирования сценариев урегулирования конфликта на Востоке Украины и балансирования архитектуры международных отношений. На данный момент 45 й президент США создал себе образ человека, готового стать на путь «смягчающего компромисса» и запустить «перезагрузку» в отношениях между Москвой и Вашингтоном. При этом сложилось впечатление, что восточноевропейское направление внешней политики не имеет для Д. Трампа особого приоритета и в свойственной бизнесмену манере он поставит экономический прагматизм выше политической целесообразности. Если Д. Трамп в своих политических решениях будет преследовать формат «предпринимательского мышления», актуальный для развития двусторонних отношений на уровне США – Россия и США – Украина станет вопрос о том, что Киев и Москва смогут предложить американской администрации? На данный момент, пожертвовав правилом «непредубежденной дипломатии» во время американской президентской кампании, украинское руководство ограничило свой инструментарий.

Но станет ли действительно Д. Трамп человеком, способным договориться с В. Путиным относительно урегулирования украинского кризиса и кардинально изменить международную политическую конъюнктуру? Во-первых, несмотря на все сложившиеся предпосылки, следует учитывать факт присутствия в американских политических кругах, даже в самой республиканской партии, антироссийских элит, которые могут осуществлять постоянное влияние на позицию президента. Во-вторых, принцип «сделать Америку великой вновь», вероятно, не допускает ослабление международного авторитета США во благо полной переориентации на внутреннюю политику. Поэтому украинскому руководству необходимо надеяться на настоящий «realpolitik» со стороны американской администрации, готовой жестко отстаивать интересы собственной страны на международной арене, что может осложнить достижение компромисса между Москвой и Вашингтоном вопреки всем ожиданиям.

Непредсказуемость Д. Трампа никоим образом не уменьшает важную роль американского фактора в украинском политическом процессе, но и не дает однозначных ответов относительно характера ее влияния в краткосрочной перспективе. Поэтому последствия президентских выборов в США могут иметь амбивалентное значение для Украины – от потери поддержки со стороны ключевого партнера до не прогнозируемой в современных реалиях эскалации российско-американского противостояния.

Украина через 5 лет: сценарии развития событий

Даже если будет реализован маловероятный вариант дезинтеграции ЕС, на смену ему может прийти новая интеграционная инициатива, основанная на базе концепции Балто-Черноморского союза. ДНР и ЛНР могут стать очередными квазигосударственными образованиями, нарушающими стабильность в постсоветском регионе.

Таким образом, в зависимости от динамики корреляции внешнеполитических обстоятельств с внутреннеполитической ситуацией в Украине можно представить несколько сценариев развития событий в ближайшие пять лет.

1. Перезагрузка власти. Если Евросоюз усилит давление на Украину по поводу необходимости принятия закона о проведении местных выборов, сегодняшний состав Верховной Рады начнет терять внешнюю легитимность и вызывать недовольство западных партнеров. Весной 2017 г. еще более острым станет вопрос относительно необходимости имплементации политической составляющей Минского соглашения. В то же время зима и вынужденное поднятие тарифов нанесут существенный удар по рейтингам парламентской коалиции, а оппозиционные политические силы будут существенно расшатывать существующий в стране баланс, апеллируя к вопросам коррупции и ухудшения уровня жизни. Эти обстоятельства будут производить кумулятивный эффект, негативно влияющий на позиции правящей партии. Дополнительным важным аспектом в этом контексте выступает путь украинско-европейского сотрудничества, а именно – оформления безвизового режима. Длительная бюрократическая процедура, присущая европейской политике, уже затянула процесс принятия решения по Украине. Учитывая тот факт, что «безвиз» может быть сопоставим по значению с подписанием соглашения об ассоциации и позитивно отобразится на рейтингах руководства страны, ставки остаются по-прежнему очень высокими. Если украинской власти не удастся позиционировать этот фактор как внешнеполитическую победу, следует ожидать очередной волны общественного негодования. В случае отсутствия необходимого консенсуса между депутатами и президентом относительно реализации политического пакета Минского процесса, а также в связи с утерей достаточного уровня гражданской поддержки, в первом−втором квартале 2017 г. может стать ребром вопрос о досрочных парламентских выборах в стране.

Поскольку внутриполитическая конъюнктура способствует популяризации оппозиционных политических партий, в случае перевыборов в Украине может быть создана новая коалиция, имеющая толерантное видение перспектив восстановления политических и экономических связей с Российской Федерацией. Сформированное объединение достигнет компромисса с экономическими элитами, имеющими интерес к возобновлению экономического сотрудничества с Россией и испытавшими давление со стороны правящих политических сил. Новый парламент займется перезагрузкой двусторонних отношений. Поскольку Минские договоренности зашли в тупик, созданная коалиция может стать инициатором их практического реанимирования и собрать достаточное количество голосов для завершения конституционной реформы в части децентрализации, принятии законопроектов об амнистии и организации местных выборов на территориях самопровозглашенных республик.

В этих условиях обострятся противоречия между исполнительной и законодательной властью. Президент и Верховная Рада будут иметь разные взгляды на формирование нового правительства, внешнеполитическую и внутриполитическую ориентацию. К 2018 г. тотальная эскалация конфликта может привести к досрочным президентским выборам и полной перезагрузке политической власти. При этом руководству страны придется балансировать на тонкой грани реализации собственного интереса, состоящего в восстановлении полноценного диалога с Москвой и негативном восприятии большинством украинского населения Российской Федерации после начала военного противостояния на Донбассе (43% населения плохо относятся к России, 80% – к российскому руководству). В связи с этим руководящие элиты будут осторожно трансформировать вектор внешней политики страны с ярко выраженного прозападного типа на модель сбалансированной европейской интеграции, которая подразумевает сочетание геополитической концепции стратегического сближения с Евросоюзом и попытки восстановления докризисных отношений с Российской Федерацией.

В процессе имплементации разработанной дорожной карты урегулирования конфликта на Донбассе и нормализации двустороннего диалога Киева и Москвы, российская сторона и дальше будет склонять Украину к интеграции проблемных регионов в собственную систему политических и экономических координат. Важнейшую роль в этом случае будет играть внешнеполитическая конъюнктура. Если хрупкие позиции А. Меркель приведут к формированию нового руководства страны, а президентом Франции станет более лояльный к Москве политик, в 2017 г. Украина может столкнуться с новым вызовом – «сохранением консолидированной позиции европейских партнеров вокруг украинского вопроса». При таком раскладе время играет уже не на руку Украине, как это было раньше, а на пользу Российской Федерации, руководство которой, с учетом этих обстоятельств, не будет спешить в содействии обеспечению полного перемирия со стороны боевиков ДНР и ЛНР, ставя целью затянуть Минский процесс до «лучших времен». Возможные политические изменения в Германии и Франции могут корректировать переговорные позиции при сохранении действующих участников Нормандского формата.

Если предполагаемый сценарий воплотится в отведенные сроки, под воздействием перечисленных обстоятельств следует ожидать компромиссного решения по вопросам имплементации политической части Минского соглашения. Оно станет реальным после реализации необходимых мер по обеспечению безопасности в регионе. Формальной «панацеей» может стать полицейская миссия ОБСЕ, устраивающая на данном этапе все переговорные стороны, а учитывая председательство лояльной к Российской Федерации Австрии, она не будет блокироваться Кремлем. Когда длительные трения вокруг разработки карты мирного процесса завершатся, ее реализация будет координироваться через Трехстороннюю контактную группу. Таким образом, основной миссией нового парламента Украины может быть принятие закона о проведении выборов на территориях самопровозглашенных республик и разработка новой карты его воплощения. Врезка

Учитывая сложность сложившейся ситуации, украинскому руководству будет необходимо балансировать между политическим процессом и общественным мнением, а также не допустить радикализации массовых протестов, которые на этом этапе будут иметь хаотичный характер. Смягчение негативного отношения украинских граждан к агрессивному курсу российской политики и заживление ран, вызванных гибелью большого количества украинцев, − длительный и сложный процесс, который проблематично скрыть за ширмой политических игр или вместить в определенные временные рамки. Именно этот пункт представляет собой в некоторой мере слабое звено этого сценария, над решением которого политикам придется ломать голову в течение ближайших пяти лет. Деструктивное влияние сохранит вопрос Крыма, присоединение которого продолжает быть легитимным только во внешнеполитическом видении ситуации российским руководством. На время долгого процесса урегулирования конфликта на Востоке страны, проблему Крымского полуострова намеренно пытаются отодвинуть на задний план. Такая тенденция сохранится в ближайшие годы – Москва будет настаивать на правомерности собственных действий, страны западного мира и Украина продолжат воспринимать их как аннексию.

Негативная сторона развития событий в заданном ключе заключается в ограничении евроатлантических устремлений Украины в краткосрочной перспективе. Если сегодня сдерживающим обстоятельством выступает конфликт на Востоке и отсутствие консолидированной политической воли стран членов Альянса, то в случае практического воплощения представленного сценария дополнительное препятствие стратегическому углублению отношений на линию Украина − НАТО возникнет внутри Верховной Рады. В таких условиях не следует ожидать существенных продвижений по этому вопросу в ближайшие пять лет, а взаимодействие между Украиной и Альянсом будет сохраняться на уровне реализации отдельных программ и совместных учений.

На пути международного сотрудничества продолжит действовать ЗСТ между Украиной и ЕС, что будет все дальше отдалять страну от Евразийского союза, даже при возможном изменении внутреннеполитической конъюнктуры. Все же Соглашение об ассоциации Украины с ЕС испытает давление из-за политической ситуации в Нидерландах, связанной с результатами последнего референдума и попыткой популистских политических сил обрести электоральную поддержку накануне весенних парламентских выборов. При этом можно предположить, что в европейских инстанциях выработают действенный механизм сохранения ЗСТ, даже в случае денонсации договора Нидерландами.

Таким образом, в основе представленного сценария будет находиться урегулирование конфликтных тенденций в Европе, достигнутое за счет частичного ущемления национальных интересов Украины. В этом случае украинской власти будет необходимо становиться на путь «вынужденного прагматизма» и заняться поиском возможных выгод в сложившихся политических реалиях. Теоретически благодаря сохранению ЗСТ с ЕС и работой над восстановлением экономических отношений с Российской Федерацией Украина может стать центром реанимирования позабывшихся в свете последних событий проектов Большой Европы, но практически сложность осуществления этого прогноза состоит в балансировании между экономической целесообразностью и общественно-политическими противоречиями.

2. Замораживание зоны перманентного конфликта. Реализация предполагаемого сценария зависит от эффективности развития российско-американских отношений. Если Москва не сможет достигнуть с Вашингтоном компромисса и выработать новый формат двустороннего взаимодействия для решения украинского вопроса, урегулирование конфликта затянется, а лидеры обеих стран постепенно израсходуют существующий кредит взаимного доверия. Окружение Д. Трампа может переубедить его отойти от предвыборных деклараций и занять более жесткую позицию в диалоге с Россией. Такое положение вещей позволит украинскому руководству активизироваться в переговорном процессе.

В этом случае Минские соглашения останутся в плоскости номинативного договора, который уже исполнил свою минимальную функцию – сдерживание военной эскалации и наделение сторон возможностью определить вектор дальнейших действий. При этом утвержденный всеми сторонами план выхода из кризиса не имеет будущего и обретет поддержку исключительно для последовательного сохранения существующего конфликта в дипломатическом тупике. Если первый сценарий подразумевает следование Украины политической воле Евросоюза в попытке имплементировать Минские соглашения, то второй исходит из готовности украинского руководства пойти на жесткие политические решения, обретя статус полноценного субъекта политического процесса. Во втором случае время уже будет не настолько критично воздействовать на Украину как в первом, но есть предпосылки для некоторого ухудшения отношений с ЕС. Как обстоят дела с динамикой его реализации?

В случае предполагаемого представленным сценарием усложнения отношений между Россией и США, американская администрация может легко перейти от «смягчающего компромисса» к жестко декларируемым требованиям и ультиматумам, для Украины откроется небольшое поле для маневров. Страна может инициировать референдум о предоставления особого статуса Донбассу либо запустить через парламент часто обсуждаемый закон об оккупированных территориях. Таким образом, Верховная Рада освободится от политического бремени в виде необходимости принятия непопулярного решения, а также юридически признает присутствие российских войск на территории самопровозглашенных республик. Такой ход противоречит европейской концепции урегулирования конфликта и может внести некоторые сложности в отношения с Евросоюзом, который твердо убежден в верности своих намерений решить вопрос Украины с использованием инструментария Минска – 2.

Новый подход к урегулированию кризиса грозит не только обострением противостояния с Российской Федерацией, но и подставит под удар два основных национальных приоритета на международном пути – безвизовый режим и ЗСТ. Американские партнеры решительно перехватят инициативу у ЕС в диалоге с Кремлем, окончательный провал Минских соглашений нивелирует взаимосвязь с ним экономических санкций, предоставив странам Европы повод для пересмотра существующих ограничений, либо поспособствует их закреплению за конфликтом в Сирии. Украина получит дополнительный рычаг влияния на внутриполитическую ситуацию, а парламент продлит срок своих полномочий. В то же время необходимо помнить об угрозе эскалации конфликта на Востоке. Остановить новый виток его активной фазы может только разработка обновленной дорожной карты перемирия. В этом случае ответственными за новую модель мирного процесса будут США и Российская Федерация, а Евросоюз, потеряв свои превалирующие позиции, отойдет на второй план.

Можно предположить, что в новых политических обстоятельствах стороны достигнут сложного компромисса, основанного на удовлетворении тактических целей: США сдержит заново вспыхнувшее военное противостояние и получит политические дивиденды, укрепив свой статус ключевого игрока в регионе; Российская Федерация получит шанс выйти из под санкционного давления и временно отложит проблемный вопрос присоединения Крымского полуострова; Украина не допустит интеграции проблемных регионов в собственную политическую систему на российских условиях, сохранит сегодняшнее руководство страны, выиграв еще один год на проведение требуемых Западом реформ, и ограничит деструктивный потенциал использования этих регионов для воздействия на внутриполитическую ситуацию.

Если П. Порошенко удастся консолидировать политические и финансовые группы на основе компромисса, он сможет сохранить свои позиции.

В этом случае важным моментом для Киева останется сохранение баланса в отношениях с ЕС, что может быть частично реализовано за счет разработки комплексного плана урегулирования конфликта и максимально эффективной мобилизации каналов дипломатической коммуникации для переубеждения европейских партнеров в его состоятельности и безальтернативности. В случае провала Украине необходимо выработать план «В» для своей евроинтеграционной стратегии, конечной целью которой предполагается полноценное вступление в Евросоюз.

Одним из вариантов может быть расширение и углубление отношений со странами Центральной Европы в контексте геополитической концепции Балто-Черноморского союза. Перспективность этого проекта состоит в его универсальности. В случае маловероятной деструкции Европейского союза под давлением существующих проблем, данный проект может стать новой моделью организации европейского политического пространства, основанного на сильном национальном государстве и приоритетном региональном партнерстве. В условиях дальнейшего успешного функционирования ЕС он остается привлекательным в контексте формирования перспективной платформы для развития экономического сотрудничества и взаимодействия в сфере безопасности. Украина может стать интересной составляющей новой мозаики политического устройства Центрально-восточной Европы, но «подводным камнем» этого процесса в ближайшие годы будет динамика развития украинско-польских отношений. На сегодняшний день они остаются очень противоречивыми. Достижение успехов на почве военно-стратегического сотрудничества сопровождается усугублением исторических противоречий, основанных на противопоставлении национальных идей руководством обеих стран. По всей видимости, в Украине пока отсутствует целостный план стратегического сближения с Польшей, что существенно ограничивает поле для внешнеполитических маневров, и это должно быть исправлено в краткосрочной перспективе.

Что произойдет с ДНР и ЛНР? В случае практического воплощения представленного сценария, искусственно инспирированные политические проекты трансформируются под стать уже существующим квазигосударственным моделям – Приднестровью, Абхазии и Южной Осетии. Хотя на данном этапе пока сложно определить их административно-организационную форму, в этом сценарии следует ожидать появления на карте постсоветского пространства очередного противоречивого политического образования, нарушающего архитектуру безопасности в регионе. Замораживание конфликта переведет его в латентную фазу, не обеспечив ни одну из сторон гарантиями относительно окончательного умиротворения кровопролитного противостояния и оставив почву для его дальнейшей эскалации.

Игорь Авласенко:
Год «чёрных лебедей»

3. Компромисс Нормандского формата. Не стоит исключать возможности урегулирования конфликта в рамках Минского процесса при сохранении существующего положения вещей. Пока этот сценарий кажется маловероятным ввиду отсутствия общей политической воли украинского парламента. В любом случае президенту необходимо проводить законы о выборах, амнистии и децентрализации с особым статусом Донбасса (последний – во втором чтении) через Верховую Раду. Пока украинские депутаты не выражают готовности заняться разработкой проблемных законопроектов и не собирают должного числа голосов для их утверждения. В этом случае число встреч Нормандского формата не способно воплотиться в качество. Главная составляющая представленного сценария сводится к дилемме: смогут ли давление европейских партнеров и конструктивные действия президента поменять мнение парламента?

Для достижения этой цели президенту необходимо не только консолидировать свою политическую силу «Блока Петра Порошенко», но и заручиться поддержкой других партий, прошедших в Верховную Раду. Есть ли у исполнительной власти такой ресурс? Кто будут эти ситуативные союзники? Ответ на эти вопросы будут искать в кулуарах украинской политики. Не менее важной, чем в предыдущих сценариях, будет позиция США и их видение путей разрешения сложившийся ситуации. В случае реального сближения Д. Трампа с В. Путиным и создания действенной платформы для двусторонних отношений Украина потеряет незаменимого союзника и существенно ослабит свои переговорные позиций. Украинское руководство будет вынуждено играть вторым номером и обеспечить практическое воплощение всех требований Минского процесса, минимизировав возможные дестабилизирующие последствия.

Если администрации П. Порошенко удастся совершить фактически невозможное – найти компромиссные условия для конкурирующих политических сил и влиятельных финансовых групп, обеспечив реализацию политической составляющей Минского процесса, – она сможет продлить кредит доверия западных партнеров и сохранить свои позиции. Одновременно власть столкнется с общественным негодованием и необходимостью его подавления для упреждения угрозы трансформации в массовые демонстрации. Следует учитывать, что при таком раскладе Киеву все же придется интегрировать проблемные регионы в собственную политическую оболочку, что будет иметь деструктивный эффект для стабильности политической ситуации страны в будущем. Украина станет нейтральным государством без видимых предпосылок для вступления в НАТО или ЕС в краткосрочной и среднесрочной перспективе.

Кроме того, учитывая многообразность обстоятельств, влияющих на взаимоотношения с Евросоюзом и США, Украине необходимо не ограничивать себя в геополитическом выборе и расширять поле действии на международной арене путем стратегического сближения с другими влиятельными участниками мирового политического процесса. Если во втором сценарии вероятной альтернативой существующим внешнеполитическим концепциям развития позиционировался Балто-Черноморский союз, то в этой проекции событий следует уделить должное внимание перспективам развития взаимодействия с Китаем. Поднебесная стабильно сохранит интерес к экономическим и политическим проектам, способствующим международному самоопределению страны, а возможная нормализация российско-американского диалога только подтолкнет Пекин действовать активнее в вопросе имплементации концепции «Шелкового пути». Украина должна сформулировать четкое видение возможных направлений экономического взаимодействия и разработать для китайских инвесторов интересные предложения, способствующие реализации не только единичных идей, но и воплощению масштабных проектов – таких, как ЗСТ.

Геополитические реалии и новая концепция украинской политики

В ближайшие годы Украина по-прежнему будет искать свой путь самоопределения, а также решения актуальных проблем. При этом ей всегда придется учитывать фактор России.

Представленные сценарии учитывают сегментированный набор украинских общественно-политических ценностей, давление экономических детерминант и влияние внешнеполитической конъюнктуры, что позволяет моделировать систему координат, определяющую динамику и векторы развития ситуации в краткосрочной перспективе. Они идентифицируют актуальные политические тренды, закрепляют фундаментальную основу будущего украинского политического процесса и могут генерировать альтернативные прогнозы на ближайшие пять и более лет. Учитывая непредсказуемость, субъективность и некую хаотичность современных украинских общественно-политических реалий, остается вероятность воплощения других сценариев, производных от двух представленных. Например, в случае дальнейшего обострения геополитического противостояния, подогревания уровня общественного негодования, целенаправленного расшатывания существующего общественного баланса с использованием фактора боевых действий на Востоке и активизации отдельных этнических групп на Западе страны, сохраняется видимая угроза «балканизации» страны или очередных революционных преобразований. Украинскому руководству необходимо преодолеть перечисленные вызовы для обеспечения территориальной целостности страны, не допустив реализации опасных тенденций.

В то же время в последующие пять лет Украина будет продолжать свой путь борьбы за национальное самоопределение и поиска механизмов преодоления проблем внутриполитического и внешнеполитического масштабов. Перед украинской властью останется необходимость проведения долгожданных реформ, способных модернизировать конфигурации общественно-политического и экономического устройства, урегулирования военного противостояния на Донбассе, продвижения концепции европейской интеграции и выработки новой стратегии организации двусторонних отношений с Российской Федерацией. Несмотря на четкую переориентацию Украины на западный вектор политико-экономического развития, стране всегда нужно будет учитывать российский фактор. Какой бы успешной ни была дальнейшая политика на европейском направлении или на пути сближения с США, ввиду соседства с Россией Украине необходимо маневрировать между геополитическими центрами, отстаивать свои национальные интересы с учетом всех существующих обстоятельств как конструктивного, так и деструктивного характера.

Евросоюз видит больше перспектив в украинско-российском сотрудничестве, а не противостоянии, поэтому будет до конца надеяться на Минский процесс, полагаясь на него, как на инструмент восстановления региональной безопасности.

Пока Украина продолжает исполнять роль своеобразной буферной зоны между восточными границами ЕС и Россией, а реализация ее огромного экономического потенциала зависит от успешности внутриполитического реформирования. Стране нужно достичь необходимого баланса на уровне взаимодействия государственных институтов, обеспечить успешное функционирование принятых ранее конституционных изменений в части децентрализации и правосудия, не допустив федерализации и централизации политической власти, а также выйти из образовавшегося тупика Минских соглашений.

Следующие пять лет еще больше актуализируют вопрос утверждения стратегии действий по Крымскому вопросу и разработки программы реинтеграции проблемных регионов Донбасса. Территориальная целостность Украины и суверенность в определении внешнеполитических приоритетов стали заложниками сложного геополитического процесса. Выход из ситуации можно найти только благодаря четкой координации действий, консолидации политического истеблишмента с гражданским обществом и налаживанию эффективного канала коммуникации со всеми участниками этой сложной геополитической игры.

Оценить статью
(Голосов: 4, Рейтинг: 2.25)
 (4 голоса)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Д. Трамп собирается нарастить ядерный потенциал и выражает сомнения в пользе договора СНВ-III. Что делать России?
    Необходимо настаивать на сохранении традиционных подходов в области контроля и сокращения вооружений  
     272 (40%)
    Это серьезная угроза для мира. Нужны оригинальные инициативы по сотрудничеству в ядерной сфере, например, такие  
     213 (31%)
    Соблюдать паритет, включаться в ядерную гонку  
     106 (16%)
    Искать асимметричные средства нападения  
     87 (13%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся