Композитный лук на смену бамбуковому: возможные сложности во внешней политике для Вьетнама

По мере усложнения американо-китайских отношений Вьетнаму долгое время удавалось сохранять равноудаленность от обоих центров силы и придерживаться гибкой линии в духе «бамбуковой» дипломатии. Ханой не состоит в военно-политических блоках и не имеет союзных договоров с каким-либо государством. Наивысшей ценностью для руководства страны традиционно являлась стратегическая автономия, а внешняя политика выстраивалась исключительно из прагматичных соображений. Тем не менее изменения в политической системе самого Вьетнама, а также отсутствие явного сложившегося комплексного противостояния между Пекином и Вашингтоном рисуют для руководства страны не вполне радужные перспективы.

Серьезные перемены в политической жизни Вьетнама, инициированные еще в 2024 г., неизбежно отразятся на внутренней и внешней политике страны. В частности, следует ожидать продолжения курса экономических и административных реформ для получения общественного одобрения, а также предоставления большей самостоятельности бизнесу для поддержания высоких показателей социально-экономического развития. Дипломатия, вероятнее всего, будет выдерживаться в еще более гибком, «композитном», стиле, подразумевающем избегание конфликтов и втягивание в противоречия. Определенная ранее линия на сохранение равноудаленной позиции между Китаем и США и стратегического партнерства с обоими центрами силы оказалась все же слишком зависима от состояния американо-китайских отношений, что оставляет возможности оказания давления на Ханой как для Пекина, так и для Вашингтона. Чрезмерная диверсификация внешних связей нуждается в систематизации для получения синергетического эффекта и замещения в ряде случаев двух ключевых партнеров. Крайне важна в данном контексте роль России как интегратора стран, склонных к повышению собственной роли в мировой политике и экономике. Полноценное участие Вьетнама в открытых внеблоковых структурах, подобных ШОС и БРИКС, пока осложняется нежеланием Ханоя открыто демонстрировать политические пристрастия. У декларативно социалистического государства нет иного пути, кроме сопротивления империализму. Однако в современных условиях не представляется возможным говорить о превращении зависимых государств в резервы пролетарской революции и прорыва «цепи в ее слабом звене». Потому и Вьетнаму, вероятно, придется обеспечивать существование «социализма с вьетнамской спецификой» через одновременное использование в собственных интересах позитивного опыта развивающихся стран и стремления капитала к монополии.

По мере усложнения американо-китайских отношений Вьетнаму долгое время удавалось сохранять равноудаленность от обоих центров силы и придерживаться гибкой линии в духе «бамбуковой» дипломатии. Ханой не состоит в военно-политических блоках и не имеет союзных договоров с каким-либо государством. Наивысшей ценностью для руководства страны традиционно являлась стратегическая автономия, а внешняя политика выстраивалась исключительно из прагматичных соображений. Тем не менее изменения в политической системе самого Вьетнама, а также отсутствие явного сложившегося комплексного противостояния между Пекином и Вашингтоном рисуют для руководства страны не вполне радужные перспективы.

Гонки по вертикали

Георгий Толорая, Елена Пыльцина:
Россия и Вьетнам в «новую эпоху»: итоги ХIV съезда КПВ и возможность геополитического маневра на Востоке

Национальный съезд Коммунистической партии Вьетнама в январе 2026 года единогласно утвердил на следующий пятилетний срок генеральным секретарем То Лама, занимавшего данный пост последние два года. Досрочное принятие данного решения свидетельствует об отсутствии явного раскола в партии, а также о поддержке партийным руководством взятого ранее курса на реформирование административного аппарата. Одновременно То Лам занял и пост президента, то есть формального главы государства, по образцу Китая и Лаоса. Существуют предположения, что данный шаг стал первым на пути к пересмотру системы коллективного управления из пяти элементов: генсек КПВ, президент, председатель Национального собрания, премьер-министр и постоянный член секретариата. Подобное решение потребует внесения изменений в партийные правила, однако предварительная поддержка уже была получена в ходе работы съезда. Одним из главных аргументов стало обещание партийного главы сохранить до конца десятилетия темп экономического роста выше отметки в 10% с акцентом на заметное повышение уровня жизни и построение высокодоходной социалистической экономики к 2045 году.

В целом повторное утверждение То Лама на высшую партийную должность было ожидаемым, однако нельзя исключать и внедрения в будущем идеи разделения постов генсека, президента и верховного главнокомандующего для предотвращения чрезмерной концентрации полномочий в одних руках. Единого мнения по данному вопросу в компартии пока нет, реализация же возможна, например, в случае неудачи в деле построения эффективной вертикали власти или же сложностей в выполнении ключевых показателей пятилетнего плана.

Консолидация партийной и государственной власти в одних руках позволит руководителю фактически безальтернативно управлять всей политической системой, а влияние военных кругов будет ограничено. Одним из достижений нынешних властей принято считать оптимизацию административного аппарата страны на всех уровнях — с коммун до министерств, с помощью чего удалось сэкономить значительные средства на строительство спортивных и культурных объектов, транспортной инфраструктуры. Данный тезис скорее популистский, так как точный эффект от нововведений, как и принципиальную окупаемость всех построек определить пока затруднительно. Более того, некоторые эксперты полагают, что ряд важных инфраструктурных проектов был инициирован властями без тщательного предварительного изучения и общественных обсуждений, включая строительство высокоскоростной железнодорожной магистрали вдоль побережья страны и двух атомных электростанций. Конечно, квалифицированная экспертиза для столь масштабных проектов необходима, однако тревоги западных аналитиков связаны скорее с тем, что главный партнер в железнодорожном строительстве — КНР, а в сфере АЭС — Россия (после выхода Японии из проекта).

В преддверии съезда То Лам сделал ставку на укрепление связей с крупным бизнесом, руководством ключевых государственных предприятий, а также административными и деловыми кругами южной части Вьетнама для получения более широкой общественной, административной и, вероятно, финансовой поддержки. Консолидация элит была видна в ходе работы 14-го Съезда КПВ, который был завершен досрочно в силу полного выполнения всей намеченной повестки. Вместе с тем пока рано говорить о действительном и долговременном единстве различных групп влияния. Потенциально существует и опасность, что в ходе антикоррупционной кампании и процесса построения властной вертикали будет нарушена сбалансированная система сдержек и противовесов в интересах какой-либо одной особо привилегированной части элиты.

52 оттенка партнерства

ИИ-тигры Азии: Вьетнам

В Отчете Коммунистической партии за предыдущую пятилетку, представленном на съезде, отмечено, что отношения Вьетнама с главными партнерами сопровождаются кризисом доверия, взлетами и падениями. Такая характеристика относится прежде всего к поиску Ханоем баланса между Пекином и Вашингтоном в условиях нарастающего американо-китайского противоборства. Бесспорно, выход на показатель роста ВВП в 8% в 2025 г. стал возможен во многом из-за переноса развитыми странами производственных мощностей из Китая во Вьетнам и активного привлечения зарубежных инвестиций. Формально Ханой пока выигрывает от подобной турбулентности, хотя и практически не способен намеренно влиять на ход событий, извлекая лишь ситуативную пользу. Не лишенным оснований представляется тезис о заинтересованности вьетнамской стороны в перестраивании производственно-сбытовых цепочек и транспортных маршрутов в сторону повышения собственного участия, а также в получении свободного доступа к современным технологиям, полупроводники, программное обеспечение, авиа- и двигателестроение, высокоточное промышленное оборудование.

Примечательно, что США являются для Вьетнама главным рынком сбыта с долей порядка 30%, при этом положительное сальдо составляет около 110 млрд долл. Главная статья поставок по стоимости — электронные устройства, включая смартфоны и компьютеры. Китай — второй по значимости покупатель вьетнамских товаров, на который приходится 20% экспорта страны. Однако баланс в данном случае не в пользу Вьетнама почти на 50 млрд долл., поскольку главная часть интегральных схем, оборудования и периферийных устройств поступает из КНР. При этом по итогам 2025 года Китай вырвался на вторую позицию после Сингапура по объему вложенного в СРВ капитала с долей 21%, и еще 10% приходятся на Гонконг. Таким образом, сформировалась непростая ситуация — американцы способны оказывать давление через ограничение объема и стоимости ввозимых из Вьетнама товаров, а китайцы в состоянии лимитировать продажу запасных частей и компонентов, а также изменять в любую сторону условия предоставления инвестиций. В итоге Ханой вместо равноудаленности оказался равно вовлечен, тогда как собственные возможности по оказанию влияния на двух главных партнеров существенно ограничены.

Некоторые исследователи высказывают предположения, что «бамбуковая» дипломатия Ханоя достигла предела гибкости, поскольку страна все более втягивается в американо-китайские противоречия и уже не может эффективно балансировать между двумя центрами силы. Новое вьетнамское руководство понимает необходимость диверсификации зарубежных связей в целях снижения возможностей для Вашингтона и Пекина по оказанию прямого воздействия. Так, за последние два года Вьетнам поднял уровень связей до всеобъемлющего стратегического партнерства с Францией, Малайзией, Новой Зеландией, Индонезией, Сингапуром, Таиландом и Великобританией. Стратегическое партнерство было установлено с Бразилией, Чехией, Казахстаном, Азербайджаном, Беларусью, Финляндией, Болгарией, Кувейтом, Алжиром и ЮАР, а всеобъемлющее партнерство — с Монголией, ОАЭ, Швейцарией и Египтом. На начало 2026 года Вьетнам имел по 14 соглашений о трех различных уровнях партнерства, то есть всего 52, что в два раза больше, чем всего полтора года назад. Пока не прослеживаются системность и логика в данных связях, поскольку торговые и политические отношения со многими такими партнерами недостаточно развиты и не оказывают значимого влияния на социально-экономическое развитие Вьетнама или же укрепление влияния страны на международной арене. Вероятно, постепенное смещение акцента в сторону стран, заинтересованных в более справедливом мироустройстве, может эффективнее помочь в выстраивании дипломатической линии.

После объявления президентом США Трампом новых тарифных ограничений на экспорт и импорт, Ханой оказался в числе первых, предложивших переговоры по согласованию торговой политики, запросив также преференциальные режимы доступа к американскому рынку и получения промышленных и сельскохозяйственных товаров из США. Одновременно вьетнамцы активизируют обмены и с Китаем. В частности, в феврале 2025 года был получен заем от китайских финансовых организаций в 8,3 млрд долл. на строительство железных дорог, а в ноябре 2025 года также заключены контракты с Huawei и ZTE на поставку оборудования для сетей 5G. Тем не менее синхронное развитие сотрудничества с Вашингтоном и Пекином, даже без формальной политической подоплеки, только усиливает зависимость и ставит Ханой в еще более непростое положение. В такой ситуации возможности Вьетнама как «балансира» (swing state) существенно сокращаются. Особо следует отметить, фактическое вхождение таким образом в китайскую инициативу по созданию глобальной инфраструктуры «Пояс и путь», несмотря на первоначальные критику и осторожность.

***

К новой повестке отношений Россия — АСЕАН. Доклад РСМД

Серьезные перемены в политической жизни Вьетнама, инициированные еще в 2024 г., неизбежно отразятся на внутренней и внешней политике страны. В частности, следует ожидать продолжения курса экономических и административных реформ для получения общественного одобрения, а также предоставления большей самостоятельности бизнесу для поддержания высоких показателей социально-экономического развития. Дипломатия, вероятнее всего, будет выдерживаться в еще более гибком, «композитном», стиле, подразумевающем избегание конфликтов и втягивание в противоречия. Определенная ранее линия на сохранение равноудаленной позиции между Китаем и США и стратегического партнерства с обоими центрами силы оказалась все же слишком зависима от состояния американо-китайских отношений, что оставляет возможности оказания давления на Ханой как для Пекина, так и для Вашингтона. Чрезмерная диверсификация внешних связей нуждается в систематизации для получения синергетического эффекта и замещения в ряде случаев двух ключевых партнеров. Крайне важна в данном контексте роль России как интегратора стран, склонных к повышению собственной роли в мировой политике и экономике. Полноценное участие Вьетнама в открытых внеблоковых структурах, подобных ШОС и БРИКС, пока осложняется нежеланием Ханоя открыто демонстрировать политические пристрастия. У декларативно социалистического государства нет иного пути, кроме сопротивления империализму. Однако в современных условиях не представляется возможным говорить о превращении зависимых государств в резервы пролетарской революции и прорыва «цепи в ее слабом звене». Потому и Вьетнаму, вероятно, придется обеспечивать существование «социализма с вьетнамской спецификой» через одновременное использование в собственных интересах позитивного опыта развивающихся стран и стремления капитала к монополии.