Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Поделиться статьей
Любовь Шишелина

Д.и.н., заведующая отделом исследований Центральной и Восточной Европы ИЕ РАН, эксперт РСМД

В год четвертьвекового юбилея Вишеградской группы исследовательские центры четырех стран предпринимают попытки не только проанализировать результаты своего 25-летнего совместного существования, но и примерить новые и даже нетрадиционные сценарии дальнейшего развития сообщества.

В год четвертьвекового юбилея Вишеградской группы исследовательские центры четырех стран предпринимают попытки не только проанализировать результаты своего 25-летнего совместного существования, но и примерить новые и даже нетрадиционные сценарии дальнейшего развития сообщества.

Особого внимания заслуживает доклад Польского института международной политики (PISM) «Превращение В4 в глобального игрока: анализ возможностей и препятствий в сотрудничестве Вишеградских стран с Бразилией, Индией, Китаем и Южной Африкой», выпущенный под редакцией Патрика Кугеля [1]. Доклад, опубликованный при поддержке Вишеградского фонда, — коллективное произведение ведущих исследовательских центров В4: PISM, cловацкого Института центральноевропейской политики (CEPI), пражского Института международных отношений (IIR), венгерского Центра исследований экономической и региональной политики ВАН (MTA KRTK).

Высокий профессионализм авторов доклада делает его предельно честным и понятным, а потому возникающее поначалу ощущение некоторой завышенной амбициозности исчезает уже к концу прочтения введения.

Вишеградская группа смогла не только пережить сложнейшие эпизоды своей четвертьвековой истории без тяжелых конфликтов, но и стать брендом региона.

Действительно, вопреки изначальному неверию в долгожительство соединения сначала трех, а после распада Чехословакии – четырех государств Центральной Европы, оно стало единственным удачным проектом трансформирующегося до сих пор постсоциалистического пространства. Вишеградская группа смогла не только пережить сложнейшие эпизоды своей четвертьвековой истории без тяжелых конфликтов, но и стать брендом региона, только набирающим авторитет на фоне поглощающего Европу экономического и политического хаоса.

Об этом говорят и названия появляющихся докладов, включающие глобальные задачи группы, а также сравнивающие ее с другими регионами. Так, базирующаяся в Праге Ассоциация международных отношений выпустила к юбилею доклад под названием «В4 и внутренний рынок: Бенилюкс 21 века?»[2] А уже упомянутый доклад Польского института внешней политики примеряет Вишеградскую четверку к глобальным задачам, таким, как перспективы взаимодействия со странами, непривычно для нас – без нас – звучащего БИКС.[3]

Промежуточные итоги

 

Оценки прошлого, настоящего и будущего Вишеградской группы небезосновательны, поскольку этот регион Европы состоялся практически во всех отношениях. Вишеградская группа начала, подобно Бенилюксу, с организации зоны свободной торговли, и этого ей удалось достичь еще в начале 1990-х гг. Сплочению стран способствовало создание Центральноевропейской зоны свободной торговли (ЦЕФТА). Ее успеху сопутствовало четкое понимание того, что этот шаг соответствует их цели присоединиться к единственно развивавшемуся на тот момент рынку и интеграционному механизму. Интересно вспомнить и то обстоятельство, что еще до официального подписания документа о создании Вишеградской группы, лидеры и министры иностранных дел четырех государств посещали Бенилюкс для ознакомления с опытом взаимодействия трех государств – основателей Европейского союза. Вишеградская группа не сочла целесообразным перенимать все институциональные формы Бенилюкса, однако экономический кризис и необходимость его преодоления все более сближают позиции «четверки», ставя ее перед необходимостью координации внешнеполитических и внешнеэкономических усилий.

На протяжении 25 лет процесс приближения к западным альянсам, пребывание в них, а также угрозы безопасности, исходившие из непосредственного соседства, содействовали сплочению региона и обмену опытом реформ. Главным итогом стало то, что в процессе экономической перестройки и адаптации к нормам ЕС, страны региона, преодолевая кризис, параллельно начинают все больше полагаться на свой регион. Размеры внутрирегиональных поставок неуклонно растут на фоне показателей ЕС, что указывает на самостоятельность региона [4]. Постепенно страны региона наращивают опыт согласования вопросов энергетической безопасности, экологичности производства, патентования авторства технических разработок и т.п. Это способствует формированию единой политики по всему расширяющемуся кругу вопросов. Из-за кризиса на Украине и сложностей в российско-украинских отношениях Словакия и Польша лишились решающей роли в распределении российских углеводородов. Теперь стран В4 не устраивает вариант получения российского газа с Запада, через Германию: это не только дороже, но и лишает регион доли значимости в ЕС как транзитного региона жизненно важных для всего объединения ресурсов.

Авторы доклада справедливо отмечают тенденцию к формированию уникальной региональной экономики. По их утверждению, страны В4 – важные торговые партнеры друг для друга. У каждой из стран «четверки» по меньшей мере один из партнеров по В4 в числе трех главных потребителей своей экспортной продукции. Словакия же, которая имеет границы со всеми странами Вишеградской группы, считает все страны объединения своими важнейшими торговыми партнерами: ее суммарный экспорт в страны-партнеры составляет 31,5% всего экспорта и превышает долю поставок в самую важную в этом отношении страну – Германию (22,3% экспорта Словакии) [5].

Тем не менее, чтобы достичь уровня экономической интеграции рынка Бенилюкса, Вишеградской группе потребуется не только помощь ЕС, но и гармонизация экономических взаимоотношений по таким направлениям, как: углубление административного сотрудничества в вопросах совершенствования внутреннего рынка; создание общих групп по защите прав потребителей; взаимодействие национальных торговых палат на уровне торговли с ЕС, а также с третьими странами; ответственность профессионального журналистского сообщества [6]. Не будем углубляться в тему того, достаточен ли очерченный в докладе чешской ассоциации круг вопросов. Возможно, следовало бы сильнее подчеркнуть сравнительный характер двух интеграций, а также уделить больше внимания характеристике именно экономических показателей и перспектив. Однако методологию исследования можно рассматривать как сугубо авторское решение, опирающееся на достаточный фактический материал и выводящее на новый уровень анализа и рассуждений.

В4 расширяет влияние

То, что амбициозная задача, поставленная в чешском докладе, популярна в регионе, подтверждается и в исследовании Польского института международной политики. В докладе утверждается, что Вишеградская группа обладает сегодня значительным ростом и влиянием, чтобы выйти за пределы Европы. В частности, ее совокупный ВВП делает В4 15-ой крупнейшей экономикой мира, а по числу представителей в Европарламенте Вишеградская группа в два раза превышает представительство Франции, Италии и Великобритании [7]. Отсюда можно сделать вывод, что сила группы именно в единстве, которое следует поддерживать несмотря на возникающие время от времени разногласия.

Авторы доклада справедливо отмечают тенденцию к формированию уникальной региональной экономики.

Если раньше евроскпетицизм демонстрировали отдельные страны, то в условиях кризиса в отношениях с соседями, как южными, так и восточными, тенденция несогласия с Брюсселем расширяется, и страны начинают кооперироваться ради достижения своих целей внутри ЕС. Вспомним, что накануне принятия Лиссабонского договора президенты Чехии и Польши выступали против документа порознь, выдвигая доводы, не имевшие общей базы. Теперь же, когда Брюссель давит на Польшу, задумавшую пересмотр сразу нескольких принципиально важных законов, Венгрия, прошедшая аналогичную стадию отношений с руководством ЕС, обязуется не голосовать за антипольские решения Брюсселя. Таким образом, в регионе зарождается традиция совместного отстаивания своих региональных политических интересов. Возможно, к этому привели события последних двух лет: война на Украине и наплыв беженцев с Ближнего Востока и из стран Африки не могли не внести корректировок в политику и изменений в другие сферы жизни Вишеградской группы, особенно на фоне требований Брюсселя соблюдать санкции в отношении России и квоты на прием мигрантов.

EPA / PIOTR WITTMAN / Vostock Photo
Сергей Рекеда и Вадим Трухачев

Особенно сложно для В4 было выработать общую позицию по отношению к России во время украинского кризиса. На этом фоне даже появились прогнозы неминуемого распада В4. Однако подоспевший миграционный кризис вновь сблизил позиции сторон. Это показало, что страны Вишеградской группы воспринимают угрозы по-разному, и Россия не представляет опасности для большинства из них.

Поднятый в докладе вопрос об отношениях Вишеградской группы со странами БИКС (Бразилия, Индия, Китай, ЮАР) носит на этом актуальном фоне вторичный характер, возвращая читателя к проблеме глобализации мирохозяйственных связей. Выхолащивание буквы «Р» из названия региональной группировки, с одной стороны, не может не озадачить российского аналитика. С другой– действительно, Россия по отношению к странам Вишеградской группы находится в качественно ином геополитическом и географическом измерении по сравнению с остальными членами БРИКС. У нее иная история отношений с Венгрией, Польшей, Словакией и Чехией. Это в известной степени оправдывает подход авторов исследования, усиливая при этом ожидания отдельного доклада об отношениях В4 с Россией.

Сила группы именно в единстве, которое следует поддерживать несмотря на возникающие время от времени разногласия.

Авторы предельно честны в определении значимости Вишеградской группы для перечисленных стран. Если Китай включил эти страны в стратегию 16+1 уже несколько лет назад, то Индия, Бразилия и Южная Африка «все еще не признали новый потенциал Центральной Европы» [8]. Одновременно авторы подчеркивают, что среди стран В4 нет больших разногласий по поводу линии поведения в отношении стран БИКС, «поскольку все они руководствуются исключительно прагматическим подходом, сфокусированным на экономических задачах» [9]. Также отмечается и то, что чем сплоченнее и успешнее внутри ЕС будут страны Вишеградской группы, тем более высокими будут их шансы на установление прочных отношений со странами БИКС. И наоборот, успех на направлении БИКС может способствовать повышению авторитета группы внутри самого ЕС. Однако какова вероятность подобного хода событий? В частности, авторы отмечают, что по сравнению с другими членами ЕС страны В4 обладают меньшими возможностями, однако это не означает, что они не должны исключать данное направление из своей экономической и политической стратегии, особенно в русле нарастающей евроатлантизации Европы и формирования новых отношений ЕС-Китай.

Vishegrad Fund Policy Paper 2/20116:
V4 and the Internal Market:
Benelux of the 21st Century?

Авторы детально рассматривают деятельность как отдельных стран В4 в Бразилии, Индии, Китае и ЮАР, так и их сотрудничество. Наиболее активно в попытках установления торгово-экономических контактов выступают Венгрия, Польша и Чехия. Словакия, будучи самой маленькой по населению и территории страной, имеющей меньше дипломатических представительств в мире, менее активна на столь далеких от нее рынках, однако не рассматривает возможность объединения своих действий, в частности, с более близкой ей Чехией. Венгрия реализует эти связи в рамках Стратегии открытия на Восток и сравнительно недавно принятой Стратегии Открытия на Юг. Кроме того, она практикует открытие торговых домов в стратегически важных для себя странах. Польша ведет традиционную политику торговых миссий, а также активно действует в рамках сравнительно новой политики GoChina (2012), GoAfrica (2013), GoIndia (2015).

Чехия также активна в Китае, однако на других направлениях пока демонстрирует меньшую результативность. Тем не менее интересен факт открытия в 2010 г. Вишеградского дома в Кейптауне. Сначала эту инициативу поддержали лишь три страны В4, но спустя несколько месяцев к ней присоединилась и Польша [10]. Таким образом, Вишеградский дом в Кейптауне стал одновременно культурным и экономическим представительством Вишеградской группы на юге африканского континента, что представляет собой новое явление во всей истории объединения.

Каковы перспективы?

Тенденция несогласия с Брюсселем расширяется, и страны начинают кооперироваться ради достижения своих целей внутри ЕС.

Какова отдача и эффективность? Трудно загадывать сегодня, когда свои позиции сдают или ослабляют многие прежде ведущие мировые игроки. Может, их место смогут занять усиливающие свои амбиции «Вишеградские тигры» – как иногда называют себя сами региональные специалисты по Вишеградскому объединению. По крайней мере, зачатки глобальных задач есть во многих инициативах группы. Пока остается актуальным экономический форум в Кринице, все большую международную силу набирает Братиславский политический форум GLOBSEC. При этом Прага и Будапешт не сдают позиций ведущих общеевропейских дискуссионных центров.

В целом осмысление В4 своих шансов на новом для стран региона направлении – свидетельство поиска ответа на глобальные вызовы экономического и политического хаоса. Было бы правильно не повторять ошибок СССР/России и стремиться сначала к наведению порядка в ближайшем окружении, а уже после повышать свое представительство в остальных частях мира. На данном этапе существуют опасения того, что может не хватить не просто экономического потенциала, но и опыта отношений со странами БИКС. Здесь неизбежно возникает необходимость координировать политику с наиболее опытными на этом направлении традиционными партнерами этих стран, среди которых может оказаться и Россия.

REUTERS/Laszlo Balogh
Виктор Катона

Выводы, к которым приходят авторы доклада, совершенно объективны. И главный заключается в том, что отношения со странами БИКС не приоритетные для стран Вишеградской группы. Китай опережает другие направления в рамках БИКС в немалой степени и благодаря собственным усилиям. С 1990-х гг. Китай стремительно наращивает свое присутствие в Центральноевропейском регионе, в том числе в рамках уже упомянутой программы 16+1. Одновременно отношения со странами Вишеградской группы, принятыми в ЕС, усиливают позиции Китая в ЕС.

Однако сотрудничество затрагивает преимущественно бизнес-круги, поскольку в реальности элиты БИКС до сих пор не совсем понимают целей и глубины возможностей Вишеградской группы [11]. Здесь многое зависит от самой Вишеградской группы [12]. Сегодня видится, что Вишеградская группа, вдохновленная итогами первых 25 лет взаимодействия, готова выдвигать новые цели и решать возникающие задачи.

На протяжении 1990-х гг. и в первое пятилетие XX в. основные внешнеполитические усилия Вишеградской группы были направлены на вступление в Европейский союз и НАТО. Другие направления, в частности, восточное – прежде всего из-за нестабильности и неясности перспектив – интересовали их меньше. После вступления в ЕС и НАТО самостоятельные внешнеполитические инициативы стран Вишеградской группы были существенно ограничены необходимостью согласования своих шагов с Брюсселем. Как бы свободно в высказываниях и частично в действиях не выглядели некоторые вишеградские политики (В.Орбан, Р.Фицо, М.Земан), официальные заявления Вишеградской группы до сих пор строго соответствуют политической линии ЕС и НАТО.

В регионе зарождается традиция совместного отстаивания своих региональных политических интересов.

Вишеградской группе предоставлена некоторая свобода в политике «Восточного партнерства», так как страны объединения непосредственно граничат с восточными соседями ЕС. С момента принятия программы «Восточное партнерство» участие в ней стран Вишеградской группы сводилось к периодическим встречам В4 с представителями стран-объектов программы в формате В4+ и поддержке гуманитарного взаимодействия со своими соседями.

***

Сегодня Вишеградская группа достаточно активно выступает на обеих площадках – и в НАТО, и в ЕС. Страны В4 продолжают через Вишеградский фонд осуществлять т.н. политику «мягкой силы» в отношении соседних государств: и в направлении бывших республик СССР, и в направлении Балкан, финансируя ряд образовательных проектов и программ поддержки гражданских обществ и средств массовой информации в этих странах.

Российское направление во внешнеполитической активности Вишеградской группы практически отсутствует. Как показал украинский кризис, оно либо делегировано Брюсселю, либо настойчиво выводится за скобки внешнеполитической повестки. Возможно, по этой причине и российский МИД не включает В4 в число партнеров по сотрудничеству [13]. На этом фоне достаточно позитивно продолжают развиваться двусторонние экономические отношения России с Венгрией, Словакией и Чехией. Отношения с Польшей уже много лет остаются заложниками исторической политики.

Выводы, к которым приходят авторы доклада, совершенно объективны. И главный заключается в том, что отношения со странами БИКС не приоритетные для стран Вишеградской группы.

Три из четырех стран ВГ– Чехия, Венгрия и Польша – уже побывали во главе Совета ЕС. Словакия станет председателем во второй половине 2016 г. Несмотря на то, что эта функция после принятия Лиссабонского документа носит все более формальный характер, каждая страна стремится реализовать свои амбиции. От Словакии ожидают очередного шага по развитию программы «Восточное партнерство». В Братиславе будет решаться, какой станет эта программа на ближайшую и отдаленную перспективу, поскольку следующая очередь стран региона возглавить Совет ЕС придет теперь нескоро. От того, какие решения будут приняты в столице Словакии, зависит и престиж Вишеградской группы, и признание ее особого «вишеградского стиля» во внешней политике, а заодно и подтверждение наличия таковой, что может стать сюрпризом и для Брюсселя.

Сегодня совершенно очевидно, что страны ВГ отошли от растерянности начала 1990-х гг. Они стали более самостоятельными, обогатились опытом европейской политики, научили Европу вести диалог практически на равных –а это уже большое достижение, не меньшее, чем собственное становление. Сегодня Вишеградская группа с полным пониманием подошла к постановке новых задач. Однако мне кажется, что она созрела и к формированию новых отношений с Россией, которая остается все еще важным потенциальным партнером для большинства стран объединения.

 

1. V4 Goes Global: Exploring Opportunities and Obstacles in the Visegrad Countries’ Cooperation with Brazil, India, China and South Africa / Ed. Patryk Kugiel. PISM, Warsaw, March 2016.

2. Krylis Krystof, V4 and the Internal Market: Benelux of the 21st Century? / Policy Paper 2/ 2016, Associatoin for International Affairs. March 2016.

3. Бразилия, Индия, Китай, Южная Африка.

4. Дрыночкин А. Экономические аспекты функционирования вишеградских стран в рамках ЕС / Вишеградская Европа. ИЕ РАН 2012. С.91.

5. Krylis Krystof, V4 and the Internal Market: Benelux of the 21st Century? / Policy Paper 2/ 2016, Associatoin for International Affairs. March 2016. P.6.

6. Ibidem.

7. V4 Goes Global: Exploring Opportunities and Obstacles in the Visegrad Countries’ Cooperation with Brazil, India, China and South Africa / Ed. Patryk Kugiel. PISM, Warsaw, March 2016. P. 8.

8. V4 Goes Global: Exploring Opportunities and Obstacles in the Visegrad Countries’ Cooperation with Brazil, India, China and South Africa / Ed. Patryk Kugiel. PISM, Warsaw, March 2016. P. 5.

9. Ibidem.

10. V4 Goes Global: Exploring Opportunities and Obstacles in the Visegrad Countries’ Cooperation with Brazil, India, China and South Africa / Ed. Patryk Kugiel. PISM, Warsaw, March 2016. P. 66.

11. V4 Goes Global: Exploring Opportunities and Obstacles in the Visegrad Countries’ Cooperation with Brazil, India, China and South Africa / Ed. Patryk Kugiel. PISM, Warsaw, March 2016. P. 70.

12. V4 Goes Global: Exploring Opportunities and Obstacles in the Visegrad Countries’ Cooperation with Brazil, India, China and South Africa / Ed. Patryk Kugiel. PISM, Warsaw, March 2016. P. 71.

13. Marusiak Juraj, Russia and the Visegrad Group – more than a foreign policy issue / International Issues and Slovak Foreign Policy Affairs. Bratislava, 2015, vol.1-2. P.28-46.

Оценить статью
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся