Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 8, Рейтинг: 2.75)
 (8 голосов)
Поделиться статьей
Игорь Иванов

Президент РСМД, министр иностранных дел России (1998–2004 гг.), профессор МГИМО МИД России, член-корреспондент РАН, член РСМД

В прошедшие выходные на Мюнхенской конференции политики и ученые со всего мира обсуждали проблемы глобальной безопасности, а точнее — ее очевидного дефицита. Большинство участников соглашались, что целый клубок сегодняшних угроз миру и стабильности придется распутывать всем вместе, причем наибольшая ответственность лежит на самых крупных и влиятельных игроках мировой политики — США, Евросоюзе, России и Китае. Только вот в очередной раз оказалось, что даже на самые фундаментальные угрозы ответить коллективно мы пока не в состоянии.

В прошедшие выходные на Мюнхенской конференции политики и ученые со всего мира обсуждали проблемы глобальной безопасности, а точнее — ее очевидного дефицита. Большинство участников соглашались, что целый клубок сегодняшних угроз миру и стабильности придется распутывать всем вместе, причем наибольшая ответственность лежит на самых крупных и влиятельных игроках мировой политики — США, Евросоюзе, России и Китае. Только вот в очередной раз оказалось, что даже на самые фундаментальные угрозы ответить коллективно мы пока не в состоянии.

Многие постоянные участники конференции хорошо помнят, как девять лет назад здесь выступал Президент Владимир Путин со своей знаменитой «мюнхенской речью». На это выступление потом многие ссылались, трактуя его как стратегический поворот в российской внешней политике, как вызов Соединенным Штатам и Западу в целом. Думаю, что подобная трактовка «мюнхенской речи» глубоко ошибочна. Тогда, девять лет назад, российский Президент пытался предупредить наших партнеров о том, куда нас всех может завести пренебрежение к фундаментальным нормам международного права, опора на односторонние акции, подмена поиска политических решений силовыми подходами, безответственность и самонадеянность политических лидеров.

Сегодня остается лишь сожалеть о том, что голос России не был услышан: опасения, высказанные российским лидером, получили множество убедительных подтверждений. За девать лет после «мюнхенской речи» мир не стал более безопасным, стабильным или справедливым — в том числе и для стран Запада, включая Соединенные Штаты. А наша общая готовность к совместным действиям не только не укрепилась, но, напротив, свелась к историческому минимуму.

Очевидным примером дефицита доверия и политической воли к совместным действиям стало обсуждение в Мюнхене сирийской проблемы. Российские политики и дипломаты вновь и вновь объясняли, что свои действия в Сирии Москва считает вкладом в глобальные усилия по борьбе с экзистенциальной угрозой исламского фундаментализма, как попытку сохранить сирийскую государственность и предотвратить наступление анархии и хаоса. Но многие участники из США и Европы усматривали в российской военной операции лишь великодержавные амбиции Кремля и попытки удержать у власти лояльный Москве режим. Кто-то сетовал на недостаточную координацию усилий с западной коалицией, а кто-то утверждал, что Россия в Сирии вообще ничем, кроме бомбардировок мирных жителей не занимается, а то и вовсе затеяла все это, чтобы организовать поток беженцев и тем самым подорвать Европейский союз.

Не менее остро проходили обсуждения проблем безопасности на евроатлантическом пространстве. Как и в случае Сирии, позиции России и Запада далеки от единства, и эти позиции продолжают расходиться. Вместо того, чтобы объединить усилия в борьбе с общими угрозами безопасности (терроризм, другие формы экстремизма, беженцы и т. д.), мы фактически вступили в новый этап гонки вооружений. Не трудно, например, предположить, что вслед за размещением элементов американской ПРО в Польше, в Калининградской области появятся ракетные комплексы «Искандер».

Мы хорошо помним ракетный кризис в Европе в середине 80-х годов, и у многих возникает ощущение, что история повторяется. Но во времена «холодной войны» в нашем распоряжении, по крайней мере, были разнообразные механизмы диалога, консультаций, была общая стратегическая культура сдерживания. Сегодня ничего этого нет, и любой инцидент в Европе или в другой точке планеты может спровоцировать большой конфликт.

MSC / Hildenbrandt
Anton Tsvetov: A Case for
Smoke Room Diplomacy

Участники Мюнхенской конференции были едины в том, что сегодня обстановка для обсуждения новых комплексных инициатив в сфере евро-атлантической безопасности существенно ухудшилась. Главное — окончательно подорвано доверие, без которого строить новую систему безопасности едва ли возможно.   Восстановление доверия — нелегкое и небыстрое дело, которое даже в лучшем случае займет многие годы.

Между тем ни России, ни Запад не могут позволить себе роскоши отложить наше взаимодействие на годы вперед. Поэтому наиболее практичным и продуктивным в данный момент представляется выстраивание сотрудничества вокруг конкретных проблем безопасности, где наши интересы объективно совпадают. Именно об этом на конференции говорили премьер-министр Дмитрий Медведев и министр иностранных дел России Сергей Лавров.  

Перечислим лишь некоторые направления такого сотрудничества. Борьба с международным терроризмом и профилактика политического экстремизма. Управление миграционными потоками и решение проблем беженцев. Кибер-безопасность и продовольственная безопасность. Решение экологических проблем и согласование позиций по изменениям климата.

На очередной Мюнхенской конференции по безопасности Россия в очередной раз подтвердила свою готовность к диалогу. Но, как и раньше, Россия выступает за диалог равноправных партнеров, готовых слушать друг друга и учитывать интересы другой стороны. Только такой подход позволяет заложить основы для долгосрочного стабильного сотрудничества. 

Впервые опубликовано в еженедельнике The Moscow Times.

Оценить статью
(Голосов: 8, Рейтинг: 2.75)
 (8 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каким образом заявления В.В. Путина в послании Федеральному Собранию и показ новых стратегических вооружений скажется на международной безопасности в ближайшие годы?

    Следует ожидать гонки вооружений ведущих государств мира, что приведет к неконтролируемой эскалации военно-политической напряженности во всем мире  
     155 (43%)
    Сделанные заявления и показ супероружия скорее завершают начатый ранее процесс обновления Вооруженных Сил России в ответ на вызовы современности, к этому на Западе давно были готовы — существенных изменений в глобальном балансе сил не произойдет  
     142 (40%)
    На наших глазах возвращается Ялтинско-Потсдамский мировой порядок, в которой Россия определенно играет роль одного из полюсов, что позволит иметь более стабильную архитектуру международной безопасности  
     53 (15%)
    Ваш вариант ответа. В комментариях  
     8 (2%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся