Блог Алексея Пономарева

Что есть Курдистан на сегодняшний день?

11 Апреля 2019
Распечатать

Регион в заявлениях турецких, иранских, сирийских и иракских лидеров

Регион Ближнего Востока никогда не отличался стабильностью и даже когда здесь решаются одни проблемы, на первый план выходят как совершенно новые, так и старые, замороженные конфликты. Решение вопроса с ИГ (а точнее — максимально возможное уменьшение его влияния) поднимает казалось бы забытый вопрос с национальным самоопределением курдов, что несомненно должно волновать лидеров четырех государств региона: Ирака, Ирана, Турции и Сирии. На территориях этих стран расположена этнографическая область, преимущественно населенная курдами и исторически называемая Курдистаном. На протяжении долгого времени позиции глав этих государств были более или менее схожими: независимого государства курдов нет и не будет. В свою очередь действия этих стран по отношению к курдскому меньшинству также не сильно отличались и включали в себя элементы насильственной ассимиляции. Речь идет о запрете использования курдского языка в школах и СМИ, вытеснении курдской культуры, дискриминации по этническому признаку и т.д.


regnum_picture_1509488128391314_big.jpg

Источник: regnum.ru/news/polit/2217715.html


Но ситуация изменилась и теперь, после того как у курдов, выступавших на стороне западной коалиции во главе с США, появились большие объемы вооружения и боевой опыт, возрастание напряженности может привести к новой эскалации конфликта в регионе. Здесь я хотел бы провести небольшой сравнительный анализ заявлений лидеров всех четырех государств за последние шесть месяцев и выявить, насколько сильно, с учетом последних событий, изменилась их риторика по этому вопросу.


Для Турции:


Президент Турецкой Республики Реджеп Тайип Эрдоган давно известен своим категоричным отношением к созданию курдского независимого государства. В связи с этим он продолжает длящийся с 1984 г. конфликт между центральным правительством и (признанной во многих странах мира террористической организацией) Рабочей партией Курдистана (РПК), борющейся за права курдов насильственными методами. При этом Эрдоган видит курдскую угрозу не только в рамках своих границ, но и за ее пределами. В его высказываниях часто звучат намерения противостоять ей и на территории других суверенных государств, если он посчитает, что действия курдов угрожают самой Турции. Еще в 2015 г. Президент Турции заявил о том, что создание так называемой Демократической Федерации Северной Сирии на территории Сирийского Курдистана не останется без ответа: «Ситуация в (сирийском) городе Телль-Абъяд, в котором курдская партия «Демократический союз» объявила о новом образовании с основами самоуправления, представляет угрозу для Турции», — сказал он. По его словам, «все должны осознавать, что Анкара отреагирует (на это заявление) так, как это необходимо». Как показала история, эти угрозы были воплощены в жизнь год спустя.

На сегодняшний день изменилось немногое, а риторика Р. Эрдогана все так же полна воинственности и бескомпромиссности. В октябре 2018 г. он заявил, что борьба с РПК будет вестись до её полного уничтожения, а приграничные районы с Ираком и Сирией также будут последовательно зачищаться: «Мы не позволим создавать и укреплять террористические структуры у своих границ».

Что касается Сирии и ее послевоенного будущего, Р.Эрдоган также считает, что курды будут лишь мешать процессу объединения и восстановления страны. Свою позицию он озвучил на саммите Российской Федерации, Ирана и Турции по вопросам сирийского урегулирования в Сочи в феврале 2019 г.: «Добиться территориальной целостности Сирии без вывода СНС (Сил народной Самообороны) из Манбиджа и с территорий к востоку от Евфрата будет невозможно». Более того, 10 марта он, выступая в городе Искендерун на юге Турции, объявил, что турецкие войска готовы самостоятельно начать операцию по вытеснению курдских вооруженных формирований из региона: «Мы создадим зону безопасности, и наши сирийские братья смогут вернуться в свои дома. Начиная с Манбиджа, мы очистим от террористов (курдских сил самообороны) всю южную границу так, как мы это сделали в Африне».

Все вышеперечисленное лишь подтверждает тот факт, что в ближайшее время могут начаться полномасштабные столкновения турецких правительственных сил и курдов не только в границах Турции, но и в других частях региона.


Для Ирана:


В случае Иранского (Восточного) Курдистана все гораздо спокойнее. Правительство Исламской Республики хоть и выступает совместно с Турцией за недопустимость создания отдельного курдского государства, но при этом больше преследует свои собственные интересы. В первую очередь это касается экономического состояния страны, так как Иран уже долгое время находится под экономическими санкциями со стороны США и других государств, а также уже имеет на своей территории, тянущийся с 1948 года конфликт против белуджей-суннитов. Наличие дополнительного очага напряженности, не позволяющего в полной мере использовать имеющиеся ресурсы на развитие страны, довольно сильно влияет на намерения Ирана продолжать борьбу с Саудовской Аравией за роль регионального лидера. Поэтому руководство страны во главе с Великим аятоллой Али Хосейни Хаменеи и президентом Хасаном Рухани ищет любую возможность, чтобы не разжигать еще один конфликт в стране. На том же февральском саммите в Сочи Рухани заявил: «Важно позволить сирийцам принять решение о своем будущем… курды тоже являются неотъемлемой частью Сирии, Сирия имеет один народ, а не два». В этой цитате можно проследить сразу несколько моментов: Во-первых, Х. Рухани отмечает, что курды имеют право на определение своего будущего, но в рамках единой Сирии. Во-вторых, иранский лидер намекает Турции на то, что ей следует проявить сдержанность в своих планах по отношению к сирийским курдам. И в-третьих, он не разделяет курдов и сирийцев, что в свою очередь отражается и на внутренней политике Ирана, где, несмотря на некоторые послабления и элементы культурной автономии, иранские курды все же считаются частью иранского народа.


Для Ирака:


Здесь курды достигли, пожалуй, наибольшего прогресса в вопросе автономии, так как Южный Курдистан здесь официально получил статус Курдского автономного района в составе Ирака. В то же время на фоне борьбы иракского правительства с боевиками «ИГ» и общего ослабления страны в 2017 г., курды провели референдум о независимости и уже были готовы выйти из состава Ирака, однако иракское правительство не признало итогов референдума и провело масштабную операцию по восстановлению контроля над регионом и в особенности над мухафазой (областью) Киркук, богатой нефтью и природным газом. Контроль над этой областью позволяет использовать ресурсы, которые могли бы обеспечить существование независимого Иракского Курдистана, однако с его потерей пыл курдов значительно угас.

В октябре 2018 г. президентом страны стал этнический курд Бархам Салех, который во время своей присяги заявил: «Сохранит единство Ирака и его независимость» и «будет трудиться в рамках федеральной демократической системы республики». Казалось, что это заявление окончательно разрушило последние надежды курдов на самоопределение и независимость. Однако 2 марта 2019 г. президент Салех объявил о запуске «национального диалога» с целью преодоления политического кризиса в стране, что вполне может дать курдам возможность вернуть утраченные позиции и вновь поднять вопрос спорных территорий.


Для Сирии:


Сирийский Курдистан фактически провозгласил независимость в 2012 г. после начала борьбы местного курдского населения с сирийским центральным правительством во главе с Башаром Асадом и радикальными исламистами «ИГ». Изначально, большая часть сирийских курдов была на стороне правительства из-за опасения прихода к власти оппозиции, поддерживаемой Турцией. Но все изменилось после убийств нескольких известных курдских активистов и последовавших за ними беспорядков.

Сегодня ситуация в стране, еще недавно раздираемой гражданской войной, постепенно стабилизируется и президенту Б. Асаду надо налаживать диалог со всеми заинтересованными сторонами, включая сирийских курдов. В феврале 2019 г. он объявил о том, что снова готов к диалогу, чтобы вместе обсудить будущее страны: «Диалог необходим, но существуют различия в позициях, поэтому нам необходимо сосредоточиться на чем-то, что нас объединяет». В то же время у него есть условие, по которому все курдские силы должны перейти на сторону официального Дамаска, чтобы не стать «рабами османов». В данном случае президент Сирии подразумевает возможную угрозу со стороны турецких войск.

***

Сегодня можно сказать, что в трех из четырех стран региона, согласно заявлениям их лидеров, у курдов есть возможность если не получить независимость или автономию, то как минимум вести диалог с представителями центральной власти. Только Турция в лице Р. Эрдогана решительно настроена продолжать борьбу с любыми попытками создания независимого Курдистана как в своих границах, так и за ними. В свою очередь лидеры Ирака, Ирана и Сирии также разделяют позицию президента Турции, но не исключают возможности мирного диалога с курдским меньшинством на своих территориях.

В регионе есть еще один актор, который пусть и не открыто, но симпатизирует курдам — государство Израиль. Еще в 2014 г. премьер-министр страны Биньямин Нетаньяху заявлял, что: «Курды — борцы, которые доказали политическую приверженность и политическую умеренность, и они также достойны своей политической независимости». Во многом такая позиция обусловлена тем, что еврейский народ сам прошел долгий путь от обсуждений возможного объединения до создания собственного государства; и они очень хорошо понимают, что чувствуют курды. Более того, возможная эскалация конфликта у соседних арабских государств может пойти лишь на руку Израилю. В доказательство своей позиции 13 марта 2019 г. Б. Нетаньяху в очередной раз обрушился с критикой на президента Турции Р. Эрдогана, написав в Twitter, что: «Он диктатор, который бросает в тюрьму десятки тысяч политических оппонентов, который совершает геноцид в отношении курдов и оккупирует Северный Кипр, читает морали мне, государству Израиль, израильской армии о демократии и этике войны. Шутка». Однако же из-за таких шуток в ближайшее время в регионе могут вспыхнуть нешуточные страсти.

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся