Распечатать Read in English
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Марк Энтин

Д.ю.н., профессор МГИМО МИД России, профессор-исследователь БФУ им. И. Канта, эксперт РСМД

Екатерина Энтина

К.полит.н., доцент НИУ ВШЭ, старший научный сотрудник Института Европы РАН, эксперт РСМД

Председатель Европейской Комиссии Жан-Клод Юнкер мне глубоко симпатичен. Более обаятельного, мудрого, опытного, знающего политика и одновременно очень легкого, ироничного человека среди лидеров современного мира — поискать. Именно он — отец Люксембургского экономического чуда. Поэтому мне было несколько досадно читать в иностранных и наших СМИ высокомерные, пренебрежительные и крайне несправедливые отклики на его очередную ежегодную «тронную речь» — обращение к Европейскому союзу, имеющее тот же статус, что на национальном уровне — обращение к нации.

Председатель Европейской Комиссии Жан-Клод Юнкер мне глубоко симпатичен. Познакомился с ним много лет назад, когда он еще возглавлял правительство Люксембурга. Более обаятельного, мудрого, опытного, знающего политика и одновременно очень легкого, ироничного человека среди лидеров современного мира — поискать. Именно он — отец Люксембургского экономического чуда. Именно он превратил страну с однобокой сталелитейной экономикой, двигавшейся к закату, в один из ведущих финансовых центров планеты с самыми высокими доходами на душу населения в Европейском союзе. И сейчас у Люксембурга максимально высокий кредитный рейтинг — ААА. Государств с такими показателями в ЕС осталось только два: он и Германия.

Поэтому мне было несколько досадно читать в иностранных и наших СМИ высокомерные, пренебрежительные и крайне несправедливые отклики на его очередную ежегодную «тронную речь» — обращение к Европейскому союзу, имеющее тот же статус, что на национальном уровне — обращение к нации. В нем стандартно дается анализ текущей политической и экономической ситуации и главное — излагаются ключевые меры, которые предполагается принять для того, чтобы выправить положение, поддержать позитивные тенденции и обеспечить в итоге лучшее будущее.

«Бедный, несчастный и деградирующий» Европейский союз

Многие горе–аналитики выхватили из выступления Ж.-К. Юнкера только алармистский кусок, в котором он «посыпает голову пеплом» — говорит о сложнейших кризисных явлениях, переживаемых современным европейским обществом, и описывает многочисленные вызовы, выпавшие на долю ЕС и его государств-членов. О позитивной же части обращения, где он объясняет, как и над чем в ближайшее время будет работать ЕС, на чем он сконцентрирует усилия, практически ни гу-гу.

В качестве иллюстрации сошлюсь на ряд публикаций в «Независимой газете», скорее, известной своим профессиональным, сбалансированным, вдумчивым отношением к международной тематике. Тем более к знаковым событиям международной жизни. Одни названия чего стоят: От редакции, «Призрак распада бродит по Европе» [1]; Евгений Григорьев, «Евросоюз переживает экзистенциальный кризис» [3].

Понимание того, что нам надо сотрудничать, нужно отказываться от конфронтации, необходимо разворачиваться лицом друг к другу рано или поздно пробьет себе дорогу.

На страницах «Независимой газеты» внимание привлекается в основном к «экзистенциальному кризису», определяющему положение дел в ЕС, по поводу которого «сокрушался» председатель Европейской Комиссии (16.09.16). Редакция суммирует его в следующих выражениях: «Страны-участницы слишком зачастили с разговорами о национальных интересах и не имеют общего видения, как преодолеть экономический застой, миграционный кризис и террористическую угрозу» (16.09.16), повторяя формулировки своего обозревателя. Сам же Е. Григорьев приводит такие слова Ж.-К. Юнкера: «в ЕС многое повернулось не к лучшему», «число областей, в которых мы солидарно сотрудничаем, слишком мало» (15.09.16). Расшифровывая их, комментатор пишет о разброде в стане ЕС и утрате доверия к европейскому интеграционному проекту.

Из тех мер, которые предлагаются председателем Европейской Комиссии, он упоминает только о планах вдвое увеличить объем средств, привлекаемых по линии Европейского фонда стратегических инвестиций в целях реиндустриализации Европы — до 630 млрд евро. Но тут же оговаривается — чтобы не менять тональность статьи — будто бы «не ясно, что из этого получится». Причина сомнений — за полтора года существования фонда, решение о создании которого было принято на саммите ЕС в декабре 2014 г., использовано на финансирование инвестиционных проектов «только 116 млрд» (нам бы такие вложения в реальную экономику и инфраструктуру!). Кроме того, «ожидаемого экономического рывка не наблюдается. И проблемы остаются те же. Речь по-прежнему идет о преодолении массовой безработицы, особенно среди молодежи, подъеме экономики и т. д.» (15.09.16).

Редакция «Независимой» добавляет еще несколько удручающих штрихов к и без того нерадостной картине «самого глубокого кризиса в почти 60-летней истории интеграционной модели, еще совсем недавно считавшейся образцом для подражания», который высветил Brexit (16.09.16). «В принципе с выходом Британии из европейского проекта у ЕС появляется шанс стать сильнее и сплоченнее. Альбион при любом премьер-министре и правящей партии был неким тормозом для реализации изначальной европейской идеи движения к федерации», — отмечается в передовице. «Но, судя по всему, — выносят свой вердикт ее авторы, — ситуация в ЕС будет развиваться иначе» (16.09.16). ЕС может разделиться на три блока по интересам с меняющейся геометрией. Многие страны ЕС вслед за Великобританией начнут требовать возвращения отдельных суверенных полномочий, переданных институтам ЕС, на национальный уровень. Усилится фронда по отношению к директивным указаниям, поступающим из Брюсселя. Так, уже в 18 странах звучат требования о проведении до 32 различных референдумов. Вместо своего собственного прогноза, для пущей убедительности, — цитата из высказывания Высокого представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности, прозвучавшего в очевидно ином контексте: «Цель и даже существование нашего союза ставятся под сомнение» (16.09.16).

Статья Н. Арбатовой тоже проникнута соответствующим моменту пессимизмом, хотя в ней и выражается робкая надежда на то, что страны ЕС сумеют справиться с обуревающими их неурядицами. К числу «экзистенциальных проблем» ЕС, по ее мнению, «можно отнести и последствия мирового и финансового кризиса, обнажившего дефекты европейской конструкции, и бремя нелегальной миграции, захлестнувшей Европу в последние два года, и как следствие — евроскептицизм, популизм и национализм. Именно дефицит доверия европейцев к структурам ЕС и брюссельской бюрократии, обвиняемым в неспособности реагировать на возникающие вызовы и исправлять допущенные ошибки, обусловил феномен Brexit и продолжает представлять сегодня самую серьезную угрозу будущему европейского проекта» (19.09.16).

Удастся ли лидерам ЕС и государствам – членам достичь консенсуса по основным направлениям стратегии выхода из кризиса, Н. Арбатова, конечно же, сказать не берется. Вместе с тем она подчеркивает, что отступать им больше некуда. Нельзя сбрасывать со счетов, как она полагает, и то, что «Brexit разбудил Европу» (19.09.16). К тому же на только что состоявшемся саммите в Братиславе они одобрили «дорожную карту» действий на ближайшее будущее. В ней приоритетными направлениями политики ЕС названы (перечисляет Н. Арбатова): «укрепление солидарности и поиск общих решений по тем вопросам, которые сегодня разделяют членов ЕС; контроль над миграцией и укрепление внешних границ; обеспечение внутренней безопасности и борьба с терроризмом; усиление сотрудничества по вопросам внешней безопасности и оборонного потенциала ЕС; создание перспективного экономического будущего для всех; защита европейского образа жизни и обеспечение лучших возможностей для молодежи» (19.09.16).

Чуть-чуть объективности в дополнение к основному блюду

Знакомиться со столь уничижительным анализом просто неловко. Да, ЕС столкнулся с системным кризисом. Противоречия между государствами-членами в последнее время сильно обострились. Регион захлестнули настроения разочарования и неверия. Резко выросло влияние популистских, крайне правых и левых партий. Рецепты, почерпнутые из прошлого, утратили былую надежность. Все это так. Но ведь ЕС остается крупнейшей экономикой мира, наряду с США. Совокупный ВВП входящих в него стран на порядок превышает наш. Малюсенький рост в 1 %, на который Евросоюзу, пусть и с трудом, однако все же удалось выйти, дает такое же приращение производства и сферы услуг, как наши 8–10 %, которых ни сейчас, ни в обозримом будущем, похоже, не предвидится. Гранды ЕС по-прежнему остаются одним из основных источников технологий и ноу-хау, в которых заинтересован весь остальной мир. Капиталы, которыми они ворочают, могут вызвать лишь зависть. Естественно, белую. Поэтому пренебрежительно и свысока писать о проблемах ЕС, наверное, нам не к лицу.

К тому же во многом несправедливо. Есовцы не сидят сложа руки, дожидаясь у моря погоды. Они работают. Ломают головы. Экспериментируют. Далеко не все получается, как им бы хотелось, но они упорно идут вперед. Шаг за шагом они осуществляют намеченные структурные реформы, необходимые для адаптации общества к потребностям меняющегося мира. Чтобы жить по средствам. Сделать экономику и финансы более устойчивыми. Перевооружить экономику с опорой на достижения в области информационно-коммуникационных технологий. Вернуть ей былую конкурентоспособность и благодаря этому подтянуть социальную сферу и вернуть доверие избирателей. Потихоньку, не гнушаясь пересмотром позиций, которые оказались ошибочными, снижают накал миграционного кризиса.

Европейская Комиссия сократила до минимума дистанцию между словами и делами, намерениями и их воплощением в практическую политику.

Может быть, результаты и не очень впечатляют, поскольку экономика и общество разных частей Евросоюза остаются слишком разнородными, однако они есть. Безработица снижается. Ее пик пройден. Это очевидно. Число банкротств больше не зашкаливает. О том, чтобы поискать лучшей доли за кордоном, задумывается меньшая часть молодежи, чем еще пару лет назад. Проведена санация крупнейших банков региона. И не только их. Подготовлен задел для того, чтобы разнообразить источники финансирования реального сектора экономики и облегчить доступ к «длинным и дешевым» деньгам для средних и мелких компаний повсюду в ЕС, включая его периферию. В целом международная конкурентоспособность выросла. Европейский бизнес вернул себе утраченные позиции на своем внутреннем рынке и активизировал экспансию вовне. Времена дефицита торгового баланса стран ЕС остались в прошлом. Профицит пошел в гору. Так что кое-чего ЕС и государствам – членам все-таки удалось добиться.

И еще один аргумент в пользу того, чтобы относиться к планам внутреннего развития ЕС более объективно и вдумчиво. Пусть многое в отношениях между Россией и ЕС разрушено. Естественно, не по нашей вине. Пусть даже трудно припомнить, когда они были настолько плохими. Санкционная война продолжается, и конца-края ей не видно. А ни одна из сторон не выказывает ни малейшего желания что-либо менять и идти на попятный. Тем не менее мы соседи. У нас общие беды и проблемы. Нам вместе жить и вместе искать ответы. А раз так, понимание того, что нам надо сотрудничать, нужно отказываться от конфронтации, необходимо разворачиваться лицом друг к другу рано или поздно пробьет себе дорогу. Лучше бы, конечно, пораньше. Такая перспектива выглядит намного более желательной. Для всех.

И кому, как не тем, кто пишет о ЕС, кто профессионально следит за эволюцией европейского интеграционного проекта, кто занимается делами континента, ее приближать. Объективно оценивать, что у ЕС получается, а что нет, и почему. Тщательно отбирать из планируемого нашими соседями то, что представляет практический интерес, что и нам при корректировке своего экономического развития и выполнении взятых на себя социальных и иных обязательств могло бы пригодиться. Приглашаю взглянуть на ключевые тезисы ежегодного обращения Ж.-К. Юнкера именно под таким углом зрения.

Небольшая толика существенных нюансов

Прежде всего, хотелось бы заострить внимание на нескольких моментах, помогающих увидеть обращение председателя Европейской Комиссии в другом свете, нежели предпочли избрать популярные и менее популярные российские издания.

Во-первых, оно составлено в выражениях, которые не могут не импонировать политическому классу ЕС и его государствам-членам. Во всяком случае, тому его сегменту, который не поддался настроениям популизма, алармизма и неверия и сохранил приверженность европейскому интеграционному проекту. Оно проникнуто оптимизмом, хотя все трудности, переживаемые ЕС, названы в нем своими именами. Зачитывая его попеременно на английском, французском и немецком — рабочих языках интеграционного объединения, Ж.-К. Юнкер выглядел вполне убедительно. Его выступление было с энтузиазмом встречено большинством депутатов. Да и в письменном виде оно читается вполне неплохо. В нем много общих мест и высокопарных слов. Но они не вызывают отторжения. Бьют в точку. Хорошо вписаны в общий контекст. Постоянно подкрепляются конкретикой.

Во-вторых, собственно речь является лишь частью обращения. Его подкрепляет письмо к председателю Европарламента Мартину Шульцу и председателю Совета ЕС Роберту Фицо с изложением конкретной программы действий Европейской Комиссии на следующие 12 месяцев. Это письмо, согласно рамочному соглашению между наднациональными институтами ЕС, начинает процедуру ее обсуждения и одобрения. Чтобы отделить то, что уже сделано, от того, что еще только намечается, к обращению приложен материал о прогрессе, достигнутом в реализации утвержденных в начале легислатуры десяти основных направлений деятельности Комиссии, а также справки, иллюстрирующие интенсивность контактов членов ЕК с национальными парламентами и то, как разворачивается т. н. «диалог с гражданами». Благодаря этому, собственно речи придан энергичный характер. Она избавлена от второстепенных деталей. В ней говорится только о главном.

В-третьих, речь достаточно предметна. Она содержит не только призывы и обозначение целей, на достижении которых намерена концентрироваться Европейская Комиссия, но и разъяснение того, как она собирается решать поставленные задачи. Какими средствами. С помощью какого инструментария. Причем не только на словах. Практически под каждое ее положение ЕК подверстала сопровождающие ее конкретные меры. Инициативы. Законопроекты. Они касаются инвестиционного пакета, цифровой экономики, переформатирования рынка капитала, вопросов обеспечения безопасности — внутренней и внешней и т. д. Таким образом, на этот раз Европейская Комиссия сократила до минимума дистанцию между словами и делами, намерениями и их воплощением в практическую политику. А обращение превратила из перечня благих пожеланий во вполне законченный скол политической стратегии, в которой элементы программы взаимосвязаны и работают на общий результат.

В-четвертых, ни самобичевания, ни клинического диагноза, выносимого ЕС, в обращении, естественно, и в помине нет. Ж.-К. Юнкер не говорит о том, что интеграционное объединение столкнулось с «экзистенциальным кризисом». Не надо передергивать! Он указывает на то, что ЕС «в какой-то степени переживает экзистенциальный кризис». Это, как говорят у нас в Одессе, две большие разницы. И раскрывает суть кризиса он совсем иначе, нежели его поняли некоторые обозреватели. Или решили преподнести. Он вовсе не в нагромождении проблем «от высокой безработицы и социального неравенства до неподъемной суверенной задолженности, тяжелейшей задачи интеграции беженцев, очень конкретных угроз нашей безопасности, внутренних и внешних». Это всё проблемы. И квалифицирует их председатель Европейской Комиссии лишь в качестве таковых. Под «в какой-то степени экзистенциальным кризисом» ЕС он подразумевает совсем другое — откат в осуществлении интеграционного проекта, перетягивание национальными правительствами одеяла на себя, нежелание договариваться. По мнению Ж.-К. Юнкера, слабость ЕС состоит в том, что «в Союзе недостаточно Союза». В Европе недостаточно Европы. Следует отреставрировать европейский проект и идти дальше по пути интеграции.

В-пятых, весь пафос обращения — как раз об этом. Нужно больше Европы, громко и решительно заявляет старожил европейской политики. Больше единства. Солидарности. Ответственности. Лидерства. Больше конкретных действий. Игры на опережение. Успехов. Совместных свершений. Его «месседж» политикам, правительствам и народам региона предельно понятен. Откровенен. Жесток и решителен. Все — национальные правительства, парламенты и институты ЕС — должны преодолеть склоки. Перестать смотреть на то, что творится в мире, только через призму своих собственных внутренних неурядиц. Сваливать на Брюссель исключительную ответственность за неудачи. Выработать единые позиции и ориентиры и последовательно придерживаться их. Действовать как пальцы одной руки, сжатые в кулак. Особенно на важнейших направлениях. Это нужно, чтобы справиться с проблемами, свалившимися на ЕС. Быть на высоте вызовов. Вернуть себе лидерство в мире. Вновь стать динамичной экономикой. Завоевать доверие населения. Снять угрозы европейскому обществу со стороны популизма, радикализма и евроскептицизма. Обеспечить лучшее будущее. И себе, и другим. Короче, «засучить рукава» и взяться за работу.

Проступающий абрис обновленного Европейского союза

За какую именно работу, как раз и говорится в послании. Методично. Реферат за рефератом. Все, что предстоит сделать ЕС, Ж.-К. Юнкер объединил в несколько агрегированных смысловых разделов.

Давайте кратко пробежимся по каждому из них. Их всего три (четвертый не в счет — в нем повторяется то, как Ж.-К. Юнкер расставил акценты). Названы они на современный манер чуть экзотически. Туманно. Непонятно. Зато привлекательно. Во всяком случае, ухо не режет. (Наших соседей по континенту.) Перевод, естественно, не дословный: Европа, которая в состоянии отстоять свой образ жизни; которая наделяет необходимыми полномочиями; защищает себя от внутренних и внешних угроз; наконец, берет на себя ответственность.

Перечень завоеваний и достижений, которые Ж.-К. Юнкер и Европейская Комиссия относят к ценностям ЕС, крайне любопытен. Как следует из послания, они далеко выходят за рамки традиционной триады — плюралистическая демократия, правовое государство и уважение к правам человека, и представляют собой, похоже, их наиболее современное, актуализированное, модернистское и расширительное прочтение. На первое место (в пику англичанам, крайне правым, популистам и евроскептикам), после дежурного упоминания о том, что к важнейшим заслугам ЕС можно отнести беспрецедентно длительный период мира на континенте и умение преодолевать любые конфликты политическими методами, а также, само собой, не подлежащую сомнениям приверженность триаде, поставлена свобода передвижения.

Именно свобода передвижения стала камнем преткновения в отношениях между Великобританией и континентальной частью ЕС. Для Брюсселя это вопрос принципа. Свобода передвижения является наиболее весомым достижением ЕС. Она особенно ценится населением государств – членов. Отнюдь не только из Восточной и Юго-Восточной Европы. Без нее общий (единый) рынок сразу же становится ущербным.

Далее ожидаемо поднимается на пьедестал эффективная судебная система. Она обеспечивает независимый контроль над властями, капиталом и всеми остальными. Без независимых судов не будет, разъясняется в послании, ни экономического роста, ни соблюдения прав человека, ни современного общества.

А вот на следующей позиции оказывается торговля, вернее, свобода торговли с соседними странами. Это что-то новенькое. Хотя у ЕС есть серьезные резоны включать ее в базовые ценности интеграционного объединения. Как-никак, ЕС — крупнейший в мире торговый блок. Значительная часть генерируемых им богатств создается за пределами региона. Седьмая часть всех рабочих мест в ЕС существует за счет экспорта.

Отсюда мостик к соглашению о свободной торговле и инвестициях с Канадой. В обращении оно названо «лучшим и наиболее прогрессивным» из когда-либо заключавшихся Брюсселем и государствами – членами. Обещано, что ЕС будет биться за его ратификацию. (Похоже, что иначе его через национальные парламенты и Европарламент не протащить.) Ж.-К. Юнкер будет лично лоббировать его скорейшее вступление в силу.

Чуть ли не в шахматном порядке далее поставлена защита персональных данных — крайне болезненная тема для ЕС, имеющая определяющее значение в настоящее время для защиты личной жизни. Тем более после того, как выяснилось, что все люди сейчас потенциально под колпаком спецслужб, а каждый наш шаг отслеживается компаниями-провайдерами электронных услуг. Правда, в этой области Брюсселю есть, что поставить себе в заслугу — в мае 2016 г. утвержден соответствующий регламент ЕС. Им ликвидировано различие в статусе информационно-коммуникационных провайдеров электронных услуг, ранее выводившее американских гигантов Интернета из-под действия законодательства ЕС.

То, что в шахматном порядке, подтверждает следующая позиция. На ней оказалась равная оплата за равный труд. Это колоссальная уступка социалистическим партиям и периферии ЕС. Попытка восстановить в регионе более прочный социальный мир, сильно пострадавший от политики жесткой экономии. Дань идеям на порядок более единой и гомогенной Европы, отсутствующей на практике, вроде бы, сдавшим позиции под напором задавившего всех и вся неолиберализма. Прорыв на этом направлении должна обеспечить директива ЕС о трудящихся, проект которой уже внесен Европейской Комиссией. Классное выражение из речи Ж.-К. Юнкера: «Европа — не Дикий Запад, а социальная рыночная экономика».

Завершают коктейль из гражданских прав и выпячивания охранительных функций власти в ее национальном и наднациональном измерении обещание строго следить за защитой прав потребителей; добиваться, чтобы хозяйствующие субъекты не могли больше уклоняться от уплаты налогов и заниматься оптимизацией налогооблагаемой базы, а платили их пропорционально реальному объему деятельности в странах, в которых они работают; оберегать свою сталелитейную промышленность и сельское хозяйство от демпинга и других практик, якобы ставящих их в неравное положение. (На обыденном языке это называется протекционизмом.)

Замыкает список такая высшая ценность ЕС и государств – членов, как евро. Поскольку экономика (не путать с ее регулированием) и борьба с безработицей — епархия национальных правительств, Ж.-К. Юнкер оговаривается: в авангарде борьбы за таким образом понимаемые ценности Союза должны идти государства – члены. Институты ЕС будут им помогать и совместно с ними делать все необходимое, чтобы обещания не остались пустым звуком.

REUTERS/Darren Ornitz
Наталья Евтихевич:
Чего хотят Россия и ЕС?

Второй раздел программы ЕС менее идеологизирован. В нем сосредоточены меры, которые можно пощупать. Исполнение которых легче поддается проверке. Поэтому он и кажется более конкретным и впечатляющим. В нем речь идет главным образом о создании предпосылок для раскрепощения экономики региона и мощного рывка вперед. Логика раздела — ЕС будет делать ставку на всемерное внедрение постоянно обновляемых информационно-коммуникационных технологий в реальный сектор экономики и перевод всего, что только можно — инфраструктуры, стартапов, средних и малых предприятий на новую технологическую платформу.

Но ставку можно делать на словах и успешно забалтывать. А можно так, как сейчас намерена действовать Европейская Комиссии. К 2025 г. ЕС в масштабах всего региона перейдет на широкополосный Интернет пятого поколения (5G). Он обеспечит, чтобы к 2020 г. повсюду в странах ЕС в публичных местах, будь то в крупных или небольших городах, был обеспечен бесплатный и устойчивый доступ в глобальную сеть. (В этом отношении от ЕС ни в коем случае нельзя отставать!). Интеграционное объединение продолжит формировать единый цифровой рынок, гарантирующий, теперь уже в контексте наднационального регулирования, эффективную защиту авторских прав и достойную оплату творческой деятельности.

Бюджет инвестиционного плана для ЕС с нынешних 315 млрд евро будет увеличен к 2020 г. до 500 млрд и к 2020 г. до 630 млрд евро. Причем эти цифры могут быть превышены. По инициативе государств – членов. Они только ориентир. С учетом неразберихи в головах отечественных комментаторов (см. первый подраздел), важно подчеркнуть, что эти цифры взяты не с потолка. Они подсказаны самой жизнью. Европейский фонд стратегических инвестиций оказался чрезвычайно удачной инициативой. Через механизм государственных и наднациональных гарантий (Европейской Комиссии и Европейского инвестиционного банка) он позволил привлечь к финансированию в реальную экономику и инфраструктурные проекты колоссальные деньги. Лишь за первый год его функционирования порядка 200 тысячам средних и малых предприятий были предоставлены кредиты на сумму 116 млрд евро. Это потрясающий задел. Естественно, вложенные деньги заработают через какое-то время. Однако нет никаких оснований сомневаться, что они послужат инкубатором для инноваций и новейших технологий и их коммерциализации.

Пример Фонда показался Европейской Комиссии настолько обнадеживающим, что она решила создать его аналог для Африки. Цель, в том числе, — купировать наплыв мигрантов путем создания рабочих мест и стимулирования экономического роста в странах исхода. Первоначальные наметки — привлечь в него 44 миллиарда евро. Механизм тот же: частные инвестиции под государственные и наднациональные гарантии. Если государства – члены подключатся к раскручиванию инициативы более активно, бюджет фонда для Африки может удвоиться. Это фактически перевод политики международного содействия развитию в новое качество. Что особенно важно для ЕС — перспективный способ поставить заслон против нежелательной миграции чисто экономическими средствами.

Однако и это далеко не все. На предыдущем этапе борьбы с последствиями глобального финансово-экономического кризиса и кризиса суверенной задолженности ЕС восстановил устойчивость банковской системы. Теперь он берется за то, чтобы банки, решив проблемы выживания, развернулись лицом к реальной экономике. Кроме того, подготовив все необходимое, Брюссель приступает к переформатированию рынка капитала, которое превратит банки, по образцу США, лишь в один из источников кредитования реальной экономики, наряду с другими. В послании приводится только один пример, характеризующий масштабы новаций, но он достаточно показателен. Если реформы пойдут споро, это позволит банковской системе уже вскоре дополнительно, сугубо дополнительно, за счет внутренних резервов, выделить порядка 100 млрд евро (!) на финансирование экономического развития.

Отдельно по поводу снижения уровня безработицы среди молодежи. Как утверждается в послании, за прошедший период 9 млн выпускников школ и вузов получили поддержку по линии есовской «Гарантии молодым». Пять миллионов студентов воспользовались возможностями, предоставляемыми наднациональными программами университетской мобильности в рамках ЕС и за его пределами «Эразмус» и «Эразмус плюс». Каждый третий из тех, кто благодаря им проходил стажировку на предприятиях, в дальнейшем получил работу на фирмах и в структурах, где он/она были на практике. По замыслу властей ЕС, эти программы получат дальнейшее развитие. Параллельно ЕС создаст добровольческую молодежную службу (спасения) солидарности, которая позволит оперативно реагировать на нужды реабилитации районов, пострадавших или страдающих от стихийных, техногенных и социальных бедствий.

Третий реферат — безопасность. В ответ на террористическую угрозу ЕС уже сделал не так мало, подчеркивается в обращении (хотя и недостаточно). В частности, Брюссель криминализировал все аспекты террористической деятельности, включая участие в боевых действиях за пределами интеграционного объединения на стороне террористов. Он принял решительные меры для пресечения оборота стрелкового оружия и финансирования терроризма. В сотрудничестве с интернет-провайдерами он договорился, как противодействовать терроризму в глобальной паутине.

Если допустить, что у ЕС получится, и государства – члены вновь повлекут ЕС вперед в единой упряжке по намеченному пути, у региона есть весьма неплохие шансы выбраться из всех испытаний (даже Brexit) окрепшим, усилившимся и более монолитным.

Теперь Европейская Комиссия ставит перед структурами ЕС задачи иного порядка: обеспечить тотальный информационный контроль за всеми теми, кто пересекает его границу. Эти задачи будет решать создаваемая Погранслужба ЕС. В первую очередь помощь в живой силе и технике будет оказана Греции и Болгарии. За туристическими потоками будет следить Европейская информационная туристическая система. Брюссель существенно расширит полномочия Европола, который получит весомую кадровую подпитку.

Оставаясь преимущественно «гражданской силой», опираясь, прежде всего, на свою притягательность для других, ЕС в то же время, как видится Ж.-К. Юнкеру, приступит к наращиванию и ее «жесткого» компонента. Соответствующие возможности уже прописаны в Лиссабонском договоре. Ничего изобретать заново не придется. Ими просто надо будет воспользоваться.

В постановочном ключе в послании говорится о превращении поста Высокого представителя по иностранным делам и политики безопасности в министра иностранных дел ЕС. Тогда она (если такой статус получит уже Федерика Могерини) могла бы проводить единую стратегию ЕС по Сирии, которую предстоит выработать.

Под углом зрения внешней безопасности в послании предложено осуществить структурную перестройку ВПК ЕС, чтобы устранить дублирование; создать постоянно действующий генштаб для управления военными и военно-гражданскими операциями ЕС и под эгидой ЕС за пределами территории интеграционного объединения; учредить фонд оборонных инвестиций; начать формирование совместных воинских частей силами тех стран, которые захотели бы пойти на «постоянное структурированное сотрудничество» в военной области. Не много — не мало.

Признаться, амбиции послания впечатляют. (Особенно на контрасте сетований по поводу разброда в стане государств – членов ЕС.) Вроде бы, ничего лишнего. Только текущие и вполне заземленные аспекты корректировки политического курса, которая уже одобрена ЕС в основных чертах (на Братиславском саммите). И наращивания того, что им делается. Но, если допустить, что у ЕС получится, и государства – члены вновь повлекут ЕС вперед в единой упряжке по намеченному пути, у региона есть весьма неплохие шансы выбраться из всех испытаний (даже Brexit) окрепшим, усилившимся и более монолитным.

Этого хотелось бы пожелать ЕС и лично Ж.-К. Юнкеру от всей души. Правда, в еще большей степени — пожелать им отказаться от тупиковой линии на конфронтацию с Россией. Вернуться на платформу конструктивного сотрудничества и взаимодействия, преодолев все свои искусственно выдуманные и взращенные фобии. Сообща, плечом к плечу, создавать международное сообщество будущего. Теперь уже, наверное, в форме Большого Евразийского партнерства. Прописать такую возможность в будущей стратегии ЕС, которую председатель Европейской Комиссии пообещал в «тронной речи» представить к марту 2017 г.

Посмотрим. Пока же от такого варианта развития отношений с ЕС, причем не нынешним, а тем, который вырисовывается по наметкам Ж.-К. Юнкера, нам отказываться не следует. Тем более шельмовать наших соседей, с которыми нам жить и жить. А все позитивное из конкретизированных программных положений перестройки интеграционного объединения взять на учет и использовать в своей практической политике. Ей-ей, от этого мы только выиграем.

1. «Независимая газета», 16 сентября 2016 г.

2. «Независимая газета», 15 сентября 2016 г.

3. «Независимая газета», 19 сентября 2016 г.

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся