Ратификация Конвенции позволит инкорпорировать новые законодательные стандарты в сфере борьбы с ИКТ-криминалом. «Россия уже начала этот процесс, готовятся необходимые для внесения в парламент документы, включая проверку соответствия текста Конвенции законодательству нашей страны. Проект федерального закона о ратификации будет внесен в наш парламент до конца 2026 года», - заявил Константин Косачев. Он подчеркнул, что Российская Федерация будет ратифицировать Конвенцию, но с учетом существенных оговорок, поскольку не все положения этого документа соответствуют российским интересам, законам и практике правоприменимения. «Наши оговорки не будут политически мотивированными, а все замечания будут иметь юридический характер. Мы постараемся гибко адаптировать Конвенцию к правовой системе России.
Необходим системный подход к вовлечению парламентариев в процессы, связанные с Конвенцией ООН по киберпреступности. В частности, необходимо проводить регулярные мероприятия по теме киберпреступности в рамках Межпарламентского союза. Это могут быть семинары, «круглые столы» и другие форматы, в том числе под эгидой профильного комитета МПС. Также сенатор предложил инициировать включение «парламентского сегмента» в правила процедуры будущих Конференций государств-участников, предусмотренных статьёй 57 Конвенции. Для этого МПС должен обратиться к ООН с соответствующей просьбой.
Такой подход позволит вывести взаимодействие между МПС и ООН на новый уровень, обеспечить системное участие парламентариев в имплементации Конвенции и поддерживать диалог вплоть до ее вступления в силу.
Заместитель Председателя СФ Константин Косачев выступил на семинаре «Конвенция ООН против киберпрестпупности: парламентские перспективы ратификации и реализации». Мероприятие состоялось в рамках 152-й Ассамблеи Межпарламентского союза в Стамбуле.
По мнению вице-спикера СФ, наступил момент, когда вопрос борьбы с киберпреступностью должен находиться под постоянным контролем со стороны парламентариев. «Большая часть работы сделана: Конвенция ООН разработана, подписана, и теперь мы вступаем в очень долгий и сложный процесс ратификации для ее вступления в силу. В большинстве стран мира ратификация – это прямая конституционная обязанность парламентов. С этой точки зрения нам полезно встречаться и обмениваться опытом прохождения законов о ратификации в национальных парламентах», - считает Константин Косачев.
Сенатор напомнил, что именно Российской Федерации принадлежит инициатива разработки и принятия в ООН универсального юридического обязывающего договора в области международной информационной безопасности.
«Решительно выступаем против монополии и произвола стран Запада в цифровом пространстве, вмешательства во внутренние дела, нарушения суверенитета в киберпространстве и кибератак. Принятая Конвенция ООН призвана положить всему этому конец», - подчеркнул парламентарий.
По его мнению, ратификация Конвенции позволит инкорпорировать новые законодательные стандарты в сфере борьбы с ИКТ-криминалом. «Россия уже начала этот процесс, готовятся необходимые для внесения в парламент документы, включая проверку соответствия текста Конвенции законодательству нашей страны. Проект федерального закона о ратификации будет внесен в наш парламент до конца 2026 года», - заявил Константин Косачев. Он подчеркнул, что Российская Федерация будет ратифицировать Конвенцию, но с учетом существенных оговорок, поскольку не все положения этого документа соответствуют российским интересам, законам и практике правоприменимения. «Наши оговорки не будут политически мотивированными, а все замечания будут иметь юридический характер. Мы постараемся гибко адаптировать Конвенцию к правовой системе России», - подчеркнул законодатель.
Константин Косачев предложил системный подход к вовлечению парламентариев в процессы, связанные с Конвенцией ООН по киберпреступности. В частности, проводить регулярные мероприятия по теме киберпреступности в рамках Межпарламентского союза. Это могут быть семинары, «круглые столы» и другие форматы, в том числе под эгидой профильного комитета МПС. Также сенатор предложил инициировать включение «парламентского сегмента» в правила процедуры будущих Конференций государств-участников, предусмотренных статьёй 57 Конвенции. Для этого МПС должен обратиться к ООН с соответствующей просьбой.
Такой подход позволит вывести взаимодействие между МПС и ООН на новый уровень, обеспечить системное участие парламентариев в имплементации Конвенции и поддерживать диалог вплоть до ее вступления в силу, заключил Константин Косачев.
Источник: Международная жизнь
