Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 10, Рейтинг: 4.9)
 (10 голосов)
Поделиться статьей
Александр Ермаков

Военный обозреватель, эксперт РСМД

Планы NASA вернуться на Луну и шумные презентации Илона Маска вернули угасший было интерес общественности к космическим полетам. Но рука об руку с техническим прогрессом и мечтами об экспансии идут реальные дела по подготовке качественно нового этапа милитаризации космического пространства.

Происходящее сейчас в американской космической отрасли в российских СМИ, как правило, связывают с явлением «частной космонавтики». Считается, что на смену государственным забюрократизированным организациям, избалованным своими монополиями, приходит гибкий и амбициозный бизнес, устанавливающий «честные» низкие цены и реализующий самые смелые идеи. Однако в отношении США это серьезное упрощение — по российским представлениям их космонавтика всегда была «частной»: капсула «Меркурий», на которой первые астронавты достигли космоса, выпускалась частной компанией McDonnell Aircraft, «Шаттл» был создан Rockwell, а над лунной программой «Аполлон» работал чуть ли не весь американский авиапром. И сейчас, хотя у всех на слуху деятельность SpaceX Илона Маска, пилотируемые капсулы создают не требующие представления Boeing и Lockheed Martin, причем именно создаваемый последней межпланетный «Орион» является главным пилотируемым кораблем для NASA.

План диверсификации рынка «больших» пусковых услуг увенчался успехом: SpaceX, благодаря поддержке военных и NASA, предлагает услуги по демпинговым ценам, United Launch Alliance вынуждена снижать аппетиты и наконец-то всерьез заняться разработкой новых ракет-носителей, успех компании Илона Маска стимулировал других новых игроков — в первую очередь Blue Origin Джеффа Безоса с амбизиозным проектом ракеты-носителя New Glenn и ветерана аэрокосмической отрасли Northrop Grumman с программой Omega. Причем перечислены наиболее серьезные проекты, получающие госфинансирование в рамках программы National Security Space Launch. Не будет преувеличением сказать, что в следующем десятилетии на наших глазах в Штатах полностью обновится парк «взрослых» ракет-носителей для коммерческих и государственных задач — и это мы не касаемся приближающихся к состоянию готовности сразу нескольких пилотируемых капсул и сверхтяжелой ракеты-носителя SLS для полетов за пределы земной орбиты.

Однако в то время как внимание любителей космонавтики приковано к новым американским ракетам среднего и тяжелого классов, американские военные обратили свое на легкие и сверхлегкие. DARPA ведет программы по поддержке «стартапов», наиболее ярким представителем такой работы является запланированный на 2020 г. «Launch Challenge» — демонстрация способности запустить подряд два микроспутника из двух различных географических точек с минимальным интервалом, причем место запуска будет названо за минимальный срок («недели», в идеале, «дни»). На взгляд не интересующегося космонавтикой задача может показаться простой и даже глупой, но если сегодня обратиться к ULA, SpaceX или Роскосмосу с просьбой запустить в течение недели спутник, то они ответят отказом, причем по самой банальной причине — для этого не будет ракеты.

Зачем срочный запуск может потребоваться сейчас США, когда развернуты надежные группировки долгоживущих спутников? В первую очередь, интересной может оказаться оперативная съемка нужного региона. Для срочных внеплановых запусков желательно не пользоваться основными космодромами — если это будет (пред-) военный период, то они, вероятно, либо будут заняты пополнением национальной группировки «больших» спутников (например, геостационарных спутников связи или спутников систем навигации), либо выведены из строя. В мирное же время они заняты плановой коммерческой и научной деятельностью, и прерывать ее по мелким поводам неприемлемо. Неудивительно, что сейчас наблюдается невиданный «бум» альтернативных способов запуска спутников. Например, в США одновременно реализуется несколько проектов «воздушных стартов» — когда небольшая ракета запускается с самолета в полете.

Но скачок в развитии «железа» был бы неполным без организационных и доктринальных изменений в вооруженных силах. И в этом аспекте США совершили исторический для себя шаг — в Законе об ассигнованиях на национальную оборону на 2020 финансовый год, подписанном Д. Трампом 20 декабря 2019 г., было объявлено о формировании Космических сил США, как отдельной, шестой ветви вооруженных сил. И это, несомненно, ярчайшая заявка на новый этап милитаризации космоса.

Согласно объявленным в законе целям, Космические силы США будут заниматься а) защитой интересов США в космосе, обеспечивать «свободу операций» в этом пространстве; б) сдерживать агрессию в/из космоса; в) осуществлять постоянные космические миссии в интересах всех вооруженных сил, начиная от разработки требований к аппаратам и подготовки личного состава, заканчивая их постоянной эксплуатацией.

Но кто же противник?

Планы NASA вернуться на Луну и шумные презентации Илона Маска вернули угасший было интерес общественности к космическим полетам. Но рука об руку с техническим прогрессом и мечтами об экспансии идут реальные дела по подготовке качественно нового этапа милитаризации космического пространства.

Происходящее сейчас в американской космической отрасли в российских СМИ, как правило, связывают с явлением «частной космонавтики». Считается, что на смену государственным забюрократизированным организациям, избалованным своими монополиями, приходит гибкий и амбициозный бизнес, устанавливающий «честные» низкие цены и реализующий самые смелые идеи. Однако в отношении США это серьезное упрощение — по российским представлениям их космонавтика всегда была «частной»: капсула «Меркурий», на которой первые астронавты достигли космоса, выпускалась частной компанией McDonnell Aircraft, «Шаттл» был создан Rockwell, а над лунной программой «Аполлон» работал чуть ли не весь американский авиапром. И сейчас, хотя у всех на слуху деятельность SpaceX Илона Маска, пилотируемые капсулы создают не требующие представления Boeing и Lockheed Martin, причем именно создаваемый последней межпланетный «Орион» является главным пилотируемым кораблем для NASA.

Jeff Seibert / AmericaSpace.com
Пуск SpaceX Falcon 9 с X-37B

С другой стороны, до недавнего времени, пусковые услуги правительству США для военных и гражданских задач действительно предлагал практически монополист — United Launch Alliance (ULA), совместное предприятие Boeing и Lockheed Martin, оперировавшее самыми ходовыми американскими ракетами-носителями семейств Atlas и Delta. Единственным альтернативным игроком была компания Orbital, специализирующаяся на легких твердотопливных ракетах-носителях и/или переоборудованных для запуска спутников утилизируемых межконтинентальных баллистических ракетах. Из-за специфики предложения ее доля рынка всегда была мизерной. Разумеется, такая ситуация позволяла ULA завышать цены и «лениться» в вопросе разработки новых носителей. В то же время частные компании в поисках низких цен за килограмм на орбите активно пользовались российскими ракетами. Долгое время успешно действовала специально созданная для продвижения российских пусковых услуг на западном рынке компания International Launch Services (ILS), которая представляла собой удивительно выглядящее сегодня сотрудничество российских госкорпораций с воплощением американского военно-промышленного комплекса — Lockheed Martin.

Однако работа с монополистом совершенно не устраивала американского госзаказчика, причем речь в первую очередь о Министерстве обороны, а не NASA. Благо у Пентагона есть опыт взаимодействия с военно-промышленным комплексом, и он на своем опыте хорошо познал опасность монополизации. С тех пор как за счет взаимных поглощений количество представленных на рынке компаний резко сократилось после распада СССР, американское военное ведомство старается поддерживать баланс, что хорошо видно по тому, как равномерно стараются распределять контракты. Монстр ULA и вовсе не мог устроить никого. В итоге современному буму того, что у нас называют «частной космонавтикой», а в США «Новым космосом» («New Space»), мы обязаны во многом американским военным, а в первую очередь широко известному в узких кругах DARPA (Управление перспективных исследовательских проектов МО США).

Именно DARPA в рамках программы поиска альтернативных провайдеров пусковых услуг обеспечило рождение SpaceX — первые два пуска первой ракеты первой ракеты-носителя компании Илона Маска Falcon 1 финансировались DARPA напрямую, третий — совместно NASA и военными (все три пуска были неудачными) и только пятый и последний был по-настоящему коммерческим. Сегодня SpaceX активно работает на своего первого и самого верного клиента: Falcon 9 запускают и тяжелые навигационные спутники, и экспериментальные микроспутники, и военные космопланы X-37B. У тяжелой ракеты Falcon Heavy из двух полноценных запусков (не считая первого — испытательного) один по заказу Минобороны, как и два следующих, запланированных на 2020–2021 гг.

Алексей Фененко, Василий Веселов:
Перспективы военной космонавтики

Ракеты для самолета, корабля и пикапа

План диверсификации рынка «больших» пусковых услуг увенчался успехом: SpaceX, благодаря поддержке военных и NASA, предлагает услуги по демпинговым ценам, ULA вынуждена снижать аппетиты и наконец-то всерьез заняться разработкой новых ракет-носителей (семейство Vulcan, первый пуск планируется на лето 2021 г.), успех компании Илона Маска стимулировал других новых игроков — в первую очередь Blue Origin Джеффа Безоса с амбизиозным проектом ракеты-носителя New Glenn и ветерана аэрокосмической отрасли Northrop Grumman с программой Omega. Причем перечислены наиболее серьезные проекты, получающие госфинансирование в рамках программы National Security Space Launch. Не будет преувеличением сказать, что в следующем десятилетии на наших глазах в Штатах полностью обновится парк «взрослых» ракет-носителей для коммерческих и государственных задач — и это мы не касаемся приближающихся к состоянию готовности сразу нескольких пилотируемых капсул и сверхтяжелой ракеты-носителя SLS для полетов за пределы земной орбиты.

Однако в то время как внимание любителей космонавтики приковано к новым американским ракетам среднего и тяжелого классов, американские военные обратили свое на легкие и сверхлегкие. Все та же DARPA ведет программы по поддержке «стартапов», наиболее ярким представителем такой работы является запланированный на 2020 г. «Launch Challenge» — демонстрация способности запустить подряд два микроспутника из двух различных географических точек с минимальным интервалом, причем место запуска будет названо за минимальный срок («недели», в идеале, «дни»). На взгляд не интересующегося космонавтикой задача может показаться простой и даже глупой, но если сегодня обратиться к ULA, SpaceX или Роскосмосу с просьбой запустить в течение недели спутник, то они ответят отказом, причем по самой банальной причине — для этого не будет ракеты. Производственные циклы расписаны на месяцы и годы вперед, каждая ракета делается по графику под конкретную полезную нагрузку. Пожалуй, только СССР в лучшие свои годы осуществлял многочисленные внеплановые запуски по запросу военных (например, в ходе короткой Фолклендской войны 1982 г. было осуществлено два внеплановых пуска спутников морской разведки) и это было скорее не от хорошей жизни, а из-за проблем с созданием долгоживущих спутников и серьезным отставанием в переходе на цифровое фотооборудование[i].

Минобороны США
Летающая ракета-носитель Pegasus системы «воздушного старта» Virgin Orbit

Зачем срочный запуск может потребоваться сейчас США, когда развернуты надежные группировки долгоживущих спутников? В первую очередь, интересной может оказаться оперативная съемка нужного региона. Для примера, мощнейших спутников-шпионов семейства KH-11 на орбите сейчас работает, вероятно, только четыре. Разумеется, в США есть и другие разведывательные спутники, есть спутники союзников и, в конце концов, коммерческие спутники, но все они могут оказаться либо недоступны, либо недостаточно эффективны. А американские военные хотели бы получить возможность максимально оперативно получать информацию с космических средств разведки. Например, компания Capella Space, развертывающая по контракту Пентагона сеть из спутников радиолокационной разведки, обещает гарантированное время на получение высокочетких радиолокационных снимков, измеряемое в «часах», а при удачном стечении обстоятельств, до двадцати минут. Для этого потребуется развернуть на довольно низкой орбите 36 небольших спутников с ресурсом в три года, и ежегодно запускать по 12 для замены выбывающих. Для срочных внеплановых запусков желательно не пользоваться основными космодромами — если это будет (пред-) военный период, то они, вероятно, либо будут заняты пополнением национальной группировки «больших» спутников (например, геостационарных спутников связи или спутников систем навигации), либо выведены из строя. В мирное же время они заняты плановой коммерческой и научной деятельностью, и прерывать ее по мелким поводам неприемлемо.

Неудивительно, что сейчас наблюдается невиданный «бум» альтернативных способов запуска спутников. Например, в США одновременно реализуется несколько проектов «воздушных стартов» — когда небольшая ракета запускается с самолета в полете. В дополнение к редко летающей ракете-носителю Pegasus, пока единственной воплощенной в металле системе «воздушного старта», компания Virgin Orbit (входящая в конгломерат Virgin Group амбициозного миллиардера и экстремала Ричарда Брэнсона) подготавливает к первому пуску в 2020 году более мощную ракету LauncherOne, для запуска которой переоборудован Boeing 747. Компания Scaled Composites создала силами команды известнейшего авиастроителя Б. Рутана[ii] огромный самолет-носитель Stratolaunch с самым большим размахом крыла в истории. Хотя сама Scaled Composites смогла выполнить только один полет Stratolaunch — повлияла смерть основателя, миллиардера и мецената Пола Аллена, ее активы, включая самолет, были достаточно быстро выкуплены компанией Cerberus Capital Management. Владелец Cerberus Стивен Фейнберг — один из близких соратников Дональда Трампа и возглавляет Президентский консультативный совет по внешней разведке — тут больше всего подходит ремарка «без комментариев», но все же уточним, что по неподтвержденным слухам Stratolaunch ближайшее время планируют использовать для испытаний неких гиперзвуковых систем.

spacenews.com
Самолет-носитель Stratolaunch

Использование самолета — не единственный вариант обойтись без крупного космодрома — так, компания Vector принимала участие в вышеупомянутом конкурсе DARPA с проектами сверхлегких ракет-носителей Vector-R/H. Все необходимое для пуска должно было перевозиться на нескольких прицепах, и место запуска ограничивалось в основном свободными районами для падения отработанных ступеней. Переоценив свои финансовые возможности, Vector объявила банкротство в конце минувшего года, уже получив первый контракт от Минобороны, однако и эта компания не пропадает втуне — ее покупает гигант военно-промышленного комплекса Lockheed Martin. Успешный, но мало освещаемый в отечественных СМИ космический стартап Rocket Lab с легкой ракетой-носителем Electron, запускаемой с мини-космодрома собственной постройки в Новой Зеландии, уже выполнил четыре пуска со спутниками американских военных, а в следующем году для них будет произведен первый пуск с восточного побережья США, где в космическом центре на острове Уоллопс компания построила свою небольшую пусковую площадку. Пожалуй, единственный пробел в американских альтернативных средствах запуска представляет отсутствие своего «морского старта».

Космофлот Империи против повстанцев

Но скачок в развитии «железа» был бы неполным без организационных и доктринальных изменений в вооруженных силах. И в этом аспекте США совершили исторический для себя шаг — в Законе об ассигнованиях на национальную оборону на 2020 финансовый год (National Defense Authorization Act — NDAA, который в России часто упрощенно называют «военным бюджетом США»), подписанном Д. Трампом 20 декабря 2019 г., было объявлено о формировании Космических сил США, как отдельной, шестой ветви вооруженных сил[iii]. Это можно сравнить с провозглашением независимости ВВС США от Армии в 1947 г. В ближайшем будущем Космические силы будут формироваться путем переноса личного состава и собственности из ВВС США (которые ранее заведовали космическими вопросами) и, ожидается, будут выполнять роль подобную той, которую занимает Корпус морской пехоты по отношению к Флоту. То есть при высокой автономности во внутренних делах и отдельных задачах Космические силы будут продолжать зависеть от ВВС, оставаясь в ведении Минобороны США и не будут иметь собственного министра[iv], который смог бы более эффективно отстаивать их интересы. Однако это, несомненно, большой шаг вперед и ярчайшая заявка на новый этап милитаризации космоса.

Согласно объявленным в законе целям, Космические силы США будут заниматься а) защитой интересов США в космосе, обеспечивать «свободу операций» в этом пространстве; б) сдерживать агрессию в/из космоса; в) осуществлять постоянные космические миссии в интересах всех вооруженных сил, начиная от разработки требований к аппаратам и подготовки личного состава, заканчивая их постоянной эксплуатацией. Средства мы уже кратко рассмотрели выше — к услугам американских военных весь широчайший спектр пусковых услуг «Нового космоса». Более того, в будущем планируется не ограничиваться своим специальными спутниками, а размещать дополнительную полезную нагрузку на коммерческих (например, ИК-системы для отслеживания ракетных пусков и летящих боеголовок и гиперзвуковых глайдеров). Да и сами военные спутниковые группировки, возможно, уйдут от небольшого количества тяжелых спутников к столь популярной сейчас концепции «созвездия» из сотен сверхлегких аппаратов. Подобная архитектура уже сегодня обещает достижение высокой устойчивости от поражения противоспутниковыми средствами, а в будущем открывает новые возможности. Так, еще со времен программы СОИ понятно, что потенциально наиболее эффективным средством глобальной ПРО является огромная спутниковая группировка.

Но кто же противник? Ведь если взглянуть на заголовки СМИ и популярных тематических онлайн-площадок (в значительной степени, мягко говоря, некритично воспринимающих лидеров New Space), превосходство США в космической области и так абсолютно? В мирных и научных сферах это близко к истине — США — несомненный лидер в изучении Солнечной системы автоматическим межпланетными станциями, в завершающей стадии испытаний находятся сразу три пилотируемых космических корабля, активно реализуется пусть и спорная, но действующая лунная программа. Когда мы говорим, что США тратят на вооруженные силы чуть ли не столько, сколько весь остальной мир, не стоит забывать, что в сфере изучения космоса ситуация схожая.

Однако то, что другие державы не способны или не считают необходимым в таких же объемах тратиться на то, что политики воспринимают чем-то не большим, чем пиар (отчасти позиция в последние годы отличается только у Китая), не значит, что они не прикладывают усилий в более важных для себя сферах. Хорошо об этом свидетельствуют скупые заголовки:

… 27 марта Индия провела успешный испытательный пуск противоспутниковой ракеты…

… 5 июня Китай запустил легкую ракету-носитель CZ-11H со специализированного морского судна. Еще несколько «морских стартов» в постройке…

… 13 июля президент Франции Э. Макрон заявил о том, что Пятая республика начинает формировать Космические силы…

… 6 декабря Министерство обороны России отчиталось об успешных испытаниях «спутника-инспектора» предназначенного для «оценки технического состояния отечественных спутников». Таким образом, впервые за долгое время (и очевидно специально) МО России подтвердило многолетние опасения западных аналитиков и военных об активной практической работе над «спутниками-истребителями»…

… 7 декабря Китай провел успешные пуски ракеты-носителя KZ-1A с мобильной пусковой установки, созданной на основе пусковой установки МБР…

… 18 декабря на заседании коллегии МО России объявлено, что с 1 декабря 2019 г. лазерные комплексы «Пересвет» осуществляют прикрытие развертывания пяти ракетных дивизий РВСН. По консенсусу в экспертном сообществе, эти комплексы способны, как минимум временно, выводить из строя оптические системы разведывательных спутников…

Список можно было бы продолжать долго, но и приведенных примеров, пожалуй, достаточно, чтобы проиллюстрировать простую мысль — космос готовится стать полем боя, и развертывание на плацдармах уже идет вовсю.

Благодарим Дарью Хаспекову, главного редактора Центра изучения перспектив интеграции, за помощь с подготовкой статьи к публикации.

[i] Последний российский пленочный разведывательный спутник, проекта «Кобальт-М», работал летом 2015 года.

[ii] Наиболее известные его творения «Voyager» и «GlobalFlyer» —единственные самолеты, облетевшие земной шар без посадок и дозаправок. «Voyager» выполнил кругосветный полет в 1986 году, а «GlobalFlyer» обновил его рекорды в 2005-06 гг.

[iii] «Military branch». В Штатах нет аналогичного российскому деления на виды и рода войск, поэтому приведение одной классификации к другой условно. Новый статус американских Космических сил можно условно попытаться трактовать как отдельный род войск.

[iv] В военном ведомстве США Министру обороны подчиняются Министры Армии, ВМС и ВВС с собственными «подминистерствами».


Оценить статью
(Голосов: 10, Рейтинг: 4.9)
 (10 голосов)
Поделиться статьей

Текущий опрос

Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?

Прошедший опрос

  1. Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?
    Сдерживать военно-политическую активность России  
     262 (44.48%)
    Добиться распада и исчезновения России  
     172 (29.20%)
    Создать партнерские отношения с Россией при условии выполнения требований США  
     94 (15.96%)
    Создать союзнические отношения в противовес Китаю на условиях США  
     61 (10.36%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся