Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 5, Рейтинг: 4.2)
 (5 голосов)
Поделиться статьей
Сяо Бинь

Ph.D., главный научный сотрудник Института России, Восточной Европы и Центральной Азии КАОН

Лю Нань

Магистр факультета России, Восточной Европы и Центральной Азии Университета Китайской академии общественных наук

В мае 2015 г. Китай и Россия приняли Совместное заявление о сотрудничестве по сопряжению строительства ЭПШП и ЕЭАС (далее — «Один пояс, один союз»), ознаменовавшее запуск совместных стратегических усилий по развитию Евразии. Китай и Союз провели пять раундов переговоров, три встречи рабочих групп и две консультации на уровне министров, по результатам которых было подписано Соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве.

Результаты сопряжения «Одного пояса, одного союза» демонстрируют, что четвертая промышленная революция уже оказала значительное влияние на общество и экономику Евразии. Например, определенные изменения претерпели бизнес-модели, работа правительств и государственное управление, что создало ряд возможностей для стыковки «Одного пояса, одного союза».

По оценкам Всемирного экономического форума (ВЭФ), в ближайшие 10 лет экономический рост будет на 70% обеспечиваться за счет цифровых платформ. Получив первые дивиденды в цифровой сфере, страны Евразии избрали цифровизацию в качестве цели национального развития. Так, Казахстан планирует цифровизировать ключевые сектора экономики, Россия делает акцент на цифровых правительстве и обществе, а также «умных городах», Кыргызстан строит цифровое «Прозрачное общество», Армения инициировала процесс цифровизации страны, а Беларусь работает над государственной программой «Цифровое развитие».

По оценкам Союза, благодаря развитию цифровой экономики в Евразии будет создано от 2 до 4 млн рабочих мест, а производительность труда вырастет на 1,73%.

Цифровая экономика вошла в повестку сотрудничества в рамках ЭПШП несколько раньше, чем в ЕАЭС. В 2015 г. Китай выдвинул инициативу Великого информационного Шелкового пути, направленную на создание интернет-инфраструктуры, углубление сотрудничества в космосе и формирование общих технических стандартов Инициативы пояса и пути (ИПП). В марте 2017 г. Китай обнародовал Стратегию международного сотрудничества в киберпространстве, направленную на создание сообщества единой судьбы в киберпространстве для мирного развития и взаимовыгодной кооперации. Конкретные цели стратегии Китая предполагают взаимодействие в области цифровой экономики для преодоления цифрового разрыва между развивающимися и развитыми странами посредством продвижения взаимовыгодных и взаимовыигрышных связей, а также для «расшивки узких мест» глобальной кибербезопасности.

Сегодня Китай и страны Евразии используют различные форматы экономического сотрудничества в цифровой сфере. В рамках ИПП КНР и страны вдоль «Пояса и пути» работают над построением «Цифрового Шелкового пути»: с 16 государствами были подписаны соответствующие соглашения, с 7 — запущены инициативы в области цифрового экономического сотрудничества.

Несмотря на многочисленность проблем в цифровой экономике, стратегическая синергия крайне важна для развития Евразийского региона. В настоящее время цифровое экономическое сотрудничество между КНР и евразийскими странами осуществляется в основном на двустороннем уровне, а взаимодействие Китая с ЕАЭС находится на стадии запуска.

Китаю и России необходимо укреплять сотрудничество в сфере цифровой экономики на многостороннем уровне, ускорять интеграцию цифрового взаимодействия в сопряжение «Одного пояса, одного союза» и отдавать приоритет следующим направлениям. Во-первых, представляется целесообразным совершенствовать механизмы сотрудничества в данной области и создать систему контроля и управления цифровой экономикой, предполагающую выработку общих стандартов, содействие цифровой торговле, устранение барьеров и защиту прав цифровых предприятий. Во-вторых, на основе принципов открытости, инклюзивности и транспарентности следует создать цифровой рынок капитала, отвечающий потребностям стран Евразии. Ключевые меры на данном направлении должны включать осуществление интеллектуализации и автоматизации рынка цифрового капитала, повышение его открытости и гибкости.

Цифровая экономика — это экономика, основанная на цифровых вычислительных технологиях. Она складывается в результате миллиардов ежедневных онлайн-операций между людьми и компаниями с использованием устройств и данных. Благодаря эффекту перелива, связанному с технологиями, дивиденды цифровой экономики напрямую зависят от масштабов международного экономического и технологического взаимодействия. Цифровая экономика создает новую платформу для сотрудничества между Экономическим поясом Шелкового пути (ЭПШП) и Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС).

Запуск совместных стратегических усилий по продвижению развития Евразии

Несмотря на существенные различия в уровнях институционализации ЭПШП и ЕАЭС, эти объединения, несомненно, выступают основными движущими силами социально-экономического развития в Евразии. С точки зрения политической географии Евразия — это 12 республик СССР: Россия, Украина, Беларусь, Казахстан, Туркменистан, Узбекистан, Кыргызстан, Таджикистан, Армения, Грузия, Азербайджан и Молдова. Благодаря своему геоэкономическому положению эти страны выступают своего рода «узлом» в строительстве ЭПШП и ЕАЭС, соединяя север, юг, запад и восток Евразийского континента и являясь неотъемлемыми элементами глобальной производственной цепочки, в особенности в энергетической и продовольственной сферах.

В мае 2015 г. Китай и Россия приняли Совместное заявление о сотрудничестве по сопряжению строительства ЭПШП и ЕЭАС (далее — «Один пояс, один союз»), ознаменовавшее запуск совместных стратегических усилий по развитию Евразии. Китай и Союз провели пять раундов переговоров, три встречи рабочих групп и две консультации на уровне министров, по результатам которых было подписано Соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве.

Торгово-экономическое взаимодействие КНР и 12 стран Евразии быстро развивается. Согласно статистике Министерства коммерции КНР, общий объем импорта и экспорта между Китаем и Евразией в январе — декабре 2019 г. составил 175,6 млрд долл., что на 7,86% больше, чем годом ранее. Несмотря на воздействие пандемии COVID-19, с января по март 2020 г. тенденция роста в китайско-евразийском торгово-экономическом взаимодействии сохранилась: общий объем двусторонней торговли составил 37,4 млрд долл., увеличившись на 1,04% по сравнению с аналогичным периодом 2019 г. Согласно опубликованной Евразийской экономической комиссией (ЕЭК) в июне 2020 г. статистике, в январе — апреле 2020 г. Китай был основным торговым партнером Союза с долей 29,3% от общего объема внешней торговли ЕАЭС.

Результаты сопряжения «Одного пояса, одного союза» демонстрируют, что четвертая промышленная революция уже оказала значительное влияние на общество и экономику Евразии. Например, определенные изменения претерпели бизнес-модели, работа правительств и государственное управление, что создало ряд возможностей для стыковки «Одного пояса, одного союза».

Постепенное формирование фундамента сотрудничества в сфере цифровой экономики в Евразии

По оценкам Всемирного экономического форума (ВЭФ), в ближайшие 10 лет экономический рост будет на 70% обеспечиваться за счет цифровых платформ. Получив первые дивиденды в цифровой сфере, страны Евразии избрали цифровизацию в качестве цели национального развития. Так, Казахстан планирует цифровизировать ключевые сектора экономики, Россия делает акцент на цифровых правительстве и обществе, а также «умных городах», Кыргызстан строит цифровое «Прозрачное общество», Армения инициировала процесс цифровизации страны, а Беларусь работает над государственной программой «Цифровое развитие».

ЕАЭС как организация регионального экономического сотрудничества развивает активное взаимодействие в цифровой сфере. 11 октября 2017 г. Высший Евразийский экономический совет принял решение №12 «Об Основных направлениях реализации цифровой повестки Евразийского экономического союза до 2025 года», определившее конкретные цели формирования цифрового пространства Союза:

  1. содействие всесторонней цифровой трансформации общества и повышению экономической конкурентоспособности;
  2. создание условий для устойчивого развития экономик стран-участниц на период перехода к новым технологиям;
  3. обеспечение свободного движения товаров, услуг, капитала и лиц в цифровом пространстве;
  4. обеспечение всестороннего сотрудничества, основанного на комплексной цифровой обработке данных и развитии цифровых активов;
  5. учет возможностей и рисков цифрового пространства при интеграции стран-участниц в процесс глобальной и региональной цифровой трансформации;
  6. формирование единого цифрового рынка;
  7. создание стабильной цифровой экосистемы для реального сектора экономики;
  8. повышение степени участия граждан и бизнеса в цифровой экономике;
  9. демонстрация результатов цифровизации для граждан и бизнеса, работающих в цифровом пространстве.

Данный план будет реализован ЕАЭС в три этапа. По оценкам Союза, благодаря развитию цифровой экономики в Евразии будет создано от 2 до 4 млн рабочих мест, а производительность труда вырастет на 1,73%.

Цифровая экономика вошла в повестку сотрудничества в рамках ЭПШП несколько раньше, чем в ЕАЭС. В 2015 г. Китай выдвинул инициативу Великого информационного Шелкового пути, направленную на создание интернет-инфраструктуры, углубление сотрудничества в космосе и формирование общих технических стандартов Инициативы пояса и пути (ИПП). В марте 2017 г. Китай обнародовал Стратегию международного сотрудничества в киберпространстве, направленную на создание сообщества единой судьбы в киберпространстве для мирного развития и взаимовыгодной кооперации. Конкретные цели стратегии Китая предполагают взаимодействие в области цифровой экономики для преодоления цифрового разрыва между развивающимися и развитыми странами посредством продвижения взаимовыгодных и взаимовыигрышных связей, а также для «расшивки узких мест» глобальной кибербезопасности.

Сегодня Китай и страны Евразии используют различные форматы экономического сотрудничества в цифровой сфере. В рамках ИПП КНР и страны вдоль «Пояса и пути» работают над построением «Цифрового Шелкового пути»: с 16 государствами были подписаны соответствующие соглашения, с 7 — запущены инициативы в области цифрового экономического сотрудничества. С 50 странами Китай развивает взаимодействие в области телемедицины, с 40 странами разработаны системы мобильных платежей. Проложено около 30 трансграничных наземных и 10 международных подводных кабелей, в частности между Синьцзян-Уйгурским автономным районом и Казахстаном, Таджикистаном и Кыргызстаном проложены 17 оптоволоконных кабелей, которые позволили сформировать цифровой коридор на западном, северном и южном направлениях «Цифрового Шелкового пути». В Казахстане была создана сеть 4G, охватывающая территорию всей страны. Китайская Huawei приняла участие в проектах цифровой инфраструктуры «Умный город» и «Безопасный город» в Узбекистане и разработала Ruralstar для решения проблем, связанных с ограниченным доступом к мобильной связи и высокими затратами в отдаленных районах Центральной Азии.

В октябре 2019 г. состоялся первый Форум сотрудничества Китая и стран Центральной Азии в вопросах использования BeiDou, в рамках которого были подписаны три соглашения о сотрудничестве. 31 июля 2020 г. была запущена глобальная спутниковая система «BeiDou-3», которая обеспечит надежную техническую поддержку строительству «Цифрового Шелкового пути». BeiDou-3 будет работать наравне с российской и американской навигационными системами, предоставляя странам Евразии высококачественные услуги в таких сферах, как топографические съемки и картография, интеллектуальное сельское хозяйство, Интернет вещей, блокчейн и искусственный интеллект, что способствует развитию цифровой экономики региона.

Вызовы сотрудничеству в сфере цифровой экономики

Хотя цифровое экономическое сотрудничество на евразийском пространстве обладает большим потенциалом, для его успешной реализации необходимо преодолеть ряд препятствий. В отличие от развитых цифровых держав страны Евразии сталкиваются со сложностями в процессе цифровизации, к наиболее распространенных и заметных среди которых относятся следующие.

Во-первых, цифровые экономики евразийских государств находятся в растущей зависимости от развитых стран. Цифровая платформа — одна из основ развития цифровой экономики, однако их рентабельность в странах Евразии, за исключением России, крайне ограничена, и цифровые платформы развитых стран имеют тенденцию к монополизации евразийского рынка. 40% самых популярных платформ в странах Евразии принадлежат компаниям с американским капиталом. Например, в 2019 г. выручка Google составила 160,77 млрд долл., выручка YouTube — 15 млрд долл., а выручка российского Яндекса — 2,5 млрд долл.

Во-вторых, возможности стран Евразии по проведению независимых исследований и разработок невелики, стандарты государств в цифровой сфере существенно различаются, а издержки цифрового сотрудничества высоки. В период СССР Россия, Украина, Беларусь, Армения и другие евразийские страны обладали сильной технической и математической базой. После распада Союза, в связи с отсутствием благоприятной среды для исследований и инноваций и серьезной нехватки высококвалифицированных специалистов, большинство евразийских государств стали полагаться на иностранные цифровые технологии. Это не только снизило их способности к проведению независимых исследований, но и привело к серьезным различиям в национальных цифровых стандартах, повысив стоимость сотрудничества.

В-третьих, развитие цифровой экономики требует цифровизации отраслей, что окажет существенное влияние на рынок труда. По мере внедрения цифровых технологий в производственные цепочки многие рабочие места будут ликвидированы. Это затронет преимущественно население с низкой конкурентоспособностью на рынке труда. В связи с этим государства — члены ЕАЭС разработали ряд защитных мер по переобучению сокращенного персонала и работников традиционной промышленности, что будет способствовать успешной цифровизации производственных отраслей.

Несмотря на многочисленность проблем в цифровой экономике, стратегическая синергия крайне важна для развития Евразийского региона. В настоящее время цифровое экономическое сотрудничество между КНР и евразийскими странами осуществляется в основном на двустороннем уровне, а взаимодействие Китая с ЕАЭС находится на стадии запуска. 9 июля 2020 г. министр коммерции КНР Чжун Шань и министр по торговле ЕЭК Андрей Слепнев провели телефонные переговоры о ключевых направлениях сотрудничества в рамках сопряжения «Одного пояса, одного союза», которые включают таможенные процедуры, транзитные перевозки, электронную торговлю, продукты питания и деловое сотрудничество.

Китаю и России необходимо укреплять сотрудничество в сфере цифровой экономики на многостороннем уровне, ускорять интеграцию цифрового взаимодействия в сопряжение «Одного пояса, одного союза» и отдавать приоритет следующим направлениям. Во-первых, представляется целесообразным совершенствовать механизмы сотрудничества в данной области и создать систему контроля и управления цифровой экономикой, предполагающую выработку общих стандартов, содействие цифровой торговле, устранение барьеров и защиту прав цифровых предприятий. Во-вторых, на основе принципов открытости, инклюзивности и транспарентности следует создать цифровой рынок капитала, отвечающий потребностям стран Евразии. Ключевые меры на данном направлении должны включать осуществление интеллектуализации и автоматизации рынка цифрового капитала, повышение его открытости и гибкости.

Таким образом, взаимодействие в сфере цифровой экономики крайне важно для развития Евразии, и только с помощью международного сотрудничества и диалога можно сократить цифровой разрыв между странами. Подобный подход позволит увеличить цифровые дивиденды для государств Евразии и даст им больше возможностей в будущей цифровизации.

Оценить статью
(Голосов: 5, Рейтинг: 4.2)
 (5 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся