Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 3, Рейтинг: 5)
 (3 голоса)
Поделиться статьей
Иван Тимофеев

К.полит.н., программный директор РСМД, член РСМД

Снятие санкций с компаний «Русал», EN+ и Евросибэнерго вызвало умеренный оптимизм участников рынка. Успех плана Баркера показал, что решение проблемы в отношении крупных российских компаний принципиально возможно. Но рассматривать это событие как изменение политики санкций в отношении России преждевременно.

Интенсивность и объем санкций будут нарастать. Москва и Вашингтон далеки от разрешения ключевых противоречий. Политические причины санкций не устранены. Страховочных механизмов от новых проблем нет. Политический климат будет подпитывать существующие санкции и порождать новые. Вопрос лишь в том, как именно будет идти процесс — постепенно или рывками.

Более того, прецедент «Русала» и другие подобные случаи показали, что можно эффективно наказывать отдельных россиян, при этом устанавливая контроль за их активами и снимая отраслевые риски. Раз схема работает, почему бы не использовать ее и против других российских компаний? Особенно если их собственники получили «черную метку».

Теперь ключевой вопрос — кто следующий, когда именно и что послужит толчком?

Снятие санкций с компаний «Русал», EN+ и Евросибэнерго вызвало умеренный оптимизм участников рынка. Успех плана Баркера показал, что решение проблемы в отношении крупных российских компаний принципиально возможно. Особенно если речь идет об интересах зарубежных контрагентов и о глобальной стабильности отрасли. Условием стала смена собственника, а иностранный контроль над компанией значительно вырос.

Минфин США в любой момент может вернуть компании в SDN-лист, если американским чиновникам что-то покажется не так. Однако все это мало волнует зарубежный бизнес. Компании функционируют, поставляют продукцию и не выпадают из производственных цепочек.

И все же рассматривать это событие как изменение политики санкций в отношении России преждевременно.

Их интенсивность и объем будут нарастать. Москва и Вашингтон далеки от разрешения ключевых противоречий. Политические причины санкций не устранены. Страховочных механизмов от новых проблем нет. Политический климат будет подпитывать существующие санкции и порождать новые. Вопрос лишь в том, как именно будет идти процесс — постепенно или рывками.

Более того, прецедент «Русала» и другие подобные случаи показали, что можно эффективно наказывать отдельных россиян, при этом устанавливая контроль за их активами и снимая отраслевые риски. Раз схема работает, почему бы не использовать ее и против других российских компаний? Особенно если их собственники получили «черную метку».

Теперь ключевой вопрос — кто следующий, когда именно и что послужит толчком?

Санкции от 6 апреля, под которые попал и «Русал», были введены внезапно. Формально у них были юридические основания (CAATSA и др.), но они не привязывались к каким-либо текущим политическим событиям. Что создало ощущение, что повторения стоит ждать в любой момент. В самом уязвимом положении оказываются российские компании, чья глобальная роль существенно менее уникальна в сравнении с Русалом или En+. Опасаясь новых санкций, зарубежные компании дуют на воду и вполне могут отказывать от сделок с россиянами даже там, где они разрешены.

События в Венесуэле также дают важный урок. В случае обострения внутренних проблем американцы могут пойти на резкую эскалацию санкций. С 2014 года Вашингтон наращивал давление на Каракас — в SDN-листе числилось более сотни физических и юридических лиц, вводились секторальные санкции и ограничения по долговым обязательствам.

Однако с началом противостояния Мадуро-Гуайдо давление резко усилилось. В SDN включили государственную нефтедобывающую компанию. При этом Минфин США вновь попытался сгладить издержки для бизнеса. Покупать нефть у Венесуэлы можно, но деньги за нее теперь поступают на специальный счет. Полученные средства, равно как и замороженные активы, может получить оппозиция.

Иными словами, из инструмента принуждения санкции превращаются в политическую технологию.

Теперь оппозиция Венесуэлы подпитывается ресурсами самой же Венесуэлы. Конечно, Мадуро может застопорить поставки и производство. Но наряду с технологическими сложностями, остановка добычи чревата новыми протестами. Свои деньги правительство Венесуэлы от американцев теперь не получит. Для нефтяной экономики это большая проблема. Тем более, что санкции действуют и против золотодобычи — другого источника доходов.

Санкционный январь посылает сигнал: крупную собственность могут цивилизованно забрать, а при первой слабине во внутренней политике давление кратно вырастет.

Впервые опубликовано в «Коммерсанте».


Оценить статью
(Голосов: 3, Рейтинг: 5)
 (3 голоса)
Поделиться статьей

Текущий опрос

Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся