Сирийский цугцванг
Вход
Авторизуйтесь, если вы уже зарегистрированы
(Нет голосов) |
(0 голосов) |
К.и.н., сотрудник РЭУ Г.В. Плеханова, эксперт РСМД и Валдайского клуба
Сирийский конфликт продолжается уже более четырех лет. В числе его основных акторов — многочисленные террористические организации. Немалое влияние на ситуацию оказывают и внешние игроки — региональные и западные державы. В то же время события в Сирии, ставшие во многом следствием «арабской весны», имеют и внутриполитические корни. Для успешного разрешения сирийского кризиса, помимо уничтожения ядра радикального подполья, необходимо глубокое понимание его социально-политических истоков.
Сирийское государство
Представители сирийского народа заслуженно гордятся своей историей. Для этого у них есть основания: государственность Сирии восходит своими корнями к древневосточным державам и империям прошлого — Ассирии, Хеттскому царству, Вавилону.
Основополагающее влияние на судьбу сирийского народа оказали арабские завоевания VII в., когда территория сначала Сирии, а затем Великой Сирии [1] стала частью Арабского халифата. Экономическое, социальное и культурное развитие находилось на таком высоком уровне, что вскоре Сирия была уже центром великого панарабского государства. Ко времени появления арабов в Сирии этот регион представлял собой богатую и процветающую провинцию Римской империи. Дамаск, в свою очередь, стал культурным, финансовым и политическим центром Арабского халифата. Начавшаяся эпоха крестовых походов и вторжение орд Тамерлана привели к распаду единой государственной системы Сирии. В XVI в. она на четыре столетия становится провинцией Османской империи.
На рубеже веков наступил упадок Османской империи. Ее арабская часть (и не только) попыталась воспользоваться историческим шансом, чтобы избавиться от ненавистного ига османов. Исторический процесс взаимного сосуществования турок и арабов в рамках единого государства, а также политика турецкого руководства в конце XIX — начале XX вв. во многом убедили стороны в невозможности дальнейшего сохранения статус-кво. Исход Первой мировой войны, разгром Османской империи положили начало национально-освободительному движению арабов. Этим поспешили воспользоваться европейские колониальные державы, в первую очередь Великобритания и Франция. По секретному соглашению Сайкса–Пико 1916 г. Сирия оказалась под влиянием Франции. Позднее ее зависимость была оформлена официально в формате мандата. Полную независимость и государственный суверенитет Сирия обрела только после Второй мировой войны.
«Баас» — ядро сирийского государства
![](/upload/syrzugz1m.jpg)
Москва и Дамаск — непростые
доверительные отношения?
Партия арабского социалистического возрождения («Баас») была создана в 1947 г. в Дамаске православным христианином Мишелем Афляком и мусульманином-суннитом Салахом ад-Дин аль-Битаром. «Баас» пришла к власти в Сирии в марте 1963 г., после чего страна де-юре и отчасти де-факто вступила на так называемый социалистический путь развития. С первого дня своего существования «Баас» была светской партией, провозглашавшей секуляризм, арабский национализм и социализм в качестве своих основных принципов. Ссылки на религию в ее программных документах отсутствовали.
23 февраля 1966 г. в Сирии произошел переворот, который возглавили военные из алавитской общины Салах Джадид и Хафез аль-Асад. Прежнее руководство страны было свергнуто, однако руководящая роль партии «Баас» осталась неприкосновенной. В ноябре 1970 г. в результате очередного военного переворота к власти пришел Х. аль-Асад. Это стало переломным моментом в истории Сирии.
До 1970-х гг. Сирия была внутренне нестабильным государством, не имевшим четкой политической линии. Страна переживала период перманентных переворотов, общество не могло сформировать внутриполитическую элиту. Личные качества Х. аль-Асада и геополитическая ситуация в регионе Ближнего Востока позволили ему создать централизованный государственный аппарат с серьезной опорой на армию и генералитет. Характерной особенностью правления Х. аль-Асада стала устойчивая стабильность: президент, опираясь на ближайшее окружение, контролировал обстановку и проводил крайне жесткую (даже в региональном измерении), но взвешенную политику. В 1970–1980-х гг. Х. аль-Асад запустил процессы социальной и экономической реформации, оказавшие в целом положительное влияние на модернизацию и индустриализацию страны.
Главным действующим лицом и модератором преобразований выступило сирийское государство. В стране активизировались процессы перераспределения капитала в пользу госсектора, постепенно повышалась доля государства в промышленности. В 1980-х гг. доля государства в сирийской экономике составила около 75% [2]. В результате экономических реформ Сирия превратилась из преимущественно аграрной в аграрно-индустриальную. Однако при явных успехах в экономике сохранялись проблемы социально-экономического характера.
Приход к власти «Баас» и особенно самого Х. аль-Асада ударил по традиционно сильному суннитскому зажиточному классу в Халебе (Алеппо). Дамаск во многом зависел от иностранной экономической помощи, прежде всего арабской, которая носила непостоянный характер и обусловливалась политической конъюнктурой. После падения цен на нефть в середине 1980-х годов проблемы в сирийской экономике обострились. Усилились процессы экономической и социальной стагнации, упали доходы бюджета от продажи черного золота, сократилась финансовая помощь богатых арабских стран Залива. Вместе с экономическими обострялись и социальные проблемы.
«Баас» или ихваны
![](/upload/syrzugz2m.jpg)
Гумер Исаев:
«Братья-мусульмане» в арабском мире в
2011–2014 гг.: от триумфа к катастрофе
Другой проблемой сирийского секулярного государства стал ренессанс религиозных чувств в исламских странах на рубеже XX–XXI вв., который некоторые эксперты называют «Исламским возрождением» [3]. Начиная с 1980-х годов главную роль в нем играла радикальная панарабская организация «Братья-мусульмане» («Ихван аль-муслимин») [4]. Однако свою деятельность в Сирии ихваны начали раньше — в 1940–1960-х гг.
«Братья-мусульмане» утверждают, что Сирия была первой страной, на которую они распространили свое влияние из Египта. Первая ассоциация ихванов в Сирии появилась в 1937 г. в Алеппо. Им удалось объединить под своим началом все действовавшие на тот момент в стране на полулегальной основе религиозные группы. Генеральным инспектором (аль-муракиб аль-амм) сирийских ихванов стал соратник основателя организации Хасана аль-Банны Мустафа ас-Сибаи. В документах сирийского «филиала» подчеркивалась преемственность египетскому «центру».
Период 1940–1960-х гг. был отмечен относительной активизацией «Братьев-мусульман» в Сирии. Ихваны предприняли попытки участвовать в политическом процессе, открыто или полулегально создавали военизированные лагеря для подготовки боевиков. Отчасти из-за собственной несостоятельности, отчасти из-за сформированной «Баас» системы их легальное участие в сирийской политике провалилось. В марте 1963 г. в мечети Омейядов, крупнейшей мечети Дамаска, ихваны объявили «священную войну» правительству страны.
Приход к власти секулярной партии «Баас» внес фундаментальные изменения в политику ихванов. Курс Х. аль-Асада на ужесточение борьбы с оппозицией привел к поступательной радикализации деятельности ихванов. «Братья-мусульмане» начали все чаще прибегать к радикальным формам политической борьбы, носившим экстремистский и насильственный характер. В итоге 7 июля 1980 г. парламент Сирии принял закон, предусматривающий смертную казнь за причастность к организации «Братья-мусульмане».
Кроме того, ихваны активизировали свою пропагандистскую деятельность. Противостояние сирийской власти они начали связывать с борьбой против «неверного», «алавитского», а зачастую и «христианского» правительства. Внимание акцентировалось на том, что президент и некоторые представители высшей власти Сирии — выходцы из алавитской общины. Использовался также факт создания «Баас» православным христианином М. Афляком. Политическую систему страны ихваны представляли как борьбу 80% народа против 20% алавитов, захвативших власть и угнетающих суннитов. Кроме того, они ссылались на известного суннитского богослова ханбалитского мазхаба сирийца Ибн Таймийю (1263–1328 гг.), который издал фетву о том, что алавиты — «еретики» и «вероотступники», позволявшую их убивать. Богослов оказал заметное влияние на развитие радикальных идей и тенденций в регионе Ближнего Востока и оставил после себя около 500 сочинений [6], которые до сих пор цитируются радикалами.
На протяжении всей истории Сирии волнения на религиозной основе вспыхивали регулярно. Аргументом в пользу того, что межконфессиональные противоречия, несомненно, существовавшие в сирийском обществе, были во многом гипертрофированы, служит тот факт, что еще до прихода Х. аль-Асада к власти ихваны активно использовали те же пропагандистские приемы (за исключением ссылок на то, что глава Сирии алавит). Остальные претензии и требования к сирийской власти оставались неизменными.
Совершались и террористические акты, жертвами которых становились функционеры партии «Баас», профсоюзные и религиозные деятели, поддерживавшие режим, но чаще — случайные люди в учреждениях, кафе, магазинах. Крупным терактом, организованным ихванами, стало убийство в июне 1979 г. 32 курсантов артиллерийской школы в Халебе [6]. После этого преступления из армии было уволено 400 офицеров, подозревавшихся в симпатиях к «Братьям-мусульманам» [7].
Апогеем террористической деятельности «Братьев-мусульман» стали события в Хаме в 1982 г. Опираясь на широкий круг источников, арабист А. Игнатенко описал эти события так: «В ночь со 2 на 3 февраля, примерно в 3 часа, жители г. Хамы были разбужены громкоговорителями, установленными на минаретах мечетей. Люди с удивлением и растерянностью слушали заявление о том, что якобы во всей Сирии началось восстание против режима. Им предлагалось включиться в борьбу. Для этого нужно было отправиться в ближайшую мечеть для получения оружия. За два часа до этого боевики, общим числом около 500 человек, вооруженные автоматами, минометами и гранатометами, рассредоточились по городу, заняв исходные позиции» [8].
Однако население не пошло за провокаторами. Сирийскому государству, как отмечал президент Х. аль-Асад, не оставалось ничего иного, как избавить город от террористов.
Социальное положение в Сирии и опора на армию
В сложившихся условиях Х. аль-Асаду оставалось только одно — сделать ставку на вооруженные силы. Следует отметить, что это одна из специфических черт ближневосточного социума. В 1980–1990-х гг. сирийская армия и отчасти спецслужбы превращались в основной политический и экономический центр страны. После подавления мятежа ихванов, угрожавшего территориальной целостности и государственности Сирии, эта тенденция усилились. Упрочению позиций армии способствовало и то, что сам Х. аль-Асад — выходец из вооруженных сил.
Ближайшими соратниками президента были сунниты Мустафа Тлас, министр обороны в 1974–2004 гг., и Х. Шехаби, занимавший с 1979 по 1998 гг. пост начальника генерального штаба. Единственным государственным органом, где алавиты пользовались привилегиями, была (и остается) контрразведка. Долгое время, с 1974 по 2000 гг., должность главы Управления военной контрразведки занимал выходец из алавитской общины генерал Али Дуба. Представители армии и разведки находились на важных позициях и в руководящем звене партии «Баас». В первые десятилетия своего правления Х. аль-Асад при назначении на ключевые посты в армии и спецслужбах отдавал предпочтение выходцам из общины алавитов. Однако со временем, особенно после подавления мятежа ихванов, эта тенденция постепенно ослабевала.
![](/upload/syrzugz4m.jpg)
Политические экстремистские движения
на Ближнем Востоке и в Северной Африке
В 1980–1990-х гг. алавиты на руководящих государственных постах, по данным востоковеда В. Ахмедова, составляли не более 30% [9]. Вместе с тем в армии эта цифра доходила до 60% [10]. Примечательно, что, несмотря на привилегированное положение в отдельных органах власти, простые представители алавитской общины оставались беднейшими жителями Сирии. Одновременно с этим сохранялось сбалансированное представительство выходцев из всех религиозных и национальных общин.
С 1984 по 2005 гг. вице-президентом Сирии был ближайший соратник Х. аль-Асада суннит Абдель Халим Хаддам, ранее занимавший пост министра иностранных дел. Другой близкий соратник главы Сирии суннит Фарук Шараа с 1984 по 2006 гг. возглавлял МИД, а сразу после ухода с дипломатической службы был назначен вице-президентом и остается им до сих пор.
Башар Асад и статус-кво
Кончина Х. аль-Асада в июне 2000 г. поставила перед сирийским государством сразу несколько вопросов. Через несколько часов после его смерти парламент единогласно изменил статью конституции, снизив проходной возрастной ценз для главы государства с 40 до 34 лет. Партия «Баас» выдвинула младшего сына Х. аль-Асада Башара Асада кандидатом в президенты страны. Спустя несколько недель его кандидатуру на референдуме поддержало более 97,29% жителей Сирии [11].
При внешней простоте процесса передачи власти Б. Асаду не обошлось без внутриполитической борьбы в высших эшелонах власти. У высших партийных функционеров и руководства армии было три кандидатуры на пост президента: Б. Асад, А. Хаддам и М. Тлас. Выбор пал на сына Х. аль-Асада потому, что представители «старой гвардии» были людьми преклонного возраста и надеялись на сохранение своих привилегий при Б. Асаде. К тому же М. Тлас и А. Хаддам конкурировали между собой, поэтому кандидатура в целом аполитичного сына Х. аль-Асада представлялась оптимальной.
Генералитет и верхушка партии «Баас» рассчитывали, что Б. Асаду удастся сохранить статус-кво, привилегированное положение армии и «старой гвардии». Однако приход Б. Асада к власти в Сирии был встречен неоднозначно как на Западе, так и в регионе. На фоне волевого и харизматичного отца молодой Башар не вписывался в традиционное представление о лидере ближневосточной страны с массой нерешенных проблем.
Следует отметить, что Б. Асад никогда не надеялся занять столь ответственный пост. Но в 1994 г. в автокатастрофе погиб старший сын и преемник Х. аль-Асада Басиль. Тогда стало понятно, что Башару придется начать политическую карьеру.
![](/upload/syrzugz5m.jpg)
Руслан Мамедов:
На пути к «Полезной Сирии»: главный
соперник — снова «Аль-Каида»?
В политической конфигурации, созданной партией «Баас» во главе с Х. аль-Асадом, любая оппозиционная деятельность была возможна только на нелегальной, радикально-религиозной основе. Других путей участия в политическом процессе в Сирии не существовало. После прихода к власти Б. Асада эта система не претерпела серьезных изменений. Запад, поддерживая оппозицию, следует фактически той же линии, которая проводилась (не так открыто) в 1970–1980-х годах, когда главными антагонистами «Баас» были ихваны. Тогда деятельность последних отличалась ярко выраженной антисоциалистической и антисоветской направленностью, и поэтому Запад оказывал им умеренную поддержку.
С экономическим и политическим развитием региональных держав, в первую очередь Саудовской Аравии, Катара и Турции, опосредованная поддержка (по линии общественно-религиозных фондов) тех или иных радикальных структур, созданных на политико-религиозной основе, стала их прерогативой.
Как уже отмечалось, факты принадлежности главы Сирии к алавитской общине и создания «Баас» православным христианином умело использовались ихванами в своих целях. В итоге политическая конфигурация Сирии представляла собой цугцванг: либо «Баас», либо ихваны. Несмотря на то, что у политического руководства были свои ошибки и провалы, сирийский народ в сложившейся ситуации сделал единственно правильный выбор, поддержав партию «Баас».
* * *
В марте 2011 г. в Сирии под влиянием процессов «арабской весны» возник вооруженный конфликт, постепенно переросший в гражданскую войну. По данным ООН, летом 2014 г. количество убитых в этой войне не превышало 200 тыс., четверть из которых составляли женщины и дети. Однако к осени 2015 г. жертвами стали уже более 220 тыс. человек.
Причины сирийского конфликта носят многофакторный характер. Во-первых, это недовольство части населения стагнирующим положением государственности Сирии. Академик В. Наумкин справедливо отмечает, что, помимо всего прочего, «протестное движение против сирийского правительства было порождено социальным недовольством после пятилетней засухи, которая выбросила массу обедневшего сельского населения в города» [12]. Во-вторых, конфликт обострился под влиянием внешних акторов — региональных и западных держав. Именно внешнее вмешательство послужило главной причиной почти пятилетней гражданской войны в Сирии.
30 сентября 2015 г. Б. Асад направил письмо президенту России Владимиру Путину с просьбой об оказании военной помощи. С этого дня ВКС России начали наносить точечные авиаудары по объектам ИГ и другим террористическим группировкам на территории Сирии.
1. Великая Сирия (Биляд аш-Шам) — термин, используемый в историографии народов Востока и обозначающий территорию нынешнего сирийского государства и части сопредельных стран.
2. Ахмедов В. Современная Сирия: история, политика, экономика. М.: Институт востоковедения РАН, 2010. С. 9.
3. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, 2014. С. 161–163.
4. В 2003 г. организация «Братья-мусульмане» была признана Верховным судом России террористической.
5. Васильев А. Пуритане ислама? Ваххабизм и первое государство Саудидов в Аравии (1744/1745–1818). М.: Наука; Главная редакция восточной литературы, 1967. С. 93.
6. Игнатенко А. Халифы без халифата. Исламские неправительственные религиозно-политические организации на Ближнем Востоке: история, идеология, деятельность. М.: Наука, 1988. С. 28–30.
7. Пир-Будагова Э. История Сирии. XX век. М.: Институт востоковедения РАН, 2015. С. 243.
8. Игнатенко А. Указ. соч. М., 1988. С. 31.
9. Ахмедов В. Указ. соч. М., 2010. С. 42.
10. Там же. С. 46.
11. President Bashar Hafez Al-Assad Declared the Winner in Syria’s Recent Multi-Candidate Elections // The Syrian Times (Damascus), 04.06.2014.
12. Конфликты и войны XXI века (Ближний Восток и Северная Африка) / Отв. ред. В.В. Наумкин, Д.Б. Малышева. М.: Институт востоковедения РАН, 2015. С. 29.
(Нет голосов) |
(0 голосов) |