Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Игорь Денисов

Ст. науч. сотр. Центра исследований Восточной Азии и ШОС Института международных исследований МГИМО МИД России, ст. науч. сотр. Центра изучения стратегических проблем Северо-Восточной Азии и ШОС ИДВ РАН, эксперт РСМД

Знаменитые пять принципов мирного существования, или «панча шила» на санскрите, впервые были изложены в индийско-китайском соглашении 1954 года. Тогда КНР и Индия — два молодых государства развивающегося мира – урегулировав конфликт вокруг Тибета, неожиданно для себя стали законодателями политической моды. Первый после прихода к власти визит премьер-министра Нарендры Моди в Китай не может похвастаться таким запоминающимся политическим «мемом», как «панча шила», хотя любопытных моментов, говорящих о новом характере двусторонних связей, во время визита было предостаточно.

Знаменитые пять принципов мирного существования, или «панча шила» на санскрите, впервые были изложены в индийско-китайском соглашении  1954 года. Тогда Китайская Народная Республика и Республика Индия — два молодых государства развивающегося мира – урегулировав конфликт вокруг Тибета, неожиданно для себя стали законодателями политической моды. Принципы «панча шила» отражали новую реальность международной жизни. Создавая основы «движения неприсоединения», о своих интересах и желании развивать сотрудничество по линии «Юг-Юг» заявили возникшие после Второй мировой войны субъекты мировой политики – государства Азии и Африки. В 1955 году «пять принципов» легли в основу итогового документа Бандунгской конференции, 60-летие которой отмечали в апреле в Джакарте.

Первый после прихода к власти визит премьер-министра Нарендры Моди в Китай не может похвастаться таким запоминающимся  политическим «мемом», как «панча шила», хотя любопытных моментов, говорящих о новом характере двусторонних связей,  во время визита было предостаточно. Остановимся на пяти, которые, на мой взгляд, ярко и с разных сторон характеризуют современные отношения уже не молодых, а  зрелых и быстро растущих азиатских гигантов.

1. Протокол — не догма

Xinhua/Lan Hongguan
Си Цзиньпин и Нарендра Моди после
встречи в Сиане, Шэньси

Поездка премьера Н. Моди началась не с Пекина, а с Сианя, древнего города в Центральном Китае, который при правлении ряда династий был столицей страны (хозяева явно делали акцент на том, что Индия и Китай – две древние цивилизации). Еще один символ, важный с точки зрения продвижения недавней китайской инициативы Экономического пояса Шелкового пути, — именно из Сианя, как считается, начинался исторический Великий шелковый путь. И, наконец, третий символ — Сиань расположен в провинции Шэньси,  малой родине председателя КНР. Хотя сам Си Цзиньпин родился в Пекине, но в Шэньси расположен «лаоцзя» (буквально – старый дом) Си Цзиньпина — место, откуда происходит род его отца — Си Чжунсюня. Так, что для Си Цзиньпина, как для каждого китайца, это самое дорогое место, которое хочется показать близким друзьям.

Вопреки протоколу, сам Си и встречал Н. Моди в этом первом пункте маршрута. При визите премьеров из важных для Китая стран-партнеров их, как правило, принимает и председатель КНР, однако до этого проходит официальная встреча  у Всекитайского собрания народных представителей (или при плохой погоде — внутри здания). Причем глав правительств встречает премьер Госсовета, он же вместе с министрами и проводит основные переговоры.

«Станет ли 21-й век веком Азии зависит от того, что будут делать Индия и Китай». При этом премьер отметил, что будущее двух стран глубоко взаимосвязано.

 В случае визита Н. Моди Си продемонстрировал высокое уважение к гостю, кстати, и во время визита председателя КНР в Индию в сентябре  2014 года премьер-министр также оказал ему особый личный прием, приняв Си Цзиньпина в родном штате Гуджарат.

2. Дипломатия «селфи»

Мировые издания охотно опубликовали фото двух премьеров, которое Нарендра Моди сделал на свой гаджет после переговоров с Ли Кэцяном. В Фейсбуке этот пост почти сразу же «лайкнул» Марк Цукерберг.  Регистрация главы индийского кабинета в популярной китайской социальной сети «Вэйбо», а также его эмоциональное выступление в альма-матер Си Цзиньпина — Университете Цинхуа — все это говорит о том, что Н. Моди намерен придать новую динамику отношениям двух стран, или, говоря компьютерным языком, сделать upgrade, исходя из растущей роли двух стран в международных делах. Как заявил Н. Моди китайским студентам, «Станет ли 21-й век веком Азии зависит от того, что будут делать Индия и Китай».  При этом премьер отметил, что будущее двух стран глубоко взаимосвязано.

3. Активная деловая повестка

Экономика продолжает оставаться цементирующим началом индийско-китайских отношений, что подчеркнуто подписанием большого пакета соглашений об экономическом и научно-техническом сотрудничестве.

Экономика продолжает оставаться цементирующим началом индийско-китайских отношений, что подчеркнуто подписанием большого пакета  соглашений об экономическом и научно-техническом сотрудничестве. В Пекине стороны подписали 24 межправительственных соглашения, в том числе о сотрудничестве в сферах образования, космонавтики и добычи минеральных ресурсов. Кроме того, в Шанхае после встречи Нарендры Моди с лидерами китайского и индийского бизнеса были подписаны  коммерческие контракты на 22 миллиарда долларов. Не были обойдены вниманием и проблемы в двусторонней торговле: Индия и Китай  решили создать рабочую группу по экономическим вопросам. Среди прочего ей предстоит заняться проблемой хронического дефицита Индии в торговле с КНР (в настоящее время дефицит составляет 40 миллиардов долларов).

4. Откровенно — о разногласиях

Доброжелательная и конструктивная атмосфера визита не исключала разговора об острых вопросах, причем в наиболее чувствительной сфере политического и стратегического взаимодоверия. По словам Нарендры Моди, на переговорах с высшим китайским руководством, он подчеркнул необходимость для Китая пересмотреть подход к некоторым вопросам, которые сдерживают реализацию полного потенциала связей. Индийский премьер предложил китайским партнерам совместно проработать темы, которые «ведут к сомнениям и колебаниям, вплоть до недоверия». По мнению экспертов, это прежде всего относится к экономическим проектам Китая в Пакистане, которые предположительно могут строиться на спорных территориях в Кашмире. В свою очередь, Си Цзиньпин заявил, что  две страны «должны совместно работать над укреплением взаимодоверия, следить за тем, чтобы имеющиеся между нами различия в позициях и проблемы не препятствовали развитию двухсторонних отношений».        

5. Взаимное сдерживание

REUTERS/B. Rentsendor
Тридивеш Сингх Майни: Политический буддизм

В свое время западные политологи произвели целый вал литературы о перспективах «Чиндии», союза между китайским драконом и индийским слоном. Похоже, что это больше фантастика, хотя дистанция, разделяющая интересы Индии и Китая в глобальных и региональных делах,  действительно сокращается. Однако политическое руководство двух стран понимает иллюзорность любых искусственных конструкций, делая упор не на полном совпадении интересов, а на продвижении прагматического сотрудничества, придании большей устойчивости нынешнему механизму индийско-китайского взаимодействия. Отношения же с третьими странами видятся в качестве своеобразного балансира — так тесное «всепогодное стратегическое партнерство» Пекина и Исламабада Индия уравновешивает  в рамках стратегии развития отношений со странами Северо-Восточной Азии. Неслучайно после визита в Китай последовали не менее содержательные переговоры Н. Моди в Улан-Баторе и Сеуле. Можно предполагать, что это приведет к конкуренции, но с другой стороны — активность двух стран в Азии расширит поле согласования их интересов. С этой точки зрения важно, как будут состыкованы китайская концепция «одного пояса и одного пути» и выдвинутая Н. Моди программа «Муссон», призванная укрепить связи Индии со странами Индийского океана. Важно, что Индия с энтузиазмом восприняла китайскую идею создания Азиатского банка инфраструктурных инвестиций.

 

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся