Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 19, Рейтинг: 4.84)
 (19 голосов)
Поделиться статьей
Алексей Наумов

Американист, руководитель отдела «Мир» Lenta.ru, эксперт РСМД

В первые два года президентства Трампа разговоры об импичменте носили скорее мобилизующий характер для избирателей-демократов: в серьезность намерений при республиканском контроле Палаты представителей и Сената никто не верил. Все изменилось после промежуточных выборов в ноябре 2018 г., на которых демократам удалось отвоевать большинство в нижней палате Конгресса. Сделав это, они получили возможность объявить президенту импичмент — для этого необходимо получить простое большинство голосов Палаты представителей, после чего рассмотрение дела переходит в ведение Конгресса. Но демократы пока не спешат — после выборов они бросили все силы на то, чтобы выглядеть «партией реальных дел» и не заявляют о намерении отрешить президента от власти.

Такой позиции можно найти несколько причин.

1. Опросы показывают: избиратели хотят, чтобы политики в первую очередь решали насущные проблемы (растущие цены на лекарства, ветшающая инфраструктура, разгул наркомании и пр.), а не занимались «политическим реслингом». Американцы требуют от Конгресса расследования вероятных махинаций Трампа и продолжения работы комиссии Мюллера, но импичмент, хоть и желаем демократами, находится во второй десятке наиболее важных требований к законодателям.

2. Демократическая партия переживает идеологический кризис, тянущийся еще с поражения на президентских выборах в 2016 г. Если в результате медийных войн республиканцы сплотились вокруг президента, то Демократическая партия сейчас стоит на грани раскола, и долгие препирательства с хозяином Белого дома могут привести к «левому перевороту».

3. Попытка импичмента скорее всего будет обречена на провал. В Сенате сейчас 53 республиканца и 47 демократов, а также голосующие вместе с ними независимые политики. Для отрешения от власти нужно две трети голосов, и ожидать, что 20 республиканцев проголосуют против главы собственной партии можно только в одном случае: если расследование Мюллера в обозримые сроки представит ясные и четкие доказательства совершения Трампом преступлений, что маловероятно.

4. История импичментов в США научила законодателей: принудительное отрешение президента от власти возможно только при наличии нескольких важных обстоятельств. Импичмент Никсона задал своего рода золотой стандарт отрешения президента от власти: оно должно происходить из-за действительно крупного проступка (затрагивающего основы государственного строя), и быть результатом политического консенсуса обеих крупных партий. Пока ситуация Трампа не похожа на ситуацию Никсона хотя бы потому, что у противников нынешнего хозяина Белого дома нет «дымящегося пистолета» — неопровержимой улики его вовлеченности в преступление.

Противостояние продолжается, и конца ему не видно: вот только демократы страдают от него куда больше, чем республиканцы. Вся надежда на тот самый «дымящийся пистолет», который уже скоро может предъявить комиссия Мюллера: он, вероятно, станет и концом Трампа, и одновременно — спасательным кругом для раздираемой изнутри Демократической партии. Пока же любые попытки импичмента обречены на провал.

Партия дел и кандидаты от народа

Говорим «Трамп» — подразумеваем «импичмент», говорим «импичмент», подразумеваем «Трамп». Разговоры о принудительном отрешении нынешнего американского президента от власти ведутся, пожалуй, с самого момента его избрания. Среди прегрешений хозяина Белого дома называют не только «действия в интересах России» и воспрепятствование правосудию, но и назначение дочери и ее мужа на официальные посты, вывод войск из Сирии, разлучение родителей-нелегалов с их детьми на южной границе и многое другое.

В первые два года президентства Трампа разговоры об импичменте носили скорее мобилизующий характер для избирателей-демократов: в серьезность намерений при республиканском контроле Палаты представителей и Сената никто не верил.

Все изменилось после промежуточных выборов в ноябре 2018 г., на которых демократам удалось отвоевать большинство в нижней палате Конгресса. Сделав это, они получили возможность объявить президенту импичмент — для этого необходимо получить простое большинство голосов Палаты представителей, после чего рассмотрение дела переходит в ведение Конгресса, который и уполномочен отрешить президента от власти двумя третями голосов.

Впрочем, все оказалось не так просто: несмотря на то, что накануне выборов 75% демократов и почти половина американцев поддерживали предъявление президенту официальных обвинений, Демократическая партия не делала на это упор в предвыборный период. По всей стране многие члены партии, претендующие на выборные должности, отвечали как один примерно следующее: «Сначала свое расследование должна завершить комиссия спецпрокурора Роберта Мюллера, и только затем эту идею можно будет обсуждать».

После победы в Палате представителей ее будущий спикер Нэнси Пелоси сразу заявила: «Мы будем стараться действовать исходя из принципов двухпартийности: мы верим, что у нас есть обязанность искать точки соприкосновения там, где это возможно. Там, где такой возможности нет, мы будем отстаивать свои позиции». Демократы и после выборов бросили все силы на то, чтобы выглядеть «партией реальных дел».

Такому нежеланию говорить о намерении отрешить президента от власти можно найти несколько причин. Во-первых, опросы показывают: избиратели хотят, чтобы политики в первую очередь решали насущные проблемы (растущие цены на лекарства, ветшающая инфраструктура, разгул наркомании и пр.), а не занимались «политическим реслингом». Американцы требуют от Конгресса расследования вероятных махинаций Трампа и продолжения работы комиссии Мюллера, но импичмент, хоть и желаем демократами, находится во второй десятке наиболее важных требований к законодателям.

Во-вторых, Демократическая партия переживает идеологический кризис, тянущийся еще с поражения на президентских выборах в 2016 г. Тогда кандидат партийного истеблишмента Хиллари Клинтон поставила весь аппарат партии на службу своей кампании и все равно проиграла республиканцу Трампу с зашкаливающим антирейтингом. Сторонники кандидата наиболее радикальных и энергичных низов Берни Сандерса, потерпевшего поражение во внутрипартийном голосовании, посчитали, что именно Клинтон виновата в поражении своего кумира, который, по их мнению, мог бы одолеть Трампа. Дошло до того, что каждый десятый сторонник Сандерса проголосовал за республиканца, исходя из логики «кто угодно, лишь бы не кандидат истеблишмента».

Вместе с тем на промежуточных выборах именно идеологические наследники «сандеристас», пусть и видоизменившиеся, добились первых успехов, продвинув своих кандидатов и в Палату представителей, где те немедленно принялись действовать.

Центристке Нэнси Пелоси удалось сохранить за собой пост спикера — она одолела внутрипартийную левую оппозицию, члены которой высказывали сомнения в целесообразности ее поддержки. Тем не менее в остальном борьба с прогрессивистами, пришедшими к власти после промежуточных выборов, и их идеологией проходит не очень гладко.

В начале года одна из левых звезд нового набора конгрессменов — мусульманка, американка палестинского происхождения Рашида Тлаиб — на митинге вспомнила день победы на выборах и повторила сказанную тогда сыну фразу «Детка, мы возьмем и объявим импичмент этому <...>!» (конгрессвумен использовала оскорбительный термин). А потом не только не извинилась, но оправдалась в Twitter («Я всегда буду говорить правду тем, кто у власти! #беззастенчиваяЯ») и даже написала колонку, где как факт подала совершение Трампом семи проступков и преступлений, за которые его следовало бы отрешить от власти (например, за воспрепятствование правосудию, злоупотребление правом на помилование, попытку использовать силовые структуры для преследования политических оппонентов и др.).

Другая коллега Тлаиб, звезда нового созыва — Александрия Окасио-Кортес — вознамерилась подорвать партию изнутри. Вместе с поддержавшим ее на выборах комитетом политических действий «Демократы за справедливость» (чьей целью открыто провозглашается «замена всех поддерживаемых корпорацией членов Конгресса» на своего рода «кандидатов от народа») она открыто обсуждает, кого бы из коллег следовало заменить более прогрессивным, левым и народным кандидатом, и как это лучше сделать.

В-третьих, попытка импичмента скорее всего будет обречена на провал. В Сенате сейчас 53 республиканца и 47 демократов, а также голосующие вместе с ними независимые политики. Для отрешения от власти нужно две трети голосов, и ожидать, что 20 республиканцев проголосуют против главы собственной партии можно только в одном случае: если расследование Мюллера в обозримые сроки представит ясные и четкие доказательства совершения Трампом преступлений, что маловероятно.

По закону, Мюллер должен предоставить свой отчет генеральному прокурору (этот пост сейчас вакантен), но Сенат скорее всего утвердит трамповского номинанта Уильяма Барра. В отчете Мюллера должно быть разъяснено, почему спецпрокурор решил предъявлять или не предъявлять обвинения поименованным там лицам. Это может быть как многостраничный отчет, так и список фамилий с кратким объяснением.

Доклад будет секретным, и Барр уже пообещал, что составит на его основе другой документ, который представит законодателям и общественности. Но по закону в нем должно быть только сообщение об окончании расследования и комментарий по тем случаям, когда генпрокурор и его заместитель сочли решения спецпрокурора необоснованными.

В общем и целом, результаты расследования, особенно если они касаются людей, которым обвинения не предъявляются — информация для внутреннего пользования, а не внешнего, и публика может так и не найти в финальном отчете Барра ничего однозначно инкриминирующего Трампа. Если же Конгресс решит обязать Мюллера отчитаться, выписав ему повестку, президент может приказать Министерству юстиции ее не исполнять — и это приведет к судебной тяжбе, которая может затянуться на годы.

В-четвертых, история импичментов в США научила законодателей: принудительное отрешение президента от власти возможно только при наличии нескольких важных обстоятельств.

Уроки истории

Впервые в американской истории импичменту подвергся президент Эндрю Джонсон, пришедший к власти волею судеб после убийства Авраама Линкольна в 1865 г. Линкольн выбрал его вице-президентом в знак примирения только прошедшей через гражданскую войну страны — Джонсон был единственным сенатором от «отколовшегося» южного штата, который не отказался от своего поста и поддержал Север во время конфликта.

Став президентом, Джонсон предложил фактически побежденным южным штатам самим проводить выборы: в результате к власти вновь пришли многие прежние лидеры, начавшие политику ограничения прав только что освобожденных негров. Когда сенаторы отказались заседать вместе с представителями этих штатов и попытались ограничить их права, Джонсон наложил вето на эти поползновения, которое, однако, было преодолено. Он вошел в открытое противостояние с Конгрессом, который взял за правило преодолевать любое его вето.

Поддерживая «своих» кандидатов на промежуточных выборах, он сравнивал себя с Иисусом Христом и именовал своих оппонентов предателями. Законодатели даже приняли специальный закон, который запрещал президенту увольнять правительственных назначенцев, пока Сенат не утвердит им замену: так они хотели защитить политическое наследие Линкольна. Президент демонстративно нарушил новый закон и, соответственно, столкнулся с местью законодателей.

Впрочем, все закончилось хорошо: импичмент ему объявили без всяких проблем, и вопрос о признании его виновным перешел в ведение Сената. Джонсон дал им понять, что все понимает и не будет препятствовать их политике реконструкции Юга, к тому же править ему остался всего год. Президента оправдали.

Неудавшийся импичмент Джонсона, однако, многому научил американских политиков: если бы он состоялся, над каждым президентом в случае несогласия с законодателями висел бы дамоклов меч отрешения от власти. То есть Конгресс мог бы просто свергать неугодных ему президентов, выйдя за рамки системы сдержек и противовесов.

Вторым президентом, испытавшим на себе силу импичмента, стал Ричард Никсон. Его репутация еще со времен работы конгрессменом оставляла желать лучшего — он был активным участником антикоммунистической «охоты на ведьм», дружил с одиозным сенатором Джозефом Маккарти и не чурался сомнительных методов политической борьбы.

«Сопротивление» его правлению сформировалось вполне сравнимое с антитрамповским, но призывы к импичменту во время первого срока выглядели совершенно абсурдными — президент пользовался популярностью, и никаких инкриминирующих его доказательств не было. В 1972 г. патриотично настроенные журналисты New York Times даже пытались помешать напечатать оплаченную политиками-противниками войны во Вьетнаме рекламу резолюции об импичменте. Несмотря на то, что к тому времени Никсон уже нарушил закон — например, приказал прослушивать некоторых журналистов и чиновников — общественное мнение было на его стороне.

Все изменилось, когда начался процесс над взломщиками, установившими жучки в штабе Демократической партии, а сенатский комитет, созданный для расследования Уотергейтскго скандала, стал вести телетрансляции. За 1973 год число желающих импичмента президента превысило число одобряющих его деятельность, а к моменту ухода Никсона 57 американцев выступали против президента, и лишь 24% выступили за него.

Опальный президент ушел сам, Сенат не выносил ему вердикта: но процесс импичмента Никсона имел ряд важных особенностей. Ему не предъявляли обвинений за войну во Вьетнаме или за налоговые махинации — лишь за то, что он препятствовал правосудию (такое же обвинение сейчас, кстати, выдвигают против Трампа), злоупотреблял властью и игнорировал повестки, выписываемые Конгрессом.

Кроме того, в то время и демократы, и республиканцы выступали за импичмент. Именно сенатские республиканцы предупредили хозяина Белого дома, что вердикт будет обвинительным, и ему лучше уйти самостоятельно.

Можно сказать, что импичмент Никсона задал своего рода золотой стандарт отрешения президента от власти: оно должно происходить из-за действительно крупного проступка (затрагивающего основы государственного строя), и быть результатом политического консенсуса обеих крупных партий.

Излишним будет говорить, что в случае с попыткой лишить власти Билла Клинтона все было совершенно не так. Очевидной была партийная направленность расследования — республиканцы хотели поквитаться с ненавистным им президентом-демократом, да и причина выглядела не слишком убедительно: ложь по поводу любовницы. Республиканцы провалили не только импичмент (Сенат Клинтона оправдал), но и промежуточные выборы. Вместе с тем рейтинг президента в итоге только вырос.

Маятник импичмента

Пока ситуация Трампа не похожа на ситуацию Никсона хотя бы потому, что у противников нынешнего хозяина Белого дома нет «дымящегося пистолета» — неопровержимой улики его вовлеченности в преступление. Для Никсона этим «пистолетом» стала аудиозапись, на которой он приказывает своим соратникам связаться с главой ЦРУ и его заместителем и попросить их надавить на главу ФБР, чтобы бюро приостановило расследование Уотергейтского дела. После публикации этой пленки от опозоренного президента отвернулись даже однопартийцы.

Не грозит Трампу и партийный раскол — на начало января его деятельность стоят с президентом плечом к плечу. По их словам, избиратели консервативных взглядов хотят возобновления работы правительства, однако ничуть не меньше (если не больше) они хотят строительства стены на границе с Мексикой. «Я буду рассматривать только те документы, подпись под которыми изъявит желание поставить президент» — выразил общую для республиканцев верхней палаты позицию сенатор от Индианы Тодд Янг.

Все это ставит Демократическую партию в сложное положение. С одной стороны, ее избиратели требуют планомерной работы: снижать цены на лекарства, бороться с изменениями климата, защищать нелегалов, прибывших в страну еще детьми, менять налоговую систему и в целом отстаивать интересы народа. С другой стороны, на нее давит радикальное левое крыло: оно хочет резкого повышения налогов на богатых, бесплатного образования и здравоохранения, легализации марихуаны и масштабной реформы полиции. Средний демократический избиратель пока совсем не готов подписаться под всеми этими предложениями.

В этой связи у Демократической партии есть два варианта решения проблемы. Первый, наиболее безопасный — попытаться пересидеть Трампа и дождаться 2020 г. Для этого партийному ядру надо будет показать, что левый поворот — не выход, и эффективно добиваться поставленных избирателями целей. Это будет непросто: консенсус между двумя партиями есть лишь по паре вопросов. У демократов есть план завалить администрацию и правительство повестками, заставляя их отчитываться по сотне разных поводов: от связей администрации Трампа с Россией до причин вывода войск из Сирии.

С одной стороны, это отвечает запросу рядовых демократов на контроль за администрацией Трампа, а с другой — такая открытая война с собственным президентом и его назначенцами вряд ли поможет партии реализовывать хоть какие-то иные пожелания избирателей. В этом случае в 2020 г. вполне возможно, что истеблишмент внутри партии проиграет молодым левым энтузиастам, которые обеспечат победу своему кандидату на праймериз, выведут его на федеральный уровень и дадут ему право бороться с республиканцем за президентский пост.

Второй вариант — попытаться добиваться импичмента президента, тем более пресса постоянно публикует все новые сенсационные подробности про хозяина Белого дома. Сначала New York Times опубликовала новость: по сведениям ее источников, вскоре после увольнения Трампом главы ФБР Джеймса Коми (9 мая 2017 г.) спецслужба начала расследование с целью выявления факта работы американского президента на Россию. Агенты даже хотели выяснить, сознательно ли республиканец работал на Москву, или попал под ее влияние неосознанно. Позднее это расследование было передано под контроль Мюллера.

Следом сенсацией разразилась Washington Post: по данным ее источников, после встречи с Путиным в Гамбурге в 2017 г. Трамп забрал у переводчика его записи и запретил рассказывать о них, а во время второй встречи там же беседовал с ним один, полагаясь на кремлевского переводчика. В итоге у правительства США нет стенограммы пяти разговоров Путина и Трампа за минувшие два года.

Публикация этих историй вызвала полемику в американском обществе: журналисты и эксперты вспомнили, что в 2018 г. во время встречи в Хельсинки Трамп и Путин два часа говорили лишь в присутствии переводчиков. При этом после встречи не было пресс-релиза или коммюнике, а российская сторона заявила о достижении ряда договоренностей (американская при этом хранила молчание).

Эти публикации появились в первой половине января, в самый разгар «шатдауна», и пришлись к месту: очевидно, что обе стороны повышают ставки. Демократы ни в какую не принимают предложения Трампа по строительству стены, а президент готов обсуждать уступки, но только в случае согласования его мегапроекта.

Вот только республиканцы сплотились вокруг президента, а Демократическая партия стоит на грани раскола, и долгие препирательства с хозяином Белого дома могут привести к «левому перевороту». Если же противники главы государства решатся на импичмент, им практически гарантирован провал: сейчас мало того, что нет никакого «дымящегося пистолета» — по крайней мере, пока — но и раскола в рядах Республиканской партии.

Демократы пытаются всеми силами найти зацепку для запуска процедуры импичмента, но пока ничего не выходит. Недавно BuzzFeed опубликовал инсайд со ссылкой на комиссию Мюллера. Журналисты выяснили, что Трамп якобы приказал своему адвокату Майклу Коэну солгать перед Конгрессом — и это вполне можно трактовать как воспрепятствование правосудию. В итоге сама комиссия Мюллера выступила с опровержением этой информации, хотя обычно соратники бывшего генпрокурора чрезвычайно молчаливы.

Противостояние продолжается, и конца ему не видно: вот только демократы страдают от него куда больше, чем республиканцы. Вся надежда на тот самый «дымящийся пистолет», который уже скоро может предъявить комиссия Мюллера: он, вероятно, станет и концом Трампа, и одновременно — спасательным кругом для раздираемой изнутри Демократической партии. Пока же любые попытки импичмента обречены на провал.

Оценить статью
(Голосов: 19, Рейтинг: 4.84)
 (19 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?
    Сдерживать военно-политическую активность России  
     262 (44.48%)
    Добиться распада и исчезновения России  
     172 (29.20%)
    Создать партнерские отношения с Россией при условии выполнения требований США  
     94 (15.96%)
    Создать союзнические отношения в противовес Китаю на условиях США  
     61 (10.36%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся