Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 13, Рейтинг: 3.46)
 (13 голосов)
Поделиться статьей
Александр Королёв

К.полит.н, заместитель заведующего Евразийским сектором ЦКЕМИ НИУ ВШЭ, эксперт РСМД

Буквально за одну неделю позиции США в Азиатско-Тихоокеанском регионе были существенно подорваны. Вслед за подписанием соглашения о Всеобъемлющем региональном экономическом партнерстве (ВРЭП), где не нашлось места Вашингтону, участники саммита АТЭС 20 ноября 2020 г. устроили публичную осаду США и лично Д. Трампу, обвинив последнего во внешнеэкономических авантюрах и подрыве свободной торговли.

Перед самим АТЭС стояла непростая задача — создать мощный инфоповод и не затеряться на фоне грандиозного подписания соглашения по ВРЭП. И одновременно — реабилитироваться за не менее грандиозные провалы последних лет, когда из-за американо-китайских разногласий в 2018 г. впервые за всю историю экономикам АТЭС не удалось принять итоговую декларацию. Справедливости ради стоит отметить, что участниками саммита удалось справиться с обеими задачами.

Конец 2020 г. ознаменовался крупными достижениями экономического регионализма в Азиатско-Тихоокеанском регионе и интересными сценариями развития ситуации в нем. В их числе — более активное продвижение повестки свободной торговли и потенциальное возвращение США в интеграционный ландшафт в АТР, а также новое слово в американо-китайском противостоянии.

Буквально за одну неделю позиции США в Азиатско-Тихоокеанском регионе были существенно подорваны. Вслед за подписанием соглашения о Всеобъемлющем региональном экономическом партнерстве (ВРЭП), где не нашлось места Вашингтону, участники саммита АТЭС 20 ноября 2020 г. устроили публичную осаду США и лично Д. Трампу, обвинив последнего во внешнеэкономических авантюрах и подрыве свободной торговли.

Перед самим АТЭС стояла непростая задача — создать мощный инфоповод и не затеряться на фоне грандиозного подписания соглашения по ВРЭП. И одновременно — реабилитироваться за не менее грандиозные провалы последних лет, когда из-за американо-китайских разногласий в 2018 г. впервые за всю историю экономикам АТЭС не удалось принять итоговую декларацию. Справедливости ради стоит отметить, что участниками саммита удалось справиться с обеими задачами.

Попробуем более подробно разобраться в особенностях очередного саммита, основных результатах и позициях сторон.

Новая виртуальная реальность АТЭС

Первое, что бросается в глаза — впервые в истории саммит АТЭС прошел в онлайн-формате, к которому, впрочем, уже успели привыкнуть мировые лидеры. Любопытным выглядит и контекст проведения мероприятия для принимающей стороны — Малайзии, у которой сложилась особая история организации подобного мероприятия. Первый опыт председательства Малайзии в АТЭС в 1998 г. был омрачен азиатским финансовым кризисом и внутриполитической турбулентностью. Напомним, в разгар азиатского кризиса в Малайзии произошел конфликт между премьер-министром Махатхиром Мохамадом и его заместителем Анваром Ибрагимом на почве выбора модели экономического восстановления страны. Позднее последний был отправлен за решетку по обвинению в коррупции и гомосексуализме.

Что мы видим на этот раз — еще более серьезные шоки для мировой экономики и мировой торговли и более затяжной внутриполитический кризис в Малайзии уже с отставкой самого Махатхира Мохамада. Остается лишь гадать, произойдет ли очередной «сюрприз» в следующий год председательства Малайзии в АТЭС.

Однако есть у «пандемийной» версии саммита АТЭС и очевидный плюс. Массовый локдаун позволил, пусть и виртуально, собрать вместе лидеров 21 экономики АТЭС. Обращает на себя внимание присутствие и нового премьер-министра Японии Ё. Суга, и президента Южной Кореи Мун Чжэ Ина, и председателя КНР Си Цзиньпина, и российского президента В. Путина, и пока действующей главы американской администрации — Д. Трампа, который после 2017 г. последовательно игнорировал саммиты АТЭС. Впрочем, его виртуальному визиту можно найти логичное объяснение. Персональное присутствие на саммите — попытка направить сигнал мировой общественности и американскому истеблишменту, что его рано списывать со счетов, и борьба за президентское кресло в США еще продолжается.

Принятые решения и повестка обсуждений

Главным результатом заседаний лидеров АТЭС стало принятие Куала-Лумпурской декларации и стратегического документа «Путраджайское Видение АТЭС 2040», представляющего собой дорожную карту развития саммита на ближайшие 20 лет [1]. В обоих документах речь идет о необходимости совместных мер для борьбы с коронавирусом и восстановления мировой экономики.

Но куда более интересным представляется блок вопросов, сформулированный в Декларации как «улучшение нарратива о торговле и инвестициях», который активно поддержали в своих выступлениях отдельные экономики АТЭС. Так, стороны обозначили необходимость продвижения свободной, открытой, транспарентной, предсказуемой и недискриминационной торговли, что представляется явным намеком на недопустимость политики протекционизма и национального эгоизма США.

Стоит отметить, что идея открытой торговли всегда входила в число приоритетов АТЭС с момента его запуска. Символично, что на 2020 г. приходится дедлайн по реализации Богорских целей, принятых в 1994 г. По ним, экономики АТЭС взяли на себя обязательства не позднее 2020 г. завершить процесс создания свободного и открытого торгово-инвестиционного пространства в АТР.

Конечно, добиться столь амбициозной цели участникам не удалось, однако на руку АТЭС сыграло подписание 15 ноября 2020 г. соглашения по ВРЭП. Заключение мега-сделки напрямую не связано с работой саммита. Тем не менее на момент принятия Богорских целей 11 из нынешних 15 государств — подписантов ВРЭП входили в состав АТЭС. Поэтому они могут занести это себе в актив.

Китай наносит удар по США

В ходе Куала-Лумпурского саммита наиболее ярым защитником фритрейдерства выступил Китай в лице председателя Си Цзиньпина. Он подчеркнул, что КНР не будет менять курс и идти против «исторических тенденций». Под «историческими тенденциями» китайский лидер подразумевал движение в сторону либерализации торговли и устранения различных барьеров.

Еще более любопытным выглядит заявление Си Цзиньпина о готовности Пекина вступить во Всеобъемлющее и Прогрессивное соглашение для Транстихоокеанского партнерства (ВПТТП). Учитывая недавнее подписание ВРЭП, которое уже успели окрестить «китайским проектом», само заявление главы КНР о намерении присоединиться к некогда американоцентричному проекту — не что иное как «удар под дых» региональному лидерству США. Ложку дегтя добавляет тот факт, что приглашение Китаю войти в состав ВПТТП направила Япония, союзник США, которую ранее Вашингтон звал в Транстихоокеанское партнерство.

Не упустили шанс «насолить» Д. Трампу и менее крупные партнеры по АТЭС. Например, Сингапур, Малайзия и ряд других экономик не скрывали своего воодушевления по поводу предстоящей смены американской администрации. Так, они выразили надежду на то, что Джозеф Байден будет следовать правилам ВТО, поощрять многосторонние инициативы и форматы и откажется от хищнической внешнеэкономической деятельности.

Слово за Россией

Не осталось без внимания и участие российского президента, который, как и все другие из присутствующих, использовал АТЭС как площадку для транслирования национальных внешнеполитических интересов. Среди них — дежурные призывы соблюдать Устав ООН и уважать суверенное равенство государств, борьба с пандемией коронавируса и пиар российских вакцин, противодействие киберпреступности, создание зеленых коридоров, свободных от санкций и других ограничений.

Примечательны призывы В. Путина более активно вовлекать интеграционные объединения и сопрягать потенциалы для реализации масштабных трансграничных проектов. Подобным заявлениям можно найти простое объяснение — Россия не является участником ВПТТП и осталась за бортом процесса создания крупнейшей в мире зоны свободной торговли ВРЭП. При этом пандемия лишь усиливает регионализацию цепочек добавленной стоимости и смещение их в АТР. Отсюда стремление к «сопряжению» российской инициативы Большого евразийского партнерства, а также ЕАЭС с уже существующими интеграционными форматами в Азии.

Наконец, что касается хозяйки мероприятия — Малайзии, то председательство в АТЭС можно расценивать как первые серьезные «внешнеполитические смотрины» нового премьер-министра страны Мухиддина Яссина, с которыми он и его команда успешно справились.

Резюмируя, конец 2020 года ознаменовался крупными достижениями экономического регионализма в Азиатско-Тихоокеанском регионе и интересными сценариями развития ситуации в нем. В их числе — более активное продвижение повестки свободной торговли и потенциальное возвращение США в интеграционный ландшафт в АТР, а также новое слово в американо-китайском противостоянии.

1. Путраджая является административной столицей Малайзии с 1999 г., поэтому именно она чаще всего используется в актовых документах и выступлениях официальных лиц Малайзии в качестве столицы страны.


(Голосов: 13, Рейтинг: 3.46)
 (13 голосов)

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся