Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 6, Рейтинг: 4.33)
 (6 голосов)
Поделиться статьей
Мэттью Рожански

Директор Института Кеннана при Международном научном центре имени Вудро Вильсона в Вашингтоне

Майкл К. Киммадж

Профессор, заведующий кафедрой истории Католического университета Америки

Россия никуда не исчезнет, и подход к отношениям с ней необходимо пересмотреть. Пришло время отказаться от мышления в парадигме «свой-чужой» и начать видеть в этой стране третьего соседа Соединенных Штатов.

Россия способна пойти на многое, чтобы не допустить дальнейшего расширения НАТО на Восток и усилить свое влияние на Ближнем Востоке. Поскольку торговые, дипломатические и гуманитарные связи Москвы с США находятся в плачевном состоянии, Россия считает, что дорожить в отношениях с Соединенными Штатами ей особо нечем. Это развязывает ей руки для вмешательства в американскую внутреннюю политику с тем, чтобы усилить социальные трения и внутренние разногласия в Соединенных Штатах. В то же время слабость и уязвимость российской экономики ограничивает способность страны к решительному и дорогостоящему позиционированию себя на международной арене, включая проецирование военной силы за пределы постсоветской периферии.

Россия всегда будет входить в сферу американских интересов. Но при этом ее нельзя заставить им подчиниться. Точно так же, как нельзя заставить Москву подчиниться чьим-либо иным ценностям или представлениям о мировом порядке. Россияне не допустят принудительной изоляции от евроатлантической цивилизации, частью которой они всегда являлись и которую помогли сформировать и сохранить. Для американцев Россия должна стать менее чужой, со всеми неудобствами и преимуществами соседства. Несмотря на неизбежность противостояния, его должно сдерживать и уравновешивать сотрудничество. Россия, наш третий сосед, должна стать страной, с которой США смогут жить.

Россия способна пойти на многое, чтобы не допустить дальнейшего расширения НАТО на Восток и усилить свое влияние на Ближнем Востоке. Поскольку торговые, дипломатические и гуманитарные связи Москвы с Вашингтоном находятся в плачевном состоянии, Россия считает, что дорожить в отношениях с Соединенными Штатами ей особо нечем. Это развязывает ей руки для вмешательства в американскую внутреннюю политику с тем, чтобы усилить социальные трения и внутренние разногласия в Соединенных Штатах. В то же время слабость и уязвимость российской экономики ограничивает способность страны к решительному и дорогостоящему позиционированию себя на международной арене, включая проецирование военной силы за пределы постсоветской периферии.

Андрей Кортунов:
Крепость или бункер?

Для Соединенных Штатов все это особой опасности не представляет. Противостоять российским вызовам вполне реально, но при условии их правильного понимания. Для этого требуется существенное и устойчивое наращивание национальных усилий по изучению России по сравнению с периодом после окончания холодной войны. Поскольку Соединенные Штаты выбрали курс на конфронтацию с Россией — сначала в защиту «либерального международного порядка», а затем под лозунгом «великодержавного соперничества» — возможности полутора поколений молодых американцев изучать Россию постоянно таяли. Отношения с Россией, в которых одна сторона говорит на одном языке, а другая — на двух, Соединенным Штатам на пользу не идут. Этот недостаток подготовленности можно легко устранить, и стоить это будет совсем недорого — меньше, чем затраты на производство и обслуживание всего одной новой ядерной ракеты, хотя для достижения нужного уровня научных знаний и аналитического потенциала США потребуется десятилетие, а то и больше.

Как и во времена холодной войны, американская стратегия должна быть направлена на формирование позитивного образа Соединенных Штатов в глазах российского соседа. Необходимо восстановить финансирование культурной дипломатии и взаимодействия между людьми, которое было прекращено в последние годы преднамеренной взаимной изоляции. Негативное восприятие Соединенных Штатов большинством россиян в значительной степени сформировано кремлевской пропагандой, однако молодые россияне проявляют все меньше интереса к государственному телевидению и, несомненно, приветствовали бы расширение возможностей для путешествий или просто виртуального обмена информацией с американцами. Эти контакты могут охватывать самые разные сферы, представляющие очевидный общий интерес, в том числе изменение климата, Арктику, освоение космоса, пандемические заболевания и ликвидацию последствий стихийных бедствий, а также общие чаяния простых людей обеих стран, желающих безопасности и благополучия для своей личной жизни.

Американские политики, эксперты и журналисты должны перестать вторить У. Черчиллю, карикатурно описывавшему Россию как «загадку, завернутую в тайну и помещенную внутрь головоломки», и считать ее «врагом номер один», как было во времена холодной войны. Это уже давно превратилось в избитые клише, от которых нет никакого толка. Американцам не следует ни самим помещать Россию за железный занавес, ни содействовать его возведению самой Россией. Вашингтон должен психологически перестроиться и, наконец, увидеть в России третьего соседа.

Россия уже активно стремится к сближению с Китаем и отстаивает свои интересы в глобальном масштабе. Это делает ее критической переменной для внешней политики США от Латинской Америки до Ближнего Востока и от Европы до Восточной Азии. Россия обладает потенциалом усилить растущее соперничество между США и Китаем — как благодаря оказанию Китаю помощи, так и благодаря использованию возникающих между этими странами противоречий. Вместе с тем Россия при желании могла бы оказать содействие в сдерживании Китая или, по крайней мере, осложнении его превращения в регионального гегемона сначала в Азии, а затем и во всем мире.

Для восприятия России как третьего соседа Соединенным Штатам придется немало позаимствовать из опыта выстраивания отношений с двумя своими соседями — с Мексикой и Канадой. В отличие от России, ни Канада, ни Мексика никогда не сталкивались с вторжением с Востока и Запада, и у них в этом плане нет российского исторического опыта. И Канада, и Мексика избегают во внешней политике использования экспедиционных сил, что является «второй натурой» как для русских, так и для американцев. И все же в отношениях между Канадой, Мексикой и Соединенными Штатами есть и соперничество, и конфликты. Однако этим странам все же удалось найти способ поддержания стабильности в отношениях, от которой все они выигрывают. Политике экстремизма и дестабилизации хода не дается, а упор делается на укрепление связей и взаимопонимания. И все это неслучайно. Это общее достижение руководителей и населения стран, признающих реалии общего соседства.

Россия всегда будет входить в сферу американских интересов. Но при этом ее нельзя заставить им подчиниться. Точно так же, как нельзя заставить Москву подчиниться чьим-либо иным ценностям или представлениям о мировом порядке. Россияне не допустят принудительной изоляции от евроатлантической цивилизации, частью которой они всегда являлись и которую помогли сформировать и сохранить. Для американцев Россия должна стать менее чужой, со всеми неудобствами и преимуществами соседства. Несмотря на неизбежность противостояния, его должно сдерживать и уравновешивать сотрудничество. Россия, наш третий сосед, должна стать страной, с которой США смогут жить.

Впервые опубликовано в The National Interest.


Оценить статью
(Голосов: 6, Рейтинг: 4.33)
 (6 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся