Интернационализация высшего образования в Центральной Азии и роль России
Филиал РХТУ им. Д.И. Менделеева в Ташкенте
Вход
Авторизуйтесь, если вы уже зарегистрированы
(Голосов: 11, Рейтинг: 4.36) |
(11 голосов) |
Профессор кафедры мировой политики, ведущий научный сотрудник Центра евразийских исследований ТГУ
Заведующий кафедрой мировой политики ТГУ
Доцент кафедры мировой политики, старший научный сотрудник Центра евразийских исследований ТГУ
В свете поставленной президентом РФ цели увеличить количество иностранных студентов в России до 500 тыс. к 2030 г. актуализировалось изучение состояния систем высшего образования и уровня конкуренции за абитуриентов в Центрально-Азиатском регионе. Россия в течение длительного времени выступает основным партнером в образовательном сотрудничестве большинства стран Центральной Азии, однако на фоне международного кризиса 2022‒2024 гг. страны этого региона активизировали усилия по диверсификации географии образовательного взаимодействия.
Казахстану удалось добиться в этом весомых результатов. Значительно выросло число иностранных специалистов, привлеченных к работе в казахстанских вузах, и представителей вузов страны, прошедших зарубежную стажировку, что позволило увеличить количество образовательных программ на английском языке и совместных программ с зарубежными вузами. Но уровень владения английским языком в стране в целом, несмотря на частичный переход к англоязычному высшему образованию, падает.
За годы независимости укрепилась практика массового получения гражданами Казахстана высшего образования в России, и до февраля 2022 г. образовательное сотрудничество с Россией занимало важное место в казахстанской политике. Однако изменение международной ситуации привело к «развороту» казахстанской политики, и ранее отличавшейся многовекторностью, в сторону других партнеров. В результате стало заметно усиление турецкого, китайского, американского и европейского направления в образовательном сотрудничестве за счет сокращения российского.
До 2017 г. интернационализация не считалась приоритетом государственной политики Узбекистана. Более того, узбекское государство ограничивало и контролировало академические обмены с зарубежными вузами, рассматривая это направление как потенциальную угрозу национальной идентичности и безопасности. Однако при новом президенте Ш.М. Мирзиееве политика изменилась радикально. Были поставлены цели популяризации высшего образования, повышения его качества на основе современных международных стандартов и практик, выхода Узбекистана на международный рынок образовательных услуг — в том числе через форсированную интернационализацию высшего образования.
Фактически, в силу исторических связей, активной политики Москвы, фактора русского языка абсолютно преобладающим в системе растущих внешних связей вузовской системы Узбекистана стало российское направление. Тем не менее еще до 2022 г. власти Узбекистана стали транслировать вузовскому руководству необходимость диверсифицировать связи за счет развития других направлений. На фоне международного кризиса 2022‒2024 гг. акцент на диверсификации географии сотрудничества только усилился, а упор в текущих отношениях с Россией делается на технических и инженерных специальностях, а также развитии научно-технологического сотрудничества.
Кыргызстан все годы независимости проводил политику открытых дверей в отношении международного образовательного сотрудничества. В условиях хронического дефицита бюджета страны была сделана ставка на привлечение в высшее образование внешнего грантового финансирования в любых формах. Политика интернационализации носила ведомый характер и зависела от целей и ресурсов третьих стран.
Властям Кыргызстана удалось договориться об открытии на основе межгосударственных договоров Кыргызско-Российского славянского университета (КРСУ) им. Б.Н. Ельцина и Кыргызско-Турецкого университета «Манас» (КТУМ), привлечь инвестиции в открытие частных вузов (например, Американского университета в Центральной Азии) и филиалов зарубежных (но не ведущих) вузов. Внешняя ресурсная база также была расширена через активное участие в международных образовательных инициативах, включая форматы СНГ, ШОС, ЕАЭС, TEMPUS и Erasmus+ ЕС. В итоге вузам Кыргызстана удалось найти свою нишу на международном рынке услуг за счет популярности англоязычного медицинского образования среди абитуриентов Индии и Пакистана, а также спроса на высшее образование среди абитуриентов соседнего Узбекистана.
Интернационализация высшего образования в Таджикистане в силу нехватки ресурсов оставалась точечной и проводилась скорее с опорой на образовательное сотрудничество с Россией, то есть шла по инерции. Текущие цели реформирования высшего образования до 2030 г. касаются повышения доступности и качества высшего образования, его практико-ориентированности и развития в первую очередь математических, точных и естественнонаучных направлений подготовки, а также изучения английского языка. Интернационализация предусматривается путем развития международного научно-исследовательского сотрудничества и подготовки специалистов за счет образовательных партнеров.
Таджикистан активизировал образовательное сотрудничество с Китаем, который готов предложить прикладную подготовку, Белоруссией, Сингапуром, Японией, однако в силу небольшого объема образовательного рынка остается неинтересным для региональных лидеров в экспорте образования, хотя и получает ограниченную донорскую помощь от ЮНЕСКО, ЕС (в рамках Erasmus+), Агентства США по международному развитию. По этой же причине число форматов интернационализации, доступных вузам Таджикистана, остается ограниченным. И хотя весомой альтернативы образовательному сотрудничеству с Россией пока нет, власти Таджикистана намерены продолжать диверсификацию образовательного сотрудничества.
Туркменистан остается одной из самых закрытых стран, поэтому степень интернационализации высшего образования там очень ограничена. Вузовская система остается полностью подконтрольна государству, но ее ресурсов не хватает для того, чтобы удовлетворить растущий спрос на высшее образование, в связи с чем традиционно высок отток молодежи для получения высшего образования за рубежом.
Образовательное сотрудничество с Россией традиционно опирается на деятельность совместной российско-туркменской средней общеобразовательной школы им. А.С. Пушкина. После неудачного опыта с филиалом РГУ нефти и газа им. И.М. Губкина, закрытого туркменской стороной в 2012 г., вновь стали появляться сообщения о создании туркмено-российского университета, однако пока судьба проекта остается неясной. Тем не менее до 2023 г. включительно продолжился рост числа туркменских абитуриентов, поступающих в российские вузы, и Россия занимает первое место по количеству туркменских студентов.
Текущая интернационализация высшего образования в странах Центральной Азии призвана решать задачи расширения доступности, повышения качества и усиления практико-ориентированности образования, а также решения задач экономического развития стран с опорой на национальные кадры. В условиях текущего международного кризиса интернационализация получила новый стимул: в отдельных странах она ускорилась, но почти во всех продолжение интернационализации высшего образования призвано сбалансировать российский вектор образовательного сотрудничества развитием связей с другими партнерами.
В связи с этим российским вузам предстоит столкнуться с усилением конкуренции за центральноазиатского абитуриента и отчасти — за возможность сотрудничать с ведущими вузами стран Центральной Азии. В такой ситуации прежних конкурентных преимуществ российского высшего образования, включая наличие правительственных квот и возможности обучения в российских вузах за счет бюджета РФ, становится недостаточно. После пандемии и особенно с началом международного кризиса все более востребованными инструментами российских вузов будут становиться умелый маркетинг на рынке образовательных услуг, адаптация механизмов межвузовского сотрудничества к конкретным партнерам из числа центральноазиатских вузов, повышение практико-ориентированности образовательных программ и развитие сети филиалов за рубежом, для чего вузам необходима поддержка государства.
В свете поставленной президентом РФ цели увеличить количество иностранных студентов в России до 500 тыс. к 2030 г. актуализировалось изучение состояния систем высшего образования и уровня конкуренции за абитуриентов в центральноазиатском регионе, который традиционно отправлял в российские вузы около половины их иностранных студентов.
С 1990-х гг. страны Центральной Азии стали предпринимать попытки включения в мировое образовательное пространство путем интернационализации систем высшего образования. Эта трансформация была направлена на их приведение в формальное, а иногда реальное соответствие международным стандартам, повышение доступности и качества высшего образования и отчасти решение задачи национального строительства за счет дистанцирования от советского прошлого.
Заимствование зарубежных практик в странах Центральной Азии проходило разными темпами и подразумевало развитие таких инструментов, как академическая мобильность, изучение иностранных языков, создание филиалов зарубежных вузов, запуск совместных образовательных программ с зарубежными партнерами, международная интеграция в сфере высшего образования (например, в формате Болонского процесса).
Россия в течение длительного времени выступает основным партнером в образовательном сотрудничестве большинства стран Центральной Азии, однако на фоне международного кризиса 2022‒2024 гг. страны этого региона активизировали усилия по диверсификации географии образовательного взаимодействия. В данной статье были систематизированы кейсы стран Центральной Азии по двум показателям: скорости интернационализации высшего образования и месту России в развитии международного образовательного сотрудничества.
Казахстан: форсированная интернационализация с 2022 г. и потенциальная конкуренция с Россией
Казахстану удалось добиться весомых результатов в интернационализации высшего образования. Значительно выросло число иностранных специалистов, привлеченных к работе в казахстанских вузах (всего более 15 тыс. чел. за 2009–2023 гг.), и представителей вузов страны, прошедших зарубежную стажировку, что позволило увеличить количество образовательных программ на английском языке и совместных программ с зарубежными вузами. Но уровень владения английским языком в стране в целом, несмотря на частичный переход к англоязычному высшему образованию, падает. Казахстану не удалось добиться запланированного роста контингента иностранных студентов: их доля, увеличившись до 5,5% в 2020 г., затем упала, составив в 2022‒2023 уч. г. 4,5%.
За годы независимости укрепилась практика массового получения гражданами Казахстана высшего образования в России. В 2019 г. в российских вузах обучалось более 71 тыс. таких граждан, что составило более 70% от всего контингента казахстанских студентов, обучающихся за рубежом. К 2022 г. из шести филиалов зарубежных вузов в Казахстане пять были открыты российскими вузами. С российской стороной было заключено наибольшее число межвузовских соглашений.
После политического кризиса января 2022 г. президентом К.-Ж. Токаевым было провозглашено становление «Нового Казахстана», где ставка сделана на развитие человеческого капитала. Учитывая недостаточность собственных ресурсов страны для параллельного увеличения охвата населения высшим образованием и повышения его качества, Казахстан перешел к форсированной интернационализации как ресурсу модернизации системы высшего образования.
В Концепции развития высшего образования и науки на 2023–2029 гг. поставлены цели:
-
открытия филиалов казахстанских вузов за рубежом;
-
учреждения не менее 12 филиалов зарубежных вузов в Казахстане;
-
развития Центрально-Азиатского пространства высшего образования;
-
привлечения иностранных преподавателей;
-
повышения доли иностранных студентов до 10% в 2029 г.;
-
вхождения не менее 15 казахстанских вузов в топ-700 международных рейтингов QS или THE.
Основными форматами интернационализации выступают:
-
открытие филиалов зарубежных вузов в Казахстане и казахстанских вузов за рубежом;
-
привлечении иностранных преподавателей;
-
открытие совместных образовательных программ (СОП) и программ двойного диплома (ДД);
-
расширение участия казахстанских вузов, преподавателей и студентов в зарубежных программах мобильности (прежде всего Erasmus+ и DAAD).
Приоритетом стала географическая диверсификация. До февраля 2022 г. образовательное сотрудничество с Россией занимало важное место в казахстанской политике: в конце января были озвучены планы по открытию девяти филиалов российских вузов и учреждению филиала Казахского национального университета (КазНУ) в Москве. Однако изменение международной ситуации привело к «развороту» казахстанской политики, и ранее отличавшейся многовекторностью, в сторону других партнеров. В результате стало заметно усиление турецкого, китайского, американского и европейского направления в образовательном сотрудничестве за счет сокращения российского.
Наметилось перераспределение потоков образовательной миграции из Казахстана. В 2023 г. число казахстанцев, обучающихся в России, составило 54 тыс. чел., сократившись по сравнению с 2019 г. на 24%*. На втором месте закрепились китайские вузы с общим контингентом около 15 тыс. казахстанцев. С 2019 по 2023 гг. более чем пятикратно, с 2,2 тыс. до почти 12 тыс., увеличилось число казахстанцев, получающих высшее образование в Турции.
![](/upload/iblock/214/we23sd2ron6e4b1ienkbu1qw9m2751g5/eaeuedu0.jpg)
Возможна ли евразийская интеграция в сфере образования?
В Казахстане стали форсированно открываться филиалы западных вузов. С 1 сентября 2022 г. Северо-Казахстанский университет передан в доверительное управление Университету Аризоны. В феврале 2023 г. была достигнута договоренность об открытии филиала британского Университета Хериот-Уотт на базе Актюбинского регионального университета. В июне 2023 г. был открыт Казахстанско-Немецкий институт устойчивой инженерии в г. Актау. В 2024 г. в Астане открылся филиал Пекинского университета языков и культуры. В планах фигурирует открытие в Алматы филиалов британского Университета Квинс, Университета Лотарингии (Франция), Университета Анхальта (Германия), Гонконгского университета, в Атырау — филиала Колорадской горной школы, в Семее — Университета Калгари (Канада), первого технического университета в Жеказгане при поддержке канадских партнеров. На этом фоне подчеркнуто неспешный характер носит реализация предыдущих планов по открытию филиалов российских вузов: их число в 2022 г. пополнили филиалы РГУ им. И.М. Губкина в Атырау, НИЯУ МИФИ в Алматы и РХТИ им. Д.И. Менделеева в Таразе, который начнет работу в сентябре 2024 г.
Руководство страны стимулирует казахстанские вузы к открытию своих филиалов и представительств за рубежом. К 2024 г. у 17 казахстанских вузов насчитывалось 34 зарубежных представительства: больше всего, семь, у Казахстанско-Американского свободного университета (преимущественно на базе партнерских американских вузов) и шесть у Казахского национального педагогического университета им. Абая (в основном в Азии). Полноценными зарубежными филиалами пока располагают только КазНУ им. Аль-Фараби (в Кыргызстане и Турции) и ВКУ им. С. Аманжолова (в Польше).
Казахстан расширяет привлечение иностранных преподавателей. В 2023 г. их число составило 973 чел., чуть менее четверти из которых были гражданами России, 7,3% составляли граждане Турции, 6,7% представителей Узбекистана и Германии (6,2%). Иностранные преподаватели привлекаются к работе по экономико-управленческим, педагогическим, естественнонаучным, математическим направлениям и в области инженерии.
Количество студентов СОП в 2023 г. составило 1976 чел. СОП реализовывались с 50 зарубежными университетами из 16 стран мира. Российские вузы лидируют по числу реализуемых СОП (27 программ из 84 в 2023 г.), но с очень небольшим отрывом. На втором месте идут университеты США (25 программ), затем — вузы Франции (6), Германии и Литвы — по 4, Турции и Узбекистана — по 3 и Южной Кореи (2).
Контингент студентов программ ДД, реализуемых со 101 вузом из 23 стран, в 2023 г. составил 1974 чел. Российские вузы безоговорочно лидируют по числу реализуемых программ ДД (112 из 212 в 2023 г.), за ними следуют вузы Польши (13 программ), Кыргызстана (11), Германии, Франции и Великобритании — по 8, США (7), Узбекистана и Южной Кореи — по 6.
Узбекистан: форсированная интернационализация с 2017 г. и стремление сбалансировать сотрудничество с Россией кооперацией с другими странами
До 2017 г. интернационализация не считалась приоритетом государственной политики Узбекистана. Более того, узбекское государство ограничивало и контролировало академические обмены с зарубежными вузами, рассматривая это направление как потенциальную угрозу национальной идентичности и безопасности страны. Совместные образовательные программы практически не реализовывались. Количество иностранных студентов в вузах Узбекистана не превышало нескольких сотен человек. Единственным заметным шагом по интернационализации системы было открытие в Узбекистане семи филиалов зарубежных вузов, в том числе двух российских, однако в 2015‒2016 уч. г. в них обучалось менее 3% всех узбекских студентов.
При новом президенте Ш.М. Мирзиееве политика изменилась радикально. Были поставлены цели популяризации высшего образования, повышения его качества на основе современных международных стандартов и практик, выхода Узбекистана на международный рынок образовательных услуг — в том числе через форсированную интернационализацию высшего образования, приоритетными направлениями которой стали:
-
создание филиалов зарубежных вузов в Узбекистане;
-
открытие СОП;
-
повышение квалификации сотрудников вузов Узбекистана за рубежом;
-
привлечение иностранных студентов в вузы Узбекистана;
-
вхождение вузов Узбекистана в глобальные университетские рейтинги.
Фактически, в силу исторических связей, активной политики Москвы, фактора русского языка абсолютно преобладающим в системе растущих внешних связей вузовской системы Узбекистана стало российское направление. Из 22 филиалов зарубежных вузов, открытых в 2018‒2021 гг., 11 — филиалы ведущих вузов России. Статистика квот набора за 2021 г. показывает, что основными партнерами вузов Узбекистана в рамках СОП также были университеты России (55% квот). В рамках деятельности в 2018‒2020 гг. государственного Фонда «Эл-юрт умиди», созданного в 2018 г. для финансирования обучения граждан Узбекистана в ведущих зарубежных вузах из списка топ-300, 47% стипендиатов выбрали Россию.
![](/upload/iblock/561/5mp3ojjwe27zs2vwfh3m44icab16sz41/eceaeusec0.jpg)
Система евразийской безопасности. Экономический аспект
Еще до 2022 г. власти Узбекистана стали транслировать вузовскому руководству необходимость диверсифицировать связи за счет развития других направлений, не только российского. На фоне международного кризиса 2022‒2024 гг. акцент на диверсификации географии сотрудничества только усилился, а упор в текущих отношениях с Россией делается на технических и инженерных специальностях, а также развитии научно-технологического сотрудничества. В мае 2024 г. в Ташкенте была проведена конференция ректоров вузов инженерно-технического профиля Узбекистана и России, подписано двустороннее соглашение о проведении совместных научных конкурсов, объявлено об открытии в Узбекистане филиала МГТУ им. Н.Э. Баумана. Россия остается главным направлением обучения узбекских граждан за рубежом, хотя количество поступающих абитуриентов из Узбекистана сокращалось: на 4% в 2022 г. и уже на 23% в 2023 г. (программы бакалавриата, специалитета и магистратуры). В результате общий контингент студентов из Узбекистана в вузах на территории России снизился на начало 2023‒2024 уч. г. на 7,9 % (по сравнению с 2022‒2023 уч.г.) и составил 53,4 тыс. чел.*
Ключевые направления диверсификации международных связей вузов Узбекистана — Республика Корея (три действующих филиала и открытие четвертого в планах, пять СОП в 2023‒2024 уч.г., первый форум ректоров вузов в марте 2023 г., более 12,5 тыс. граждан Узбекистана в вузах Кореи в 2023 г.); Европа (шесть филиалов вузов Великобритании, Италии, Польши и Латвии; 31 СОП; 2,1 тыс. граждан Узбекистана в вузах Польши, 1,4 тыс. — Латвии, 1 тыс. — Великобритании в 2022 г.); Белоруссия (один филиал и открытие новых в планах, 87 СОП, первый форум ректоров вузов в октябре 2023 г., более 2,3 тыс. граждан Узбекистана в вузах Белоруссии в 2022 г.); Турция (один филиал и открытие новых в планах, 11 СОП, образовательные форумы с 2022 г., более 6,2 тыс. граждан Узбекистана в вузах Турции в 2023 г.); США (один филиал и открытие второго в планах, один СОП, около 1,1 граждан Узбекистана в вузах США в 2022 г.); Индия (два филиала, пять СОП, более 4 тыс. граждан Индии в вузах Узбекистана в 2023 г.); Казахстан (один филиал и открытие новых в планах, первый межвузовский форум в октябре 2023 г., более 6,7 тыс. граждан Узбекистана в вузах Казахстана и около 600 граждан Казахстана в вузах Узбекистана в 2023 г.); Китай (три СОП, конкурс совместных научных проектов, соглашение 2023 г. о создании Мастерской Лу Бань, первый форум ректоров вузов в январе 2024 г., более 8 тыс. граждан Узбекистана в вузах Китая в 2023 г.).
В результате, во-первых, более диверсифицированной стала география СОП вузов Узбекистана с зарубежными вузами, а доля России снизилась, по данным за 2023‒2024 уч.г., до 43,6%. Во-вторых, Фонда «Эл-юрт умиди» превратился в инструмент подготовки будущей элиты Узбекистана в англоязычных странах: например, по результатам первого конкурса Фонда за 2023 г., в вузы России было отобрано только 4% стипендиатов, тогда как в вузы США — 43%, Великобритании — 36%. В-третьих, впервые два вуза Узбекистана вошли в глобальный рейтинг университетов QS 2025. В-четвертых, Узбекистан вступил в конкуренцию за центрально- и южноазиатского абитуриента. В-пятых, на фоне сокращения образовательной миграции из Узбекистана в Россию растут другие географические направления миграции, особенно Южная Корея, Турция, Европа. Согласование решений об открытии новых филиалов зарубежных вузов в последние годы идет с трудом, но будет продолжено.
Кыргызстан: стремление к управляемой и более диверсифицированной интернационализации с 2021 г. при сохранении России в качестве приоритетного партнера
Все годы независимости Кыргызстан проводил политику открытых дверей в отношении международного образовательного сотрудничества. В условиях хронического дефицита бюджета страны была сделана ставка на привлечение в высшее образование внешнего грантового финансирования в любых формах. Политика интернационализации носила ведомый характер и зависела от целей и ресурсов третьих стран.
Властям Кыргызстана удалось договориться об открытии на основе межгосударственных договоров Кыргызско-Российского славянского университета (КРСУ) им. Б.Н. Ельцина и Кыргызско-Турецкого университета «Манас» (КТУМ), привлечь инвестиции в открытие частных вузов (например, Американского университета в Центральной Азии) и филиалов зарубежных (но не ведущих) вузов. Внешняя ресурсная база также была расширена через активное участие в международных образовательных инициативах, включая форматы СНГ, ШОС, ЕАЭС, TEMPUS и Erasmus+ ЕС. Наконец, самим вузам Кыргызстана удалось найти свою нишу на международном рынке услуг за счет популярности англоязычного медицинского образования среди абитуриентов Индии и Пакистана, а также спроса на высшее образование среди абитуриентов соседнего Узбекистана.
Современный этап интернационализации высшего образования Кыргызстана связан с амбициозной программой реформ президента С.Н. Жапарова и кратно увеличившимися доходами госбюджета. В его основе — курс на поддержку самых крупных государственных вузов как точек роста системы. Первые пять вузов в 2022 г. получили «особый статус», предусматривающий их организационную финансовую и академическую автономию. Важным для нынешних властей Кыргызстана является любое международное взаимодействие, которое будет работать на развитие практико-ориентированного образования, научного и инновационного потенциала вузов с особым статусом. Также, даже с учетом возросших финансовых возможностей руководства Кыргызстана, приоритетами остаются экспорт образовательных услуг и привлечение внешних инвестиций. В отношении географии связей продолжилась политика открытых дверей, но с учетом санкционного давления на Россию особое внимание уделяется альтернативным российскому направлениям, что связано и с диверсификацией направлений трудовой миграции.
Несмотря на то, что новая политика нацелена на долгосрочные результаты, заметны и промежуточные итоги. За период президентства С. Жапарова удалось привлечь в страну новые филиалы зарубежных вузов, только из стран — традиционных и ключевых торгово-экономических и политических партнеров: России, Китая, Казахстана. Были достигнуты договоренности о развитии действующих на основе двусторонних договоров КРСУ и КТУМ. Но образовательный рынок Кыргызстана остается неинтересным для крупнейших экспортеров высшего образования (США, Европы, стран Азии), и власти этих стран не создали механизмов поддержки подобного рода проектов. В 2024 г., помимо КТУМ, в глобальный рейтинг QS впервые вошли два вуза с особым статусом — КРСУ и Кыргызский государственный технический университет.
Динамика привлечения иностранных студентов в вузы Кыргызстана носит противоречивый характер: падает количество студентов из Узбекистана и СНГ в целом, но растет их количество из Индии и Пакистана. За последние годы выросло количество граждан Кыргызстана, обучающихся в других странах: в Турции (2,3 тыс. студентов в 2023 г.), США (705 чел. в 2022 г.), Польше (553 чел.), Южной Корее (345 чел.), Узбекистане (333 чел.); восстановилась образовательная миграция в Китай (около 4 тыс. чел. в 2023 г.). В 2022 г. набор из Кыргызстана в российские вузы увеличился на 2%, но в 2023 г. сократился на 10,6%; общий контингент на начало 2023‒2024 уч. г. составил 8,8 тыс. чел. (сокращение на 8,4% по сравнению с 2021 г.).
Продолжают действовать многочисленные механизмы образовательного сотрудничества России и Кыргызстана: КРСУ, два филиала российских вузов, обучение граждан Кыргызстана в российских вузах за счет бюджетных мест и квот, сетевые университеты, выставки российского образования в городах Кыргызстана и др. Однако последовательная политика трансформации вузов с особым статусом, включая фокус на публикации научных статей в международных базах, вхождение вузов в международные рейтинги, внедрение зарубежного оборудования в научные лаборатории, будет все больше ориентировать вузы Кыргызстана в сторону других географических направлений.
Таджикистан: интернационализация по инерции и приоритетный статус России как образовательного партнера
Интернационализация высшего образования в Таджикистане в силу нехватки ресурсов оставалась точечной и проводилась скорее с опорой на образовательное сотрудничество с Россией, то есть шла по инерции. Тем не менее с 2000-х гг. декларировался переход на западные стандарты в высшем образовании, в том числе на Болонские принципы. Однако эти намерения остались декларативными: усилия властей ушли скорее на количественное расширение системы высшего образования для увеличения доступа к нему молодежи, а средства доноров шли в первую очередь на модернизацию среднего образования, хотя и придавали интернационализации образования ведомый характер.
Текущие цели реформирования высшего образования до 2030 г. касаются повышения доступности и качества высшего образования, его практико-ориентированности и развития в первую очередь математических, точных и естественнонаучных направлений подготовки, а также изучения английского языка. Интернационализация предусматривается путем развития международного научно-исследовательского сотрудничества и подготовки специалистов за счет образовательных партнеров.
Образовательное сотрудничество с Россией подкрепляется созданием с 2010-х гг. русских школ, работой Российско-Таджикского (Славянского) университета (РТСУ) и филиалов трех российских вузов (МГУ им. М.В. Ломоносова, МИСиС и МЭИ), обучением студентов из Таджикистана в российских вузах за счет средств российского бюджета и квот российского Правительства (их число выросло с 342 в 2016 г. до 900 в 2023 г.) Тем не менее если в 2022 г. набор студентов из Таджикистана в российские вузы продолжил по инерции расти, несмотря на санкционное давление на Россию, то в 2023 г. набор резко упал (на 19,4% по сравнению с предыдущим годом)*.
На этом фоне Таджикистан активизировал образовательное сотрудничество с Китаем, который готов предложить прикладную подготовку, Белоруссией, Сингапуром, Японией. Однако в силу небольшого объема образовательного рынка Таджикистана он остается неинтересным для региональных лидеров в экспорте образования, хотя и получает ограниченную донорскую помощь от ЮНЕСКО, ЕС (в рамках Erasmus+), Агентства США по международному развитию. По этой же причине число форматов интернационализации, доступных вузам Таджикистана, остается ограниченным. И хотя весомой альтернативы образовательному сотрудничеству с Россией пока нет, власти Таджикистана намерены продолжать диверсификацию образовательного сотрудничества.
Туркменистан: точечная интернационализация по инерции и сотрудничество с Россией наравне с другими внерегиональными игроками
Поскольку Туркменистан остается одной из самых закрытых стран, степень интернационализации высшего образования страны очень ограничена. Вузовская система остается полностью подконтрольна государству, но ее ресурсов не хватает для того, чтобы удовлетворить растущий спрос на высшее образование, в связи с чем традиционно высок отток молодежи для получения высшего образования за рубежом. Отдельные действия властей, направленные на сокращение утечки талантливых кадров, приводили к поверхностной интернационализации высшего образования, которая временами поворачивалась вспять (например, туркменская сторона инициировала закрытие филиала РГУ нефти и газа им. И.М. Губкина в Ашхабаде в 2012 г.) С 2019 г. ужесточились правила признания иностранных дипломов в Туркменистане: в ограниченный список вузов, дипломы которых по социальным и гуманитарным специальностям признаются в Туркменистане, попадают лишь лидеры мировых рейтингов. Число иностранных студентов в туркменских вузах очень ограничено в связи с нехваткой ресурсов на их обучение, требованиями по языковой подготовке (те иностранцы, кто недостаточно хорошо владеет национальным языком, обязаны пройти годовой курс языковой подготовки перед обучением в туркменском вузе).
Образовательное сотрудничество с Россией традиционно опирается на деятельность совместной российско-туркменской средней общеобразовательной школы им. А.С. Пушкина. После неудачного опыта с филиалом РГУ нефти и газа им. И.М. Губкина в 2022‒2023 гг. вновь стали появляться сообщения о создании туркмено-российского университета, однако пока судьба проекта остается неясной. Тем не менее до 2023 г. включительно продолжился рост числа туркменских абитуриентов, поступающих в российские вузы (почти 23 тыс. чел. в 2023 г.*). География образовательного сотрудничества Туркменистана остается очень ограниченной: второе место по количеству туркменских студентов после России занимает Турция (более 12 тыс. в 2023 г.), затем следуют Белоруссия (6,5 тыс. в 2022 г.) и Китай (около 1,5 тыс. студентов).
В силу специфики Туркменистана его образовательный рынок почти закрыт для иностранных вузов, сложности составляет как создание филиалов, так и развитие иных форматов образовательного сотрудничества. В этой связи создание анонсированного туркмено-российского университета могло бы стать уникальной возможностью для развития образовательного сотрудничества России с Туркменистаном.
***
Текущая интернационализация высшего образования в странах Центральной Азии призвана решать задачи расширения доступности, повышения качества и усиления практико-ориентированности образования, а также решения задач экономического развития стран с опорой на национальные кадры. В условиях текущего международного кризиса интернационализация получила новый стимул: в отдельных странах она ускорилась, но почти во всех продолжение интернационализации высшего образования призвано сбалансировать российский вектор образовательного сотрудничества развитием связей с другими партнерами.
В связи с этим российским вузам предстоит столкнуться с усилением конкуренции за центральноазиатского абитуриента и отчасти — за возможность сотрудничать с ведущими вузами стран Центральной Азии. В такой ситуации прежних конкурентных преимуществ российского высшего образования, включая наличие правительственных квот и возможности обучения в российских вузах за счет бюджета РФ, становится недостаточно. После пандемии и особенно с началом международного кризиса все более востребованными инструментами российских вузов будут становиться умелый маркетинг на рынке образовательных услуг, адаптация механизмов межвузовского сотрудничества к конкретным партнерам из числа центральноазиатских вузов, повышение практико-ориентированности образовательных программ и развитие сети филиалов за рубежом, для чего вузам необходима поддержка государства.
* Подсчитано на основе отчетов вузов России по форме № ВПО-1, представленных на сайте Минобрнауки России в агрегированном виде.
Исследование выполнено за счет гранта РНФ № 23-78-10036 «Трансформация систем высшего образования стран Центральной Азии: новые возможности и вызовы для экспорта российского образования».
(Голосов: 11, Рейтинг: 4.36) |
(11 голосов) |
Аналитическая записка №40 / 2022
Возможна ли евразийская интеграция в сфере образования?В сфере образования в рамках евразийской интеграции наблюдается устойчивое стремление университетов, аналитических центров, экспертных сообществ к выстраиванию различных форм кооперации и усилению сотрудничества
Эффективность позиционирования российского образования на рынках Китая и ИндииПочему и как студенты из Китая и Индии выбирают обучение в России?
Как продвигать российские университеты в зарубежном цифровом пространстве? Подкаст с Марией ФранцузовойНовый подкаст РСМД посвящен присутствию российских университетов в цифровом пространстве в условиях ограничений
Система евразийской безопасности. Экономический аспектЕвразийская система безопасности в области экономики может стать гибкой и децентрализованной совокупностью механизмов, снижающих «зависимость от взаимозависимости», порождая новую реальность международных экономических отношений