Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Поделиться статьей
Алексей Фененко

Д.полит.н, доцент Факультета мировой политики МГУ имени М.В. Ломоносова, эксперт РСМД

Статья М. Троицкого, символически опубликованная в трагическую годовщину бомбардировки Хиросимы, затрагивает интересную и чрезвычайно актуальную проблему – возможность ядерного разоружения. Автор полагает, что мир с меньшим количеством ядерного оружия (ЯО), станет более безопасным. Для аргументации своей точки зрения М. Троицкий приводит интересные замечания. Вместе с тем с рядом положений автора трудно согласиться. М. Троицкий задает интересный вопрос: «Можно ли установить причинно-следственную связь отсутствия мировой войны на протяжении семи последних десятилетий и наличия у крупнейших мировых держав ядерного оружия?» Однозначно ответить на этот вопрос невозможно, как, впрочем, на большинство общефилософских вопросов. Однако автор игнорирует тот факт, что ЯО, как и любое оружие, имеет четкое предназначение и схемы применения.

Статья М. Троицкого, символически опубликованная в трагическую годовщину бомбардировки Хиросимы, затрагивает интересную и чрезвычайно актуальную проблему – возможность ядерного разоружения. Автор полагает, что мир с меньшим количеством ядерного оружия (ЯО), станет более безопасным. Для аргументации своей точки зрения М. Троицкий приводит интересные замечания. Вместе с тем с рядом положений автора трудно согласиться.

Зачем нужно ядерное оружие?

М. Троицкий задает интересный вопрос: «Можно ли установить причинно-следственную связь отсутствия мировой войны на протяжении семи последних десятилетий и наличия у крупнейших мировых держав ядерного оружия?» Однозначно ответить на этот вопрос невозможно, как, впрочем, на большинство общефилософских вопросов. Однако автор игнорирует тот факт, что ЯО, как и любое оружие, имеет четкое предназначение и схемы применения.

Идея создания ЯО выросла из концепции «воздушной войны». Еще в 1918 г. итальянский генерал Джулио Дуэ утверждал, что в будущей войне поражение противнику можно будет нанести посредством стратегических бомбардировок, осуществляемых с безопасного для атакующей стороны расстояния. С этого времени развитие военно-воздушных сил великих держав шло по двум направлениям. Первое: увеличение радиуса действия и грузоподъемности бомбардировщиков, которое завершилось созданием в 1940-х годах стратегической авиации. (Параллельно это требовало развития других видов авиации и ПВО). Второе: усиление мощности авиационных боезарядов, способных поражать стратегический потенциал оппонента [1]. Логическим итогом второй тенденции стало создание атомного оружия в 1945 году.

Каким образом оружие, предназначенное для уничтожения стратегического потенциала противника, должно было предотвратить распад государств по внутриполитическим причинам.

Автор приводит интересный пример: «Соединенные Штаты отказались от идеи нанести ядерный удар по Советскому Союзу в начале 1950-х годов». Но причина этого была связана как раз с обратным: у США, как показали расчеты конца 1940-х годов, не было реализуемого превосходства над СССР [2]. Атомные боезаряды того времени были не способы уничтожать железобетонные конструкции и были пригодны для доставки к целям только авиационными носителями, которые можно было сбить истребительной авиацией. Полноценное термоядерное оружие появилось только в середине 1950-х годов, а ракетно-ядерным оно стало спустя 5-7 лет. Но так или иначе к середине 1960-х годов СССР и США получили первое в истории оружие, которое позволяло гарантированно уничтожить стратегический потенциал оппонента. ЯО других ядерных держав (Британии, Франции, Китая), не говоря уже о непризнанных ядерных государствах, не обладает такой способностью до сих пор.

Иные функции были возложены на тактическое ЯО. Военные доктрины Великобритании и США видели в нем средство, позволяющее компенсировать превосходство СССР в обычных вооруженных силах. Советский Союз официально не проводил различия между стратегическим и тактическим ЯО. Однако на страницах советских военных журналов 1960-х годов [3] шла полемика о возможности использования части ЯО как средства обеспечения для действия обычных вооруженных сил.

На этом фоне странно выглядит тезис автора, что ЯО не предотвратило распада Британской империи и СССР. Не понятно, каким образом оружие, предназначенное для уничтожения стратегического потенциала противника, должно было предотвратить распад государств по внутриполитическим причинам. Ядерное оружие – инструмент, предназначенный для выполнения определенного комплекса задач. Подходить к оценке его эффективности (или неэффективности) следует именно в этой логике, а не приписывая ему задачи, для решения которых оно никогда не предназначалось.

REUTERS/Issei Kato
Демонстрации в Токио, 1 мая, 2015.

Логика заданного ущерба

В статье М. Троицкого ничего не говорится о концепции взаимно-гарантированного уничтожения (mutually assured destruction, MAD) и ее последующей модификации – концепции стратегического паритета. Между тем они занимали важное место в ядерных стратегиях США и СССР.

К середине ХХ века войны на базе обычных вооружений стали слишком дорогими из-за высокой стоимости оружия. ЯО, как и другие виды оружия массового поражения (ОМП), создавалось с целью сделать войну более дешевой. (Поразить как можно больше живой силы противника с меньшими затратами на системы вооружения). Результат оказался обратным. Издержки от применения стратегического ЯО перекрывали возможные выгоды от подобной акции. Наиболее вероятными издержками были:

  1. опасность неизбежного ответного удара противника (который мог носить как контрсиловой, так и контрценностный характер);
  2. долгосрочные вторичные эффекты от применения ЯО.

К началу 1970-х годов обе сверхдержавы получили техническую возможность нанести гарантированный ущерб стратегическому потенциалу противника. На этой основе в США окончательно утвердилась концепция «оборонительного сдерживания»: заставить противника отказаться от агрессии, угрожая нанести ему в ответ неприемлемый ущерб. Советское руководство подобных задач официально не постулировало, но, судя по открытым публикациям [4], видело в стратегических ядерных силах средство для уничтожения стратегического потенциала США. После распада СССР российское руководство приняло логику оборонительного сдерживания: перед стратегическими ядерными силами поставлена задача нанести противнику «заданный ущерб» для его принуждения к миру. Ядерные потенциалы Британии, Франции и КНР технически могут ориентироваться только на нанесение ограниченного числа контрценностных ударов для принуждения потенциального агрессора к миру.

Стратегическое ЯО позволяет нанести неприемлемый ущерб противнику или, как минимум, повышает для него издержки от возможной агрессии. Зато глубокое ядерное разоружение будет означать снижение способности нанести агрессору неприемлемый ущерб. Стоимость издержек от совершения агрессии резко снизится, что, соответственно, сделает ее совершение менее затратной.

Зачем нужен контроль над вооружениями?

Современные сторонники «безъядерного мира» не приводят ни одного серьезного аргумента, зачем нужно возрождать дискуссии о глубоком ядерном разоружении.

М.Троицкий не совсем верно трактует направленность классического контроля над вооружениями. Автор указывает: "Аналогичным образом, обладающее ядерным оружием государство начинает подозревать своих потенциальных оппонентов в желании это оружие у него отнять.... Под таким углом зрения, контроль над вооружениями, предложения о взаимных инспекциях или сокращении запасов расщепляющихся материалов предстают в виде коварных попыток внешних сил сделать вас беззащитным". Это не так. Задачей советско-американских, а затем и российско-американских, соглашений по контролю над вооружениями было не ядерное разоружение, а взаимное снижение контрсиловых потенциалов.

Соглашения СССР / России и США по контролю над вооружениями преследовали три цели:

  • введение лимитов на "дестабилизирующие" компоненты стратегической триады как, например, разделяющиеся головные части индивидуального наведения;
  • ликвидация носителей ЯО, которые могут быть использованы для нанесения контрсилового или контрэлитного удара (баллистические ракеты средней и меньшей дальности);
  • согласованное выведение из строя устаревших боезарядов и их носителей.

Ни одна из этих задач не ставила под сомнение логику стратегического паритета. Сомнения появились в 1990-х годах, что было связано с развитием неядерного высокоточного оружия и систем противоракетной обороны (ПРО). На этом фоне контроль над вооружениями стал утрачивать свою стабилизирующую роль. Российская сторона столкнулась с опасной тенденцией: небольшое количество ЯО может не пережить разоружающего удара противника и купирующих действий его систем ПРО. Или, если переживет, будет не в состоянии нанести противнику неприемлемый ущерб.

По второму кругу

REUTERS/Mike Segar/Pixstream
Михаил Троицкий:
Политические тупики ядерного разоружения

К сожалению, М. Троицкий ничего не говорит о том, что концепция «глубокого ядерного разоружения» обсуждалась в обеих сверхдержавах в 1960-х годах. Тогда среди исследователей сложилось два подхода. Сторонники первого утверждали, что чем меньше ЯО, тем меньше целей можно поразить. Сторонники второго отмечали, что это справедливо, если только параллельно не развиваются альтернативные средства для нанесения контрсилового удара. Дискуссия прекратилась в 1970-х годах, что было связано с развитием неядерного высокоточного оружия. Сегодня при моделировании «оптимального» количества стратегических ядерных сил приходится учитывать не только контрсиловые возможности противника, но также его неядерные средства поражения и системы ПРО.

Не упоминает автор и интересные разработки американского эксперта Майкла МакГвайра, который детально прорабатывал вопрос о стоимости агрессии при ликвидации ЯО. В центре его анализа были инициативы Л.Брежнева 1977 г. об отказе от применения ЯО в ходе войны [5]. На их основе М. МакГвайр сделал вывод: в случае ликвидации ядерного оружия СССР с высокой долей вероятности может начать большую неядерную войну за изгнание американцев из Евразии. Начнет или не начнет – вопрос открытый, но учитывать такой сценарий приходится. «Чем будут защищать США своих европейских союзников в условиях превосходства СССР в обычных вооружениях?» – задавал уместный вопрос американский ученый. Сегодня аналогичный аргумент справедливо используют российские критики ядерного разоружения.

К сожалению, современные сторонники «безъядерного мира» не приводят ни одного серьезного аргумента, зачем нужно возрождать дискуссии о глубоком ядерном разоружении. Страшилка о террористических сетях, которые вот-вот получат ЯО, вызывает естественный скепсис: «Что помешало им это сделать на протяжении последних двадцати лет?» Другой аргумент – периодически мелькающие в СМИ сообщения о якобы имевших место сбоях то советской, то американской системы предупреждения о ракетном нападении, никогда не был подтвержден документально. Активизация стратегического ЯО требует принятия политического решения с последующим преодолением сложной системы позитивных и негативных кодов. Стоит ли рисковать «ядерным щитом» ради преодоления гипотетических и неподтвержденных угроз?

***

Критические замечания не отменяют интересного характера статьи М. Троицкого. Она пробуждает интерес к проблематике ядерного разоружения. Другое дело, что призыв автора поставить Россию в авангард ядерного разоружения едва ли согласуется с новейшими тенденциями в мировой политике. Трудно сказать, как разговаривали бы США и их союзники с Россией в ходе грузинского и украинского кризисов, не будь у нее стратегического ЯО. В конце концов «безъядерный мир» – это мир, в котором совершение агрессии будет гораздо менее затратным для агрессора, чем в мире ядерном.

1. Overy R.J. Air Power and the Origins of Deterrence theory before 1939 // Journal of Strategic Studies. Vol. 15. №1. March 1992. P. 73–101.

2. Подробнее см.: Brown A C. Drop Shot. The United States Plan for War with the Soviet Union in 1957. — New York: Dial Press/J. Wade, 1978; Holloway D. Stalin and the Bomb. The Soviet Union and Atomic Energy. 1939–1956. New Haven – London: Yale University Press, 1994.

3. Павловский И. Сухопутные войска Советских вооруженных сил // Военная мысль. 1967. № 11; Соколовский В., Чередниченко М. Военная стратегия и ее проблемы // Военная мысль. 1968. № 10.

4. Малиновсий Р.Я, Бдительно стоять на страже мира. М.: Воениздат, 1962; Иванов С. Советская военная доктрина и стратегия // Военная мысль. 1969. № 5.

5. MccGwire M. Perestroika and Soviet National Security. Washington: Brookings Institution Press, 1991.

Читать далее:

Ответ Михаила Троицкого «Стратегическая бесполезность ядерного оружия. Ответ Алексею Фененко»

Оценить статью
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся