Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 12, Рейтинг: 4.92)
 (12 голосов)
Поделиться статьей
Андрей Кортунов

К.и.н., генеральный директор и член Президиума РСМД, член РСМД

Нью-Йоркский Совет по международным отношениям опубликовал доклад Роберта Блэквилла с предварительной оценкой внешней политики Дональда Трампа. Хотя сегодня в Соединенных Штатах Д. Трампа критикуют все, кому не лень, основной поток критики идет слева, от демократов либерального толка и немногих сохранившихся в Вашингтоне умеренных республиканцев. Доклад Р. Блэквилла — довольно редкая иллюстрация того, как достижения и неудачи внешнеполитического курса администрации Д. Трампа видятся справа.

В последнем разделе своего доклада Роберт Блэквилл оценивает особенности внешнеполитического стиля администрации Дональда Трампа. В большинстве случае его оценки невысоки. Например, за своеобразный стиль принятия внешнеполитических решений Д. Трамп получает F (1); немногим лучше обстоят дела с выполнением уже принятых решений — D (2). Д. Трамп, полагает Р. Блэквилл, полностью проваливает задачу продвижения американских ценностей за рубежом — F (1), а за свои морально-этические качества, отраженные во внешней политике США, он тоже получает F (1). Оценка его умений взаимодействовать с союзниками и партнерами ничем не лучше — F (1).

Все эти негативные особенности внешнеполитического стиля Дональда Трампа тянут вниз и общую оценку его внешней политики. Риски принятия импульсивных и непродуманных решений сохраняются, несмотря на то, что президент уже приближается к концу своего первого четырехлетнего срока. Даже на протяжении ближайших полутора лет Д. Трамп еще может наделать множество опасных ошибок в своих подходах к внешнему миру: пойти на невыгодный для США компромисс с Китаем или, наоборот, вовлечь США в новую холодную войну с Пекином; де-факто санкционировать ядерный статус Северной Кореи или попытаться решить северокорейскую ядерную проблему силовым путем; пойти на «большую сделку» с В. Путиным, передав Украину в полное распоряжение Москвы; начать вывод американских войск из Европы или ввязаться в вооруженные конфликты с Ираном и Венесуэлой. Роберт Блэквилл определяет итоговый средний балл Дональда Трампа во внешней политике как D+ (2+). Напомним, что в американской образовательной системе «двойка» является пусть и весьма низкой, но все-таки проходной оценкой.


Посол Роберт Блэквилл — почти легендарная фигура во внешнеполитическом истеблишменте Вашингтона. Я впервые встретился с ним на одной из советско-американских Дартмутских встреч в середине 1980-х гг. Уже тогда он казался мне пожилым и умудренным опытом дипломатом, хотя к моменту нашего знакомства Р. Блэквиллу не было и пятидесяти. Но за его плечами угадывалась впечатляющая карьера в Государственном департаменте США и общепризнанные академические заслуги в Гарвардском университете. Он выделялся среди большинства американских дипломатов и профессоров, участвовавших в Дартмутских встречах, необычно жесткой манерой ведения дискуссии, склонностью к предельно четким и резким формулировкам и полным неприятием политической корректности. Мне даже показалось, что ему нравилось роль «возмутителя спокойствия», занимающегося эпатажем как советских собеседников, так и своих соотечественников.

Позднее Р. Блэквилл сменил много важных постов: возглавлял американскую делегацию на Венских переговорах о взаимном и сбалансированном сокращении вооруженных сил в Центральной Европе, был специальным помощником президента Дж. Буша-старшего, послом США в Индии, высокопоставленным сотрудником Совета национальной безопасности. Годы шли, мы периодически пересекались с Бобом в самых разных местах — от шумного салуна на культовой Шестой улице в техасском Остине до уединенного берега живописного озера Яньци в пригороде Пекина. Чаще всего, однако, я встречал его в Гарварде, где он неизменно появлялся в перерывах между своими дипломатическими назначениями.

Р. Блэквилл начинал стареть, но возраст мало менял его. Он оставался все тем же — беспощадным логиком, упорным полемистом, последовательным противником иносказаний и полутонов. После того как в 2004 г. Кондолиза Райс возглавила Госдеп, Р. Блэквилл стал приоритетным кандидатом на освободившийся пост советника президента по национальной безопасности. Однако, к удивлению коллег, он отказался от заманчивого предложения и окончательно вернулся в экспертно-аналитическое сообщество. Как легко догадаться, и в этом сообществе он сохранил убеждения истинного республиканца, причем республиканца, скорее, из правого крыла, чем из центра республиканской партии.

Именно этим и интересен недавно выпушенный нью-йоркским Советом по международным отношениям доклад Роберта Блэквилла с предварительной оценкой внешней политики Дональда Трампа [1]. Хотя сегодня в Соединенных Штатах Д. Трампа критикуют все, кому не лень, основной поток критики идет слева, от демократов либерального толка и немногих сохранившихся в Вашингтоне умеренных республиканцев. Доклад Р. Блэквилла — довольно редкая иллюстрация того, как достижения и неудачи внешнеполитического курса администрации Д. Трампа видятся справа.

Критерии оценок

Роберт Блэквилл

В начале своего доклада автор предусмотрительно оговаривается, что дать объективную оценку действиям Дональда Трампа на международной арене очень трудно по целому ряду причин. Процесс принятия решений в администрации хаотичен и непредсказуем, текучесть кадров на всех уровнях бьет исторические рекорды, межведомственная координация либо вообще отсутствует, либо используется от случая к случаю. Сам президент делает множество заявлений, которые полностью или частично не соответствуют действительности и отражают его собственную субъективную картину мира. Р. Блэквилл ссылается, в частности, на данные газеты «Washington Post», которая за два года насчитала более 9 тыс. письменных или устных заявлений президента, которые можно охарактеризовать как ложные.

Трудность оценки связана и с тем, что Д. Трамп пришел к власти в тот переломный исторический момент, когда в мире уже начали происходить фундаментальные политические, социальные и экономические сдвиги. Многие сегодняшние проблемы внешней политики США являются, скорее, результатом этих сдвигов, чем итогом деятельности самого Д. Трампа. Президент вынужден реагировать на усиление Китая, геополитическую активность Москвы, на конфликты на Ближнем Востоке, эрозию НАТО и т. п. Его действия не всегда удачны, подчас они скорее усугубляют проблемы, чем решают их, но было бы несправедливым возлагать на Д. Трампа ответственность за изменение той среды, в которой осуществляется внешняя политика США сегодня.

В деятельности президента присутствует очевидный разрыв между политическими декларациями и практическими действиями. Говоря о международном терроризме как об «экзистенциальном» вызове Америке, он принимает решения о выводе войск США из Сирии и Афганистана. Утверждая, что Североатлантический союз «устарел», он наращивает американский вклад в НАТО. Заявляя, что Россия не представляет никакой угрозы, он утверждает поставки американского оружия на Украину. Многие критики Д. Трампа подвергают сомнению его способность быть международным лидером и даже ставят вопрос о его адекватности. Однако, как утверждает Р. Блэквилл, история США знает случаи, когда весьма посредственные и даже морально несостоятельные президенты добивались крупных внешнеполитических успехов.

Автор доклада пытается дистанцироваться от острой полемики по поводу личности Д. Трампа, равно как и от партийных преференций (последнее, впрочем, удается Р. Блэквиллу хуже). Он выделяет основные направления внешней политики США — как географические, так и функциональные — и оценивает их по пятибалльной шкале от «A» («пятерка» в российской образовательной системе) до «F» («единица»). В Соединенных Штатах, как и в России, в оценках используются «плюсы» и «минусы». Отметим, что в американской системе оценка «D» («двойка»), в отличие от российской, является проходным баллом. Полным провалом считается только «единица».

Китай: B+ (4+)

Анализ китайской политики Дональда Трампа автор начинает с резкой критики предшествующих администраций, «проглядевших» подъем Китая и ложно интерпретировавших международные амбиции Пекина. Неспособность вовремя увидеть «китайский вызов» и дать упреждающий ответ на него Р. Блэквилл считает одной из трех самых крупных внешнеполитических ошибок Вашингтона, совершенных после второй мировой войны (другие две — войны во Вьетнаме и в Ираке). У США был шанс повлиять на развитие Китая в «правильном» направлении и не допустить его превращения в своего геополитического и геоэкономического конкурента, но этот шанс был упущен задолго до прихода в Белый дом администрации Д. Трампа.

Впрочем, и Д. Трамп начал свою деятельность на китайском направлении с крупной ошибки — выход США из проекта ТТП (Транс-Тихоокеанское партнерство) фактически отдал Пекину инициативу в реализации собственных интеграционных проектов в АТР. Но в дальнейшем президенту удалось перейти в стратегическое наступление по таким вопросам как китайские тарифы, дефицит торгового баланса, манипулирование Пекина валютными курсами, промышленный шпионаж и защита интеллектуальной собственности. Д. Трамп проявил решимость использовать механизмы санкций в отношении крупных китайских компаний («ZTE», «Huawei»), работающих с Ираном, а также стимулировать американский частный сектор инвестировать больше в НИОКР в сфере «искусственного интеллекта».

Одновременно заслугой Д. Трампа следует считать расширение военно-морского присутствия США в Юго-Восточной Азии, увеличение масштабов военных учений, продвижение концепции «Индо-Пацифики», призванной объединить либерально-демократические страны Восточной и Южной Азии в противостоянии китайскому экспансионизму. Р. Блэквилл позитивно оценивает усилия Д. Трампа по расширению военно-политического сотрудничества с Японией и Австралией равно как намерение обеспечить приток американских инвестиций в страны Азии с тем, чтобы создать работающую альтернативу китайскому проекту «Один пояс — один путь».

И все-таки до твердой «пятерки» китайская политика Д. Трампа не дотягивает. Одним из явных упущений США Р. Блэквилл считает неспособность или нежелание создать работающий механизм американо-китайского политического диалога, без которого дипломатия Белого дома фактически сводится к периодическому предъявлению пекинскому руководству разнообразных ультиматумов. В своей решимости противостоять Пекину администрация может перейти критическую черту, за которой сотрудничество с Китаем станет невозможным даже в тех областях, где у двух стран есть значительные совпадающие интересы. Автор предупреждает относительно возможных негативных последствий неконтролируемой американо-китайской конфронтации как для США и Китая, так и для всей международной системы.

Изменения климата: F (1)

Позиция Дональда Трампа по отношению к изменениям климата характеризуется последовательным отрицанием президентом самого факта таких изменений. Летом 2017 г. Д. Трамп принял решение о выходе США из Парижских соглашений по климату, что не только нанесло большой ущерб американской репутации по всему миру, но и позволило Китаю позиционировать себя как глобального лидера в этом вопросе. Учитывая повсеместный подъем экологических партий и движений, позиция Д. Трампа по климату загоняет США в международную изоляцию.

Между тем глобальное потепление уже наносит большой ущерб американской экономике — в США учащаются засухи, лесные пожары, наводнения, ускоряются процессы опустынивания и пр. Возрастают риски и на глобальном уровне — природные катаклизмы дестабилизируют продовольственные рынки, провоцируют конфликты из-за водных ресурсов и неконтролируемые международные миграции. Никакого существенного выигрыша для американской экономики в результате выхода США из Парижских соглашений не последовало. Более того, многие американские компании продолжают де-факто выполнять Парижские соглашения вопреки деструктивной позиции Белого дома.

Северная Корея: B (4)

В отношении Северной Кореи, как и в отношении Китая, по мнению автора, Дональду Трампу досталось незавидное наследство. Р. Блэквилл крайне негативно оценивает попытки администрации Билла Клинтона решить ядерную проблему Корейского полуострова дипломатическим путем, отмечает противоречивость и непоследовательность политики Джорджа Буша-младшего, совмещавшего усиление экономического давления на Пхеньян с участием в шестисторонних переговорах с Северной Кореей, жестко критикует принцип «стратегического терпения», определявший подходы администрации Барака Обамы к Северной Корее.

Приход к власти администрации Д. Трампа совпал с наращиванием ядерной и баллистической программ КНДР. Учитывая неудачи своих предшественников, Д. Трамп пошел на единственно возможный в сложившихся ситуации шаг — заявил о готовности США решить корейскую ядерную проблему силовым путем. Американскому президенту удалось добиться усиления международных санкций в отношении Пхеньяна. Одновременно Д. Трамп согласился на прямые переговоры с северокорейским лидером, проведя встречи на высшем уровне в Сингапуре и Ханое, которые, по мнению автора, следует признать победами американской дипломатии.

Р. Блэквилл согласен с тем, что угроза возобновления ракетно-ядерных испытаний Пхеньяном сохраняется, как и с тем, что Д. Трамп, скорее всего, переоценивает значение своих личных отношений с Ким Чен Ыном. Другими недостатком северокорейской стратегии Д. Трампа следует считать практически полное игнорирование интересов, мнений и опасений американских союзников в Северо-Восточной Азии. Тем не менее, президенту удалось снять остроту северокорейской проблемы для США, добиться прекращения Пхеньяном ядерных и баллистических испытаний, не отступив от своих принципиальных позиций в отношении ядерного разоружения Северной Кореи.

НАТО и европейская безопасность: D (2)

По мнению Р. Блэквилла, главная проблема трансатлантических отношений состоит не столько в своеобразном стиле дипломатии Д. Трампа и даже не в его стремлении заставить европейцев увеличить свой вклад в общую безопасность, сколько в фундаментальной слабости современной Европы. Интеграционные процессы на европейском континенте так и не превратили Европейский союз во влиятельного игрока на мировой арене, а последние кризисы внутри ЕС еще больше заставляют европейских политиков сосредотачиваться на своих внутренних, а не международных проблемах. Поэтому отношения между Соединенными Штатами и Европой обречены сохранять сложившуюся асимметрию на протяжении обозримого будущего.

Риторика Д. Трампа в отношении НАТО, Европейского союза, отдельных стран Европы и их лидеров подчас выглядит эпатажной и даже провокационной. Но, возможно, именно этот эпатаж и эти провокации заставили НАТО обратить вспять многолетний тренд к сокращению военных расходов членов блока, всерьез заняться модернизацией и укреплением своего восточного фланга. Хотя новая динамика обозначилась в НАТО уже в 2014 г., сразу после начала украинского кризиса, приход к власти в Вашингтоне Дональда Трампа придал этой динамике дополнительное ускорение. Если в 2014 г. общие оборонные расходы европейских членов блока в постоянных ценах 2010 г. составляли 254 млрд долл., то в 2016 г. — 264 млрд долл., в 2017 г. — 275 млрд долл., а в 2018 г. — уже 288 млрд долл. Значительные улучшения произошли в материально-техническом обеспечении сил НАТО в Европе, в повышении мобильности и координации.

Автор также призывает учитывать значительный разрыв, существующий между заявлениями Д. Трампа о Европе и НАТО, с одной стороны, и реальными действиями его администрации — с другой. На фоне заявлений об «устарелости» НАТО и о готовности США «уйти из Европы», Д. Трамп последовательно увеличивал американский вклад в трансатлантические оборонные программы. Например, унаследовав от Барака Обамы т. н. «Европейскую инициативу сдерживания» (European Deterrence Initiative), призванную расширить возможности оперативной переброски американских подкреплений в Центральную Европу в условиях кризиса, Д. Трамп не только не сократил, но, напротив, последовательно наращивал соответствующие бюджетные ассигнования — с 1,4 млрд долл. в 2016 г. до 6,5 млрд долл. в 2019 г.

В конце своего анализа Р. Блэквилл приходит к выводу о том, что НАТО сегодня сильнее, чем был до прихода в Белый дом Дональда Трампа, во всех измерениях за исключением одного: уверенности европейских союзников США в том, что при возникновении серьезного военного конфликта в Европе Соединенные Штаты придут на помощь своим партнерам по альянсу. Эта уверенность в США как в союзнике продолжает снижаться в большинстве европейских стран, что в большой мере обесценивает реальные действия Вашингтона по укреплению трансатлантической безопасности.

Россия: F (1)

Р. Блэквилл рассматривает Россию как глобальный вызов американским интересам и американской безопасности. Он приводит стандартный список нынешних американских обвинений в адрес Москвы — агрессивные действия в отношении Грузии и Украины, наращивание военных расходов и расширение военного присутствия в различных регионах мира, противодействие США и их союзникам во многих кризисных ситуациях и пр. Автор доклада исходит из того, что нынешнее российское руководство считает Соединенные Штаты постоянным геополитическим противником Москвы, а российско-американские отношения Кремль воспринимает как «игру с нулевой суммой».

Поэтому единственной разумной стратегией в отношении России в настоящих условиях может быть только обновленная стратегия «сдерживания» (neo-containment), нацеленная на защиту суверенитета, безопасности и демократии как самих США, так и американских союзников. Никакая «большая сделка» с Москвой на данный момент невозможна — такая сделка потребует фундаментальных сдвигов в целях и методах российской политики.

Отталкиваясь от этих предпосылок, Роберт Блэквилл отказывается понять какую-либо логику в политике Д. Трампа на российском направлении. Примером необъяснимого поведения президента он считает, например, российско-американский саммит в Хельсинки в июле 2018 г., когда Дональд Трамп заявил, что он больше доверяет В. Путину, чем своей собственной разведке. Другой пример — готовность президента создать американо-российскую рабочую группу по кибербезопасности, о которой он говорил на встрече с российским лидером в Гамбурге в июле 2017 г. (заявление Д. Трампа было оперативно дезавуировано американской стороной). По мнению Р. Блэквилла, президент США вообще испытывает необъяснимую симпатию к России в целом и к В. Путину в частности, в максимальной степени избегая любых критических замечаний в адрес Кремля.

Более того, автор прямо обвиняет администрацию Д. Трампа в попытках саботировать решения американской законодательной власти, касающиеся России. Так, Белый дом сознательно и последовательно затягивал выполнение нового законодательства по санкциям (CAATSA), интерпретировал это законодательство таким образом, чтобы максимально снизить сопутствующие российские издержки. В целом, в отношении России Дональд Трамп продолжает соглашательскую политику Барака Обамы, которая лишь убеждает Кремль в его полной безнаказанности. Единственными похвальными исключениями из этого правила, считает Р. Блэквилл, был выход США из Договора РСМД и начало поставок американского оружия на Украину. Однако эти исключения не меняют общего правила — Дональд Трамп последовательно отказывается использовать имеющиеся в его распоряжении многочисленные инструменты давления на Москву, что наносит существенный ущерб американским национальным интересам и безопасности США.

Иран: С (3)

Политика Д. Трампа в отношении Ирана оценивается Р. Блэквиллом как сочетание несомненных достижений и наличия ряда нерешенных проблем. К первым он относит, прежде всего, выход США из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по Ирану. Автор считает иранскую «ядерную сделку» ущербной во многих отношениях; по его мнению, она не перекрывает возможности приобретения Ираном ядерного оружия в перспективе пятнадцати лет, не дает адекватных возможностей для международной инспекционной работы, не ограничивает в должной мере иранские НИОКР, облегчающие последующую разработку ядерного оружия. Кроме того, СВПД никак не ограничивает разработку иранской стороной новейших баллистических технологий и не влияет на региональные амбиции Ирана. По мнению Р. Блэквилла, критики выхода США из СВПД оказались неправы в своих предсказаниях негативных последствий этого шага — иранское руководство в целом продолжает выполнять положения «ядерной сделки», а европейские союзники США хотя и осудили американское решение, но де-факто были вынуждены присоединиться к новым американским санкциям против Тегерана.

Тем не менее Р. Блэквилл считает, что администрация Д. Трампа не имеет долгосрочной стратегии в отношении Ирана и фактически предполагает, что единственным решением «иранской проблемы» была бы смена политического режима в Тегеране. Отсутствие стратегии ведет к тому, что США вынуждены преимущественно реагировать на те или иные действия Ирана. По мнению автора, Соединенным Штатам необходимо разработать целый спектр вариантов политики в отношении Исламской Республики — начиная от своего возвращения в обновленный и расширенный СВПД и заканчивая «хирургической» военной операцией в отношении иранских ядерных объектов.

Сирия: B+ (4+)

Р. Блэквилл поддерживает решение Д. Трампа о выводе американских войск из Сирии и критикует оппонентов этого решения. По его мнению, первоначально поставленные перед американскими военными задачи противодействия международному терроризму в Сирии можно считать успешно выполненными, а сама Сирия как таковая не должна являться приоритетом внешней политики США. К тому же США сохраняют военное присутствие в соседнем Ираке, что позволяет Пентагону в случае необходимости оперативно вернуться в Сирию. Военное присутствие США не в состоянии ни содействовать турецко-курдскому политическому компромиссу, ни, тем более, реально балансировать военные возможности России и Ирана. На Ближнем Востоке есть много стран, где противостояние российскому и иранскому влиянию может оказаться более эффективным и менее рискованным для США, чем в Сирии.

Саудовская Аравия: B+ (4+)

Сегодня многие в США критикуют администрацию Д. Трампа за чрезмерное сближение с Саудовской Аравией. В частности — обращают внимание на поддержку Эр-Рияда исламских фундаменталистов-ваххабитов, на жесткие авторитарные методы правления саудовской династии, на стремление Саудовской Аравии к региональной гегемонии, на бомбардировки гражданского населения в Йемене, на недавнее жестокое убийство в Анкаре оппозиционного журналиста Джамала Хашоги и т. д. Р. Блэквилл не оспаривает эти утверждения, но подчеркивает, что Саудовская Аравия нужна Соединенным Штатам в очень многих отношениях — и как заслон против иранского экспансионизма, и как регулятор мировых цен на нефть, и как важнейший участник арабо-израильского сближения. Нестабильность в Саудовской Аравии или разрыв партнерских отношений между Вашингтоном и Эр-Риядом породили бы множество осложнений и проблем для американской политики. Поэтому автор доклада солидаризируется с курсом администрации Д. Трампа на укрепление сотрудничества с этой страной.

Израиль: B (4)

Другим важнейшим американским партнером в регионе Ближнего Востока является Израиль. Р. Блэквилл одобряет практически все шаги администрации Д. Трампа на израильском направлении, включая увеличение военно-технической помощи, перенос американского посольства из Тель-Авива в Иерусалим, признание суверенитета Израиля над Голанскими высотами и т. д. Единственной слабостью Дональда Трампа автор доклада считает неспособность администрации оказать определяющее воздействие на израильско-российский диалог относительно роли Ирана в Сирии. Нежелание Москвы оказать давления на своих иранских партнеров способно, в конце концов, привести к масштабному военному столкновению Израиля и Ирана, в которое Соединенным Штатам так или иначе придется вмешаться.

Афганистан: B+ (4+)

Оценки Р. Блэквилла политики администрации Д. Трампа в Афганистане близки к его оценкам этой политики в Сирии. Решение о выводе американских войск из этой страны автор считает правильным и своевременным: с 2001 г. США потратили на войну в Афганистане более 1 трлн долл., потеряли более 2 тыс. военнослужащих убитыми и 20 тыс. ранеными, и, тем не менее, перспективы «окончательной победы» остаются весьма неопределенными, а общие позиции США в Афганистане скорее ухудшаются, чем улучшаются. К тому же изначальной целью американской операции в Афганистане была не борьба с Талибаном, а ликвидация плацдармов Аль-Каиды (организация признана террористической, ее деятельность запрещена в России). С этой точки зрения можно утверждать, что США уже добились победы. Поддерживая решение Д. Трампа об ускорении вывода американских войск из Афганистана, Р. Блэквилл выражает опасение, что, как и в случае с Сирией, реализация этого решения может затянуться из-за давления на президента со стороны чиновников, приближенных к администрации экспертов и политических оппонентов президента Д. Трампа.

Индия: B+ (4+)

Победа Дональда Трампа на президентских выборах 2016 г., несомненно, открыла новые возможности для американо-индийских отношений. В Дели не без оснований полагали, что по целому ряду существенных для Индии вопросов администрация Д. Трампа станет более удобным партнером, чем предыдущие хозяева Белого дома. Индийской стороне импонировали декларируемое желание Д. Трампа наладить отношения с Россией, намерение не втягивать США в новые вооруженные конфликты в Азии, решимость пересмотреть американскую позицию по изменениям климата и, особенно, готовность вести политику геополитического «сдерживания» в отношении Китая. За исключением американо-российской разрядки, надежды индийской стороны оказались вполне обоснованными, что и предопределило быстрое сближение двух стран.

По мнению Р. Блэквилла, развитие отношений с Индией следует считать одним из главных внешнеполитических достижений Д. Трампа. Хотя между двумя странами сохраняются разногласия (включая такие важные вопросы как отношения с Россией и Ираном), двустороннее сотрудничество в политической и военно-стратегической сферах достигло исторически беспрецедентного уровня, включая и такие чувствительные области, как передача Индии новейших американских военных технологий и обмен разведывательными данными. У этих отношений есть благоприятные перспективы для дальнейшего развития, если только Индия не станет очередной жертвой сложившейся практики Дональда Трампа по ведению торговой войны даже со своими ближайшими партнерами.

Венесуэла: B+ (4+)

Р. Блэквилл дает высокие оценки подходу Д. Трампа к Венесуэле, утверждая, что в данном конкретном случае президент проявляет в целом несвойственную ему последовательность, четкость в постановке целей и похвальную готовность работать вместе с широким кругом американских партнеров и союзников, включая и международные организации (Организация американских государств, Евросоюз, «Группа Лимы»). Единственным значимым риском для США автор считает опасность того, что нынешняя политика «экономического удушения» режима Н. Мадуро будет рассматриваться «ястребами» внутри администрации как недостаточно эффективная, и президента будут подталкивать к военному вторжению США в Венесуэлу. Такое вторжение, полагает Р. Блэквилл, было бы большой ошибкой.

Мировая торговля: C (3)

Борьба с внешнеторговым дефицитом США была и остается одним из главных внешнеполитических приоритетов Дональда Трампа. При этом он склонен видеть в существующем дефиците злокозненные намерения торговых партнеров Америки, а не особенности экономики США как таковой (то, что американцы тратят больше, чем они зарабатывают). Жесткие методы ведения торговых переговоров распространяются не столько на геополитических конкурентов США (Китай), но и на ближайших союзников (Германия, Канада, Мексика, Япония). Именно торговые проблемы предопределили общее негативное отношение Д. Трампа к Евросоюзу и его поддержку Брексита. Автор критически относится к внешнеторговой логике нынешней администрации, но в то же время соглашается с Д. Трампом в том, что многие торгово-экономические договоренности США нуждаются в пересмотре. Он ссылается в первую очередь на проблему нетарифных ограничений — например, на существующие в Евросоюзе жесткие правила в отношении продуктов, содержащих элементы ГМО (генетически модифицированных организмов).

Главным направлением в глобальных торговых войнах Д. Трампа был и остается китайский фронт. Если в своих оценках действий США в отношении других стран Р. Блэквилл допускает осторожную критику администрации, то ответственность за ухудшение торгово-экономических отношений с Китаем он полностью возлагает на действия Пекина. Автор доклада воспроизводит основные аргументы американских консерваторов относительно «неприемлемых» китайских практик: государственное субсидирование китайского экспорта в США, кражи американской интеллектуальной собственности, ограничения деятельности американского бизнеса в Китае, манипулирование валютными курсами и пр. Признавая, что жесткий подход Д. Трампа к торговле с Китаем несет в себе значительные риски и для американской экономики, Р. Блэквилл, тем не менее, считает такой подход оправданным, учитывая масштабы экономического и технологического вызова КНР для США.

Итоговый средний балл: D+ (2+)

В последнем разделе своего доклада Роберт Блэквилл оценивает особенности внешнеполитического стиля администрации Дональда Трампа. В большинстве случае его оценки невысоки. Например, за своеобразный стиль принятия внешнеполитических решений Д. Трамп получает F (1); немногим лучше обстоят дела с выполнением уже принятых решений — D (2). Д. Трамп, полагает Р. Блэквилл, полностью проваливает задачу продвижения американских ценностей за рубежом — F (1), а за свои морально-этические качества, отраженные во внешней политике США, он тоже получает F (1). Оценка его умений взаимодействовать с союзниками и партнерами ничем не лучше — F (1).

Все эти негативные особенности внешнеполитического стиля Дональда Трампа тянут вниз и общую оценку его внешней политики. Риски принятия импульсивных и непродуманных решений сохраняются, несмотря на то, что президент уже приближается к концу своего первого четырехлетнего срока. Даже на протяжении ближайших полутора лет Д. Трамп еще может наделать множество опасных ошибок в своих подходах к внешнему миру: пойти на невыгодный для США компромисс с Китаем или, наоборот, вовлечь США в новую холодную войну с Пекином; де-факто санкционировать ядерный статус Северной Кореи или попытаться решить северокорейскую ядерную проблему силовым путем; пойти на «большую сделку» с В. Путиным, передав Украину в полное распоряжение Москвы; начать вывод американских войск из Европы или ввязаться в вооруженные конфликты с Ираном и Венесуэлой.

Тем не менее, учитывая представляющиеся ему несомненными достижения администрации на китайском и ближневосточном направлениях, Роберт Блэквилл определяет итоговый средний балл Дональда Трампа во внешней политике как D+ (2+). Напомним, что в американской образовательной системе «двойка» является пусть и весьма низкой, но все-таки проходной оценкой. Собственно, об этом же говорит и название доклада Р. Блэквилла: «Внешняя политика Трампа лучше, чем она выглядит».

1. Robert D. Blackwill. Trump’s Foreign Policies Are Better Than They Seem. Council on Foreign Relations, Special Report No. 84. April 2019.


(Голосов: 12, Рейтинг: 4.92)
 (12 голосов)

Текущий опрос

Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся