Взрослые действительно читают уже намного меньше, предпочитая проводить свободное время в смартфоне. Глядя на них, и дети, особенно подростки, не тянутся к книге. Поэтому надо находить разные способы вернуть интерес к чтению. Например, делать больше хороших экранизаций. Мы заметили: если по мотивам какого-то произведения выходит талантливо снятый фильм — будь то «Мастер и Маргарита», «Преступление и наказание» или «Идиот» — тут же раскупаются все эти книги. Людям интересно проверить, насколько фильм отличается от литературного первоисточника. Театральные постановки тоже в этом помогают. Если, например, посмотреть спектакль «Ревизор» в постановке московского Театра Табакова, совершенно бесподобный, то сразу захочется перечитать Гоголя.
Конечно, одной из причин снижения интереса к чтению стало подорожание книг после того, как на них распространили налог на добавленную стоимость. С 2022 года цены на книги подскочили на 60-70%. Самые обычные стоят сегодня 500-600 рублей, хорошие издания — 2,5-3 тысячи. Далеко не все могут себе позволить. Плюс продолжают закрываться книжные магазины. У нас ведь книжный магазин платит за аренду столько же, сколько водочный. Это неправильно, и государству тут есть над чем подумать. Пока удалось только пробить решение, чтобы книги можно было продавать в домах культуры, театрах, кинотеатрах. Но, конечно, полностью проблему это не решает.
«Взрослые стали меньше читать, предпочитая проводить время в смартфоне. Глядя на них, дети тоже не тянутся к книге. И для общества это беда», — считает президент Российского книжного союза, бывший премьер-министр РФ Сергей Степашин.
23 апреля — Всемирный день книг и авторского права. Судя по рейтингу World Population Review за 2025 год, больше всего книжек читают американцы: в среднем они тратят на это 357 часов в году (7 часов в неделю), прочитывая за год 17 книг. На втором месте — Индия (352 часа, 16 книг), а Россия занимает только 6-ю строчку (223 часа, 11 книг).
Через кино к книге
Виталий Цепляев, aif.ru: Сергей Вадимович, когда-то мы гордились званием самой читающей страны в мире. Что же случилось?
Сергей Степашин: Шестое место — это не так уж и плохо, если учесть, что с чтением у нас был большой провал в 90-х, когда мы откатились в третий десяток стран. В Советском Союзе 70% детей свою первую книгу прочитывали в семье — с родителями, дедушками и бабушками. После развала СССР этот показатель рухнул, но потом восстановился и теперь составляет около 60%. С точки зрения детского чтения (в возрасте 5-12 лет), Россия снова на одном из первых мест в мире. А вот взрослые действительно читают уже намного меньше, предпочитая проводить свободное время в смартфоне. Глядя на них, и дети, особенно подростки, не тянутся к книге. Поэтому надо находить разные способы вернуть интерес к чтению. Например, делать больше хороших экранизаций. Мы заметили: если по мотивам какого-то произведения выходит талантливо снятый фильм — будь то «Мастер и Маргарита», «Преступление и наказание» или «Идиот» — тут же раскупаются все эти книги. Людям интересно проверить, насколько фильм отличается от литературного первоисточника. Театральные постановки тоже в этом помогают. Если, например, посмотреть спектакль «Ревизор» в постановке московского Театра Табакова, совершенно бесподобный, то сразу захочется перечитать Гоголя.
Конечно, одной из причин снижения интереса к чтению стало подорожание книг после того, как на них распространили налог на добавленную стоимость. С 2022 года цены на книги подскочили на 60-70%. Самые обычные стоят сегодня 500-600 рублей, хорошие издания — 2,5-3 тысячи. Далеко не все могут себе позволить. Плюс продолжают закрываться книжные магазины. У нас ведь книжный магазин платит за аренду столько же, сколько водочный. Это неправильно, и государству тут есть над чем подумать. Пока удалось только пробить решение, чтобы книги можно было продавать в домах культуры, театрах, кинотеатрах. Но, конечно, полностью проблему это не решает.
— А ведь бумажные книги ещё и вытесняются электронными.
— Вытесняются. Приведу несколько цифр. Объем книжного рынка у нас по итогам года достиг 150 млрд рублей, а совокупный тираж — 372 742 000 экземпляров. Так вот, в прошлом году было продано 231 млн экземпляров печатных книг и 222 млн экземпляров цифровых. В этом году, скорее всего, объемы сравняются. Меня, как поклонника бумажной книги, эта тенденция не радует, но рынок есть рынок: на нем побеждает более доступный продукт.
— Так ли важно, в какой форме читают? Главное, чтобы читали.
— Согласен, если мы говорим о чтении. А вот аудиокниги, которые многие сегодня предпочитают, — это уже другое. Человек просто сидит и слушает, а ведь чтение — это труд. Когда ты читаешь, у тебя по-другому мозги работают, речевой механизм развивается. Человека, который читает книги, легко отличить по красивой, правильной речи. А посмотрите на многих молодых ребят сегодня. С виду симпатичные, сообразительные, но говорят на таком ужасном русском языке, что Пушкин бы разрыдался. Потому что мало читают, не обогащают свой лексикон.
— А есть ли что почитать, не считая классики? Как обстоят дела с современной литературой?
— Хорошо обстоят. Могу назвать много прекрасных современных писателей, которых я лично знаю и чьи книжки читал: Евгений Водолазкин, Сергей Шаргунов, Захар Прилепин, Святослав Рыбас, Алексей Варламов, Александр Проханов, Юрий Поляков… Детская литература и вовсе переживает бум. Если до 2020 года она была в основном иностранная, то сейчас 80% детских книжек на рынке — от отечественных писателей. Огромное множество красивых, хорошо оформленных изданий, которые дети с удовольствием читают и разглядывают. Но, опять же, детская книга дороговата. Я подготовил письмо на имя вице-премьера Дмитрия Чернышенко, который курирует книжную отрасль в правительстве, — с тем, чтобы хотя бы с детской литературы снять НДС, и тогда она станет процентов на пятьдесят дешевле. Бюджет потеряет всего 1,5 млрд рублей, зато польза для семей с детьми будет ощутимая.
— В начале июня в Москве пройдет ХII Книжный фестиваль «Красная площадь». Само место его проведения — намёк на то, что книга не менее важна для государства, чем оружие, которое демонстрируется во время парадов на той же Красной площади?
— Этот фестиваль стал уже традиционным, и всегда на нем бывает много зарубежных и наших писателей. Для издательств это возможность рассказать о себе, для читателей — шанс увидеть любимых авторов, приобрести новинки по выгодным ценам. Впервые, по предложению Владимира Мединского, будет и отдельная книжная лавка Союза писателей России. Ну и, как всегда, в рамках фестиваля, в день рождения Пушкина мы вручим самым талантливым молодым литераторам премию «Лицей», которая носит имя нашего великого поэта.
В Москве, надо отдать должное, к книжному делу вообще относятся очень серьезно. У нас же в большинстве городов после развала СССР детские, школьные библиотеки почти перестали обновлять фонды — это просто беда. В Москве же есть прекрасные библиотеки. Российская государственная детская библиотека в столице, я считаю, вообще лучшая в мире. Там не просто хранилища и читальные залы, там целые литературные спектакли устраивают, на которые дети приходят вместе с родителями. Это просто чудо какое-то, всем советую по возможности побывать.
Книг иноагентов нет, а на наркотики еще проверят
— На продажу сочинений авторов, признанных иностранными агентами, ввели серьезные ограничения. Стоит ли людям опасаться наказания за то, что в их домашней библиотеке найдут такие книги?
— В книжных магазинах этих произведений вы уже не найдете. Никто, конечно, книги иноагентов не сжигал и не выбрасывал. Дали возможность их распродать, но дополнительные тиражи издательства не печатают. В библиотеках таких книг тоже нет. А держать их дома никто не запрещает. Пускай — книги-то сами по себе могут быть хорошие. У меня самого есть дома книжки этих иноагентов, некоторым из них я даже когда-то литературную премию вручал. Они тогда писали совершенно нормальные вещи. А то, что они потом выбрали другой жизненный путь, — ну, это их проблемы. Когда человек сбегает за границу, ему, видимо, надо там как-то отрабатывать свой хлеб. Вот они и шлепают языком что попало. Хотя на самом деле за границей они никому не нужны, поверьте. Ни беглые писатели, ни поэты, ни артисты с певицами.
— Я слышал, что головной боли издателям добавил закон «О наркотических средствах и психотропных веществах», из-за которого теперь надо проверить все книги на предмет пропаганды наркотиков…
— Да, этот закон, принятый еще в 2024 году, вступил в силу с 1 марта этого года. И он обязывает промаркировать все книги, опубликованные на территории страны после 1 августа 1990 года и подпадающие под действие данного закона. Мы посчитали: для этого придется проверить около 3,5 млн книг. С ума можно сойти! Обсудили эту проблему с издателями и писателями. У нас при Российском книжном союзе уже три года работает экспертный совет. Договорились, что этот совет будет совместно с представителями правоохранительных органов, издателями готовить профессиональное экспертное заключение — нарушает та или иная книга антинаркотическое законодательство. Будем для этого привлекать и искусственный интеллект. Но осторожно, потому что ИИ — штука порой опасная. У меня, например, есть информация, что именно искусственный интеллект посоветовал Трампу начать операцию против Ирана: мол, он его за три дня разбомбит и сменит политический режим. Результат мы все видим…
Как помочь библиотеке
— Ваш прогноз: бумажная книга не умрет?
— Нет, конечно. В свое время думали, что с появлением кино и телевидения исчезнет театр, но он не исчез. Так и книга не умрет. Мы недавно проводили опрос во всех регионах с участием 15 тысяч человек. И результат меня потряс. Оказывается, почти 20% родителей первую книгу читают детям уже в 2 года. Казалось бы, ну что ребенок в два года запомнит? Но что-то действительно в его голове откладывается, и формируется уже другой человечек. Мой отец прочел мне первую книгу в три года, а в пять лет я уже прочитал книжку самостоятельно. Это были рассказы о природе Виталия Бианки. Великолепная книга, благодаря ей я полюбил природу — лес, рыбалку...
— Мои дети говорят, что они охотнее бы читали книжки, если бы уроки литературы в школе проходили интереснее. Получается, во многом это зависит от учителей?
— Конечно. Моим учителем русского языка и литературы была Ирма Вилевна Розенберг, из прибалтийских немцев. Первое, что она сделала, — попросила нас убрать куда подальше учебники. Считала, что они лишь отобьют интерес к чтению. Зато у нас был великолепный кружок по литературе. Читать стихи к нам приезжал сам Сергей Юрский! Конечно, после такого ты совсем по-другому будешь воспринимать поэзию. Был у нас и свой маленький театр, где мы разыгрывали спектакли по литературным произведениям. Я, например, играл в чеховской «Смерти чиновника», до сих пор этот рассказ помню наизусть. Ходили классом и на настоящие театральные постановки. Скажем, когда изучали «На дне» Горького, смотрели эту пьесу в Александринском театре, а «Три сестры» Чехова — у Товстоногова в БДТ.
Так что привить интерес к книге школа может. Но всё-таки главную роль должна играть семья, домашнее чтение. И, конечно, детям должны быть доступны библиотеки, в них должны быть хорошие фонды. Потому что в небольших городах книги-то и взять больше негде. Мы договорились с министром просвещения — и президент нас в этом поддержал — о том, что уже в 2026 году на региональные библиотеки будут выделены серьезные средства. При всех наших проблемах с бюджетом денег на это не жалко.
Источник: АиФ
