Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Ирина Звягельская

Д.и.н., профессор, руководитель Лаборатории «Центр ближневосточных исследований» ИМЭМО РАН имени Е.М. Примакова, профессор кафедры востоковедения МГИМО МИД России, главный научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований ИВ РАН, эксперт РСМД

Иран занимает важное место в системе политических и экономических связей государств Центральной Азии. Он не имеет столь внушительных ресурсов, какими располагают ведущие партнеры центральноазиатских стран (Китай, Россия, ЕС), и сталкивается с существенными политическими ограничителями в условиях действующего режима санкций. Тем не менее Ирану удалось обеспечить себе заметное присутствие в регионе.

Иран занимает важное место в системе политических и экономических связей государств Центральной Азии. Он не имеет столь внушительных ресурсов, какими располагают ведущие партнеры центральноазиатских стран (Китай, Россия, ЕС), и сталкивается с существенными политическими ограничителями в условиях действующего режима санкций. Тем не менее Ирану удалось обеспечить себе заметное присутствие в регионе.

Интересы Ирана в Центральной Азии

Обретение независимости государствами Центральной Азии, с одной стороны, открыло им двери в глобальный мир, а с другой – предоставило внешним игрокам возможность расширить сферы своего влияния в новом для них регионе и получить дивиденды от установления торговых и экономических связей. Иран не стал исключением и, пожалуй, связывал с завоеванием позиций в Центральной Азии даже большие надежды, чем другие страны Ближнего и Среднего Востока. На фоне напряженных отношений с арабским миром, трений и разногласий с Западом, порожденных исламской революцией, прорыв в Центральную Азию означал для ИРИ компенсацию издержек изоляции за счет приобретения новых друзей и партнеров, укрепления торгово-экономических связей. В начале 1990-х годов Иран сделал акцент на этническую и языковую близость, начав проведение активной политики в регионе с культурно близкого ему Таджикистана. Однако впоследствии центральноазиатская география его связей вышла за узкие рамки и сейчас включает все государства региона. Иран востребован в Центральной Азии – он помогает решать транспортные и энергетические проблемы, предоставляет технологии, развивает торговые отношения, пользуется влиянием в Организации экономического сотрудничества (ОЭС), Организации исламского сотрудничества (ОИС), Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК).

В начале 1990-х годов Иран сделал акцент на этническую и языковую близость, начав проведение активной политики в регионе с культурно близкого ему Таджикистана. Однако впоследствии центральноазиатская география его связей вышла за узкие рамки и сейчас включает все государства региона.


AFP
Махмуд Ахмадинежад приветствует
президента Таджикистана Эмомали
Рахмона, Тегеран, 26 марта 2010

Укрепление позиций в Центральной Азии дает ИРИ возможность решить несколько взаимосвязанных задач.

Первая – добиться выхода из изоляции. Эта задача работает на международный имидж Ирана. Причем в отличие от Ближнего Востока, где иранская политика по усилению влияния воспринималась как претензия на оказание решающего военно-политического воздействия на ситуацию, в Центральной Азии Иран традиционно действовал взвешенно и политически практически безупречно. Это позволило ему развивать отношения (хотя и в разной степени) со всеми центральноазиатскими государствами, которые воспринимают его как самостоятельного и значимого игрока в регионе. Сотрудничество с Ираном дает им дополнительные возможности диверсифицировать внешние связи, органично вписывается в политику многовекторности и балансирования между различными центрами силы.

В Центральной Азии Иран установил отношения с новыми государствами, международные позиции которых имеют для него большое значение. По мнению некоторых экспертов, основные тактические установки иранской дипломатии в странах Центральной Азии направлены на постепенное инсталлирование во все сферы, которые могли бы способствовать преодолению внешнеполитической и экономической изоляции Ирана. Иран позиционирует себя в качестве надежного партнера, имеющего параллельные интересы с ведущими государствами мира. При этом существует прагматическая заинтересованность в том, чтобы заложить на будущее основы для усиления, обеспечить себе быстрый рывок после снятия или резкого ослабления санкций. В отличие от Ближнего Востока, в Центральной Азии речь не идет о конфессионально мотивированных действиях (подавляющее большинство мусульманского населения региона составляют сунниты [1]). Здесь Иран не претендует на лидерство и на первом месте у него стоят прагматические интересы, а не ценностные установки. Иранский курс в Центральной Азии всегда был рационалистичным и сдержанным. На него в меньшей степени влияла смена лидеров, он не изобиловал резкими поворотами и не был конфронтационным. Даже в ходе гражданской войны в Таджикистане Иран, симпатизировавший исламской оппозиции, сделал выбор в пользу политического урегулирования на базе раздела власти.

В отличие от Ближнего Востока, где иранская политика по усилению влияния воспринималась как претензия на оказание решающего военно-политического воздействия на ситуацию, в Центральной Азии Иран традиционно действовал взвешенно и политически практически безупречно.

В целом политика Ирана в Центральной Азии может представляться вполне приемлемой даже для тех внешних сил, которые оказывают на него давление по другим военно-политическим аспектам его деятельности.

Вторая задача – обеспечить экономические дивиденды, получить реальные выгоды от торгово-экономического сотрудничества.

В этом плане у Ирана и государств Центральной Азии есть совпадающие интересы. Например, Иран построил транзитную дорогу Теджен–Серахс–Мешхед, которая обеспечила центральноазиатским государствам доступ к портам Персидского залива, к рынкам Ближнего Востока, Южной и Юго-Восточной Азии, а также стала важным источником валютных поступлений для Туркменистана. Имеются и более масштабные проекты. Так, планируется связать транспортный коридор «Север–Юг» от Казахстана через Туркменистан до иранской провинции Гулистан с иранской сетью железных дорог, открывая путь в порты Персидского залива. В будущем по нему предполагается перевозить до 12 млн тонн грузов ежегодно.

infoabad.com
Иран построил транзитную дорогу
Теджен–Серахс–Мешхед, которая
обеспечила центральноазиатским
государствам доступ к портам
Персидского залива

Государства региона рассматривают строительство коммуникаций как необходимый элемент диверсификации транспортных маршрутов. Иран участвует в строительстве ГЭС и трубопроводов, планирует проложить линию электропередач от своей границы через Герат, Мазари-Шариф до границ Таджикистана. Таджикистан занимает особое место в отношениях Ирана с государствами Центральной Азии, что обусловлено не столько экономическими и политическими причинами, сколько факторами этнокультурной близости. В отличие от доминирующих в регионе тюркских народов, таджики вместе с близкородственными им иранцами принадлежат к индоевропейской семье языков. Крупнейшим торговым партнером Ирана в регионе за годы независимости стал Казахстан, который осуществляет поставки нефти на своповой основе [2]. Связи с Туркменистаном отличаются устойчивостью и динамизмом. По экспертным оценкам, в 2012 г. Иран занимал третье место (после Китая и России) среди основных торговых партнеров Туркменистана. Особое значение для Туркменистана имеет сотрудничество с Ираном в газовой сфере: в 1997 г. был построен газопровод Корпедже–Курткуи пропускной способностью 8 млрд куб. м в год, а в 2010 г. был запущен газопровод Довлетабад–Серахс–Хангеран, рассчитанный на ежегодные поставки 12,5 млрд куб. м газа [3]. Эти газопроводы завязаны, главным образом, на Иран, но не исключено, что в дальнейшем, при более благоприятной политической и экономической конъюнктуре, он нарушит монополию России в сфере транзита и обеспечит выход газа на различные рынки.

Политика Ирана в Центральной Азии может представляться вполне приемлемой даже для тех внешних сил, которые оказывают на него давление по другим военно-политическим аспектам его деятельности.

Однако не со всеми государствами региона Ирану удалось выстроить динамичные отношения. Ограничители в ирано-узбекских отношениях поначалу были связаны с американским вектором во внешней политике Узбекистана. Однако по мере постепенного снятия санкций и попыток иранской стороны наладить отношения с Западом, обеспечить реинтеграцию страны в мировое хозяйство этот фактор ослабевал, равно как уменьшалась и идейная настороженность Ташкента в отношении Ирана. Вместе с тем в Узбекистане по-прежнему опасаются, что сооружение ГЭС в Таджикистане может привести к сокращению поступающих в страну водных ресурсов, их регулированию, увеличению сброса воды в зимнее время и накоплению ее в водохранилищах летом. Именно этим обусловлена озабоченность Узбекистана в связи со строительством Сангтудинской ГЭС-2, осуществляемым в Таджикистане при помощи ИРИ.

Не получили развития и отношения Ирана с Кыргызстаном, где активно и успешно действуют другие игроки, прежде всего Россия и Китай.

В экономических отношениях Ирана и центральноазиатских государств наряду с объективными есть и субъективные трудности в экспортно-импортных операциях (см. табл. 1, 2), которые во многом связаны с международной изоляцией Ирана и чрезмерной бюрократизацией. В их числе можно назвать отсутствие налаженного иранского банкинга на территории государств Центральной Азии (за исключением Республики Казахстан), что затрудняет обслуживание торговых операций.

Таблица 1. Экспорт стран Центральной Азии в 2010 г.

Страна Объем экспорта, млрд долл. % от общей суммы экспорта
ЕС 31,9 37,7
Россия 13,8 16,4
Китай 12,4 14,6
Иран 4,0 4,8
Турция 2,7 3,1
Швейцария 1,7 2,0
США 1,1 1,3

Источник: Могилевский Р. Тенденции внешней торговли стран Центральной Азии. Университет Центральной Азии. Институт государственного управления и политики. Доклад № 1. Бишкек, 2012. С. 32 (http://www.ucentralasia.org/downloads/UCA-Trends&PatternsForeignTradeCA-Rus.pdf)

Таблица 2. Импорт стран Центральной Азии в 2010 г.

Страна Объем импорта, млрд долл. % от общей суммы импорта
Россия 17,2 27,3
ЕС 11,1 17,5
Китай 6,8 10,7

США

4,1 6,6
Турция 2,5 4,0
Республика Корея 2,2 3,5
Пакистан 1,9 3,1
Иран 1,8 2,8

Источник: Могилевский Р. Тенденции внешней торговли стран Центральной Азии. Университет Центральной Азии. Институт государственного управления и политики. Доклад № 1. Бишкек, 2012. С. 33 (http://www.ucentralasia.org/downloads/UCA-Trends&PatternsForeignTradeCA-Rus.pdf)

В целом Ирану удалось занять свое место в пространстве Центральной Азии, которое становится все более диверсифицированным и где присутствуют превосходящие его по своим возможностям игроки. На ряде направлений Иран стал для местных режимов важнейшим партнером, чему способствовали территориальная близость, развитая инфраструктура, технологические возможности.

Россия и Иран в регионе: союзники или соперники?

tourweek.ru / Юлия Беляева
Сангтудинская ГЭС-2, строящаяся в
Таджикистане при участии Ирана,
вызывает озабоченность в Узбекистане

Россия и Иран активно действуют на пространстве Центральной Азии и имеют как общие, так и конкурирующие интересы. Наличие общих угроз сближает две страны, побуждает действовать согласованно или двигаться параллельными курсами.

В первую очередь речь идет о борьбе с наркотрафиком. В последние годы в Иране, несмотря на жесткие меры, резко возросло число наркозависимых. Общая граница с Афганистаном, которую практически невозможно перекрыть полностью, увеличение объема производства наркотиков в этой стране и их контрабанда наносят серьезный удар по безопасности Ирана. По имеющимся данным, иранские власти ежегодно выделяют 50 млн долл. на борьбу с наркоторговлей, а в укрепление границы уже вложено более 700 млн долл. На этом направлении у России и Ирана есть большое поле для взаимодействия, к которому могут быть привлечены и другие государства региона.

Действующие в Центральной Азии исламские экстремисты также представляют общую угрозу для России и Ирана. Перспектива их активизации связана как с действиями «Исламского государства» на Ближнем Востоке, так и с ситуацией в Афганистане после вывода основной части американских войск.

Однако не со всеми государствами региона Ирану удалось выстроить динамичные отношения.

В целом можно говорить об общей заинтересованности России и Ирана в сохранении стабильности в регионе, предотвращении формирования недружественных альянсов с участием внешних сил. Следует отметить, что российско-иранское взаимодействие по вопросу о Каспии способствовало согласованию общих принципов разграничения водных пространств, дна и недр, режима судоходства и рыболовства на IV Каспийском саммите в Астрахани в сентябре 2014 г., а также принятию прикаспийскими государствами заявления о недопущении размещения на Каспии военной инфраструктуры третьих стран.

Политика Ирана в Афганистане, давно вышедшая за рамки поддержки исключительно этнически близких групп (таджиков и хазарейцев), играет позитивную роль для России и стран Центральной Азии. Товарооборот Ирана с Афганистаном составляет 2 млрд долл. в год. Заключены соглашения о восстановлении и строительстве систем ирригации и водопроводов, развивается сотрудничество в электроэнергетике, в прокладке коммуникаций. То, что Иран делает в Афганистане, объективно способствует стабилизации ситуации в этой стране.

Немаловажный ресурс имеют совместные действия в рамках ШОС: в качестве государства-наблюдателя Иран разделяет подходы этой организации к принципам экономического сотрудничества и основным международным проблемам. Так, Иран поддерживает идею создания Банка развития ШОС и участвует в Межбанковском объединении, что, по мнению ряда наблюдателей, облегчает ему участие в конкретных региональных проектах.

Конкурирующие интересы ИРИ и России обусловлены сходством структуры хозяйства с упором на экспорт энергоносителей. Борьба за маршруты их транспортировки и рынки сбыта, в которую непосредственно вовлечены центральноазиатские государства, делает возможным появление трений между Москвой и Тегераном, особенно в случае снятия/ослабления антииранских санкций и продолжения процесса улучшения ирано-американских отношений. В частности, газопровод через территорию Ирана и Турции, осложнивший российско-турецкие переговоры по условиям прохождения «Южного потока», в будущем мог бы обеспечить снабжение Европы газом. Уже практически готова инфраструктура для поставок газа в Индию и Пакистан, но там пока еще действуют политические ограничители, связанные с санкциями против Ирана. В обоих случаях могут быть задействованы энергоносители из Центральной Азии, что представляет для расположенных здесь государств альтернативу российским трубопроводам. На фоне режима антироссийских санкций и декларируемого Европейским союзом стремления сократить зависимость от поставок газа из России Иран, несмотря на ограничители, может представляться достаточно привлекательной альтернативой, хотя и не в ближайшем будущем. Сегодня на улучшение имиджа Ирана на Западе работают борьба Тегерана с «Исламским государством» в Ираке и в Сирии, а также повышение его роли в контексте сопротивления общим угрозам.

www.veooz.com
Россия и Иран: взаимовыгодное
партнерство или «дружба против»?
Конференция РСМД и IRA

Потенциал сотрудничества России и Ирана в Центральной Азии, как на двусторонней основе, так и в рамках ШОС, достаточно велик. Элементы соперничества не снижают взаимной заинтересованности, а скорее акцентируют проблемы, требующие дальнейшей совместной проработки.

* * *

В целом можно сделать вывод, что Ирану удалось создать базу для дальнейшего развития отношений с государствами Центральной Азии. Воспользовавшись объективными преимуществами, он смог занять собственную нишу, стать важным партнером, расширить возможности местных режимов по диверсификации внешнеэкономических и внешнеполитических связей.

Насколько безоблачным будет такое будущее? Несовпадение интересов Ирана, России и центральноазиатских производителей энергоресурсов, скорее всего, будет иметь место, но вряд ли сможет послужить основанием для возникновения конфликта. Если тенденция к налаживанию отношений Ирана с США и другими западными державами сохранится, проецирование конфликта между ними на Центральную Азию будет исключено.

Для Ирана отношения с государствами Центральной Азии – это, прежде всего, возможность ослабить политическую изоляцию. Он не ведет борьбу за экономическое лидерство и не выступает конкурентом России, Китая или ЕС. Иран способен предложить новые транспортные возможности, инвестиции и технологичные товары, но это вряд ли изменит существующий расклад сил в регионе.

1. К шиитам относят в основном исмаилитов, живущих в Горно-Бадахшанской автономной области Таджикистана. Их численность в Таджикистане, по оценкам на начало 2000-х годов, не превышала 400 тыс. человек (http://www.ca-c.org/journal/2003/journal_rus/cac-06/05.niyru.shtml).

2. Подробно см.: Кузьмина Е.М. Внешние экономические интересы как фактор экономического развития Центральной Азии. М.: Институт экономики РАН, 2013. С. 33–38.

3. Там же. С. 37.

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?
    Сдерживать военно-политическую активность России  
     262 (44.48%)
    Добиться распада и исчезновения России  
     172 (29.20%)
    Создать партнерские отношения с Россией при условии выполнения требований США  
     94 (15.96%)
    Создать союзнические отношения в противовес Китаю на условиях США  
     61 (10.36%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся