Блог Мамеда Мустафаева

Карабахское противостояние: роль России и Турции

13 Ноября 2020
Распечатать

За три года первой войны (1992–1994) решить Карабахскую проблему окончательно так и не удалось. Российская Федерация на протяжении почти тридцати лет, являясь главным гарантом прекращения огня в Карабахе, способствовала «заморозке» армяно-азербайджанского конфликта с целью установления приоритета мирного урегулирования. Высокий уровень доверия в отношениях с обеими закавказскими республиками сделал российскую сторону единственной реальной силой, способной в любой момент остановить возможную эскалацию. В 1994 году при посредничестве Москвы было подписано соглашение о бессрочном прекращении огня, что не удавалось Совету безопасности ООН в течении трех лет войны. Вместе с тем, резолюции (4) СБ ООН, а также «Мадридские принципы» на протяжении всего переговорного процесса являлись основополагающими документами урегулирования конфликта.

nkw.jpg

REUTERS/Stringer

Российский «нейтралитет»

Воздержание от прямого участия в войне на стороне Армении не является невыполнением Россией своих союзнических обязательств. После обращения премьер-министра Армении Никола Пашиняна к президенту России Владимиру Путину за обеспечением безопасности Армении Министерство иностранных дел России недвусмысленно разъяснило, что безопасность Армении в рамках союзнических обязательств на основании договора о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи между РА и РФ будет обеспечена при обстоятельствах, представляющих угрозу непосредственно Армении. Такая же позиция, безусловно, была бы отражена и в ответе Организации Договора о коллективной безопасности, в случае если от Армении поступил бы соответствующий запрос.

В действительности же можно говорить о пересмотре подходов России в Закавказье. Времена, когда Армения являлась безоговорочным плацдармом российской политики в регионе, постепенно уходят. На современном этапе в подходах России можно заметить тенденции, направленные на выстраивание более прагматичных форматов межгосударственного взаимодействия со странами региона, включая Турцию и Иран. На передний план выдвинуты интересы страны. В нынешней ситуации в Карабахе защита интересов Еревана со стороны России столкнулась с риском утраты важного экономического партнера в лице Баку. Предположения некоторых экспертных кругов о закулисном одобрении Москвой плана Баку по возвращению семи оккупированных районов вокруг Нагорного-Карабаха на самом деле не соответствуют действительности. В своем недавнем интервью итальянской газете «La Repubblica» президент Азербайджана Ильхам Алиев также опровергает эти суждения, отмечая, что нейтралитет России является ее обязанностью в рамках посреднической миссии по переговорному процессу, но никак не зеленым светом для Азербайджана.

Российско-азербайджанские отношения объективно можно назвать одними из самых устойчивых и надежных на постсоветском пространстве. России на данном этапе важно сохранить свои интересы в Закавказье — закрепить свое участие в успешно реализуемых Азербайджаном и Турцией проектах по развитию Южного газового коридора. Ни для кого не секрет, что Баку и Анкара традиционно являются политическими и военными союзниками. Обе страны открыто заявляют об этом. Нефтегазовые отрасли двух государств постепенно становятся все более взаимозависимыми. А потенциальное включение в эти связи и Туркменистана с его огромными запасами газа может усилить тенденции по усилению этого экономического тандема. Для России в данной ситуации наиболее эффективной мерой по предотвращению подобного сценария представляется дальнейшая приверженность курсу на осуществление взвешенной и прагматичной политики в регионе. В ходе недавнего выступления на площадке международного дискуссионного клуба «Валдай» Владимир Путин заявил, что Россия придерживается принципа равноудаленности от сторон конфликта, принимая во внимание высокий уровень отношений как с Арменией, так и с Азербайджаном. Кроме того, российский лидер затронул тему российско-турецких отношений, указав на тесное и надежное сотрудничество с турецким коллегой Р.Т. Эрдоганом, в том числе по Карабахской проблеме. Независимость Анкары от западных союзников придала отношениям с Москвой партнерский характер. Российско-турецкое сотрудничество за последние годы не раз проходило испытание на прочность и доказывало свою эффективность при разрешении сложнейших международных конфликтов современности (Сирия, Ливия). Координирование действий в ходе карабахской войны, а также согласованность о способах и методах ее урегулирования становится еще одним направлением российско-турецкого сотрудничества, о значимости которого не раз заявляли оба лидера.

Таким образом, можно предположить, что нейтралитет или объективизм российского руководства по отношению к конфликту в Карабахе на современном этапе охарактеризован защитой российских экономических и политических интересов в регионе. В сложившейся ситуации Москве нужно было выбрать меньшее из зол и выступить в роли медиатора. Прямое военное вовлечение в конфликт и, как следствие, потеря оставшихся позиций в регионе означали бы полное ограничение участия российской стороны в будущих энергетических и логистических международных проектах, имеющих большое значение для Москвы.

Наряду с этими факторами, отношения российского руководства к политике, проводимой новыми армянскими коллегами, представляют собой небезосновательные доводы о присутствии серьезных противоречий между странами. В этом контексте, курс Еревана, направленный на углубление тесных связей с западными партнерами, не мог не беспокоить Москву. Исходя из этого, сложно не заметить, что реальная активность последней усилилась лишь с возникновением угрозы решения конфликта Азербайджаном в одностороннем порядке.

Турецкий фактор

Не удивительно, что о своей неотъемлемой роли в урегулировании карабахского конфликта заявляет Турция, которая в последние годы делает уверенные шаги по закреплению своих интересов в близлежащих регионах. Интересы Турции, как и интересы России, а также Ирана тесно связаны с точки зрения энергетических и логистических проектов в Закавказье. Курс, взятый руководством Турции на повышение ее влияния на международной арене, позволил накопить полезный опыт взаимодействия в критических ситуациях и преуспеть в его практической реализации. Участие в процессе урегулирования политических кризисов в Сирии и Ливии, отображает независимость и уверенность в действиях Анкары по решению международных конфликтов любой сложности, представляющих для нее национальный интерес.

Проблема Нагорного Карабаха имеет для Турции особое значение. Участие в процессе ее урегулирования способствует усилению турецких позиций в Азербайджане. Кроме того, скорейшее решение этой проблемы представляется для Анкары не только обеспечением стабильности будущих энергетических проектов с ее участием, но и повышением престижа в глазах остальных тюркских стран.

В нынешней войне в Нагорном Карабахе Турция, несомненно, выступила гарантом для Азербайджана от прогнозируемых рисков при осуществлении масштабных военных операций. В то же время вовлеченность Турции серьезно озадачила как региональных игроков, так и мировые державы (сторонников статуса-кво), курирующих конфликт уже три десятка лет. Однако роль Турции сильно переоценена многими экспертами. Несмотря на то, что в Азербайджане сильны турецкие позиции, по своей силе российское влияние ощущается не меньше. Особенно это касается взаимодействия политических элит обеих стран. В отличие от большинства остальных бывших советских республик в Азербайджане по-прежнему особое внимание уделяют таким щепетильным для России вопросам, как сохранение и развитие позиций русского языка, культуры, общего исторического наследия и т.д.

С каждым годом на постсоветском пространстве появляются новые вызовы, меняется геополитическая обстановка и в Закавказье. В таких условиях российскому руководству необходимо своевременно совершенствовать свои подходы и создавать новые механизмы взаимодействия со старыми партнерами, которые более не являются сырьевыми придатками Москвы. Методы, заключающиеся в насильственном удержании бывших советских республик с помощью тех или иных рычагов давления на местные элиты со временем, утрачивают свою эффективность. Это связано, прежде всего, с ускоренными политическими процессами в самих республиках бывшего СССР. Наряду с этим сохранившиеся и жизненно важные традиционные экономические связи этих стран с Россией придают последней дополнительные возможности и по-прежнему сохраняют к ней интерес. Такая ситуация обстоит, в частности, с Азербайджаном и странами Средней Азии, где успех российской дипломатии напрямую зависит от пересмотра подходов с точки зрения равного и прагматичного сотрудничества с этими странами. В противном случае образовавшийся вакуум занимают другие державы, все больше заявляющие о себе в последние годы. И Турция, несомненно, находится в их числе. Поэтому ни о каком противостоянии России и Турции в регионе в нынешних обстоятельства речи не идет — это естественные геополитические процессы.

Альтернатива «Минску»

Обновленный формат переговорного процесса по Карабахскому урегулированию, с точки зрения его эффективности и изменения состава минских посредников, в последнее время стал наиболее обсуждаемой темой в экспертных кругах. Однако реализация подобных ротаций на практике представляется трудно выполнимой задачей, учитывая нынешние обстоятельства конфликта. Вместе с тем в дополнение к уже существующему Минскому формату прогнозировалось создание дополнительного по примеру Астанинского, параллельного Женеве, для скорейшего прекращения войны, а также оптимизации механизмов переговорного процесса. Москва и Анкара могли бы успешно задействовать совместный опыт урегулирования, подключив к процессу и Тегеран. Договороспособность этой тройки показала свои результаты на решающем этапе войны в Сирии и вполне могла бы быть применена в Карабахе.

Так или иначе, в условиях, когда США заняты более значимыми проблемами, а ЕС не решился перейти к активным действиям, Россия и в этот раз выступила в роли единоличного посредника. Сложившиеся обстоятельства на фронте ускорили процесс подписания сторонами соглашения о прекращении войны. Стоит обратить внимание, что с самого начала конфликта обе закавказские столицы ориентировались, в первую очередь, на посреднические услуги Москвы. В конечном счете именно здесь 10 ноября стороны конфликта подписали соответствующее соглашение.

Соглашение о мире

Текст соглашения опубликован и многие уже успели ознакомиться с ним. Однако некоторые положения подписанного документа стоит рассмотреть более детально.

Ключевым здесь является то, что Армения возвращает Азербайджану Кельбаджарский район до 15 ноября 2020 г. и Лачинский район до 1 декабря 2020 г. Эти районы ранее преподносились армянской стороной как исключительные, обеспечивающие связь Армении с Нагорным Карабахом и не подлежащие возврату на первых этапах урегулирования. Соразмерно новым реалиям конфликта теперь устанавливается точный и гарантированный график вывода армянских вооруженных сил с указанных и остальных оккупированных районов, не занятых азербайджанской армией в ходе войны.

Вдоль линии соприкосновения в Нагорном Карабахе и вдоль Лачинского коридора развертывается, параллельно с выводом армянских вооруженных сил, миротворческий контингент Российской Федерации. Это немаловажный момент, ведь азербайджанская сторона считает оккупантами не только вооруженные силы Армении, но и вооруженные формирования непризнанной Нагорно-Карабахской Республики. Сроки вывода этих формирований в соглашении не упомянуты. В своем обращении к азербайджанскому народу Ильхам Алиев отметил, что наряду с российскими миротворцами дополнительно будет развернут турецкий миротворческий контингент. Однако такое положение отсутствует в заключенном соглашении. Об этом сразу же поспешили напомнить представитель МИД РФ Мария Захарова и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, указав, что, согласно договоренностям сторон, речь шла только о российских миротворцах. Однако в таком случае Азербайджан может разместить турецкие силы на остальных своих территориях за пределами НКАО. Присутствие турецкой стороны если не в самом Нагорном Карабахе, то хотя бы вблизи этих территорий, охарактеризовано увеличением роли Турции в урегулировании конфликта. Кроме того, возможность координации и сотрудничества с Турцией по Карабаху не раз допускалась и обсуждалась, в том числе и российским руководством.

Срок пребывания миротворческого контингента Российской Федерации составляет пять лет с автоматическим продлением на очередные пятилетние периоды, если ни одна из сторон за полгода до истечения срока не заявит о намерении прекратить применение данного положения. Это довольно щепетильная для Азербайджана формулировка, которая может претерпеть изменения в будущем с точки зрения необходимости обоснования безопасности в Нагорном Карабахе на момент отказа сторон(ы) от российского присутствия. На это стоит обратить внимание в случае подписания нового и более конкретного соглашения.

Новшеством соглашения также стало обеспечение наземного транспортного сообщения между западными районами Азербайджанской Республики и Нахичеванской Автономной Республикой под контролем пограничной службы ФСБ России. Этот транспортный коридор не просто соединит Нахичеванский анклав с Азербайджаном, но позволит укрепить логистические маршруты Азербайджана и Турции.

Что касается связи Армении с Нагорным Карабахом, то соглашением предусмотрено сохранение Лачинского коридора (шириной 5 км), находящегося под контролем миротворческого контингента РФ. При этом дорога будет идти в обход г. Шуша.

Два этих логистических решения призваны разблокировать все экономические и транспортные связи в регионе для ускорения интеграционных процессов. Однако будет ли это функционировать так, как задумано, зависит от вопроса определения конституционно-правового статуса Нагорного Карабаха, который не был затронут соглашением. Дело в том, что такая неопределенность сразу порождает острые проблемы, с которыми все чаще будут сталкиваться граждане Азербайджана и Армении, начиная от вопросов гражданства и заканчивая вопросом верховенства права на данных территориях.

С учетом нынешних обстоятельств, о независимости Нагорного-Карабаха речи, конечно же, идти не может. Данные территории вернутся под контроль Азербайджанский Республики либо в статусе Нагорно-Карабахской автономной области (НКАО), как это было во времена СССР, либо в статусе административно-территориальных единиц, предусмотренных действующим законодательством Азербайджана.

***

Исходя из исторического опыта и международно-правовой практики напрашивается вывод, что конфликт в Карабахе должен быть окончательно урегулирован посредством заключения полноценного международного договора между Арменией и Азербайджаном, в котором будет четко определен конституционно-правовой статус Нагорного Карабаха с целью окончательного решения территориального спора. В противном случае данное перемирие не продлится дольше прежнего, а двум народам придется вновь испытать на себе все последствия войны.

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся