Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 11, Рейтинг: 5)
 (11 голосов)
Поделиться статьей
Кирилл Семенов

Политолог, независимый эксперт в области ближневосточных конфликтов, деятельности исламских движений и террористических организаций, эксперт РСМД

Бои в Триполи, вспыхнувшие 26 августа 2022 г. и продолжавшиеся весь следующий день, унесли жизни более 30 ливийцев, еще около 150 человек получили ранения. Они во многом стали итогoм неуклюжей работы международного сообщества на ливийском треке и, прежде всего, ошибок, допущенных UNSMIL, которой руководили западные дипломаты Ян Кубиш (Словакия) и Стефани Уилльямс (США) в процессе мирного урегулирования.

В результате боевых столкновений ливийская столица полностью перешла под контроль главы правительства национального единства (ПНЕ) Абд аль-Хамида Дбейбы. В это время силы его оппонента из параллельного правительства национальной стабильности (ПНС) Фатхи Башаги, которого поддерживают многие влиятельные игроки на западе Ливии, а также военачальник Халифа Хафтар и спикер парламента Акила Салех на востоке, были вынуждены выйти из Триполи.

А. Дбейба значительно укрепил свои позиции в Ливии и теперь пытается развить свой успех, не только зачищая Триполи от всех ненадежных группировок, но и подавляя оппонентов ПНЕ в окрестностях столицы, стремясь окончательно маргинализировать Ф. Башагу и его правительство. Таким образом, можно говорить о новой, четвертой битве за Триполи, пока не такой ожесточенной, как предшествующие (первая 2011 г., вторая 2014 г., третья 2019–2020 гг.), но имеющей серьезный потенциал для дальнейшей эскалации.

Очевидно, что очередной кризис в Триполи способен лишь закрепить внутриливийский раскол и вряд ли будет способствовать единству в стране. Собственно, этот же тезис полностью применим и к тому гипотетическому сценарию, в котором победу одержал бы Ф. Башага.

Россия, вероятно, в связи с украинскими событиями заметно снизила активность на ливийском треке и, по сути, осталась безучастной к последним событиям. А те наработки, успешно применяемые Москвой к урегулированию ливийского кризиса, — прежде всего, способность поддерживать контакты и быть востребованной всеми противоборствующими сторонами — взяла на вооружения Анкара, которая смогла довести их до ума. Тем не менее ход остается за РФ, и возможности для него открыты, а у Москвы при более внимательном отношении к ливийской проблеме может найтись, что предложить для ее урегулирования. Особенно в условиях потери интереса к Ливии со стороны США и Евросоюза, что также связано с событиями вокруг Украины.

Бои в Триполи, вспыхнувшие 26 августа 2022 г. и продолжавшиеся весь следующий день, унесли жизни более 30 ливийцев, еще около 150 человек получили ранения. Они во многом стали итогoм неуклюжей работы международного сообщества на ливийском треке и, прежде всего, ошибок, допущенных UNSMIL, которой руководили западные дипломаты Ян Кубиш (Словакия) и Стефани Уилльямс (США) в процессе мирного урегулирования.

В результате боевых столкновений ливийская столица полностью перешла под контроль главы правительства национального единства (ПНЕ) Абд аль-Хамида Дбейбы. В это время силы его оппонента из параллельного правительства национальной стабильности (ПНС) Фатхи Башаги, которого поддерживают многие влиятельные игроки на западе Ливии, а также военачальник Халифа Хафтар и спикер парламента Акила Салех на востоке, были вынуждены выйти из Триполи.

А. Дбейба значительно укрепил свои позиции в Ливии и теперь пытается развить свой успех, не только зачищая Триполи от всех ненадежных группировок, но и подавляя оппонентов ПНЕ в окрестностях столицы, стремясь окончательно маргинализировать Ф. Башагу и его правительство. Таким образом, можно говорить о новой, четвертой битве за Триполи, пока не такой ожесточенной, как предшествующие (первая 2011 г., вторая 2014 г., третья 2019–2020 гг.), но имеющей серьезный потенциал для дальнейшей эскалации.

Очевидно, что очередной кризис в Триполи способен лишь закрепить внутриливийский раскол и вряд ли будет способствовать единству в стране. Собственно, этот же тезис полностью применим и к тому гипотетическому сценарию, в котором победу одержал бы Ф. Башага.

Прелюдия четвертой битвы за Триполи

Денис Миргород:
Ливия эпохи interregnum

Избирательный процесс в Ливии был сорван в конце 2021 г., а выборы, запланированные на декабрь 2021 г., отложены на неопределенный срок. Палата представителей, которая заседает в Тобруке на востоке страны, по согласованию с Высшим государственным советом, выполняющим функции верхней палаты, и при одобрении военачальника Х. Хафтара заявила о нелегитимности ПНЕ А. Дбейбы ввиду превышения срока его полномочий, установленного Ливийским форумом политического диалога (ЛФПД) — органом, поддерживаемым ООН, который и выбрал А. Дбейбу в качестве главы правительства, которое привело бы страну к выборам, в итоге так и не состоявшимся.

Причиной данного кризиса во многом стали предварительные опросы населения, которые указывали, что в случае проведения голосования победа по его итогам досталась бы А. Дбейбе, в второе место занял бы Сейф аль-Ислам Каддафи.

Изначально и Х. Хафтар, и А. Салех, а также многие иные ливийские «тяжеловесы», ныне выступающие против ПНЕ, поддерживали А. Дбейбу, который считался лишь «техническим» премьер-министром, не представлявшим угрозу их амбициям. Однако он смог переиграть своих конкурентов и заявить о себе как о самостоятельном и, что самое важное, самодостаточном политике (с учетом того, что он обладает собственным и весьма большим финансовым ресурсом). Поэтому парламент страны и Х. Хафтар пытались снять его кандидатуру, как и С. Каддафи, с выборов. В итоге все это привело к тому, что выборы были отменены. Но теперь главной задачей «тяжеловесов» стало лишить А. Дбейбу административного ресурса, которым тот умело пользовался для поддержания своих высоких рейтингов, чтобы на новых выборах он уже не мог претендовать на успех.

Против А. Дбейбы работало то обстоятельство, что сам председатель ПНЕ открыто заявлял, что не будет участвовать в выборах, а лишь приведет к ним страну, но затем изменил свое решение. Первоначально идея заключалась в том, что члены ПНЕ будут действовать как «честные технократические посредники» между всеми группировками Ливии. Они не должны были использовать доступ к рычагам власти или развивать сети покровительства с помощью государственных административных ресурсов для реализации своих политических амбиций. Предположительно, цель также заключалась в том, чтобы предвидеть сценарий, при котором будет необходима отсрочка выборов, а деполитизированное временное правительство сможет управлять кораблем, пока будут решаться проблемы с объявлением новой даты голосования.

А. Дбейба, наоборот, начал использовать административные рычаги в свою пользу. Другое дело, что ПНЕ действительно удалось улучшить социально-экономическую обстановку в стране, что мало кто ожидал, и даже начать безвозмездные выплаты отдельным категориям граждан. В ответ палата представителей и А. Салех приняли весьма спорный закон о выборах, не допускавший участие действующих на тот момент представителей исполнительной власти в выборах. В итоге взаимные обвинения и постоянные судебные разбирательства по поводу того, может ли тот или иной кандидат выдвигаться на выборах, по мнению ЦИК, сделали их проведение невозможным.

В марте 2022 г. парламент, получив поддержку различных сил, среди которых Х. Хафтар, бывший вице-премьер Ахмед Майтыг и ливийские «братья-мусльмане»*, составляющие значительную часть Государственного совета во главе с Халедом аль-Мишри, назначил главой нового органа исполнительной власти — Правительства национальной стабильности (ПНС) бывшего главу МВД Ф. Башага. А. Дбейба отклонил это назначение, заявив, что откажется от власти только после выборов в связи с тем, что ЛФПД предоставил ему полномочия не до конкретной даты выборов 24 декабря 2021 г., а до окончания выборного процесса, вне зависимости от даты голосования.

Предполагалось, что после проведения выборов он должен передать свои полномочия новому правительству, сформированному по итогам голосования, а не назначенного парламентом, который сам должен был быть переизбран.

В свою очередь, Ф. Башага несколько раз пытался войти со своими сторонниками в Триполи, чтобы его альтернативное ПНС смогло начать работу в ливийской столице, вытеснив оттуда ПНЕ.

В мае 2022 г. отряды сочувствующих ПНС группировок вознамерились проникнуть в Триполи силовым путем, но после столкновений с подразделениями, лояльными ПНЕ А. Дбейбы, им пришлось покинуть город. Тогда серьезного всплеска насилия удалось избежать. В то же время в Триполи находились отдельные формирования, формально связанные с институтами безопасности ПНЕ, но готовые перейти на сторону ПНС. Именно на них Ф. Башага по-прежнему мог рассчитывать и постарался ими воспользоваться в очередной попытке войти в ливийскую столицу и перенести туда штаб-квартиру ПНС, которое было вынуждено заседать в городе Сирт. Все это и привело к боям 26–27 августа.

Триполитанская мозаика — союзники Ф. Башаги

Две крупнейшие фракции, на которые пытался опереться Ф. Башага в Триполи, были бригада «Навасси» Мустафы Каддура и бригада 777 Хайтама Таджури.

Бригада «Навасси» выполняла роль «мухабарата», то есть структуры безопасности, подчиненной ПНЕ и Президентскому совету, а ее командир М. Каддур до мая 2022 г. занимал должность заместителя руководителя аппарата безопасности ПНЕ, то есть национальной службы безопасности. Бойцы «Навасси» в свое время сделали возможным прибытие в 2015 г. в Триполи главы Правительства национального согласия Фаиза Сарраджа и взяли под охрану правительственные учреждения. Показательно, что во времена Ф. Сарраджа «Навасси», формально входившая в МВД, но выступающая в роли службы безопасности, правительственной охраны и контрразведки, конфликтовала с МВД во главе с ее начальником Ф. Башагой и требовала его ухода, теперь же М. Каддур оказался наиболее близким союзником бывшего министра, ставшего премьером.

А. Дбейба отстранил М. Каддура от своей должности из-за очевидной лояльности того Ф. Башаге, когда он фактически пригласил главу ПНС войти в Триполи в мае 2022 г. Командир «Навасси» оспорил это решение через суд, тем не менее глава ПНЕ продолжил его маргинализировать. В частности, «Навасси» лишилась функций охраны правительственных объектов и мобильных сил безопасности, которые перешли в том числе к Силам содействия стабилизации (ССС) Абд аль-Гани аль-Кикли, более известного как «Гнейва», в то время как на должность руководителя ливийского аппарата безопасности, на которую рассчитывал сам М. Каддур, был назначен Хуссейн Аль-Айеб.

Хайтам Таджури и бригада 777 также были теми, на кого рассчитывал Ф. Башага в битве за Триполи. Х. Таджури, некогда командир влиятельной «Бригады революционеров Триполи» (БРТ), на основе которой появился целый ряд фракций в ливийской столице, в различной степени связанных как друг с другом, так и с самим Х. Таджури. Это «Президентская гвардия» Айюба Бураса (Абу Раса), которая, собственно, и стала прямым наследником БРТ, а также 92-й батальон и, наконец, бригада 777, которую Х. Таджури лично возглавил.

На эту бригаду также большие надежды мог возлагать Ф. Башага с учетом ее близости к бригаде 444, также одной из ведущих группировок в Триполи, но этот альянс так и не был сформирован. Кроме того, бригада 777 до последнего момента сама не была готова определиться, на чьей стороне выступить. «Президентская гвардия» в итоге осталась нейтральной, сохранив лояльность А. Дбейбе, несмотря на свой недавний конфликт с RADA.

В свою очередь, группировкам, выступившим на стороне Ф. Башаги в самом Триполи, должны были оказать поддержку многочисленные контингенты из других городов.

Прежде всего, это бригады из Зинтана во главе с генералом Усамой Аль-Джувейли. Последний является наиболее влиятельным из военачальников запада Ливии, поддержавших Ф. Башагу.

У. Джувейли был первым министром обороны посткаддафистского правительства, а затем одним из тех, кто руководил обороной Триполи от сил ЛНА Хафтара в 2019–2020 гг. в должности командующего военной зоной «Запад» и обеспечил успех защитникам ливийской столицы. Он был назначен А. Дбейбой главой военной разведки, но после того, как был замечен в связях с Ф. Башагой, в мае 2022 г. уволен с этого поста. С этого момента началась открытая конфронтация между ним и ПНЕ.

Силы под командованием У. Джувейли начиная с июня были развернуты к югу и юго-западу от ливийской столицы, дожидаясь удобного момента для атаки на город. К нему также примкнули многочисленные фракции, ранее входившие в военное командование «Запад». Таким образом его увольнение выкристаллизовало блок сторонников Ф. Башаги, контролировавших летом 2022 г. большую часть территорий к западу, югу и юго-западу от ливийской столицы от Зинтана до Вершефаны и Завии.

В Завии сторонники Ф. Башаги объединились вокруг местных Сил содействия стабилизации (ССС) во главе с Али Бузерибой (Абу Зариба), а также его братьями Эссамом и Хассаном, которые, таким образом, оказались с трипольскими ССС «Гнейвы» по разные стороны баррикад.

Силы содействия стабилизации в Завии были созданы на основании бригады «Наср», которой командовал А. Бузериба. Он также поддерживал тесные контакты с Саддамом Хафтаром, сыном Х. Хафтара, с которым в 2019 г. вел переговоры по поводу перехода на его сторону, но в итоге счел более целесообразным поддержать правительство Сарраджа и не пропустил силы Х. Хафтара в Завию. Однако после ухода Ливийской национальной армии (ЛНА) с запада Ливии клан Бузериба продолжил поддерживать контакты с С.Хафтаром.

С силами А. Бузерибы тесно взаимодействовала 55-я бригада из племени Вершефана во главе с Муаммаром Аль-Зави.

В Мисрате из сторонников Ф. Башаги была создана 217-я бригада во главе с Салемом Джа. Это стало возможным после того, как часть личного состава мисратских бригад «Аль-Маджуб», «Аль-Хиттин» и «Аль-Халбус» в начале августа 2022 г. перешла на сторону председателя ПНС.

Триполитанская мозаика — союзники А. Дбейбы

Глава ПНЕ до последнего момента перед началом битвы за Триполи не имел четкого списка группировок, которые были готовы его поддержать. Однако вливания, по некоторым данным, до 180 млн долл. в качестве премий и прочих поощрений в итоге позволили А. Дбейбе сформировать многочисленный альянс своих сторонников. Хотя часть фракций прямо не выступили в его поддержку, они не мешали разобраться с его противниками, а на последнем этапе боев присоединились к выдавливанию всех неблагонадежных для ПНЕ группировок из Триполи.

А. Дбейба мог в полной мере положиться на 301-ю бригаду из Мисраты, развернутую в ливийской столице, и Силы содействия стабилизации «Гнейвы». К этим двум группам примыкали формирования ливийского Аппарата безопасности Х. Айеба, в частности Силы общей безопасности Эмада Траблуси, состоящие из зинтанцев, поддерживающих главу ПНЕ.

К этим группировкам присоединились и Силы сдерживания (RADA) Абд ар-Рауфа Кары — одна из сильнейших бригад в Триполи, окончательно закрепив перевес сил внутри ливийской столицы за сторонниками Дбейбы.

Другими значительными фракциями, поддержавшими А. Дбейбу, были 51-я бригада Башира аль-Бакры, 53-я бригада Махмуда бин Раджаба и 52-я бригада Рамзи Лефаа из племени Вершефана, силы «Фурсан Джанзур» из города Джанзур, 111-я бригада, 166-я бригада, на поддержку которой до последнего момента надеялся Ф. Башага, а также альянс «Бригады Ливии» (бывшие «Объединенные силы») в Мисрате.

В городе Завия к западу от Триполи ПНЕ опирались на бывшего союзника и компаньона клана Бузерибы Мухаммеда Бахруна, который, однако, теперь является главным сторонником А. Дбейбы в Завии и противником А. Бузерибы. М. Бахрун возглавляет так называемый местный Отдел уголовных расследований, то есть структуру МВД, при том, что ранее именно М. Бахрун, а не А.Бузейриба был наиболее тесно связан с Ф. Башагой, будучи представителем аппарата МВД.

Четвертая битва за Триполи

Бои в Триполи вспыхнули между бригадой 777 и Силами общей безопасности, в дальнейшем в операции вовлекались все новые фракции.

«Навасси» М. Каддура и 777-я бригада Х. Таджури вели бои на шоссе Завия в Триполи с поддерживающими А. Дбейбу ССС «Гнейвы» и зинтанцами из Сил общей безопасности Э. Трабулси, а также 53-й бригадой. Неожиданно к атаке на «Навасси» присоединились Специальные силы сдерживания (RADA), которые смогли взять под контроль многие районы центрального Триполи и блокировать отряды Каддура. В то время как «Гнейва» выбил Таджури из всех иных позиций в центре Триполи и Бен Гшира, 777-я бригада потеряла все свои штабы и места дислокации, а также множество людей в качестве пленных. Это и решило судьбу битвы за город.

Кроме того, бригада 444, в периоды предыдущих противостояний между А. Дбейбой и Ф. Башагой выступавшая в качестве буфера, прекращавшего боевые действия, на этот раз не стала вмешиваться в конфликт и разделять противоборствующие стороны, тем самым оказав поддержку сторонникам ПНЕ, которые смогли нанести своим оппонентам в Триполи полное поражение. М. Каддур был вынужден бежать в Бенгази к Х. Хафтару, а бригады «Наваси» и 777 прекратили свое существование.

В свою очередь, отряды из города Джанзур «Фурсан Джанзур», поддерживающие ПНЕ, совместно с силами М. Бахруна из Завии смогли остановить отряды ССС А. Бузерибы и 55-ю бригаду М. Аль-Зави в Джанзуре, а на шоссе в аэропорт 301-я бригада ПНЕ из Мисраты преградила путь в Триполи силам У. Джувейли, которые понесли потери и не смогли продвинуться.

Также и 217-я бригада С. Джа, выдвинувшаяся к Триполи, была блокирована в Хумсе сторонниками А. Дбейбы и была вынуждена вернуться в Мисрату. В самом этом городе иные местные группировки потребовали от сторонников Ф. Башаги покинуть городские кварталы или же сдать оружие.

После окончания боев за Триполи началось выдавливание из столицы тех сил, которые не отвечают новым стандартам безопасности, провозглашенным А. Дбейбой. Глава ПНЕ поручил Министерству обороны ускорить формирование комплексного плана по закрытию лагерей, занятых вооруженными группировками в центре Триполи, и выведению их за пределы города. Теперь в ливийской столице могут находится лишь те фракции, которые входят в основу структур безопасности и МВД ПНЕ и чей статус был официально урегулирован, в то время как все иные группировки должны оставить ливийскую столицу.

В рамках первых шагов на этом направлении, кроме зачистки ливийской столицы от остававшихся там сторонников бригады 777 и «Навасси», а также 92-го батальона, из города начался вывод «Президентской гвардии». Несмотря на ее нейтралитет, была очевидна связь этой структуры с ее бывшим командиром Х. Таджури. У «Президентской гвардии» также была изъята вся бронетехника и тяжелые вооружения, а сама бригада лишилась всех своих мест дислокации в ливийской столице. Подобные меры будут применяться и в отношении иных фракций.

Также сторонники А. Дбейбы 3 сентября 2022 г. начали операцию против 55-й бригады М. Аль-Зави из племени Вершефана, которая открыто поддержала Ф. Башагу. Против нее выступили ее же соплеменники — силы Р. Лефаа и его 52-й бригады, а им на помощь прибыли части 301-й бригады, прикрывающей южные подступы к ливийской столице.

Вероятно, следующей целью для А. Дбейбы может стать атака на силы клана Бузерибы в Завии, однако это может предвещать более широкий конфликт с активным вовлечением в него зинтанцев У. Джувейли, которые теперь вынуждены более тесно сотрудничать с Х. Хафтаром, превратившись вновь из его противников в союзников, как это уже было в 2014 г. во время второй битвы за Триполи.

На этом этапе развития конфликта можно подвести первые итоги: победителями стали А. Дбейба, а также А. Кара и Х. Айеб, которые значительно укрепили свои позиции. В то же время Ф. Башага и У. Джувейли оказались проигравшими и теперь, вероятно, окажутся более зависимыми от восточно-ливийского военачальника Х. Хафтара. Однако конкуренция между группировками, выступившими на стороне ПНЕ, сохраняется, и сегодняшние победители уже завтра смогут начать выяснять отношения между собой, заключая альянсы со своими вчерашними противниками. Также сам Х. Хафтара вряд ли будет пытаться обеспечить сторонникам Ф. Башаги вооруженную поддержку, но постарается использовать их для проецирования своего влияния на западе страны.

Х. Хафтар, салафиты и С. Каддафи

Позиция Х. Хафтара в данном случае показательна, так как он воздержался от какого-либо участия в очередной битве за Триполи. Кроме того, его пресс-секретарь Ахмед аль-Мисмари заявил, что Ливийские арабские вооруженные силы (ЛАВС, ранее Ливийская национальная армия) не поддерживают ни одну из сторон конфликта.

Казалось бы, связи военачальника с Ф. Башагой на фоне попыток самого Х. Хафтара захватить ливийскую столицу в 2019–2020 гг. теперь, после объединения их сил, могли наконец обеспечить долгожданный успех. Однако в настоящее время главком ЛАВС занимает гораздо более слабые позиции, чем в 2019 г., в период третьей битвы за Триполи. После той неудачи он более не может рассчитывать на многие из племенных группировок восточной Ливии, входящих в ЛАВС, которые лишь формально остаются в его подчинении, но в случае приказа выдвинуться к Триполи с большой долей вероятности откажутся его исполнять.

Очевидно, что на востоке Ливии настроения сильно изменились, и кресло как под самим Х. Хафтаром, так и его союзником А. Салехом оказалось сильно расшатанным. Об этом, в частности, свидетельствуют разгром и сожжение здания палаты представителей в Тобруке протестующими и массовые выступления жителей восточной Ливии, в том числе города Бенгази, против Х. Хафтара и А. Салеха в начале июля 2022 г.

Поэтому Х. Хафтар вынужден опираться прежде всего на группировки исламистов-салафитов, последователей саудовского богослова Раби аль-Мадхали, входящие в ЛАВС, в качестве своих наиболее надежных союзников. Но их сил явно недостаточно для проведения масштабных военных операций.

Собственно, на фоне событий в Триполи в конце августа 2022 г. Х. Хафтар наглядно продемонстрировал, на кого будет делать ставку в случае обострения обстановки. Он отправился в оазис Куфра к одному из лидеров ливийских салафитов Абдель Рахману Хашаму аль-Килани, который возглавляет салафитские отряды «Субуль аль-Салям». Они стали известны тем, что в конце 2017 г. в рамках искоренения в оазисе «ересей» разрушили мавзолей «аль-Тадж» («Корона»), возвышающейся над оазисом Куфра, похитив из него останки суфийского шейха Сайида Мухаммеда аль-Махди аль-Сануси, который основал и возглавлял суфийское государство сенуситов в Сахаре и Сахеле с 1859 г. и до его смерти в 1902 г.

Кроме «Субуль аль-Салям» Х. Хафтару по-прежнему лояльны и иные салафитские фракции, составляющие элиту ЛАВС, такие как «Али бин Аби Талиб», «Тарик бин Зияд», «Халид ибн Валид» (73-я бригада), 78-я бригада из Зинтана, 604-й батальон в Сирте, салафитские отряды в «Ас-Сайка» и 106-й бригады и др.

В то же время любое вовлечение Х. Хафтара в события в Триполитании будет иметь обратный эффект и может привести к консолидации вчерашних оппонентов ради общей борьбы с ЛАВС. Это касается, в частности, группировок Мисраты, которые в случае объединения способны самостоятельно противостоять Х. Хафтару. Его они по-прежнему считают своим главным противником несмотря на то, что некоторые из них поддержали Ф. Башагу — нынешнего союзника Х. Хафтара. В этом случае уже вряд ли удастся удержать западно-ливийские силы на линии Сирт-Джуфра, и события могут развиваться по непредсказуемому сценарию.

В настоящее время Х. Хафтар также весьма озабочен противодействием влиянию «каддафизма» и С. Каддафи в Киренаике и Феццане. Именно в С. Каддафи военачальник видит своего главного конкурента на востоке Ливии.

По некоторым данным, Каддафи-младший скрывается в районе города Брак в Феццане, опасаясь угроз со стороны ЛАВС. События в Триполи могут непосредственно задеть и его интересы, так как главный союзник и покровитель С. Каддафи в Зинтане Эджми Аль-Атири сейчас находится в напряженных отношениях с У. Джувейли. Тем не менее до недавнего времени последний не собирался каким-либо образом начинать конфронтацию с Э. Аль-Атири и не мешал бы С. Каддафи найти у него новое убежище в случае, если ЛАВС смогут захватить последние опорные пункты каддафистов в Феццане. Теперь же Х. Хафтар может использовать свои связи с У. Джувейли, который стал гораздо больше нуждаться в военачальнике, в том числе и для того, чтобы усложнить жизнь С. Каддафи.

Международный фон

Важную роль в предотвращении вмешательства Х. Хафтара в конфликт в Триполи в любой форме сыграли ОАЭ, которые, с одной стороны, по-прежнему остаются одними из важнейших союзников и спонсоров ЛАВС, а с другой — являются партнерами для А. Дбейбы. Абу Даби выстроил весьма конструктивные и взаимовыгодные отношения с главой ПНЕ, что нельзя сказать про Ф. Башагу, которого ОАЭ отказываются признавать главой правительства и явно не доверяют ему.

Наиболее рельефно это проявилось в ходе визитов чести, связанных с передачей соболезнований по поводу смерти президента ОАЭ и эмира Абу-Даби Халифы бин Заида Аль Нахайяна в мае 2022 г. Тогда Эмираты посетили и передали соболезнования главком ЛАВС Х. Хафтар и председатель ПНЕ А. Дбейба, при этом каждый по-отдельности. В то же время Ф. Башага допущен в ОАЭ не был.

Абу Даби связали между собой А. Дбейбу и Х. Хафтара через нового главу ливийской Национальной нефтяной корпорации (ННК), аффилированной с ПНЕ, Фархада Бен Кдара, который был назначен А. Дбейбой в июле в рамках его сделки с Х. Хафтаром и при содействии ОАЭ. Бывший глава центрального банка времен Каддафи Ф. Бен Кдара одно время был советником Х. Хафтара и сохранил с ним тесные связи, а в последние годы жил в Эмиратах, где возглавлял банк, которым совместно владеют ОАЭ, Ливия и Алжир, и справедливо считался «человеком ОАЭ».

Таким образом, Х. Хафтару были предоставлены гарантии получения доли от нефтяных доходов страны, в то время как А. Дбейба мог быть застрахован от попыток главкома ЛАВС вмешаться в его противостояние с Ф. Башагой. Эта сделка — безусловный успех дипломатии ОАЭ, которые в итоге выиграли от последних событий в Триполи.

Также Турция смогла укрепить свои позиции в Ливии, заставив глав обоих ливийских правительств — Ф. Башагу и А. Дбейбу — прибыть 1 сентября 2022 г. в Стамбул для переговоров. Турецкая сторона по-прежнему остается ведущим модератором в Ливии, также поддерживая контакты и с восточно-ливийскими игроками Х. Хафтаром и А. Салехом. Последний, как и председатель Госсовета Х. Аль-Мишри, также побывал в Стамбуле.

Россия, вероятно, в связи с украинскими событиями заметно снизила активность на ливийском треке и, по сути, осталась безучастной к последним событиям. А те наработки, успешно применяемые Москвой к урегулированию ливийского кризиса, — прежде всего, способность поддерживать контакты и быть востребованной всеми противоборствующими сторонами — взяла на вооружения Анкара, которая смогла довести их до ума. Тем не менее ход остается за РФ, и возможности для него открыты, а у Москвы при более внимательном отношении к ливийской проблеме может найтись, что предложить для ее урегулирования. Но необходимо уже сейчас заняться поиском путей возвращения России к более активной работе на ливийском треке.

С другой стороны, показательна потеря интереса к Ливии со стороны США и Евросоюза, что также связано с событиями вокруг Украины. Эти государства остались лишь наблюдателями за происходящими в Триполи событиями. Они самоустранились и избрали выжидательную тактику, ожидая окончательного исхода противостояния между А. Дбейбой и Ф. Башагой, вероятно, чтобы поддержать сильнейшего. Исключением является разве что Франция, которая, очевидно, сделала ставку на Ф. Башагу и чьи позиции в Ливии после боев в Триполи также оказались заметно подорваны.

* Организация, деятельность которой запрещена на территории РФ.

Оценить статью
(Голосов: 11, Рейтинг: 5)
 (11 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
 
Социальная сеть запрещена в РФ
Социальная сеть запрещена в РФ
Бизнесу
Исследователям
Учащимся