Европейское турне Лулы

16–21 апреля 2026 г. состоялось европейское турне Луиса Инасиуса Лулы да Силвы — бразильский президент посетил Испанию, Германию и Португалию. В условиях неослабевающего давления администрации Д. Трампа встречи глав государств представляют собой сигнал о намерении укрепить связи, обеспечив предсказуемость экономического взаимодействия в обход дестабилизирующих односторонних мер.

Вероятно, когда в конце XX века Ф. Кордозу заявлял о цели построения новой многосторонней системы справедливой и сбалансированной торговли, он представлял себе не то будущее, которое наступило. Тем не менее администрация Лулы да Силва поддерживает прагматичный внешнеполитический курс, заложенный предшественниками. Европейские страны, становясь своеобразной «страховкой», позволяют латиноамериканскому государству не только диверсифицировать экономические связи, но и деполитизировать внешнеэкономическую стратегию в условиях фрагментации мировой экономики. Впрочем, нельзя не учитывать риски сохранения прежней модели отношений, где Бразилия не получает обещанных технологий, оставаясь поставщиком сырья.

В Лиссабоне Лула заявил: «Мы хотим поддерживать отношения с КНР, США, Россией, Францией. Мы хотим поддерживать отношения со всеми, не отдавая предпочтений кому-либо». Результаты турне бразильского лидера не несут для Москвы негативных сигналов в контексте российско-бразильских отношений. Однако если подписанные декларации приведут к активизации экономических связей, особенно в критически значимых областях, это может осложнить конкурентную среду на бразильском рынке для российского бизнеса. В то же время излишнее сближение с Европой для Бразилии так же невыгодно, как и с США, Китаем или другими державами. Прагматизм Итамарати, который в той или иной степени сохранится независимо от исхода выборов, остается долгосрочной гарантией бразильской многовекторности и конструктивных отношений с Москвой.

16–21 апреля 2026 г. состоялось европейское турне Луиса Инасиуса Лулы да Силвы — бразильский президент посетил Испанию, Германию и Португалию. В условиях неослабевающего давления администрации Д. Трампа встречи глав государств представляют собой сигнал о намерении укрепить связи, обеспечив предсказуемость экономического взаимодействия в обход дестабилизирующих односторонних мер.

В частности, в совместной декларации по итогам межправительственных консультаций Бразилиа и Берлин подтвердили стратегическое партнерство, основанное на общих ценностях демократии, свободы, инклюзивности и солидарности, а также на непоколебимой приверженности многосторонности, международному праву и свободной, основанной на правилах торговле. Кроме того, государства настоятельно призвали к прогрессу в достижении урегулирования иранского кризиса. Тем самым Бразилия и Германия на уровне риторики закрепили определенное политическое дистанцирование от США.

В рамках диалога с П. Санчесом и Л. Монтенегро Лула призвал к возвращению к мультилатерализму. Бразильский лидер раскритиковал протекционистские меры, вводимые отдельными акторами, вероятно, намекая на США, а также выступил в защиту демократии, международного арбитража и прав человека.

Визиты Лулы были направлены не только на демонстрацию солидарности и осуждение войны на Ближнем Востоке. 1 мая в силу вступает соглашение ЕС — МЕРКОСУР: более пяти тыс. бразильских товаров будут направляться в страны ЕС без пошлин, а в обратном направлении — около тысячи европейских товаров или 10,7% от всего экспорта стран Евросоюза в латиноамериканскую страну. Либерализация для большей части европейских товаров произойдет только в течение десяти лет, с отменой тарифов на 4423 вида продукции, что соответствует 44,1% от общего объема, охватываемого соглашением. Этот фактор создал благоприятный фон для европейского турне бразильского президента: Лула мог апеллировать к скорой либерализации торговли как к уже решенному вопросу, фокусируясь на новых инициативах.

Иван Кряжев:
Свободная торговля с оговорками: соглашение ЕС — МЕРКОСУР в эпоху экономической фрагментации

Достигнутые договоренности

Помимо риторики в духе «за все хорошее против всего плохого», с Германией и Испанией были подписаны итоговые декларации. Встреча Лулы и Ф. Мерца привела к появлению более определенных инициатив. Пакет документов, подписанный в Ганновере 20 апреля 2026 г., включает 13 позиций. Два из них касаются обороны и безопасности: сотрудничество в закупках военной продукции и совместное строительство фрегатов Tamandaré. Еще три относятся к технологиям — от критических минералов до квантовых вычислений и искусственного интеллекта. Пять — к климатической повестке, включая прямое финансирование Германией бразильского национального фонда изменения климата Fundo Clima. Остальные охватывают поддержку стартапов, морские исследования и космическую миссию CO2Image. При этом речь все же идет о декларациях о намерениях, не требующих ратификации и не создающих юридических обязательств. Документы фиксируют политическую волю к сотрудничеству в ряде областей, а также потенциально стимулируют бизнес и государственные структуры к запуску конкретных проектов.

В частности, программа фрегатов Tamandaré, стартовавшая в 2020 г., официально перешла в новую фазу: 24 апреля 2026 г. Embraer, Минобороны Бразилии и германская компания TKMS подписали меморандум о строительстве второй серии из четырех кораблей. Первый фрегат F200 Tamandaré уже введен в строй. Программа обеспечивает 23 тыс. рабочих мест (с учетом занятости у поставщиков и в обслуживающих отраслях) и представляет собой не просто военный, а промышленный проект — с передачей технологий и ориентиром на экспорт.

Отдельного внимания заслуживает третий пункт — научно-техническое сотрудничество в области критических минералов. Он важен не столько объемами добычи, сколько технологической составляющей. Согласно декларации, Германия помогает Бразилии с геологоразведкой, переработкой и экологическими стандартами. В обмен латиноамериканская страна предлагает контрагенту доступ к месторождениям ниобия, графита и лития, что соответствует ее стратегическому документу — Плану национальной добычи до 2050 г. (Plano Nacional de Mineração 2050, PNM 2050). Он, среди прочего, ставит цель увеличить переработку минералов внутри страны, а не просто экспортировать руду, с целью снижения внешней зависимости. В PNM 2050 подчеркивается, что поддержание торговых отношений, в значительной степени сосредоточенных на экспорте или импорте нескольких минеральных товаров, увеличивает уязвимость бразильского минерального сектора, особенно в условиях нынешнего геополитического контекста, отмеченного вооруженными конфликтами, ограничениями поставок и растущим принятием протекционистских мер. В этой связи ФРГ, обладающая технологиями обогащения и экологическими стандартами, становится естественным партнером для индустриализации бразильского горного сектора.

Любопытно, что Германия, в отличие от Бразилии, входит в состав участников американской инициативы «Партнерство по обеспечению минерально-сырьевой безопасности» (Mineral Security Partnership, MSP) наряду с 13 странами по созданию цепочек поставок критических минералов в обход Китая. Это создает конкурентную среду: пока Германия подписывает соглашение с Бразилией, американские проекты в рамках MSP развиваются в Африке, Австралии и Канаде, оттягивая на себя инвестиции.

Риск для Бразилии — технологическая ловушка. Декларация о научно-техническом сотрудничестве не гарантирует реальной передачи технологий переработки. Соглашения об их передаче в горнодобывающем секторе часто сталкиваются с препятствиями в фактической реализации. История Бразилии знает примеры, когда иностранные партнеры получали доступ к геологоразведке и добыче, а страна оставалась с сырьевой моделью. Эту структурную особенность называют «неоэкстративизм». Если Берлин поможет Бразилиа строить заводы по обогащению лития или переработке редкоземельных элементов, то сотрудничество действительно можно будет назвать эффективным для обеих сторон. Однако если оно ограничится совместными исследованиями — Бразилия останется поставщиком руды, но не войдет в технологическую цепочку.

Примечательно, что у бразильской диверсификации есть не только американский, но и китайский фактор. Зависимость от Пекина в отдельном секторе стала критической. Так, в 1990 г. Китай импортировал лишь 2% бразильской железной руды. К 2024 г. эта доля выросла до 66,6%, а в 2025 г. достигла 67,5%. При этом сама железная руда в 2025 г. обеспечила 8,3% всего бразильского экспорта. Иными словами, более двух третей ключевого сырьевого товара уходит в одну страну. Постоянное маневрирование между ведущими покупателями минералов представляет собой единственный способ добиться наиболее выгодных для латиноамериканского государства условий.

За три дня до встречи в Ганновере впервые в истории испано-бразильских отношений состоялся двусторонний саммит. Итоговая декларация из 41 пункта охватывает широкий ряд областей: от защиты демократии перед лицом «авторитарных течений» до реформы Совета Безопасности ООН в пользу латиноамериканского представительства. По критическим минералам позиция Испании сформулирована даже жестче, чем немецкая: речь идет не просто о сотрудничестве, а о «добавлении стоимости, развитии промежуточных и конечных этапов цепочек и формировании технологических возможностей в странах-производителях». Кроме того, подписан меморандум об совместимости платежных систем и использовании биржи LATIBEX для вывода бразильских компаний на европейский рынок. Испания также присоединилась к Центру полицейского сотрудничества в Амазонии, что можно охарактеризовать как практический шаг в борьбе с наркотрафиком.

Однако за этими формулировками стоит не сопоставимая с Германией промышленная база: у Испании нет ни глобальных производителей оборудования для переработки минералов, ни развитой оборонной промышленности. Поэтому испанские обещания «развития промежуточных и конечных этапов цепочек» остаются в значительной степени декларативными — тогда как Германия хотя бы способна предложить конкретные технологии и контракты.

Владимир Голиней:
«Доктрина Донро» как зеркало изменения мировых процессов

Неизбежный американский фактор

Символично, что поездка Лулы совпала с дипломатическим скандалом по другую сторону Атлантики: США потребовали высылки бразильского следователя федеральной полиции Марсело Ива де Карвалью, работавшего в Майами, обвинив в попытке «манипулировать иммиграционной системой в обход официальных запросов об экстрадиции». Инцидент связан с делом экс-депутата Алешандре Рамажена, приговоренного Верховным судом Бразилии к 16 годам тюрьмы за участие в заговоре и сбежавшего в США в 2025 г. Американские власти проверяют, пыталась ли Бразилия через сотрудничество с Иммиграционной полицией (ICE) арестовать А. Рамажена по миграционным основаниям, минуя Госдепартамент, который отвечает за экстрадицию. В ответ Лула заявил: «Если имело место американское злоупотребление в отношении нашего полицейского, мы сделаем то же самое с их полицейским в Бразилии», добавив, что не потерпит вмешательства во внутренние дела.

Это произошло на фоне фактически отложенной на неопределенный срок встречи Лулы и Д. Трампа. 26 января 2026 г. лидеры созвонились для обсуждения операции «Абсолютная решимость» в Венесуэле, договорившись о встрече на первой неделе марта, но к концу апреля она так и не состоялась.

Миграционная проблема, обострившаяся в Западном полушарии из-за эффекта деятельности ICE под руководством администрации Д. Трампа, — не единственный камень преткновения в двусторонних отношениях между Вашингтоном и Бразилиа. Белый дом начал кампанию по оказанию давлению на страну с целью снижения ее активности в БРИКС и, соответственно, противодействия сближению с Китаем и Россией. В 2025 г. состоялось вмешательство во внутренние дела латиноамериканского государства, а именно введение пошлин в размере 40% на несколько сотен позиций бразильского экспорта в результате обвинений в политически мотивированном преследовании Ж. Болсонару. Тем самым политизация экономических связей со стороны американского руководства особенно ярко проявилась на бразильском примере.

Решением Верховного суда США от 20 февраля 2026 г. большинство повышенных пошлин было отменено, но некоторые сохранились — в частности, 50-процентные пошлины на импорт стали и алюминия, введенные в марте 2025 г. в рамках раздела 232. К середине 2025 г. бразильский экспорт стали в США сократился на 17%. Впоследствии Бразилиа начала вводить ответные меры по примеру Еврокомиссии, которая предложила реформу системы защитных мер для импорта стали, включая сокращение беспошлинных квот на 47% и введение 50%-ной пошлины на объемы сверх этих квот. В октябре 2025 г. южноамериканская страна расширила и продлила действие серии антидемпинговых пошлин, охватывающих практически все основные категории плоского проката.

США, нуждаясь в бразильских природных ресурсах, в том числе в связи с ростом стоимости памяти и потребности строительства дата-центров, продолжают оказывать давление. В Вашингтоне прямо заявляли, что рассматривают стратегические минералы Бразилии как «валюту переговоров» по снижению 50-процентных пошлин.

Совокупность ограничительных мер привела к резкому сокращению бразильского экспорта в США. По данным бразильской статистики, экспорт Бразилии в США в феврале 2026 г. сократился на 20,3% — с 3,17 млрд долл. годом ранее до 2,52 млрд долл. Экспорт США в Бразилию также снизился — на 5,32%, с 4,07 млрд до 3,86 млрд долл.

Детерминанты диверсификации

В Фонде Ж. Варгаса отмечают, что протекционизм Д. Трампа заставил Бразилию резко переориентировать экспорт: падение в США было компенсировано ростом в Китай на 31,5% и Аргентину на 32,6% в последние пять месяцев 2025 г. Показательно, как активизация американской региональной политики в Западном полушарии со значительной силовой компонентой («Доктрина Донро»), направленная на ослабление китайского влияния, способствует росту торговых потоков из крупнейшей латиноамериканской экономики в КНР, как минимум на короткой дистанции. Аргентинское направление, в свою очередь, свидетельствует об укреплении региональной цепочки в рамках МЕРКОСУР, несмотря на политические различия двух правительств на современном этапе: торговля растет, пока Лула выступает в поддержку создания Палестинского государства, а Х. Милей в очередной раз наносит визит в Израиль.

При этом было бы упрощением утверждать о том, что Д. Трамп «толкает Бразилию в объятия» других акторов. Исторически американо-бразильские отношения напоминали маятник от напряженности к сближению, которое, впрочем, тоже не всегда было лишено прагматизма. Конструктивный национализм Ж. Варгаса (жертвование краткосрочными интересами ради долгосрочных, например, голосование за антикоммунистическую резолюцию для вторжения США в Гватемалу в 1954 г.), а также его маневрирование между Вашингтоном и Берлином в преддверии Второй мировой войны оставили заметный след в бразильской стратегии на внешнем контуре.

Национальная внешняя политика от барона де Рио Бранко до Ж. Фаргаса и до Ф. Кордозу (который вместе с ученым Э. Ягуарибе сформулировал идею необходимости сближения с «тремя китами» — Россией, КНР и Индией) и Лулы строилась вокруг поиска формулы достижения большей автономии и веса на международной арене. В Итамарати (МИД Бразилии) давно усвоили урок о том, что, независимо от близости с Вашингтоном, постоянная диверсификация партнеров в политическом и экономическом смыслах лежит в основе стратегии автономизации внешней политики. В текущих условиях турбулентности и слома прежнего миропорядка бразильское руководство продолжает хеджирование рисков.

Несмотря на устоявшееся восприятие международных связей по принципу «Север — Юг» в бразильской политической и академической дискуссии, в сложившихся условиях ЕС и его отдельные государства-члены выступают в качестве альтернативного полюса для бразильского экспорта, чтобы уменьшить зависимость от США и не допустить ее появления с Китаем. Подобную роль для Бразилиа играет и Россия, но, из-за объективных трудностей, вызванных прежде всего санкциями, потенциал торговли двух акторов реализован не в полной мере, значительно уступая показателям с европейскими странами.

Хотя эпоха «Трампа 2.0» привнесла в мировую политику определенную новизну, Бразилия не первый раз использует европейских партнеров с целью смягчения последствий американского давления. Например, в 1974 г. Комиссия по ядерной энергетике США запретила поставки ядерного топлива Бразилии, что грозило полной потерей независимости в этой области. Однако в 1975 г. было заключено соглашение с ФРГ о поставке восьми реакторов, что ликвидировало рычаг давления Вашингтона. Впоследствии он ввел запрет на поставки вооружений латиноамериканской стране под предлогом нарушения прав человека, разорвав договор от 1952 г. и тем самым завершив «особые» военные отношения.

Венесуэла, Куба, Панама: Дмитрий Розенталь о политике Трампа в Латинской Америке

Выборы — 2026 диктуют внешнеполитическую активизацию

В преддверии всеобщих октябрьских выборов в Бразилии для Лулы действительно важно показать умение договариваться со всеми ключевыми акторами на внешнем контуре. Его политический опыт может стать преимуществом перед «политической молодостью» Флавиу Болсонару. Если сопоставить разные электоральные оценки на апрель 2026 г., они, скорее всего, не дают реальной картины, которая могла бы предсказать результат голосования: по данным AtlasIntel, Лула победит во втором туре с 47,6%, а Флавиу получит 46%; BTG/Nexus верят в аналогичный результат — 46% у Лулы, 45% у Флавиу; Pesquisa Quaest, наоборот, прогнозирует победу Ф. Болсонару с 42%, поражение Лулы — с 40%.

Вероятно, главный результат, с которым президент вернулся домой — рабочие места, которые будут созданы в результате реализации нового этапа реализации программы фрегатов Tamandaré. Для электората петистов наиболее значимо решение социальных проблем, в том числе безработицы, которая в феврале 2026 г. составила 5,8%, постепенно снижаясь в период третьего мандата Лулы.

Дипломатическая активность Лулы в Европе происходит на фоне рекордного притока иностранного капитала в Бразилию. За неполные четыре месяца 2026 г. иностранцы вложили в бразильский фондовый рынок 64,4 млрд реалов — более чем в два раза больше, чем за весь 2025 г. (25,5 млрд). По данным Центрального банка, чистый приток (акции, фонды, долговые бумаги) за период март 2025 г. – март 2026 г. составил 28,4 млрд долл. JPMorgan назвал приток капитала экстраординарным. Среди причин — геополитическая нейтральность страны с учетом ее крупного рынка на фоне ближневосточных потрясений.

Для Лулы экономический оптимизм и международные прорывы становятся ключевыми аргументами в его пользу. Европейские соглашения становятся своеобразным электоральным активом, хотя неизвестно, вспомнят ли о них избиратели после старта официальной кампании.

***

Вероятно, когда в конце XX века Ф. Кордозу заявлял о цели построения новой многосторонней системы справедливой и сбалансированной торговли, он представлял себе не то будущее, которое наступило. Тем не менее администрация Лулы да Силва поддерживает прагматичный внешнеполитический курс, заложенный предшественниками. Европейские страны, становясь своеобразной «страховкой», позволяют латиноамериканскому государству не только диверсифицировать экономические связи, но и деполитизировать внешнеэкономическую стратегию в условиях фрагментации мировой экономики. Впрочем, нельзя не учитывать риски сохранения прежней модели отношений, где Бразилия не получает обещанных технологий, оставаясь поставщиком сырья.

В Лиссабоне Лула заявил: «Мы хотим поддерживать отношения с КНР, США, Россией, Францией. Мы хотим поддерживать отношения со всеми, не отдавая предпочтений кому-либо». Результаты турне бразильского лидера не несут для Москвы негативных сигналов в контексте российско-бразильских отношений. Однако если подписанные декларации приведут к активизации экономических связей, особенно в критически значимых областях, это может осложнить конкурентную среду на бразильском рынке для российского бизнеса. В то же время излишнее сближение с Европой для Бразилии так же невыгодно, как и с США, Китаем или другими державами. Прагматизм Итамарати, который в той или иной степени сохранится независимо от исхода выборов, остается долгосрочной гарантией бразильской многовекторности и конструктивных отношений с Москвой.