Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 52, Рейтинг: 4.6)
 (52 голоса)
Поделиться статьей
Вольфганг Ишингер

Председатель «Мюнхенской конференции по вопросам безопасности»

Игорь Иванов

Президент РСМД, министр иностранных дел России (1998–2004 гг.), профессор МГИМО МИД России, член-корреспондент РАН, член РСМД

Сэм Нанн

Бывш. председатель Комитета по делам вооруженных сил Сената США, главный исп. директор NTI

Десмонд Браун

Председатель Совета директоров Европейского сообщества лидеров за многостороннее ядерное разоружение и нераспространение, пэр Палаты лордов Парламента Соединенного Королевства Великобритании и Ирландии, министр обороны Великобритании (2006-2008 г.)

Сокращение и устранение рисков в ядерной и прочих военных сферах должны быть приоритетной задачей для всех государств. На России и США лежит общая ответственность по совместной с прочими странами работе над снижением этих рисков. Более того, в каждой ядерной державе любые вопросы ядерной политики заведомо решаются на президентском уровне. Только при условии вовлечения лидеров государств можно достичь прогресса.

Встреча В. Путина и Д. Трампа может остановить этот опасный ход событий. В Хельсинки Президенты двух стран могли бы вновь подтвердить приверженность пониманию того, что ядерная война недопустима и в ней не может быть победителя и договориться о конкретных мерах по снижению ядерных рисков.

Во-первых, необходимо начать обсуждение мер по увеличению времени принятия решений лидерами государств, в случае ложного срабатывания системы предупреждения о ядерном ударе, чрезвычайного происшествия с ядерным оружием или ошибок в интерпретации действий другой стороны. В настоящий момент у президентов России и США есть всего несколько минут на то, чтобы оценить, насколько достоверным является предупреждение о возможном ядерном ударе, и принять решение о применении ядерного оружия в ответ. Если бы мы могли согласовать меры по увеличению времени принятия решений до нескольких часов или нескольких дней, уровень безопасности в США, России и Европе значительно повысился бы. Четкие указания президентов военному руководству стран по разработке возможных вариантов достижения указанной цели послужили бы мощным сигналом для американцев, русских и мира в целом.

Во-вторых, следует начать переговоры по снижению рисков в киберпространстве для ядерной инфраструктуры. Угроза организации кибератаки на ядерные объекты, стратегические системы предупреждения о нападении, а также системы командования и управления ядерными силами увеличивает вероятность чрезвычайных происшествий, ошибок в расчетах и халатности. Наиболее пугающий аспект киберугроз, способный вызвать серьезные последствия, — это вероятность организации кибератаки с целью хищения ядерных материалов, ядерного саботажа или ложного оповещения о ракетном нападении. Крайне важно разработать четкий план действий по снижению рисков в киберпространстве для ядерной инфраструктуры.

В-третьих, в целях сокращения военных рисков необходима совместная работа для перезапуска двустороннего диалога по управлению кризисными ситуациям, в том числе, между командующими ядерными силами, а также многостороннего диалога между странами Евроатлантического региона. Сохраняющиеся ограничения в диалоге между военным руководством, а также в диалоге по управлению кризисами повышают риск реализации сценария проигрыша для всех сторон: военного конфликта. В целях повышения прозрачности и укрепления доверия мы должны действовать сообща и привлекать к сотрудничеству военных.

В-четвертых, необходимо вести совместную работу над сохранением и расширением существующих договоров и соглашений, включая Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) и Договор СНВ-III. Указанные соглашения представляют огромную важность для поддержания прозрачности и предсказуемости. Отказ от них будет означать отсутствие правил для ядерных сил, что приведет к увеличению и без того высоких на сегодняшний день рисков.

В-пятых, следует продолжить консультации по оформлению практических договоренностей о полном и безотлагательном выполнении обязательств, предусмотренных в Совместном заявлении участников саммита в Сингапуре. Полная и верифицируемая денуклеаризация Корейского полуострова — это та сфера, в которой США и России очевидно следует объединить опыт и предпринять совместные действия по снижению глобальных рисков в ядерной сфере.

На следующей неделе состоится долгожданная встреча президентов России и США. Во времена холодной войны встречи лидеров США и СССР широко приветствовались как на внутригосударственном уровне, так и во всем остальном мире, так как они предоставляли возможность ослабить напряженность в отношениях. После окончания холодной войны подобные встречи стали обычной практикой. Проведение встречи В. Путина и Д. Трампа вызвало немало споров в странах Евроатлантического региона. Однако именно нашему региону наиболее важно возобновление диалога между президентами России и США, а также лидерами европейских государств. Диалог должен быть посвящен сотрудничеству в областях, затрагивающих общие жизненно важные интересы.

Мы вступили в новую эпоху нестабильности. Элементы безопасности, ранее игравшие ключевую роль, исчезают. Режимы контроля вооружений распадаются. Концепция «эксалации для деэскалации (escalate-to-deescalate) вводит в замешательство, новое ядерное оружие малой мощности может размыть границы на поле боя, развитие систем быстрого глобального удара оказывает прямое влияние на сдерживание, в киберпространстве отсутствуют правила поведения, а судьбоносная ошибка, возникшая волей случая, в результате просчета или халатности может привести к ядерной катастрофе.

Перечисленные выше угрозы реальны и возрастают на фоне повышенного напряжения в отношениях между НАТО и Россией, а также недостатка коммуникации между политическими и военными лидерами. В условиях напряженности и конфликтов в Сирии и на Украине диалог по вопросам, связанным с общими жизненно важными интересами, необходим для понимания стратегии друг друга и сокращения существующих рисков. Нам не удастся найти решение проблемы без понимания наших принципиальных разногласий.

Сокращение и устранение рисков в ядерной и прочих военных сферах таким образом должны быть приоритетной задачей для всех государств. На России и США лежит общая ответственность по совместной с прочими странами работе над снижением этих рисков. Более того, в каждой ядерной державе любые вопросы ядерной политики заведомо решаются на президентском уровне. Только при условии вовлечения лидеров государств можно достичь прогресса.

Встреча В. Путина и Д. Трампа может остановить этот опасный ход событий. В Хельсинки Президенты двух стран могли бы вновь подтвердить приверженность пониманию того, что ядерная война недопустима и в ней не может быть победителя и договориться о конкретных мерах по снижению ядерных рисков.

Во-первых, необходимо начать обсуждение мер по увеличению времени принятия решений лидерами государств, в случае ложного срабатывания системы предупреждения о ядерном ударе, чрезвычайного происшествия с ядерным оружием или ошибок в интерпретации действий другой стороны. В настоящий момент у президентов России и США есть всего несколько минут на то, чтобы оценить, насколько достоверным является предупреждение о возможном ядерном ударе, и принять решение о применении ядерного оружия в ответ. Если бы мы могли согласовать меры по увеличению времени принятия решений до нескольких часов или нескольких дней, уровень безопасности в США, России и Европе значительно повысился бы. Четкие указания президентов военному руководству стран по разработке возможных вариантов достижения указанной цели послужили бы мощным сигналом для американцев, русских и мира в целом.

Во-вторых, следует начать переговоры по снижению рисков в киберпространстве для ядерной инфраструктуры. Угроза организации кибератаки на ядерные объекты, стратегические системы предупреждения о нападении, а также системы командования и управления ядерными силами увеличивает вероятность чрезвычайных происшествий, ошибок в расчетах и халатности. Наиболее пугающий аспект киберугроз, способный вызвать серьезные последствия, — это вероятность организации кибератаки с целью хищения ядерных материалов, ядерного саботажа или ложного оповещения о ракетном нападении. Крайне важно разработать четкий план действий по снижению рисков в киберпространстве для ядерной инфраструктуры.

В-третьих, в целях сокращения военных рисков необходима совместная работа для перезапуска двустороннего диалога по управлению кризисными ситуациям, в том числе, между командующими ядерными силами, а также многостороннего диалога между странами Евроатлантического региона. Сохраняющиеся ограничения в диалоге между военным руководством, а также в диалоге по управлению кризисами повышают риск реализации сценария проигрыша для всех сторон: военного конфликта. В целях повышения прозрачности и укрепления доверия мы должны действовать сообща и привлекать к сотрудничеству военных.

В-четвертых, необходимо вести совместную работу над сохранением и расширением существующих договоров и соглашений, включая Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) и Договор СНВ-III. Указанные соглашения представляют огромную важность для поддержания прозрачности и предсказуемости. Отказ от них будет означать отсутствие правил для ядерных сил, что приведет к увеличению и без того высоких на сегодняшний день рисков.

В-пятых, следует продолжить консультации по оформлению практических договоренностей о полном и безотлагательном выполнении обязательств, предусмотренных в Совместном заявлении участников саммита в Сингапуре. Полная и верифицируемая денуклеаризация Корейского полуострова — это та сфера, в которой США и России очевидно следует объединить опыт и предпринять совместные действия по снижению глобальных рисков в ядерной сфере.

Принятие вышеуказанных пяти мер президентами В. Путиным и Д. Трампом в Хельсинки станет смелой инициативой, которую жители всего Евроатлантического региона поймут и примут. Этот шаг также станет явным свидетельством того, что снижение ядерных рисков — наш общий жизненно важный интерес. Саммит в Хельсинки — отличная возможность для того, чтобы начать действовать.

Десмонд Браун, министр обороны Великобритании (2006–2008), вице-председатель фонда «Инициатива по снижению ядерной угрозы» и председатель Сети европейских лидеров.

Игорь Иванов, министр иностранных дел Российской Федерации (1998–2004) и секретарь Совета Безопасности Российской Федерации (2004–2007), президент Российского совета по международным делам.

Вольфганг Ишингер, Чрезвычайный и Полномочный Посол Германии, председатель Мюнхенской конференции по безопасности и профессор политики безопасности и дипломатической практики в Школе управления Hertie в Берлине.

Сэм Нанн, сенатор США от Демократической партии (1972–1996), сопредседатель фонда «Инициатива по снижению ядерной угрозы».

Оценить статью
(Голосов: 52, Рейтинг: 4.6)
 (52 голоса)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какой исход выборов в Конгресс США, по вашему мнению, мог бы оказать положительное влияние на российско-американские отношения в краткосрочной перспективе?

    Ни один из возможных результатов не способен оказать однозначного влияния  
     181 (71%)
    Большинство республиканцев в обеих палатах  
     46 (18%)
    Большинство демократов в обеих палатах  
     27 (11%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся