Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 17, Рейтинг: 5)
 (17 голосов)
Поделиться статьей
Константин Асмолов

К.и.н., в.н.с. Центра корейских исследований Института Китая и Современной Азии (ИКСА) РАН

Прошло четыре года, и Ким Чен Ын снова приехал в Россию. То, что первый визит после трех лет противоэпидемической самоизоляции Ким Чен Ын совершает в Россию, — знаковый момент. Заявлен союз на основе анти-гегемонистских ценностей и повышение приоритетности отношений. Насколько — покажет время, хотя бы по итогам октябрьского визита в КНДР Сергея Лаврова.

Москву и Пхеньян объединяет общая угроза, однако на пути укрепления отношений стоят санкции СБ ООН, что ставит Россию в сложное положение. Данную ситуацию можно уподобить балансу весов, где на одной чаше лежит сотрудничество с Северной Кореей, а на другой — риски по линии ООН за нарушение санкций. И сейчас Москва старается соблюдать равновесие: с одной стороны, РФ препятствует введению новых санкций, с другой — ищет в существующих санкциях легальные лазейки, как в истории с запуском спутников КНДР на Байконуре.

Если посмотреть на высказывания первых лиц в рамках визита, то они в большей степени, чем в прошлый визит 2019 г., декларировали союз на основе единых ценностей. Вторая тема высказываний — новый уровень отношений с точки зрения приоритетности. Ким прямо заявил, что сейчас для его страны самым первым приоритетом являются отношения с Российской Федерацией. Это сразу же вызвало вопрос «А что Китай?», ведь многие полагали, что первый визит Кима будет в Пекин. Наиболее вероятная трактовка такова: партнерство с Китаем во многом приближается к идеалу, и визит партийно-правительственной делегации КНР сопровождался традиционной риторикой об исторической дружбе, скрепленной кровью и независящей от политической конъюнктуры. Поэтому теперь можно поставить в первый приоритет отношения с Россией — так же, как в 2018 г., завершив курс «пёнчжин» (параллельное развитие экономики и ВС), Ким объявил, что, поскольку ядерный щит теперь скован, в приоритете будет экономическое развитие. Кроме того, в КНДР, видимо, намерены уменьшить составляющую более 70% оборота долю Китая в своих внешнеэкономических делах за счет наращивания экономического сотрудничества с РФ. Во времена холодной войны Северная Корея также старалась строить свою политику на балансировании между Пекином и Москвой.

Ясно, что по итогам визита КНДР получает много полезного для себя, а какие выгоды от всего этого получит Россия? Если не нарушать санкции всерьез, Северная Корея может предложить мало что, кроме политической поддержки, но такой союзник России нужен по комплексу причин. На Дальнем Востоке у нас не так много союзников. Восточная Азия, по сути, состоит из шести стран, разбитых на два треугольника: Вашингтон — Токио — Сеул и Москва — Пхеньян — Пекин. Демонизация визита Кима в Россию и то, что оружейная сделка Москвы и Пхеньяна воспринимается на Западе или в РК как доказанный совершившийся факт (хотя доказательств нет) — это попытка затенить формирование треугольника Вашингтон — Токио — Сеул, который после трехстороннего саммита в Кэмп-Дэвиде в августе 2023 г. сделал существенный шаг в сторону создания аналога азиатского НАТО. Именно указанные изменения в архитектуре безопасности — повод для переговоров на уровне первых лиц России и КНДР.

Каковы же практические итоги визита? Суть некоторых совместных проектов уже объявлена, в частности будет возобновлена работа межправкомиссии. Также стороны обсудили тему взаимодействия в сфере сельского хозяйства, заявили об активизации сотрудничества в транспортно-логистической сфере (ж/д «Хасан — Раджин», порт Раджин, автомобильное сообщение), со стороны Северной Кореи обозначен интерес к области авиации, транспорта, инфраструктуры, медицины и здравоохранения.

Таким образом, Россия и Северная Корея движутся навстречу друг другу с определенной осторожностью, и большая часть «не случившихся, но ожидавшихся результатов» (оружейная сделка в том виде, в каком о ней писала западная пресса, или официальные заявления о том, что Россия не будет исполнять санкции СБ ООН) представляли собой или мечты энтузиастов, или страшилки вражеской пропаганды.

Прошло четыре года, и Ким Чен Ын снова приехал в Россию. Решение о поездке, возможно, было принято в последний момент, и дело не только в расплывчатых заявлениях о том, что встречи Владимира Путина и Ким Чен Ына на ВЭФ не планируется. Прибытие в Россию такого лидера, как Ким Чен Ын, требует достаточно серьезных мер по обеспечению безопасности, особенно если первое лицо посещает крупный город. К таким вещам обычно готовятся заранее, и именно подобные действия в сфере безопасности обычно бывают хорошим знаком того, что визит готовится. Здесь же этого не было, и, по некоторым сведениям, даже посольство КНДР в Российской Федерации не было о нем осведомлено. Разумеется, это породило определенного рода спекуляции о причинах визита и его повестке. Тем более что визит Ким Чен Ына произошел на интересном политическом фоне.

Во-первых, Ким Чен Ын стартовал в сторону России во второй половине дня 10 сентября. За день до того в КНДР состоялись празднества по поводу 75-летия основания страны, на которые Китай прислал партийно-правительственную делегацию, а Россию представлял Ансамбль песни и пляски имени Александрова при том, что после визита Сергея Шойгу многие специалисты ожидали, что Пхеньян посетит кто-то не менее значимый. Некоторые эксперты пришли к выводу, что в отношениях двух стран наблюдается охлаждение.

Во-вторых, визит прошел на фоне информационного вброса газеты New York Times, в котором утверждалось, что, «по информации американских и союзных источников», Ким Чен Ын планирует поехать в Россию, чтобы встретиться с Владимиром Путиным во Владивостоке, на Восточном экономическом форуме, который пройдет с 10 по 13 сентября. Также он может поехать в Москву, но это неточно. Зато разговор точно пойдет об обменах боеприпасов и вооружений на современные технологии для развития атомного подводного флота КНДР.

Белый дом отказался обсуждать новые разведданные, но его представитель Джон Кирби заявил, что переговоры на высоком уровне о военном сотрудничестве между двумя странами «активно продвигаются», а пресс-секретарь Совета национальной безопасности Эдриен Уотсон признала, что Соединенные Штаты ожидают «дипломатического взаимодействия на уровне лидеров», и призвала Пхеньян «прекратить переговоры по оружию с Россией и соблюдать взятые на себя публичные обязательства не поставлять и не продавать оружие России». После этого Дмитрий Песков заявил, что ему пока нечего сказать на эту тему, а местные власти Приморья или руководство Дальневосточной железной дороги утверждали, что официальной информации о возможном визите не получали. В Пхеньяне информацию о визите также не комментировали.

Хотя космодром Восточный указывался как одно из мест встречи, появление подобного рода информации могло иметь две взаимодополняющие друг друга причины. Первая заключается в том, что журналисты выдали за горячую новость разумно звучащий прогноз. Тренд на укрепление сотрудничества Москвы и Пхеньяна был виден после того, как Ким встретился с Сергеем Шойгу, а значит, вероятен и саммит. Скорее Ким полетит в Россию, чем Путин посетит Пхеньян, а потому разумно предполагать, что если визит состоится в ближайшее время, то с учетом плотного графика поездок российского президента Киму резонно приехать на ВЭФ. Если же по какой-то причине визит не состоится, то всегда можно заявить, что лелеющие коварные планы лидеры перенесли встречу после того, как ее план был предан огласке доблестными журналистами.

Вторая причина вброса — демонизация контактов РФ и КНДР, в которой New York Times также участвует. Ранее со ссылкой на данные американской разведки газета сообщала, что Россия (точнее, ЧВК «Вагнер») якобы закупает у Северной Кореи миллионы артиллерийских снарядов и ракет, несмотря на невозможность подобных поставок даже чисто с технической точки зрения.

Конкретно этот вброс преследовал несколько целей:

  • Залить одной банкой черной краски два режима, ибо один из признаков государства зла или страны-изгоя — это дружба с другими изгоями.
  • Намекнуть, что раз у Кима просят оружие, СВО терпит существенные трудности, и без северокорейской помощи Россия не может перейти к решительным действиям.
  • Подтолкнуть руководство Южной Кореи, которая до сих пор не изменила свою позицию в отношении поставок на Украину вооружений и военной техники. Ведь если Северная Корея поставляет оружие России, Южная Корея имеет право пересмотреть свою политику и начать помогать Украине в аналогичном размере.
  • Но главная цель заключается в том, что создание информационного фона, где Пхеньян и Москва крепят сотрудничество, замышляя что-то страшное, и с этим надо что-то делать, оттеняет или оправдывает создание союза «Вашингтон — Токио — Сеул».

Между тем, если мы проанализируем, как в Северо-Восточной Азии создаются два треугольника, то «Южный» (Вашингтон — Сеул — Токио) институционально продвинулся значительно дальше после тройственного саммита в Кэмп-Дэвиде 18 августа 2023 г. Принятые там документы имеют откровенно антисеверокорейскую направленность, а отсутствие в них разделов военной помощи объясняется тем, что они давно существуют в иных документах, которые «дух и принципы» Кэмп-Дэвида не отменяют, а дополняют. Например, в Договоре о взаимной обороне, который США и РК заключили между собой в 1953 г. Для сравнения, в гипотетическом треугольнике Москва — Пекин — Пхеньян договор, который предполагает военную помощь, существует только между КНР и КНДР, причем трактовки этого договора варьировались в зависимости от состояния отношений двух стран.

Как писала в преддверии саммита консервативная южнокорейская газета Korea Herald, «конфронтация между свободным миром и авторитарными диктатурами, похоже, обостряется по мере того, как Северная Корея, Китай и Россия открыто демонстрируют свою солидарность». Поэтому саммит в Кэмп-Дэвиде должен «выработать меры не только по укреплению стратегии расширенного сдерживания США против угроз безопасности со стороны Северной Кореи, но и по борьбе с укрепляющимся единством трех автократических стран, обладающих ядерным оружием». А западный исследователь Федерико Джулиани вообще назвал сближение Пекина, Пхеньяна и Москвы «треугольником смерти». Складывание в Восточной Азии подобной структуры — достаточный повод для первых лиц РФ и КНДР обсудить ситуацию и определить комплексные меры противодействия.

Переговоры Кима и Путина длились более пяти часов, и большая часть проходила тет-а-тет. Это порождает определенные спекуляции, однако мы будем ориентироваться, с одной стороны, на состав делегаций, а с другой — на заявления, которые были сделаны публично. Из фотографий «проводов» Ким Чен Ына на вокзале в Пхеньяне следовало, что, помимо дипломатов, главу Северной Кореи в ходе его официального визита в Россию сопровождали как минимум заместитель председателя Центрального военного комитета партии Ли Бён Чхоль, бывший зампредседателя ЦВК и секретарь ЦК ТПК Пак Чон Чхон (два первых лица в военной иерархии страны) и секретарь ЦК ТПК Пак Тхэ Сон (возглавляет Чрезвычайный государственный комитет космических наук и технологий, курирует спутниковую программу, а также отвечает за науку и образование), командующий ВМС Ким Мён Сик, заведующий отделом оборонной промышленности Чо Чхун Рён, командующий ВВС Ким Гван Хёк, секретарь ЦК ТПК О Су Ён, который занимается экономическими вопросами, вице-премьер Пак Хун.

Непосредственно с Путиным, судя по российским источникам, помимо Ким Чен Ына и представителей МИД встречались Пак Чхон Чхон, министр обороны Кан Сун Нам, О Су Ён, и Пак Тхэ Сон. С российской стороны присутствовало несколько лиц в ранге зампреда правительства. Это министр промышленности и торговли Денис Мантуров, полномочный представитель президента в ДФО Юрий Трутнев, который на каком-то этапе возглавлял межправкомиссию, Марат Хуснуллин, который еще в сентябре 2022 г. допускал привлечение северокорейских строителей, и Алексей Оверчук, занимающийся, в частности, координацией внешнеэкономических связей. Кроме этого, присутствовали министр обороны Сергей Шойгу, министр транспорта Виталий Савельев, гендиректор Роскосмоса Юрий Борисов, и министр природных ресурсов и экологии (ранее — министр по развитию Арктики и Дальнего Востока) Александр Козлов, который на данный момент является председателем российской части межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству между РФ и КНДР. Заместитель министра обороны Алексей Криворучко, который курирует вопросы организации военно-технического обеспечения ВС РФ и планирование развития вооружения, военной и специальной техники, отсутствовал.

Такой состав предполагает следующие направления обсуждения, помимо «откровенного обмена мнениями» о развитии двусторонних отношений, ситуации на Корейском полуострове, мировой политике и т.п.

  • Экономическое сотрудничество с упором на поиск способов вернуть в РФ северокорейскую рабсилу.
  • Военно-техническое сотрудничество, причем не поставки снарядов, о которых договорились бы и не первые лица, а что-то интереснее.
  • Сотрудничество в области освоения космоса, благо, помимо военного назначения, свой спутник дает Пхеньяну важную возможность самостоятельного обеспечения власти геоинформационными услугами в отсутствие доступа к иностранным космическим сервисам из-за санкций. Это и контроль, и прогнозирование урожаев за счет контроля качества и количества растительности по спутниковым снимкам, и отслеживание состояния лесного фонда, крупных строительных работ, состояния водоемов, движения тайфунов и т.д.
  • Инфраструктурные проекты вплоть до постройки трансграничного автомобильного моста, так как пока между РФ и КНДР существует только железнодорожное сообщение.

Если же посмотреть на высказывания первых лиц, то они в большей степени, чем в прошлый визит 2019 г., декларировали союз на основе единых ценностей. «Сейчас Россия поднялась на священную борьбу для защиты своего государственного суверенитета и своей безопасности в борьбе с гегемонистическими силами, которые противостоят России … мы всегда поддерживали и поддерживаем все решения президента Путина, решения правительства России. Я надеюсь, что мы всегда будем вместе в борьбе против империализма и [в деле] строительства суверенного государства», — заявил Ким Чен Ын в начале переговоров с Путиным. Здесь необходимо сделать важную ремарку — суть северокорейской идеологии «чучхэ» лучше всего переводить как «суверенность», так что построение и обеспечение суверенитета оказывается важной ценностной, идеологической основой союза двух стран.

Кроме того, лидер КНДР указал, что его визит в Россию проходит в «особое время», и выразил уверенность в том, что «российская армия и народ непременно одержат великую победу в священной борьбе за наказание сборища зла, претендующего на гегемонию и питающего экспансионистские иллюзии». Это не просто поддержка СВО, это сакрализация борьбы, не уступающая заявлениям некоторых американских лидеров, которые тоже борются со злом, видя в себе инструмент провидения.

Вторая тема высказываний — новый уровень отношений с точки зрения приоритетности. Еще по прибытию на станцию Хасан Ким Чен Ын заявил, что его первый за четыре года визит в Россию демонстрирует важность стратегических отношений между Москвой и Пхеньяном, а Центральное телеграфное агентство Кореи (ЦТАК) называло целью визита «продвижение отношений дружбы и сотрудничества между Северной Кореей и Россией на новую высоту». Позднее Ким прямо заявил, что «наша дружба имеет глубокие корни, и сейчас для нашей страны самым первым приоритетом являются отношения с Российской Федерацией». Это сразу же вызвало вопрос «А что Китай?», ведь многие полагали, что первый визит Кима будет в Пекин.

Наиболее вероятная трактовка этой фразы Ким Чен Ына такова: партнерство с Китаем во многом приближается к идеалу, и визит партийно-правительственной делегации КНР сопровождался традиционной риторикой об исторической дружбе, скрепленной кровью и независящей от политической конъюнктуры. Поэтому теперь можно поставить в первый приоритет отношения с Россией — так же, как в 2018 г., завершив курс «пёнчжин» (параллельное развитие экономики и ВС), Ким объявил, что, поскольку ядерный щит теперь скован, в приоритете будет экономическое развитие.

Кроме того, в КНДР, видимо, намерены уменьшить составляющую более 70% оборота долю Китая в своих внешнеэкономических делах за счет наращивания экономического сотрудничества с РФ. Во времена холодной войны Северная Корея старалась строить свою политику на балансировании между Пекином и Москвой.

Каковы практические итоги визита? Суть некоторых совместных проектов уже объявлена, в частности будет возобновлена работа межправкомиссии, а в октябре 2023 г. планируется визит в КНДР Сергея Лаврова. Также стороны обсудили тему взаимодействия в сфере сельского хозяйства, заявили об активизации сотрудничества в транспортно-логистической сфере (ж/д «Хасан — Раджин», порт Раджин, автомобильное сообщение), со стороны Северной Кореи обозначен интерес к области авиации, транспорта, инфраструктуры, медицины и здравоохранения.

Особенно хочется отметить проект содействия КНДР в создании космических спутников и развитии космической программы, согласно которому северокорейские спутники будут запускаться на российских ракетоносителях. Резолюции СБ ООН запрещают КНДР запускать любые варианты собственных баллистических ракет, но про запуск на чужой ракете там ничего не сказано.

Но аудиторию, судя по всему, скорее волнуют следующие вопросы:

  • Как скоро Россия перестанет соблюдать санкции СБ ООН, которые мешают сотрудничеству?
  • Включает ли военно-техническое сотрудничество пресловутое «снаряды в обмен на продовольствие» (как вариант, военные технологии) или даже отправку на СВО военнослужащих КНА?
  • Ясно, что по итогам визита КНДР получает много полезного для себя, а какие выгоды от всего этого получит Россия?

Что ж, ответим по пунктам, начав с проблемы санкций, которая в стратегическом смысле связана с представлениями о том, что такое пресловутая «глобальная турбулентность». На это есть два взгляда. С одной стороны, мы вошли в новый мировой порядок, контуры которого еще не определены. Старый же будет постепенно распадаться, и связанные с ним феномены, включая санкции СБ ООН, будут постепенно терять приоритетность. Однако неизвестность пугает больше, и оттого есть и иное мнение: рано или поздно тряска закончится, и мы вернемся в мир, где соблюдение резолюций СБ ООН — признак ответственной державы.

Добавим к этому периодически озвучиваемые рассуждения некоторых представителей Запада о том, что Россию надо всерьез окоротить, лишив ее права вето как страну-агрессора и страну, которая демонстративно нарушает санкции, за которые сама голосовала (тут имеется в виду и гипотетическая оружейная сделка, и открытое экономическое сотрудничество в нарушение иных статей резолюции). Добавлять аргументы сторонникам этой позиции Москва не хочет.

Поэтому ситуацию можно уподобить балансу весов: где на одной чаше лежит сотрудничество с Северной Кореей, на другой — риски по линии ООН за нарушение санкций. И сейчас Москва старается соблюдать равновесие. С одной стороны, РФ препятствует введению новых санкций. После совместного российско-китайского вето 26 мая 2022 г. все попытки шельмования КНДР через СБ ООН (по ракетной или правозащитной тематике) были остановлены. С другой стороны, в существующих санкциях ищут легальные лазейки, как в истории с запуском спутников КНДР на Байконуре. Так что пока о прямом нарушении санкций речь пока не идет, но, как отметил В.В. Путин, «Россия соблюдает действующие ограничения на военно-техническое сотрудничество с Северной Кореей, но в рамках действующих правил есть и возможности».

Перейдем теперь к военно-техническому сотрудничеству. Как объяснил Путин, «лидер КНДР проявляет большой интерес к ракетной технике, отчего саммит было решено провести на космодроме». А когда президента РФ спросили, будет ли на переговорах обсуждаться военно-техническое сотрудничество, он ответил: «Поговорим по всем вопросам не спеша. Время есть».

Тут важно обратить внимание, что военно-техническое сотрудничество не ограничивается торговлей оружием, а в нынешней непростой региональной ситуации ракеты и снаряды скорее будут нужны Пхеньяну, ибо его арсенал не бесконечен. Аналогично считает и посол РФ в Пхеньяне Александр Мацегора: «Северная Корея не может поставлять России оружие, поскольку сама находится в такой сложной, фактически предвоенной обстановке». Поэтому растиражированное предположение о том, что главной темой переговоров будет снарядная сделка, представляется некорректным — обсуждение этих вопросов не уровень первых лиц. Помимо того, потенциальное использование северокорейской техники усложняется из-за необходимости переобучения специалистов, языковых сложностей и затрудненной транспортной логистикой — направлять снаряды из Северной Кореи в Россию можно только через один железнодорожный мост, который находится под наблюдением разведывательных спутников США. Да, многое из арсенала КНДР нашло бы свое место в конфликтах класса СВО, что неоднократно подчеркивалось разными российскими экспертами. Но попасться на торговле оружием такого масштаба несложно, а этого, судя по пунктам выше, Москва на данный момент не желает.

Еще менее вероятно участие в СВО северокорейских военнослужащих. На это есть несколько причин. Во-первых, их присутствие создает много дополнительных проблем, от языковых до логистических. Во-вторых, российское общественное мнение вряд ли воспримет появление северокорейцев благосклонно. Доминирующей мыслью будет то, что Москва не может решить этот сугубо внутренний конфликт сама и, теряя лицо, привлекает союзников с достаточно одиозной репутацией. В-третьих, интернационализация конфликта с российской стороны открывает аналогичные возможности для стран НАТО, которые получают повод также направить на помощь Украине свои воинские части.

Наконец, о российской выгоде от сотрудничества с КНДР. Да, если не нарушать санкции всерьез, Северная Корея может предложить мало что, кроме политической поддержки, но такой союзник России нужен по комплексу причин. Первый важный момент заключается в том, что на Дальнем Востоке у нас не так много союзников. Восточная Азия, по сути, состоит из шести стран, разбитых на два треугольника: Вашингтон — Токио — Сеул и Москва — Пхеньян — Пекин. Так, Север оказывается с Россией «в одном окопе», объединенной общей угрозой.

Второй момент заключается в том, что Северная Корея играет своего рода роль геополитического буфера, благодаря которому американские войска не стоят на границе с РФ. Исчезновение КНДР с карты мира несет Москве много проблем. Особенно в условиях растущего тренда на конфронтацию в треугольнике РФ — КНР — США.

Третий момент: политический вес страны представляет собой комплексный потенциал, который включает в себя и военный потенциал. И здесь вспомним, что Северная Корея имеет четвертую армию в мире по численности, водородную бомбу (которой нет, например, у Великобритании) и развитый арсенал средств доставки. Это серьезный союзник.

Наконец, обратим внимание на риторику Ким Чен Ына. Говоря о борьбе со злом, он демонстрировал желание построить союз на основе общих ценностей, в рамках которых Москва и Пхеньян выступают за истинно свободный миропорядок и право на самостоятельную политику в противовес американской гегемонии. А когда политика начинает осуществляться из логики противостояния ценностей, соображения экономической выгоды отходят на второй план. Иначе бы богатые страны не воевали друг с другом.

***

То, что первый визит после трех лет противоэпидемической самоизоляции Ким Чен Ын совершает в Россию, — в любом случае знаковый момент. Заявлен союз на основе анти-гегемонистских ценностей и повышение приоритетности отношений. Насколько — покажет время, хотя бы по итогам октябрьского визита в КНДР Сергея Лаврова. Демонизация визита и то, что оружейная сделка Москвы и Пхеньяна воспринимается на Западе или в РК как доказанный совершившийся факт (хотя доказательств нет) — это попытка затенить формирование треугольника Вашингтон — Токио — Сеул, который после трехстороннего саммита в Кэмп-Дэвиде сделал существенный шаг в сторону создания аналога азиатского НАТО с поправкой на новые форматы нового века.

Именно указанные изменения в архитектуре безопасности — повод для переговоров первых лиц. Иное можно было бы обсудить и чиновниками меньшего ранга. Создание южного треугольника под предлогом угрозы с севера вызовет эффект самосбывающегося пророчества. Москву и Пхеньян объединяет общая угроза. Однако на пути укрепления отношений стоят санкции СБ ООН, что ставит Москву в сложное положение: на одной чаше весов выгода от сотрудничества с Севером, на другой — рестрикции, если РФ будет открыто нарушать санкции, за которые она голосовала. Не стоит добавлять аргументов сторонникам лишения РФ права вето — эти разговоры ведутся давно, однако для перевода дела в практическую плоскость нужен повод. Поэтому РФ (по меньшей мере пока) не столько перестает соблюдать санкции СБ ООН, сколько ищет в них лазейки. Северокорейские спутники на российских ракетах — решение, которое остроумно обходит запрет КНДР на запуск собственных ракет-носителей. А военно-техническое сотрудничество имеет много форм, не только поставки оружия.

Таким образом, Россия и Северная Корея движутся навстречу друг другу с определенной осторожностью, и большая часть «не случившихся, но ожидавшихся результатов» (оружейная сделка в том виде, в каком о ней писала западная пресса, или официальные заявления о том, что Россия не будет исполнять санкции СБ ООН) представляли собой или мечты энтузиастов, или страшилки вражеской пропаганды.


(Голосов: 17, Рейтинг: 5)
 (17 голосов)

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
 
Социальная сеть запрещена в РФ
Социальная сеть запрещена в РФ
Бизнесу
Исследователям
Учащимся