Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 11, Рейтинг: 4.64)
 (11 голосов)
Поделиться статьей
Лари Басангов

Магистрант МГИМО МИД России

Демонстрации, начавшиеся в декабре 2018 г. из-за ухудшения экономической ситуации в стране, подъема цен на хлеб и другие товары первой необходимости, стали беспрецедентными по своим масштабам. Инициировав в январе 2019 г. подписание Декларации о свободе и переменах, Суданская ассоциация профессионалов предприняла первый шаг к объединению оппозиционных сил. Кадровые перестановки в правительстве не помогали президенту О. аль-Баширу успокоить протестующих, ситуация в стране становилась все более напряженной. 11 апреля в Судане произошел военный переворот — О. аль-Башир и его правительство были отстранены от власти, а министр обороны Авад бен Ауф заявил о создании Переходного военного совета (ПВС) сроком на два года. Хотя в СМИ активно используется термин «военный переворот», стоит обратить особое внимание на то, представители каких структур формируют так называемый военный совет.

Силы Декларации о свободе и переменах, отказавшись вести переговоры с Переходным военным советом, создают опасные условия для дальнейшего развития ситуации. Вполне вероятно усиление давления со стороны Африканского союза и ЕС. Для России пока нет серьезных угроз утраты достижений двустороннего сотрудничества, ПВС выразил приверженность ныне существующим двусторонним и многосторонним договоренностям. Ключевой осью регионального соперничества остается борьба между КСА, ОАЭ и Египтом с одной стороны, Катаром и Турцией — с другой. Что касается граничащих с Суданом государств, то они в целом признают ПВС; такое отношение продиктовано желанием сохранить те дипломатические успехи, которых удалось достичь в последние годы правления О. аль-Башира.

Хотя судьба будущего гражданского правительства остается неясной, региональные и международные игроки ведут активный диалог с ПВС, что говорит о стремлении понять происходящие в стране процессы.


Демонстрации, начавшиеся в декабре 2018 г. из-за ухудшения экономической ситуации в стране, подъема цен на хлеб и другие товары первой необходимости, стали беспрецедентными по своим масштабам. Координатором демонстраций выступила Суданская ассоциация профессионалов (SPA). Инициировав в январе 2019 г. подписание Декларации о свободе и переменах, Ассоциация предприняла первый шаг к объединению оппозиционных сил. Напомним, что декларацию подписали 22 движения, в том числе возглавляемый видным суданским политиком С. аль-Махди альянс «Sudan Call». Кадровые перестановки в правительстве не помогали президенту О. аль-Баширу успокоить протестующих, ситуация в стране становилась все более напряженной.

В итоге 11 апреля в Судане произошел военный переворот — О. аль-Башир и его правительство были отстранены от власти, а министр обороны Авад бен Ауф заявил о создании Переходного военного совета (ПВС) сроком на два года. Хотя в СМИ активно используется термин «военный переворот», стоит обратить особое внимание на то, представители каких структур формируют так называемый военный совет.

Существует мнение о том, что переворот произошел стихийно с целью не допустить аналогичные действия со стороны исламистов в лице офицеров Вооруженных сил и «сил народной безопасности». Стихийность переворота подтверждает тот факт, что для публикации официального заявления понадобился почти целый день, а также тот факт, что и региональные, и международные игроки не сразу смогли определить свою позицию в отношении нового совета и будущего Судана.

В своем заявлении 11 апреля первый глава ПВС Авад бен Ауф перечислил следующие структуры: Вооруженные силы, Национальная служба безопасности и разведки (НСБР), полиция и Силы быстрой поддержки (СБП). Учитывая такую фрагментарность сил, нельзя говорить о таких абстрактных терминах как «армия» или «военные». Сейчас можно вести речь о том, что в Военном совете определяющую роль играют не только ВС Судана, но и СБП, которые подчиняются генерал-полковнику Мухаммаду Хамдану Даглу Мусе по прозвищу Хаметти. Хаметти занимает должность заместителя председателя Совета, принимает послов и делегации из разных стран. Примечательно, что именно он выступил за необходимость сократить переходный срок с двух лет до трех-шести месяцев. Таким образом, он смог добиться симпатии суданской улицы, которая скептически относится к действиям Военного совета.

Отдельного внимания заслуживает тот факт, что Силы быстрой поддержки были созданы только в 2013 г., а их основу составляют так называемые джанджавиды — представители вооруженных отрядов арабских кочевых племен из Дарфура. Сам Хаметти не является военным в классическом понимании — например, он не имеет высшего военного образования. Однако СБП считаются одной из ключевых сил, которые организовали переворот, что подтверждает вышеупомянутый тезис о том, что «военные» в контексте нынешней конфигурации групп интересов — понятие слишком абстрактное.

Конечно, главным противником в понимании и SPA, и оппозиционного альянса «Sudan Call» является НСБР, за расформирование которой они активно выступают. Именно эта структура жестоко подавляла выступления демонстрантов, а незадолго до ареста О. аль-Башира несколько младших офицеров Вооруженных сил Судана встали на сторону демонстрантов, организовав сопротивление силовикам в попытках сорвать демонстрацию около здания генерального командования Вооруженных сил Судана. Кадровые перестановки в ведомстве позволили незначительно снизить народное возмущение и минимизировать риски потенциальных столкновений между группами интересов в рамках ПВС. Таким образом, для ПВС отпадает необходимость расформировывать НСБР. В отставку ушел директор НСБР Салах Гош, а также от выполнения обязанностей был освобожден посол Судана в Вашингтоне М. Атта, бывший директор НСБР. Службу возглавил генерал-полковник Абу Бакр Мустафа Дамбалаб, имеющий большой опыт работы на дипломатической службе и в разведывательном ведомстве.

Реакция на военный переворот со стороны гражданской оппозиции

Когда произошел переворот, SPA отметила, что причиной затяжного кризиса в стране стал военный переворот 1989 г., а события 11 апреля 2019 г., по ее мнению, представляют собой не более чем перераспределение власти среди вооруженных сил и силовых структур, что не решает коренных проблем страны. SPA единственным возможным вариантом выхода из кризиса считает передачу власти временному гражданскому правительству в соответствии с Декларацией о свободе и переменах 1 января 2019 г. До сих пор Ассоциация призывала к продолжению демонстраций, обвиняя Переходный военный совет в попытке присвоить себе революционные успехи Сил декларации о свободе и переменах.

То есть представители гражданской оппозиции, понимая что именно они стали инициаторами протестного движения, возмущены действиями новых руководителей, хотя последние в своих официальных заявлениях обещают в конечном счете предоставить всем политическим силам возможность принять участие в формировании правительства, при этом сохранив за собой возможность контролировать Министерство внутренних дел и Министерство обороны для обеспечения стабильности и безопасности в стране.

В свою очередь глава Политбюро ПВС генерал-полковник Омар Зейн аль-Абидин заявил, что Совет придерживается подхода, схожего с действиями ныне покойного маршала Абд ар-Рахмана Сивара ад-Дахаба, который, будучи министром обороны, возглавил свержение режима Джафара Нимейри в апреле 1985 г.

Военному совету пришлось пойти на уступки в пользу гражданской оппозиции: Авад бен Ауф, ставший в ходе последних кадровых перестановок О. аль-Башира первым вице-президентом, ответственным за обеспечение лояльности армии, не встретил поддержки протестующих, поэтому он передал свои полномочия Абдель Фаттаху аль-Бурхану, бывшему ранее начальником штаба Сухопутных войск Судана, а в феврале 2019 г. назначенному на должность генерального инспектора ВС Судана.

Однако ни кадровые перестановки, ни обещания сократить переходный период не встречают одобрения среди Сил декларации о свободе и переменах. 18 апреля Силы опубликовали заявление, в котором изложили свое видение структуры гражданской власти — Президентский совет, Совет министров и Переходный законодательный совет. Таким образом, силы гражданской оппозиции постепенно усиливают консолидацию. Важным сигналом стал отказ Сил от дальнейших переговоров с Военным советом, который, по мнению Сил декларации о свободе и изменениях, состоит из «защитников прежнего тоталитарного режима», риск дестабилизации становится вполне реальным.

Реакция региональных и международных акторов

Одной из причин усиления призывов гражданской оппозиции могут быть заявления со стороны Африканского союза и ЕС, которые не признали легитимность Военного совета и потребовали скорейшей передачи власти гражданскому правительству. Совет мира и безопасности АС в своем коммюнике от 15 апреля осудил переворот, потребовав от Военного совета в течение 15-ти дней передать власть гражданскому правительству, пригрозив приостановить членство Судана в АС. Хотя Председатель Комиссии АС Муса Факи принимал суданскую делегацию и сам нанес визит в Хартум, позиция Африканского союза создала серьезный прецедент для ужесточения требований гражданской оппозиции.

Стоит, однако, отметить, что в этом году председателем Африканского союза является президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси. Учитывая тот факт, что Египет, как и Саудовская Аравия с ОАЭ, стремится наладить конструктивные отношения с ПВС, вполне логично было ожидать шаги по смягчению позиции АС. По итогам саммита АС, который прошел 23 апреля в Каире, была достигнута договоренность продлить период передачи власти гражданскому правительству в Судане до 3 месяцев.

В такой ситуации парадоксальной представляется позиция США, которые, несмотря на призыв передать власть гражданскому населению, приглашают делегацию Судана для возобновления переговоров об исключении страны из американского списка стран-спонсоров терроризма. Хотя ПВС приказал выпустить политических заключенных, попавших в тюрьму во время протестов, все же интересно наблюдать подобное несоответствие в действиях ЕС и США, не позволяющее в нынешнем контексте говорить о «коллективном Западе».

Для России ситуация в стране не грозит кардинальными изменениями в российско-суданских отношениях. Учитывая приверженность ПВС прежним двусторонним соглашениям, Россия и Судан будут и дальше развивать сотрудничество в различных сферах, что подтверждается заявлениями обеих сторон в ходе визита заместителя Министра иностранных дел Российской Федерации М. Богданова в Судан 17 апреля. В последнее время Россия и Судан активно развивали двустороннее сотрудничество, о чем, например, может свидетельствовать большое количество разноплановых соглашений, подписанных в ходе визита бывшего президента О. аль-Башира в Россию в 2017 г. Особенно актуальны соглашения в сфере поиска и добычи полезных ископаемых, которые были подписаны между компаниями (например, ООО «М-Инвест») и Министерством минеральных ресурсов Судана.

За влияние в Судане еще при О. аль-Башире боролись два «блока»: Турция/Катар и КСА/ОАЭ. О. аль-Башир следовал политике лавирования между конфликтующими сторонами — суданские военные в 2015 г. начали участвовать в гражданской войне в Йемене, при этом в условиях Дипломатического кризиса в Персидском заливе он не прекратил сотрудничество с Катаром, активно инвестировавшим в недвижимость, сельское хозяйство и банковский сектор; и Турцией, с которой Судан подписал 13 соглашений в 2017 г. (в т.ч. в сфере безопасности и обороны). Более того, Турции был передан на реконструкцию остров Суакин. Египетские и саудовские СМИ опасались создания турецкой военной базы, хотя Судан опроверг такие предположения.

Если же до свержения О. аль-Башира суданские власти придерживались политики балансирования между этими странами, то позиция ПВС на данный момент близка к поддержке ОАЭ и КСА. Во-первых, и Абдель Фаттах аль-Бурхан, и Мухаммад Хамдан Даглу Муса хорошо известны в этих странах, поскольку Абдель Фаттах аль-Бурхан командовал военными, направленными для участия в составе коалиции во главе с КСА в Йемене, также в координации действий военных принимал активное участие Хаметти. Особенно важно, что Переходный военный совет объявил о продолжении участия суданцев в коалиции во главе с Саудовской Аравией. Более того, новый главу НСБР Абу Бакр Мустафа Дамбалаба также хорошо знают в Египте и Саудовской Аравии.

Не менее значимой является та степень поддержки, которую выражают Судану КСА и ОАЭ. КСА одобрило действия, которые планирует ПВС. Все, что делает Совет, по мнению Королевства, соответствует интересам суданского народа. Более того, эти страны пытаются добиться расположения Военного совета. Страны вместе предоставили помощь на сумму 3 млрд долл. — 1/6 часть суммы направлена на усиление суданского фунта и улучшение финансовой ситуации, остальные деньги будут потрачены на обеспечение населения продовольствием, медикаментами, топливом и т.д. Свою готовность предоставить всеобъемлющую помощь выразил и Египет, который применимо к суданскому кейсу выступает в связке с ОАЭ и КСА.

Стоит особо отметить опровергнутую суданским МИД новость (которая была опубликована телеканалом «аль-Арабия») о том, что суданцы якобы отказались принять делегацию во главе с министром иностранных дел Катара Мухаммадом бен Абдуррахманом аль-Тани. После этого инцидента Глава ПВС Абдель Фаттах аль-Бурхан уволил заместителя министра иностранных дел Бадр ад-Дина Абдаллу. Причиной увольнения стало несогласованное с Переходным военным советом объявление МИД Судана о подготовке визита катарской делегации в Хартум. Хотя сейчас ПВС выступают, скорее, на стороне ОАЭ и КСА, остается неясной судьба реставрационных проектов Турции на о. Суакин, финансовое участие в которых принял и Катар.

Что касается Южного Судана, то страна выразила поддержку ПВС. Президент С. Кир также выразил готовность и дальше прилагать усилия для возобновления мирных переговоров между «Суданским народно-освободительным движением — Север» (СНОД/Север) и суданскими властями для прекращения вооруженного конфликта в штатах Голубой Нил и Южный Кордофан. Более того, южносуданские власти заявили, что прилагают усилия для продления обозначенного Африканским союзом срока передачи власти гражданскому правительству.

Военный совет также встретил поддержку со стороны Чада. Говоря об Эфиопии, стоит указать на то, что она ограничилась осторожными формулировками, выражая свою позицию об уважении суверенитета и политической независимости страны. Хотя стоит отметить, что позиция Судана по плотине «Возрождение» не изменилась — руководство страны поддерживает эту инициативу.

***

Наконец, хотя судьба будущего гражданского правительства остается неясной, региональные и международные игроки ведут активный диалог с ПВС, что говорит о стремлении понять происходящие в стране процессы.

Подводя итог, стоит отметить сразу несколько важных пунктов. Во-первых, силы Декларации о свободе и переменах, отказавшись вести переговоры с Переходным военным советом, создают опасные условия для дальнейшего развития ситуации. Даже привлекательные лозунги командующего Сил быстрой поддержки Мухаммада Хамдана Даглу о необходимости сократить переходный период и прислушаться к чаяниям суданского народа не привели к необходимым результатам. Вполне вероятно усиление давления со стороны Африканского союза и ЕС. Во-вторых, для России пока нет серьезных угроз утраты достижений двустороннего сотрудничества, ПВС выразил приверженность ныне существующим двусторонним и многосторонним договоренностям. В-третьих, ключевой осью регионального соперничества остается борьба между КСА, ОАЭ и Египтом с одной стороны, Катаром и Турцией — с другой. Пока Саудовской Аравии и ее партнерам удается совершать уверенные шаги по укреплению отношений, но перед ПВС стоит непростая задача — разобраться с противоречивой политикой балансирования, которой придерживался О. аль-Башир. Что касается граничащих с Суданом государств, то они в целом признают ПВС; такое отношение продиктовано желанием сохранить те дипломатические успехи, которых удалось достичь в последние годы правления О. аль-Башира.

Наконец, хотя судьба будущего гражданского правительства остается неясной, региональные и международные игроки ведут активный диалог с ПВС, что говорит о стремлении понять происходящие в стране процессы. Тем не менее нельзя игнорировать крайне сложную экономическую ситуацию в стране, исправление которой не в силах ПВС. Требуется поиск эффективных экономических решений и иностранной помощи. Саудовская Аравия и ОАЭ, понимая эти проблемы, стараются сейчас содействовать ПВС.


Оценить статью
(Голосов: 11, Рейтинг: 4.64)
 (11 голосов)
Поделиться статьей

Текущий опрос

Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся