Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 10, Рейтинг: 4.8)
 (10 голосов)
Поделиться статьей
Руслан Мамедов

Программный менеджер РСМД

Сделка ОПЕК+ о сокращении добычи нефти прекратила действие в апреле. Падение цен на нефть в результате ее распада и ситуации с коронавирусом вызвало не только дестабилизацию на мировых рынках, но и противоречивую реакцию в самой России. Наиболее явно это выразилось в подходах крупнейших государственной и частной российских нефтяных компаний.

В условиях пандемии только возрастает необходимость поиска баланса на рынке нефти. При этом возникают вопросы к ранее не связанной договоренностями американской нефти — американские сланцевые компании не могут долго работать при нынешней цене на нефть и вскоре могут оказаться на грани банкротства. В случае рассмотрения ими возможности сокращения добычи нефти (чем уже занимается Texas Railroad Commission), это помогло бы стабилизировать мировые рынки. Вопрос только в том, готовы ли американские компании делать это сами, не связывая себя обязательствами, или в кооперации с Россией и ОПЕК. Возможно, сторонам стоит обсудить новую сделку по сокращению добычи нефти. Такой подход, когда крупнейшие на мировом рынке игроки поделили бы его, руководствуясь целью стабилизации цен на нефть и мировой экономики, имел бы больше смысла для всех заинтересованных сторон. Долговременность этих договоренностей всегда будет оставаться под вопросом, но даже их тактический характер мог бы позитивно сказаться на состоянии мировой экономики.

Сделка ОПЕК+ о сокращении добычи нефти прекратила действие в апреле. Падение цен на нефть в результате ее распада и ситуации с коронавирусом вызвало не только дестабилизацию на мировых рынках, но и противоречивую реакцию в самой России. Наиболее явно это выразилось в подходах крупнейших государственной и частной российских нефтяных компаний.

В то время как (по некоторым данным) Роснефть лоббировала выход России из сделки ОПЕК+, ЛУКОЙЛ подсчитывал возможные убытки от этого шага. Глава Роснефти Игорь Сечин в своем интервью заявил: «ОПЕК+, конечно, вносил свою лепту в балансировку рынка через сокращение добычи. Но большое ли это было влияние? Ведь параллельно с этим наращивалась добыча в Соединенных Штатах, которые вышли на первое место в мире по производству нефти, которые нарастили экспорт в Европу в 6 раз, в Индию — в 10 раз». В свою очередь вице-президент ЛУКОЙЛ Леонид Федун отметил: «Никаких экономических реальных просчетов участия либо неучастия в ОПЕК сделано не было... никакая идея о выходе из сделки [на обсуждении руководства РФ с нефтяниками перед встречей ОПЕК+ — прим. автора] не обсуждалась, хотя я знаю, что отдельные компании ее активно лоббировали, государственные. Даже те, которые лоббировали, не могли себе в страшном сне представить, что они сегодня будут продавать нефть по 25 долл.». В этом контексте повышение объемов экспорта нефти не приведет к позитивным результатам, поскольку покупать эту нефть будут по низкой цене.

Существует мнение, что Россия стремится ограничить сланцевую отрасль США своим выходом из сделки ОПЕК+, чтобы не допустить дальнейшего занятия рынка сланцевиками. Но предлагается и иная трактовка — Россия предлагала сохранить те же параметры сделки на следующий квартал, однако Саудовская Аравия на последнем заседании ОПЕК+ решила в ультимативном порядке заставить партнеров взять на себя большую долю в дополнительном сокращении добычи. Такой подход Саудовской Аравии означал объективное стремление продемонстрировать баланс сил внутри ОПЕК+. Но российские официальные лица заявили, что подобный подход не мог быть принят, и маятник в Москве качнулся на сторону тех, кто лоббировал выход из ОПЕК+.

Решение Саудовской Аравии резко нарастить добычу до 13 млн барр. в сутки вывалит на рынок много нефти. Однако в условиях пандемии коронавируса такие объемы окажутся невостребованными. Более того, Саудовская Аравия предложила скидки для традиционных для России рынков, но ввиду логистических сложностей саудовским предложением воспользуются немногие. Вытеснить российские компании будет проблематично, поскольку у России есть возможность сбывать нефть по существующим нефтепроводам. Таким образом, если, наращивая добычу, саудовцы ставили целью реализовать план по возврату России к переговорам, то в нем были изъяны. Это требовало бы дополнительных условий.

Тем не менее российские нефтяные компании не могут нарастить объемы добычи, сопоставимые с объемами добычи саудовской Saudi Aramco и ее партнерами по ОПЕК. В среднесрочной перспективе сохранение такого уровня котировок при цене нефти ниже 40 долл./барр. лишит российские нефтяные компании возможности инвестировать в поддержание добычи. Более того, из-за низкой цены на нефть российские нефтяные компании анонсировали возможность реализации планов временного отказа от инвестиций в разработку новых месторождений (ввиду низкой рентабельности компании ранее и так просили у государства налоговые льготы). Это уже может негативно сказаться на всей нефтяной отрасли в стратегическом плане, именно поэтому остается надежда, что все это в итоге поспособствует возврату к прагматизму и переговорам. Россия оставляет двери открытыми, на официальном уровне заявляя о хороших отношениях с Саудовской Аравией. Министр энергетики России А. Новак же подчеркивал: «Москва продолжит сотрудничество с ОПЕК в рамках хартии, подписанной 24 странами ОПЕК+ на встрече в Вене в июле 2019 г.».

Дополнительным фактором, подталкивающим к новым договоренностям, хотя и не сразу, станет необходимость исполнять бюджеты. Если России для балансирования государственного бюджета необходима цена в примерно 42 долл. за баррель, то для Саудовской Аравии — 83 долл. за баррель. Нынешняя ситуация рождает и внутриполитические вызовы как для России, так и для Саудовской Аравии. Российские руководство проходит через сложный период необходимости реализации национальных проектов, а также утверждения важных поправок к конституции. От нацпроектов зависит уровень жизни граждан, в то время как их доходы ввиду идеального шторма с ценой на нефть и ситуации с пандемией падают. В Саудовской Аравии остается под вопросом намеченный путь к «Видению-2030» и сохраняется значительный потенциал дестабилизации (последние аресты представителей элиты это продемонстрировали). Российские власти при этом опираются на Фонд национального благосостояния, который был пополнен за время действия сделки ОПЕК+. Министр финансов России А. Силуанов в этом контексте заявил: «Запасов прочности у нас достаточно, для того чтобы профинансировать все наши обязательства — и даже не только социальные. При нынешних ценовых пропорциях на нефтяном рынке таких запасов нам хватит как минимум на шесть лет».

Стабилизация рынка углеводородов необходима. Сейчас на него влияют не только коронавирус и распад сделки ОПЕК+, но и санкции. Из-за санкций на рынке продолжает отсутствовать Иран, чем пользуются остальные игроки. Еще в прошлом году было опубликовано заявление, что по этой причине с рынка было выведено 2,7 млн баррелей в сутки. Под санкциями находится и венесуэльская нефть, за посредничество в перевозке и продаже которой американцы с начала 2020 г. ввели санкции против «дочек» Роснефти — Rosneft Trading и TNK Trading. 28 марта Роснефть приняла решение уйти из Венесуэлы и продать активы принадлежащей на 100% российскому правительству неназванной компании. Пресс-секретарь Роснефти заявил: «Мы, как международная публичная компания, выполнили наши обязательства перед нашими акционерами в той ситуации, которая сложилась в мире не по нашей воле. Мы выполнили наши обязательства и теперь имеем право ожидать исполнения публично данных обещаний от американских регуляторов». Очевидно, что Роснефть этим решением стремится избежать санкций OFAC, что сохраняет окно возможностей для переговоров. Не факт, что неназванной российской государственной компании, которой перешли проблемные активы Роснефти в Венесуэле, хватит возможностей для реализации венесуэльской нефти. Очевидно, власти Венесуэлы сильно пострадают, а их доля на рынке уменьшится, чем могут воспользоваться США.

В условиях пандемии только возрастает необходимость поиска баланса на рынке нефти. При этом возникают вопросы к ранее не связанной договоренностями американской нефти — американские сланцевые компании не могут долго работать при нынешней цене на нефть и вскоре могут оказаться на грани банкротства. В случае рассмотрения ими возможности сокращения добычи нефти (чем уже занимается Texas Railroad Commission), это помогло бы стабилизировать мировые рынки. Вопрос только в том, готовы ли американские компании делать это сами, не связывая себя обязательствами, или в кооперации с Россией и ОПЕК. Возможно, сторонам стоит обсудить новую сделку по сокращению добычи нефти. Такой подход, когда крупнейшие на мировом рынке игроки поделили бы его, руководствуясь целью стабилизации цен на нефть и мировой экономики, имел бы больше смысла для всех заинтересованных сторон. Долговременность этих договоренностей всегда будет оставаться под вопросом, но даже их тактический характер мог бы позитивно сказаться на состоянии мировой экономики.

Впервые опубликовано в Al-Monitor.

Оценить статью
(Голосов: 10, Рейтинг: 4.8)
 (10 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся