Год до выборов: внешнеполитические подходы кандидатов в президенты США
Вход
Авторизуйтесь, если вы уже зарегистрированы
(Голосов: 15, Рейтинг: 4.47) |
(15 голосов) |
Программный ассистент РСМД
Выборы президента США 2024 уже совсем близко: до «супервторника» остаются считанные месяцы, а до дня, когда американцы опустят бюллетени в избирательную урну, — менее года. К декабрю 2023 г. определены 15 кандидатов — восемь республиканцев, четверо демократов и трое кандидатов, не представляющих ни одну из партий. С началом нового витка палестино-израильского конфликта международная повестка в Вашингтоне заиграла новыми красками: позиции о необходимости, объемах и формате оказания помощи Израилю и Украине и вкладывания средств в противостояние с Китаем поляризуются. В связи с увеличением числа вспышек региональных конфликтов актуальность этого вопроса возрастает: кандидаты должны ответить, как они справятся с каждым из них, оказавшись в Овальном кабинете.
В случае победы кандидата от Республиканской партии на предстоящих президентских выборах следует ожидать шаги по воплощению заявки на трансформацию международных отношений, в которые вовлечен Вашингтон, — в первую очередь это российско-украинское, европейское, ближневосточное и китайское направления. Забыть о проблеме Украины, как предлагают В. Рамасвами и Р. Десантис, вряд ли получится, однако Д. Трамп будет нацелен осуществить свою «европейскую мечту» — если раньше добиться планки расходов членов НАТО в 2% ВВП практически не удавалось, то в условиях угрозы европейской безопасности задачу перекладывания ответственности за защиту Киева на плечи союзников будет проще воплотить в жизнь. Так же как и приложить усилия для разрыва союзнических связей России и Китая, которые представляются республиканцам одной из ключевых угроз. Поддержка Израилю будет оказана, вероятно, при любых обстоятельствах, однако вопрос личных отношений с Б. Нетаньяху и стремление не увязнуть вновь в «ближневосточной демократизации» при отсутствии четкого плана могут встать ребром для потенциального главы Белого дома. Геополитическая и экономическая конкуренция с КНР носит характер стратегической цели — и если тактические методы остаются неопределенными, то ее приоритезация и концентрация ресурсов на этом направлении представляются наиболее вероятным раскладом в случае формирования республиканской администрации в 2025 г.
Исходя из текущих внешнеполитических решений — а в случае с действующим президентом избиратели будут оценивать именно их — можно предположить, что в год президентских выборов администрация Дж. Байдена будет прикладывать всевозможные усилия, чтобы представить внешнюю политику после четырехлетнего нахождения в Овальном кабинете менее сумбурной, чем она кажется сейчас. Израильское направление стало уязвимым местом для Дж. Байдена, спровоцировав снижение уровня его поддержки среди избирателей, поэтому договоренности с Тель-Авивом и урегулирование или, как минимум, сдерживание масштабов конфликта станет приоритетом для действующего американского лидера. В отличие от республиканцев, демократы не смогут вычеркнуть Украину из своих приоритетов, рассматривая это направление через призму одного из важнейших национальных интересов, но могут взять некоторый перерыв на то, чтобы разобраться с баталиями в Конгрессе и финансовыми трудностями.
Подход к Китаю, наоборот, практически идентичен у двух партий. В случае выхода на плато в своей военной политике в отношении Украины и Ближнего Востока к 2025 г. потенциальная демократическая администрация сможет вернуться к более интенсивной конкуренции с КНР. При иных обстоятельствах Вашингтон под эгидой демократов, вероятно, также будет стремиться выставить своих соперников агрессорами и сплотить против них весь остальной мир, чтобы продолжать вести борьбу на три фронта.
Выборы президента США 2024 уже совсем близко: до «супервторника» остаются считанные месяцы, а до дня, когда американцы опустят бюллетени в избирательную урну, — менее года. К декабрю 2023 г. определены 15 кандидатов — восемь республиканцев, четверо демократов и трое кандидатов, не представляющих ни одну из партий. Их число меняется в течение предвыборной гонки — еще совсем недавно представители Республиканской партии, М. Пенс и Т. Скотт, отказались от участия. Интересным представляется, что, несмотря на запрос американского общества на смену поколений в Белом доме (в сентябре 2023 г. 73% американцев выразили мнение, что возраст Дж. Байдена препятствует его переизбранию), политическая геронтократия остается в силе: наиболее популярными у избирателей кандидатами, как и прежде, являются Дж. Байден и Д. Трамп в возрасте 81 года и 77 лет соответственно. Уровень поддержки первого, по данным CNN News ноября 2023 г., составляет 45%, второго — 49%. Согласно опросу издания The New York Times и Сиенского колледжа, если бы выборы состоялись сейчас, они бы повторили предыдущие по составу участников, но не по результату: Д. Трамп одержал бы победу в шести ключевых штатах (Невада, Джорджия, Аризона, Мичиган, Пенсильвания, Висконсин), получив 44–48% голосов, а если верить данным телерадиокомпании CBS News, по всей стране он мог бы набрать до 51% голосов избирателей и занять президентское кресло.
К октябрю 2023 г., с началом нового витка палестино-израильского конфликта, международная повестка в Вашингтоне заиграла новыми красками: позиции о необходимости, объемах и формате оказания помощи Израилю и Украине и вкладывания средств в противостояние с Китаем поляризуются. В связи с увеличением числа вспышек региональных конфликтов актуальность этого вопроса возрастает: кандидаты должны ответить, как они справятся с каждым из них, оказавшись в Овальном кабинете.
Перспективы GOP
![](/upload/iblock/cab/3pgr9xj80zwoxy17we4jyuk5vcd2vxge/tiktokmemes0.jpg)
TikTok и мемы как инструмент политического влияния в США
К участию в гонке на праймериз в Республиканской партии заявлены восемь политиков, включая 45-го президента Д. Трампа — с огромным отрывом обходящего коллег по партии с рейтингом 61%, согласно данным опроса телерадиокомпании CBS News и британской социологической компании YouGov. Следующим по популярности следует Р. Десантис с 18%, на третьем месте Н. Хейли с 9%, а четверку замыкает В. Рамасвами с 5%. Поддержка остальных кандидатов составляет менее 5%. Очевидно, что шансов у конкурентов бывшего президента представить партию на выборах нет, однако они продолжают вести предвыборную кампанию, борясь за возможность стать членом новой администрации, в том числе занять пост вице-президента, вследствие чего их видение международных проблем в той или иной степени сможет получить воплощение в новом внешнеполитическом курсе, начало которому будет положено в 2025 г.
«Умеренный» Десантис
Губернатор Флориды принял участие во всех трех раундах дебатов Республиканской партии в 2023 г., стремясь к формированию имиджа более умеренного политика, чем его оппоненты, — в том числе посредством антивоенной риторики. Еще в марте 2023 г. он высказался против украинской политики администрации Дж. Байдена, подчеркнув, что защита Киева не входит в число жизненно важных интересов США, в отличие от сдерживания китайской экономической, культурной и военной мощи. На первых дебатах в августе Р. Десантис подтвердил свою позицию в этом вопросе, выступив против увеличения финансирования Украины, а в преддверии вторых заявил, что ее не следует принимать в НАТО. Его аудиторией в этом вопросе выступают избиратели, не поддерживающие помощь Украине в том объеме, в котором она оказывается сейчас: по данным Исследовательского центра Пью, на июнь 2023 г. 47% республиканского электората считали помощь Киеву излишней. На третьих октябрьских дебатах риторика Р. Десантиса переключилась с Украины на Израиль — он выразил непоколебимую поддержку Тель-Авиву, одному из ключевых американских союзников, и отметил необходимость скорейшего завершения украинского конфликта. Выступая на саммите лидеров Республиканской еврейской коалиции (Republican Jewish Coalition), он выступил за уничтожение ХАМАС, оставив антивоенную риторику в стороне. Более того, администрация губернатора заявила о заключении контракта с частными компаниями для отправки БПЛА, бронежилетов и касок в Израиль и работе над доставкой оружия и боеприпасов в Израиль. Позднее представитель Тель-Авива в Майами опроверг это утверждение, однако попытка пойти в обход Вашингтона как способ приобрести новые голоса электората указывает на четко расставленные приоритеты кандидата в президенты. Для Р. Десантиса, как и для многих рядовых республиканцев, Украина не является ключевым внешнеполитическим направлением, но «пожар», вспыхнувший на Ближнем Востоке, представляет гораздо более серьезную угрозу, требующую концентрацию ресурсов и усилий.
Сторонница ястребиного курса Хейли
Бывший губернатор Южной Каролины формирует свою международную повестку к предстоящим выборам посредством воинственной ястребиной риторики, призывая одновременно к войне на два фронта — на Украине и Ближнем Востоке — и к противостоянию с Китаем, который, в ее представлении, является экзистенциальной угрозой американской безопасности. На первых дебатах партии Н. Хейли назвала В. Путина «убийцей», а на третьих выступила за поддержку Украины и Израиля вплоть до завершения конфликтов и за нанесение удара по Ирану, а затем заявила, что в случае поражения Киева следующим войну проиграет Тайвань. Однако если позиция «все и сразу» на международной арене могла претендовать на актуальность в начале XXI в., во времена К. Райс и Р. Чейни, то сейчас пропасть между взглядами Н. Хейли на роль США в мировой политике и настроениями электората слишком велика — это особенно отражается в широкой поддержке Д. Трампа, идеологически противоположной фигуры среди кандидатов в президенты.
Рамасвами — молодой Трамп?
Самый молодой претендент на место в Белом доме, предприниматель без политического опыта в возрасте 38 лет, наиболее активно ведет свою предвыборную кампанию: помимо участия во всех раундах дебатов, он дал программное интервью П. Моргану, где подытожил свое видение решения кризисов на международной арене. В. Рамасвами выступил против поддержки Украины и в целом американской роли глобального жандарма, предложив следующее решение — заморозка конфликта в тех границах, в которых он протекает сейчас, заключение мирного договора с Москвой на условиях прекращения ею военно-политических контактов с Пекином. Конкуренция с Китаем остается фундаментальной задачей американской внешней политики. В палестино-израильском вопросе он не удивил никого, заявив о финансовой поддержке Тель-Авива по мере необходимости. Однако на шоу Т. Карлсона бизнесмен раскритиковал текущий политический курс в отношении Израиля на основании отсутствия четкого плана действий и осознания возможных последствий, таких как радикализация палестинского движения и втягивание США в новую кампанию на Ближнем Востоке после ухода из Афганистана. Помимо отсутствия принадлежности к американской политической культуре, своеобразного взгляда на ряд международных событий и стремления сфокусироваться на противостоянии КНР, его общей чертой с Д. Трампом является недоверие к международным институтам и блокам: В. Рамасвами назвал идею выхода из Североатлантического альянса разумной, также поддержав пересмотр членства в ООН. Несмотря на самый низкий рейтинг среди ключевых кандидатов, сходство взглядов двух политиков позволяет выдвинуть предположение о наиболее реальных шансах В. Рамасвами стать частью администрации Д. Трампа в случае его победы.
Потенциальное возвращение несистемного политика в Белый дом
![](/upload/iblock/011/yepwaguvoa4fbppemxgow986t6hnr6ao/iskl0.jpg)
Исключительность против лидерства
Составить сценарий политических решений возможной администрации Д. Трампа кажется одновременно наиболее простой и наиболее сложной задачей — с одной стороны, существует опора в виде его предыдущего президентского срока, с другой, реалии международной арены поменялись. Разношерстные политические декларации Д. Трампа неоднократно вызывали волну критики — согласно подсчетам газеты The Washington Post, за первые два года в президентском кресле он сделал 9 тыс. заявлений, не соответствующих действительности. Поэтому их аналитика в условиях новой предвыборной кампании требует особой осторожности.
Американская внешнеполитическая стратегия в период президентства Д. Трампа зачастую становилась предметом дискуссии, однако при всей популистской риторике 45-го президента, было бы неверно говорить о радикальности и непоследовательности всех решений его администрации — их значительная доля подводила итог системным сдвигам, сопровождавшим Вашингтон как актора мировой политики. Это можно проследить, обратившись к эволюции списка стран — противников США в Стратегии национальной безопасности. Если в СНБ 2015 г. Россия уже была названа агрессором, а по поводу КНР было лишь выражено беспокойство, то в новом документе 2017 г. и Пекин, и Москва названы «ревизионистскими державами», входящими в одну из трех групп соперников. Во вторую группу вошли «государства-изгои» Иран и КНДР, а в третью — транснациональные угрозы, в первую очередь джихадистские террористические организации. Согласно документу, их всех объединяет поддержка репрессивных систем и противостояние сторонникам свободного общества. Данная тенденция прорисовывается и в текущей политике администрации Дж. Байдена, которая в СНБ 2022 г. разделила мир через новую идеологическую призму — демократий и автократий, назвав Китай и Россию главными угрозами безопасности демократических государств. Также в доктрине 2017 г. инструментом для борьбы с противниками избрана их изоляция посредством санкций и дипломатических мер, и в том же году президент Трамп подписал законопроект «Противодействие противникам Америки посредством санкционного закона» (CAATS). С уходом Д. Трампа из Белого дома «тренд на санкции» не покинул американскую политику, что заметно, в частности, в отношениях с Россией в связи с ситуацией вокруг Украины.
Откровенный антикитайский характер документа проявился также в обвинении КНР в экономической экспансии в Африке и Европе, модернизации вооруженных сил в ИТР и краже интеллектуальной собственности — что стало прологом к торговой войне в 2018 г. Антикитайская повестка усилилась с годами, став стратегической целью и предметом двухпартийного консенсуса, поэтому вопросов о ее сохранении не возникает, в отличии от вопроса о тактике — в условиях региональных «пожаров» и распыления ресурсов США на попытки их заглушить некоторая, пусть временная, нормализация американо-китайских отношений может оказаться необходима Вашингтону как глоток чистого воздуха, что придется признать даже ярому стороннику противодействия Пекину.
Какие предположения можно выдвинуть, основываясь на предвыборной кампании Д. Трампа сегодня? Бывший президент не принимал участия ни в одних дебатах Республиканской партии — для него в этом нет необходимости. Однако его речь прозвучала на Конференции консервативных политических действий и на саммите лидеров Республиканской еврейской коалиции (RJC). Первая прошла в марте 2023 г., когда Д. Трамп раскритиковал союзников по НАТО, назвав их «преступниками, которые не платили по счетам», сделав акцент на том, что США вложили в Украину 140 млрд долл., а Европа — лишь малую часть этой суммы. В июле 2023 г. он представил свой план разрешения российско-украинского конфликта за 24 часа, не раскрыв его детали, но пояснив, что он будет основываться на его умении вести диалог с лидерами стран-участниц и хороших отношениях с В. Путиным и В. Зеленским, чем не обладает, по его мнению, президент Дж. Байден. В октябре 2023 г. в интервью Д. Трамп дополнил свои видение кризиса, предложив Киеву передать Москве области с преобладающим русскоязычным населением, тем самым сохранив суверенную Украину в новых границах. Однако спустя еще месяц он отказался от приглашения посетить Украину со стороны В. Зеленского, который обещал ему объяснить причины невозможности добиться урегулирования конфликта за 24 часа. Сложно предсказать, насколько реалистична задуманная Д. Трампом сделка, но ясно, что в условиях провалов внешнеполитических решений действующей администрации на международной арене миротворческая риторика предстает перед избирателями в положительном свете, особенно в связи с усталостью американских налогоплательщиков от постоянного финансирования боевых действий.
На саммите RJC Д. Трамп включился в обсуждение палестино-израильского конфликта, выступив в поддержку Израиля и за отказ от политики демократизации Ближнего Востока. В этом нет ничего удивительного — в период его президентства американо-израильские связи были действительно тесными. Однако противоречие заключается в его отношении к Б. Нетаньяху, отставки которого он пожелал несколькими днями ранее. Деэскалация на Ближнем Востоке в случае продолжения горячего конфликта до 2025 г. определенно станет приоритетной задачей внешнеполитической стратегии администрации Д. Трампа при его избрании, но отношения лидеров могут воспрепятствовать диалогу.
![](/upload/iblock/3b6/p79w8ye62dqknr560rw73w5pls1qum73/eledon0.jpg)
Слон тянет, осел упирается
Другой приоритет — конкуренция с Китаем — также ляжет в основу потенциального внешнеполитического курса в 2025 г. Однако в отличии от предвыборных лозунгов 2016 г., сегодня Д. Трамп не спешит обвинять Пекин во всех бедах мировой политики и экономики, возложив вину на демократов, в частности, за российско-китайское сближение в условиях попыток действующей администрации бороться на два фронта. Более того, если в 2018 г. Вашингтон развязал торговую войну с КНР, то на сегодняшний день Д. Трамп планирует в своей внешнеэкономической стратегии ввести универсальную пошлину на импорт размером в 10%, что, безусловно, в случае реализации будет иметь целый ряд последствий в торгово-экономических отношениях с партнерами, но при этом сейчас средний размер тарифа для китайских товаров составляет 19%. Можно предположить, что меры противодействия Китаю приобретут иной характер, и с большей уверенностью сказать, что в случае переизбрания Д. Трамп будет более четко выстраивать иерархию своих приоритетов во внешней политике.
Однозначные праймериз демократов
В Демократической партии сформировалась своеобразная монополия: какие бы волны критики ни были обрушены на Дж. Байдена, он остается единственным представителем партии, обладающим реальными шансами на президентское кресло. Несмотря на стремительно падающие рейтинги действующего президента, остальные трое кандидатов не смогут составить ему конкуренцию, а некоторые и не планируют пытаться: конгрессмен Д. Филлипс заявил, что выдвинул свою кандидатуру исключительно по причине опасений, вызванных возможной победой Д. Трампа и соответствующим поражением Дж. Байдена, которого он считает «потрясающим президентом». Еще одним кандидатом является писательница М. Уильямсон, нацеленная на завоевание поддержки протестного электората. В международных отношениях она продвигает идеи миротворчества посредством создания «Министерства мира» (Department of Peace), которое, по ее мнению, должно способствовать урегулированию как на Украине, так и в секторе Газа. Ведущий программы The Young Turks (TYT) Д. Уйгур турецкого происхождения тоже заявил о своем участии в президентской гонке, однако конституция США не разрешает этого гражданам, рожденным за границей, поэтому исследующие настроения электората организации его даже не учитывают. Согласно опросам новостного издания ABC News, шансы действующего президента на праймериз к концу ноября составляли 71%, М. Уильямсон — 8,8%, Д. Филлипса — 4,7%. Прослеживается тенденция к постепенному росту поддержки Дж. Байдена, что приводит к следующему выводу — демократы намерены объединяться вокруг его фигуры и делать ставку именно на переизбрание, поэтому трудностей в становлении кандидатом от партии не предвидится.
Единственным реальным противником действующего президента является Р. Кеннеди-младший, но они не столкнутся в гонке на праймериз — племянник 35-го президента США отказался от выдвижения в составе Демократической партии, выбрав путь независимого кандидата. Его шансы на победу невелики, однако по последним опросам университета Квиннипиак составляют 22%, а в ранее упомянутых опросах издания The New York Times и Сиенского колледжа независимый кандидат набрал 25% голосов в тех же шести колеблющихся штатах (Джорджии, Аризоне, Висконсине, Пенсильвании, Неваде и Мичигане). Такие высокие рейтинги обусловлены усталостью от проблем, вытекающих из двухпартийной политической конъюнктуры, и протестным голосованием — в сфере международных отношений это антивоенная повестка Р. Кеннеди. Несмотря на то, что представителю «клана Кеннеди» вряд ли удастся возглавить Белый дом, его кандидатура, с одной стороны, служит индикатором общественных настроений, а с другой — указывает на возможное перетягивание части электората, главным образом, демократического.
Возможный дубль Байдена
![](/upload/iblock/657/ciuzki42a7p8dt28hjfjfmc73zrncorr/rfk.jpg)
Трагедия и фарс
Помимо недоверия со стороны электората, основанного на возрасте политика, его главной уязвимости (на момент инаугурации в случае избрания ему будет 82 года), другой проблемой для Дж. Байдена является негативная оценка внешнеполитического курса его администрации. Результаты опроса, проведенного изданием NBC News, указывают на то, что самый низкий рейтинг президента за все три года в Белом доме в 40% связан с неодобрением международной политики в целом и поддержки Израиля в ближневосточном конфликте, в частности.
Поддержка Украины стала главным внешнеполитическим направлением в президентство Дж. Байдена, которое его команда в рамках предвыборной гонки стремится преподнести как главный успех на международной арене с идеологическим окрасом «защиты демократии». В своей программной речи, еще до начала Россией спецоперации, в штаб-квартире Госдепа 4 февраля 2021 г. глава Белого дома заявил о стремлении России нанести ущерб американской демократии, что в дальнейшем стало обоснованием расходов в пользу Киева, достигших, по данным газеты The Washington Post, к 1 октября 2023 г. около 66 млрд долл. Сторонники Демократической партии среди электората более склонны поддерживать этот политический курс в сравнении с аудиторией республиканцев, однако прослеживается усталость всего общества: по октябрьским опросам агентств Reuters и Ipsos, только 41% избирателей считает правильным продолжение поставок вооружений на Украину. Но если ранее сделать ставку на противодействие так называемой «российской агрессии» на выборах было потенциально осуществимой задачей, то с новым витком эскалации палестино-израильского конфликта и переходом от противостояния «на два фронта», включая Китай, к трем, включая палестинское движение ХАМАС, представить внешнюю политику козырем уже будет, вероятно, невозможно.
В условиях сложностей с согласованием выделяемой Киеву и Тель-Авиву помощи — как известно, временный бюджет на текущий финансовый год был утвержден без нее — администрация Дж. Байдена предприняла попытки заткнуть одну из «кровоточащих ран» для Вашингтона и достичь временной нормализации на китайском треке. Однако результаты встречи двух лидеров на саммите АТЭС 15 ноября 2023 г. нельзя назвать феноменальными: как и ожидалось, прорывов в переговоров не произошло, но при этом нельзя недооценивать значимость политического диалога и, как его следствие, снижения рисков неконтролируемой непреднамеренной эскалации. Современное геополитическое и экономическое противостояние с КНР дорого обходится для США, но отказываться от него никто не намерен — в СНБ 2022 г. обвинения в отношении Китая бесчисленны: стремление подчинить себе международный порядок, агрессия, нерыночный характер экономики, геноцид и преступления против человечности в Синьцзяне, нарушение прав человека в Тибете, ликвидация автономии Гонконга. В опубликованной в феврале 2022 г. «Индо-Тихоокеанской стратегии США» отмечены цели усиления сотрудничества с региональными партнерами, укрепления безопасности и продвижения свободы в ИТР, что также направлено на противодействие Пекину. Но сейчас Вашингтон нуждается в передышке для концентрации ресурсов, как финансовых, так и политических, — для достижения договоренностей на Капитолийском холме, а также для того, чтобы представить хотя какие-нибудь внешнеполитические успехи электорату.
Попыткой успокоить общественные всплески недовольства и одновременно элементом предвыборной кампании можно назвать опубликованную в газете The Washington Post президентом статью «США не отступят перед вызовами, исходящими от Путина и ХАМАСа», наполненную популистскими высказываниями об американской исключительности, агрессорах, союзниках и демократии. Тем не менее ее суть, как отмечает В.С. Васильев, заключается в сигнале Тель-Авиву, чтобы он не расширял масштабы своей военной операции в секторе Газа, и в том, что Вашингтон намерен взять тактическую паузу в своей активной внешней политике. Однако целиком отказаться от обязательств перед союзниками и стратегических целей по противостоянию соперникам будет невозможно, поэтому статью также можно охарактеризовать как оправдание перед американским избирателем в условиях непростой для США международной обстановки.
Если к власти придут Республиканцы: что ожидать от внешней политики?
В случае победы кандидата от Республиканской партии на предстоящих президентских выборах следует ожидать шаги по воплощению заявки на трансформацию международных отношений, в которые вовлечен Вашингтон, — в первую очередь это российско-украинское, европейское, ближневосточное и китайское направления. Забыть о проблеме Украины, как предлагают В. Рамасвами и Р. Десантис, вряд ли получится, однако Д. Трамп будет нацелен осуществить свою «европейскую мечту» — если раньше добиться планки расходов членов НАТО в 2% ВВП практически не удавалось, то в условиях угрозы европейской безопасности задачу перекладывания ответственности за защиту Киева на плечи союзников будет проще воплотить в жизнь. Так же, как и приложить усилия для разрыва союзнических связей России и Китая, которые представляются республиканцам одной из ключевых угроз. Поддержка Израилю будет оказана, вероятно, при любых обстоятельствах, однако вопрос личных отношений с Б. Нетаньяху и стремление не увязнуть вновь в «ближневосточной демократизации» при отсутствии четкого плана могут встать ребром для потенциального главы Белого дома. Геополитическая и экономическая конкуренция с КНР носит характер стратегической цели — и если тактические методы остаются неопределенными, то ее приоритезация и концентрация ресурсов на этом направлении представляются наиболее вероятным раскладом в случае формирования республиканской администрации в 2025 г.
Если к власти придут демократы: что ожидать от внешней политики?
Исходя из текущих внешнеполитических решений — а в случае с действующим президентом избиратели будут оценивать именно их — можно предположить, что в год президентских выборов администрация Дж. Байдена будет прикладывать всевозможные усилия, чтобы представить внешнюю политику после четырехлетнего нахождения в Овальном кабинете менее сумбурной, чем она кажется сейчас. Израильское направление стало уязвимым местом для Дж. Байдена, спровоцировав снижение уровня его поддержки среди избирателей, поэтому договоренности с Тель-Авивом и урегулирование или, как минимум, сдерживание масштабов конфликта станет приоритетом для действующего американского лидера. В отличие от республиканцев, демократы не смогут вычеркнуть Украину из своих приоритетов, рассматривая это направление через призму одного из важнейших национальных интересов, но, как было указано, могут взять некоторый перерыв на то, чтобы разобраться с баталиями в Конгрессе и финансовыми трудностями.
Подход к Китаю, наоборот, практически идентичен у двух партий. В случае выхода на плато в своей военной политике в отношении Украины и Ближнего Востока к 2025 г. потенциальная демократическая администрация сможет вернуться к более интенсивной конкуренции с КНР. При иных обстоятельствах Вашингтон под эгидой демократов, вероятно, также будет стремиться выставить своих соперников агрессорами и сплотить против них весь остальной мир, чтобы продолжать вести борьбу на три фронта.
(Голосов: 15, Рейтинг: 4.47) |
(15 голосов) |
Изменится ли внешняя политика США в отношении РФ после выборов 2024 г.?
TikTok и мемы как инструмент политического влияния в СШАСоциальные медиа становятся неотъемлемыми платформами для политической коммуникации и мобилизации
Трагедия и фарсПочему в 2024 году вряд ли в Белом доме появится лидер, сравнимый с великими президентами прошлых столетий
Как США справляются с очередным обострением палестино-израильского конфликтаО том, как Израиль превращается для США из важнейшего фактора национальной безопасности в разменную монету
Исключительность против лидерстваО предвыборном противостоянии в США и причинах, по которым Америка пока останется трудным партнером