Распечатать Read in English
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Софья Денисова

Магистр МГИМО МИД России, эксперт РСМД

В ответ на теракт боевиков ИГ в турецком Газиантепе 20 августа 2016 г. и обстрелы пограничного района Каркамыш со стороны боевиков Турция объявила о начале военной операции «Щит Евфрата», нацеленной на разгром баз боевиков в районе сирийско-турецкой границы.

В ответ на теракт боевиков ИГ в турецком Газиантепе 20 августа 2016 г. и обстрелы пограничного района Каркамыш со стороны боевиков Турция объявила о начале военной операции «Щит Евфрата», нацеленной на разгром баз боевиков в районе сирийско-турецкой границы.

В первый день операции, 24 августа, турецкими истребителями и артиллерией были ликвидированы свыше восьмидесяти объектов террористов. При поддержке турецких войск вела наступление и Сирийская свободная армия, взявшая под контроль несколько населенных пунктов, а затем и Джераблус.

Среди целей операции называется обеспечение безопасности в приграничных районах, удары по боевикам и оказание гуманитарной помощи для предотвращения появления новой волны беженцев. Наряду с ними министр внутренних дел Турция Эфкан Ала выделил также поддержание территориальной целостности Сирии и оказание помощи действиям антитеррористической коалиции, возглавляемой США. На пресс-конференции в Анкаре Реджеп Тайип Эрдоган также анонсировал военные действия против Отрядов народной самообороны, курдского ополчения, считающегося в Турции частью Рабочей партии Курдистана, за которой в Турции закреплен статус террористической организации.

Налаживание отношений с Россией и массовые чистки в армии на фоне военных успехов курдских войск сделали наступление Турции в Сирию возможным.

Спустя несколько часов после начала военной операции с плановым визитом в Турцию приехал вице-президент США Джозеф Байден. Центральным пунктом переговоров должна была стать экстрадиция Фетхуллаха Гюлена, находящегося с 1999 г. на правах беженца в США, которого Анкара обвиняет в организации государственного переворота летом 2016 г. Однако поскольку визит пришелся на день начала военной кампании, внимание было уделено и интервенции Турции.

Позиция США в отношении турецкого наступления важна, поскольку курдское ополчение в Сирии рассматривалось в качестве опорной силы коалиции в Сирии, ведущей борьбу против ИГ. Отказавшись от прямого военного вмешательства, страны – участницы коалиции сосредоточились по большей части либо на воздушных бомбардировках, либо на поставках вооружения и обучении сирийских курдов. Считая курдскую часть Демократических сил Сирии, образованного в октябре 2015 г. военного объединения, последователями РПК, Турция выступала против сотрудничества с ними и оказывала противодействие их наступлению, в частности, нанося по ним удары с воздуха. Несмотря на это, курдским силами удалось захватить город Манбидж и продвинуться дальше, что Турция расценила как угрозу. Таким образом, истинными целями операции, по мнению эксперта Метина Гурджана, специалиста в сфере безопасности, стало создание гуманитарной зоны между городами Джераблус и Мареа для снижения потоков беженцев, а также оказание препятствий распространению влияния курдского ополчения, которое начало продвигаться к турецким границам, а не борьба с ИГ. Глава МИД Турции М. Чавушоглу и вице-премьер Н. Куртулмуш придерживаются мнения, что, освобождая пограничные районы и продвигаясь к заселенным курдами районам, курдские силы планируют создать там автономию, которая впоследствии может стать независимым курдским государством, воспользовавшись нестабильностью в пограничных провинциях Турции. По этой причине турецкие власти выступают за отступление ополчения на восточный берег Евфрата, чего они и пытаются добиться военным путем.

Военная интервенция может привести к тому, что результаты, достигнутые ополчением, в долгосрочной перспективе сойдут на нет, а хаос в политическом пространстве Сирии только увеличится.

Необходимо отметить, что операция готовилась правительством Турции совместно с США еще два года назад, но ее проведению в свое время помешали сначала кризис в отношениях с Россией, в условиях которого военные действия в Сирии привели бы к эскалации, а позже нежелание военных офицеров, ставших затем во главе провалившегося путча. Налаживание отношений с Россией и массовые чистки в армии на фоне военных успехов курдских войск сделали наступление Турции в Сирию возможным.

Опубликованный 12 августа доклад аналитического агентства Stratfor предполагал, что на фоне усиления борьбы с курдскими отрядами, которым активно помогают США и страны – участницы коалиции, вполне вероятно ухудшение отношений между Анкарой и Вашингтоном. Именно оно могло бы привести к радикальному изменению позиции Турции по Сирии, что отметил и журналист турецкой газеты Hürriyet Мурат Йеткин. Начавшиеся в конце прошлой недели бои между силами курдского ополчения и правительственными войсками теоретически могли способствовать сближению Турции и Сирии. Следствием этого могло стать начало сотрудничества правительственных сил и турецких войск в борьбе с терроризмом.

В этих условиях для правительства США стратегически выгодно стало продемонстрировать поддержку действиям Турции, а не защищать курдов. Свою роль в принятии этого решения сыграло и напряжение в отношениях США и Турции, вызванное обвинениями в «укрывательстве» Ф. Гюлена. Нельзя проигнорировать и тот факт, что недавно Турция провела переговоры с Россией и Ираном, союзниками, поддерживающими режим Б. Асада. Не без внимания осталось, очевидно, и заявление премьер-министра Турции Бинали Йылдырыма, который призвал «открыть новую страницу» в истории Сирии, в которой активное участие будут принимать Турция, Иран, Россия, США, Саудовская Аравия и страны Персидского залива. Тогда же он в первый раз выразил согласие на участие Б. Асада в политической жизни страны в «переходный период», поставив борьбу с терроризмом на первое место. Его речь зафиксировала важные изменения турецкой позиции, на которые обратили внимание и Соединенные Штаты. Расценив расширение сотрудничества с Россией в Сирии как нежелательное, США поддержали Турцию, а не курдов. По окончании переговоров в Анкаре вице-президент США отметил, что Соединенные Штаты выступают за единую Сирию и не поощряют создание независимого курдского государства. По словам Дж. Байдена, сотрудничество с курдами было ограниченным, вся информация о кооперации передавалась Анкаре. Он также потребовал от курдов вернуться на восточный берег реки Евфрат, пообещав прекратить союзнические отношения и предоставление помощи, если отряды продолжат наступление.

Постоянная связь между сторонами – уже значительный шаг на пути борьбы с терроризмом, который стал возможным после налаживания отношений между Турцией и Россией.

Подобное решение может негативно сказаться на борьбе с ИГ, поскольку в борьбе с курдами Турция закрывает глаза на деятельность других террористических группировок. Так, после захвата Джераблуса турецкими войсками и силами Сирийской свободной армии в городе начались бои между силами оппозиции, которые уже привели к гибели 80 человек. Участие в битвах принимают и боевики из организаций «Ахрар аш-Шам» и «Нуреддин аз-Зенги». Нарастает напряженность и в отношениях с курдским ополчением: турецкая армия понесла первые потери после артиллерийского обстрела Джераблуса, произведенного, предположительно, с территории, подконтрольной Союзу демократических сил. После захвата Джераблуса целью турецких войск станет город Мареа, в семидесяти километрах к востоку от текущего места нахождения армии. Между городами будет создана своеобразная буферная зона. Для этого турецкая сторона потребовала от курдских сил покинуть территорию.

Военная интервенция может привести к тому, что результаты, достигнутые ополчением, в долгосрочной перспективе сойдут на нет, а хаос в политическом пространстве Сирии только увеличится. Тем не менее США пытаются поддерживать контакты со всеми акторами: по словам представителей коалиции, подразделения Союза демократических сил отошли на восточный берег Евфрата, где они готовятся к наступлению на Ракку.

Правительство Сирии осудило военную интервенцию Турции, назвав ее нарушением государственного суверенитета и призвав ООН обратить внимание на действия турецкой стороны. Представитель ООН Ст. Дюжжарик назвал операцию вторжением. Но организовать подобную интервенцию без ведома ключевых игроков в лице России, Ирана и США невозможно, что в интервью новостному агентству Al Jazeera объяснил Метин Гурджан, специалист в сфере безопасности. Российская сторона, по данным газеты Hürriyet, была проинформирована еще в начале ноября 2015 г. и собиралась ограничиться только протестами, не предпринимая никаких действий. Очевидно, что в рамках новых визитов в Россию и Иран Р. Эрдоган затронул вопрос будущей военной операции и согласовал ее, не вызвав жесткого протеста. Считая Россию важным актором на Ближнем Востоке, Р. Эрдоган также отметил, что готов к сотрудничеству с ней, в частности, стороны обсудили возможности расширения поставок гуманитарной помощи.

Реакция Москвы на военное вторжение до сих пор была довольно сдержанной. Поприветствовав борьбу с терроризмом, МИД отметил, что успех операции напрямую зависит от согласованности действий с Дамаском. На данный момент только военное присутствие Ирана и России в Сирии легитимно, поскольку эти страны заручились согласием официальных властей. Важно, по мнению российской стороны, то, чтобы в борьбе с режимом Б. Асада страны не вооружали и не финансировали противоборствующие группировки радикального исламистского толка. Если Турция проводит антитеррористическую операцию, то она действительно должна быть антитеррористической, и результаты только такой операции будут отвечать интересам России в регионе. Но в целом наступление Турции в Сирии создало для России больше затруднений, что связано с поддержкой Турцией «умеренной оппозиции», которая может оказаться радикальной по своей идеологии, и противостоянием режиму Б. Асада.

В целом наступление Турции в Сирии создало для России больше затруднений, что связано с поддержкой Турцией «умеренной оппозиции», которая может оказаться радикальной по своей идеологии, и противостоянием режиму Б. Асада.

По итогам переговоров в Женеве 26 августа 2016 г. Джона Керри с Сергеем Лавровым стороны согласились, что к восстановлению политического процесса в Сирии должны быть допущены все стороны, в том числе и курды, на равных правах. Глава МИДа России также заявил, что «курды являются частью сирийского государства», что позволяет интерпретировать позицию России следующим образом: Москва выступает против создания автономного курдского государства, и в этом вопросе если не поддерживает, то по крайней мере не осуждает действия Турции и США против курдского ополчения, но изоляция сирийских курдов тоже не может считаться нормальным путем разрешения кризиса.

В целом прошедшие переговоры и консультации показывают, что стороны поддерживают контакты друг с другом и ищут политическое решение конфликта. Постоянная связь между сторонами – уже значительный шаг на пути борьбы с терроризмом, который стал возможным после налаживания отношений между Турцией и Россией. Тем не менее сейчас представляется важным, какую стратегию выберет Турция как в отношении сирийской оппозиции, так и в отношении курдского ополчения. Напрямую от этого выбора будет зависеть политическая ситуация в регионе в ближайшие месяцы.

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся