Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Максим Сучков

К.полит.н., старший научный сотрудник Центра (лаборатории) анализа международных процессов (ЛАМП) МГИМО МИД России; редактор российской секции издания Al-Monitor (США); эксперт РСМД

Только сильная организация может сформировать «мягкую» систему безопасности. По окончании холодной войны евразийская архитектура безопасности ни разу не переживала столь серьезного системного кризиса. Потенциальная роль ОБСЕ в его преодолении – как на концептуальном, так и на практическом уровне – сегодня решающая.

Уже сорок лет «сферой ответственности» ОБСЕ остаются зоны затяжных конфликтов. Разумеется, Европа не самый конфликтогенный регион земли, есть куда более «горячие» точки, однако число и характер потенциальных конфликтов на континенте дают основания для беспокойства и принятия неотложных мер. Тлеющие очаги враждебности в Приднестровье, шаткое равновесие в Нагорном Карабахе, замороженные конфликты в Абхазии и Южной Осетии таят в себе серьезный деструктивный потенциал, который может угрожать архитектуре евроатлантической безопасности в целом.

Существуют, как минимум, два аспекта структуры системы региональной безопасности. Внутренние источники большинства конфликтов – территориально-этнические споры, зачастую отягощаемые религиозным фактором и восходящие к давней истории имперских или коммунистических времен; наиболее типичный пример такого рода конфликтов – споры по поводу государственных границ.

Внешними причинами конфликта выступают либо конкуренция между государствами, либо «конструирование реальности» по отношению к предполагаемому противнику. В этом аспекте ОБСЕ была и остается ареной бескомпромиссного соперничества «великих держав». Кризис на Украине сыграл роль детонатора, запустив механизмы такого соперничества: между Россией и ЕС, между Россией и США – режим этого соперничества варьируется от косвенной конкуренции до открытой конфронтации.

Все эти соображения необходимо принимать во внимание при обсуждении деятельности ОБСЕ. Два основных упрека в адрес этой организации сводятся к обвинениям в неэффективности и политической ангажированности.

В самом деле, несложно припомнить случаи из прошлой и нынешней практики, когда ОБСЕ действовала менее эффективно, чем ожидалось. Было бы абсолютно понятно, если бы критика исходила от непосредственных участников конфликта, считающих, что их законные требования не выполняются. Но ведь нередко преисполняются негодованием не они, а великие державы, которые затем под предлогом несостоятельности ОБСЕ сами начинают операции в зонах конфликта. В итоге, если миротворческие усилия терпят крах, козлом отпущения становится именно ОБСЕ.

Тем не менее сегодня, в условиях жесткой конфронтации, возрождения враждебных настроений, обусловленных национальными интересами, и возвращения к разделению на блоки ОБСЕ остается единственной организацией, пользующейся в большей или меньшей степени доверием всех входящих в нее государств. По той простой причине, что другие организации, занимающиеся вопросами безопасности, будь то возглавляемый США блок НАТО или возглавляемая Россией ОДКБ, воспринимаются в лучшем случае как выразители интересов отдельных групп, а в худшем — как инструменты в руках возглавляющих их государств. Иными словами, при сколь угодно критическом отношении к деятельности ОБСЕ ценнейший капитал этой организации – доверие, которым она по-прежнему пользуется несмотря ни на что. Доверие — это тот ресурс, который позволяет ОБСЕ учитывать интересы всех враждующих сторон и выступать в роли посредника между ними. Не будь доверия, государства – члены организации были бы куда менее склонны к сотрудничеству и в значительно большей степени полагались бы на собственные силы, а это опасно, когда речь идет о попытке урегулирования многокомпонентного международного конфликта. Кроме того, характер инициатив ОБСЕ демонстрирует сбалансированность подхода, в особенности по сравнению с вышеупомянутыми структурами безопасности. Это помогает снижать градус конфликта, что опять же труднодостижимо, если каждое из государств действует на свой страх и риск.

В наше время, когда практически все проблемы, связанные с безопасностью, до предела политизируются, очень важно, чтобы ОБСЕ сохраняла беспристрастность. В век информации, когда на всех, включая и представителей ОБСЕ, извергаются потоки самых противоречивых сведений в самом разном риторическом оформлении, не так-то легко отделить зерна объективных проблем граждан от плевел государственной пропаганды и слухов. Поскольку за силовые методы выступают обычно те, кто либо полагает, что их собственная безопасность не подвергается серьезному риску, либо надеется извлечь для себя какие-то выгоды из конфликта, в каждом отдельном случае очень важна уверенность в том, что все стороны, принимающие участие в обеспечении региональной безопасности, по-настоящему заинтересованы в успехе и готовы нести ответственность за свои действия. Кроме того, государства – члены ОБСЕ должны располагать неким координирующим механизмом, позволяющим минимизировать давление сторон, заинтересованных в том или ином исходе конфликта, на действия ОБСЕ.

OSCE/Evgeniy Maloletka
Олег Голишников:
ОБСЕ в меняющемся мире: стратегия
SMART

Все это подводит нас к следующему соображению: все действия и операции ОБСЕ в значительной степени зависят от общеполитического контекста взаимоотношений между государствами – членами ОБСЕ, прежде всего между Россией и Западом. Поскольку большая часть конфликтов, входящих в сферу компетенции ОБСЕ, разыгрывается на постсоветском пространстве и на Балканах, взаимозависимость между двусторонним взаимодействием Москвы (с одной стороны) и Брюсселя/Вашингтона (с другой) и их отношений с «общими соседями» выступает на первый план. Любое политическое сближение, его темп и характер будет в значительной степени зависеть от развития событий в регионе. Обратное тоже верно: состояние отношений Россия-Запад будет сказываться на готовности обеих сторон договариваться о взаимных компромиссах и сообща влиять на евразийский политический процесс в долгосрочной перспективе. До тех пор пока каждая из сторон воспринимает другую как часть проблемы, а не как компонент ее решения, конфликты в регионе будут лишь множиться.

На настоящий момент формат участия большинства государств в урегулировании конфликта можно назвать выборочным: сотрудничество имеет место лишь по некоторым из неотложных вопросов и лишь до той поры, пока инцидент не считается исчерпанным, после чего исходный статус-кво восстанавливается. А ведь слово «сотрудничество», включенное в название организации, призвано подчеркнуть партнерский статус государств-участников. И это не просто лингвистический нюанс – скорее свидетельство о том, что единственной альтернативой этому статусу в системе решения региональных проблем может быть положение «региональной империи» («региональных империй»), стремящейся обеспечить собственную безопасность за счет других; в теории игр этот феномен называется дилеммой безопасности.

Идея коллективной безопасности на пространстве ОБСЕ не нова. И все же сегодняшняя политическая реальность такова, что ценность этой идеи понимают лишь немногие. Ни одна из заинтересованных сторон не будет в безопасности, «приумножая безопасность» только для себя и отнимая ее у других. С этой точки зрения в безопасности равно заинтересованы все, она не может быть целью только одной или нескольких сторон.

Перефразируя известный американский слоган, можно сказать, что только сильная организация может сформировать «мягкую» систему безопасности. По окончании холодной войны евразийская архитектура безопасности ни разу не переживала столь серьезного системного кризиса. Потенциальная роль ОБСЕ в его преодолении – как на концептуальном, так и на практическом уровне – сегодня решающая.

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?
    Сдерживать военно-политическую активность России  
     262 (44.48%)
    Добиться распада и исчезновения России  
     172 (29.20%)
    Создать партнерские отношения с Россией при условии выполнения требований США  
     94 (15.96%)
    Создать союзнические отношения в противовес Китаю на условиях США  
     61 (10.36%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся