Дональд Трамп vs Верховный суд США: правовой конфликт вокруг IEEPA

Новый этап тарифной политики США пришелся на первые месяцы второго президентского срока Д. Трампа. Он ознаменовался пересмотром стратегии, где центральными элементами внешнеторгового регулирования стали так называемые взаимные тарифы (англ. reciprocal tariffs) в качестве введения мер на обеспечение национальной безопасности и борьбы с сокращением торгового дефицита и незаконным оборотом наркотиков на американской территории. Также важным регулятивным инструментом служат специальные пошлины прежде всего в отношении Мексики, Китая и Канады.

Источник: Reuters

Во время первого президентского срока такие ограничительные меры вводились через юридические акты: Раздел 232 Закона о расширении торговли 1962 г. (англ. Section 232 of the Trade Expansion Act of 1962) и Раздел 301 Закона о торговле 1974 г. (англ. Section 301 of the Trade Act of 1974), то в 2025 г. юридической основой для тарифной политики выбрали использование широких полномочий президента при объявлении режима чрезвычайного положения в случае внешней угрозы США в соответствии с Законом о международных чрезвычайных экономических полномочиях(англ. International Emergency Economic Powers Act, IEEPA) 1977 г. В качестве дополнительного правового обоснования применили Закон о национальном чрезвычайном положении (англ. National Emergencies Act) 1976 г., регулирующий и определяющий порядок введения чрезвычайного положения. В соответствии с вышеперечисленными законами были также приняты исполнительные указы президента: 14193, 14194, 14195, а позднее 14257.

Администрация Д. Трампа обосновала свою позицию в ответ на иски предприятий, ассоциаций и правовых центров штатов по всей стране, утверждая, что непрекращающийся приток наркотиков через американские границы и растущий торговый дефицит способствуют появлению чрезвычайной ситуации, требующей немедленного реагирования со стороны исполнительной власти. Согласно статье I Конституции США Конгресс уполномочен устанавливать пошлины, налоги и регулировать внешнеторговую политику. Однако при реализации нового тарифного регулирования администрация не вносила отдельный законопроект о введении универсальных тарифов, то есть не проходила традиционную законодательную процедуру через Сенат и Палату Представителей, обосновывая этот факт тем, что ранее введенный Конгрессом закон IEEPA делегировал президенту достаточно широкий круг полномочий; поэтому уже в самом начале возник вопрос о правомерности таких действий в соответствии с конституционным принципом разделения властей. Правовые критики данной позиции утверждали, что при введении мер, затрагивающих почти весь объем внешней торговли страны, не может идти речи о безграничном характере делегирования полномочий.

Судебные споры в отношении тарифной политики Д. Трампа

Практически сразу после введения новой тарифной политики начались судебные разбирательства. Дело V.O.S. Selections, Inc. v. Trump стал ключевым, где истцом выступил «Центр правосудия Liberty» в лице группы малых предприятий, которым грозило потенциальное банкротство, заявивших о превышении Д. Трампом предоставленных ему законом полномочий и оспоривших решение исполнительной власти об одностороннем порядке введения тарифов на День Независимости США. Суд международной торговли США вынес решение в пользу истцов в порядке упрощенного судопроизводства. Далее аналогичные требования были заявлены в деле Learning Resources, Inc. v. Trump двумя компаниями из Иллинойса, производящими развивающие игрушки, которые также оспорили тарифы на импорт из десятков стран. Данные требования были поддержаны рядом других штатов и отраслевых ассоциаций, указывая, что ранее IEEPA никогда не был достаточным основанием для введения тарифов и установления импортных пошлин, т. е., по их мнению, администрация Д. Трампа фактически присвоила себе конституционные полномочия Конгресса. Окружной суд Колумбии вынес предварительное постановление о приостановлении действия пошлин.

После заявления ходатайств о пересмотре дел и апелляций, одобренных Верховным судом США, оба иска были объединены для рассмотрения. 20 февраля 2026 г. Верховный суд США постановил, что IEEPA не предоставляет полномочий президенту на введение тарифов, подчеркивая невозможность толкования формулировки «регулировать импорт» в законе в качестве права одностроннего установления налогов и пошлин, так как по своей правовой природе тарифы являются разновидностью налогообложения, следовательно требуется однозначное разрешение Конгресса. За последние годы данное судебное разбирательство, затрагивающее границы власти президента в сфере внешней торговли, стало одним из самых важных конституционных процессов, так как это касалось фундаментальных вопросов разграничения полномочий ветвей власти и системы сдержек и противовесов.

Важный политико-правовой контекст этого решения состоит в том, что состав судей Верховного суда на сегодняшний день рассматривается как относительно консервативный, однако мнение председателя Д. Робертса поддержали не только «либеральные» судьи, но и «консерваторы», такие как Э. Барретт и Н. Горсач, что свидетельствует о восприятии судом данного спора не как конфликт между республиканцами и демократами, а прежде всего как вопрос баланса институтов ветвей власти.

Реакция администрации Д. Трампа

Белый дом резко отреагировал на решение Верховного суда от 20 февраля 2026 г., так как фактически суд полностью поставил под сомнение правовую основу механизма значительной части новой тарифной политики. С момента возвращения Д. Трампа это стало одним из наиболее серьезных юридических поражений его администрации, по оценке СМИ.[1]

Д. Трамп публично заявил, что судьи проигнорировали актуальные угрозы, связанные с торговым дефицитом, распространение синтетических наркотиков через американскую границу и зависимость промышленности от импорта, вследствие чего охарактеризовал решение как пример чрезмерного вмешательства судебной власти в вопросы внешней политики и национальной безопасности.

Кроме того, администрация США выражает свое несогласие с ограничительным толкованием IEEPA, мотивируя это противоречием изначального замысла законодателя: при принятии закона Конгресс сознательно выделил широкий инструментарий президенту для реагирования при чрезвычайных ситуациях. Неоднократно в заявлениях Белого дома упоминали, что сферу внешней торговли следует связывать с сохранением производственного потенциала страны, обеспечением национальной безопасности, а не рассматривать только с экономической точки зрения, т. е. прослеживается стремление представить спор в качестве конфликта между юридическим формализмом и практическими потребностями управления. Также, если проанализировать аргументацию в решении Верховного суда, они вполне осознанно не концентрировались на рассмотрении экономической ситуации, предмет был ограничен исключительно вопросом наличия или отсутствия у президента таковых полномочий, что соответствует традиционной конституционной практике, когда судьи сосредоточены именно на аспекте законности, а не на оценке целесообразности политических решений.

CNN сообщил, что на рабочем завтраке в Белом доме с губернаторами Д. Трампу передали записку о решении Верховного Суда США, отменяющем его пошлины, на что он отреагировал агрессивно и назвал «позором». Также президент опубликовал свое заявление в социальной сети Truth Social, где расценил действия судей в качестве защиты интересов других стран, а не США.

Непосредственно после вынесения решения представители Белого дома, предпринимая попытки минимизировать практические последствия, заявили, что даже без использования IEEPA у них сохраняются еще ряд альтернативных правовых механизмов. Также Д. Трамп в ряде своих выступлений и интервью указывал на то, что будет найден другой путь сохранения тарифной политики администрации. Однако с точки зрения процессуального права возможности администрации весьма ограничены. У юристов Белого дома существует возможность подать ходатайство о пересмотре решения в Верховный суд. Однако такие случаи являются редкостью и, как правило, связаны главным образом с появлением исключительных обстоятельств для дела или с нарушением процессуального характера. В связи с этим обычный порядок апелляционного производства отсутствует, так как дело уже рассматривалось в высшей судебной инстанции. Также для ходатайства нужны существенные основания, которые в данной ситуации на данный момент отсутствуют, т. к. судьи использовали не только узкое толкование положений IEEPA, но и достаточно широкое толкование конституционного подхода распределения полномочий органов власти в отношении внешней торговли. Фактически суд утвердил, что законодательные границы определяют степень делегирования полномочий исполнительной власти, особенно в отношении вопросов, которые значительно затрагивают национальную экономику. Это и стало главной причиной по мнению экспертов, почему вероятность пересмотра крайне низкая. Из-за этого после завершения судебного процесса интерес у администрации президента сместился с судебной плоскости, то есть с попыток пересмотра дела, в административную и законодательную практику на поиск других механизмов для реализации своей тарифной политики.

Перспективы обхода решения Верховного суда США

Несмотря на решение Верховного суда США, еще преждевременно говорить об отмене новой тарифной политики администрации Д. Трампа. Помимо положений о полномочиях президента в чрезвычайных ситуациях закона IEEPA, в американском торговом законодательстве и практике есть и другие инструменты, которые могут обеспечить возможность исполнительной ветви власти продолжить использование тарифов.

В этой ситуации можно рассмотреть два наиболее вероятных механизма. Первым выступает Раздел 232 Закона о расширении торговли (англ. Section 232 Trade Expansion Act) 1962 г. принятый в период холодной войны, также его часто называют «каузулой о национальной безопасности». Эта правовая норма предоставляет президенту право на введение импортных ограничений в случае установления факта угрозы национальной безопасности Министерством торговли. В 2017 г. были инициированы расследования по импорту стали и алюминия из всех стран, за исключением Мексики и Канады, после которых Д. Трамп ввел тарифы 25% и 10% (соответственно). Данные меры вызвали неодобрительную реакцию со стороны участников ВТО, например, Индии и Китая, которые заявляли о нарушениях принципов ГАТТ. Однако ключевое значение этой нормы состоит в том, что Конгресс прямо закрепил полномочия президента вводить ограничительные меры после расследования Министерства. Не менее важен тот факт, что этот механизм уже неоднократно становился объектом контроля со стороны судебной ветви власти и продемонстрировал некую устойчивость к возможным конституционным противоречиям, в отличие от IEEPA.

Вторым механизмом является Раздел 301 Закона о торговле (англ. Section 301 of the Trade Act) 1974 г. – главный правовой инструмент США по противодействию недобросовестной торговой деятельности других государств. Данный раздел позволяет Управлению торгового представителя (англ. USTR) проводить расследования и вводить ответные меры в тех случаях, если страны проводят дискриминационную или необоснованную политику, нарушают нормы международных соглашений (например, ВТО) или ущемляют права США. Для использования этого юридического акта при проведении административной проверки необходимо установить конкретные нарушения со стороны иностранного государства, перечисленные выше, но это делает его применение сложным, но и легитимность впоследствии выше. Однако в отличие от других законов, связанных с торговлей, для введения мер на основе Раздела 301 нет необходимости доказывать экономический ущерб в ходе квазисудебного процесса.[2] В 2018 г. администрация Д. Трампа запросила расследование в отношении Китая, после чего USTR начало проверку, т. к. посчитала, что китайская политика ограничивала права в сфере защиты американской интеллектуальной собственности и вынуждала компании США передавать инновации и технологии. В итоге Д. Трамп подписал меморандум о рассмотрении повышения тарифов на некоторые китайские товары (до 25%) и одновременно начать процедуру урегулирования спора в ВТО. В итоге под повышенные пошлины попала почти четверть китайского импорта.

Также одним из возможных способов обхода решения Верховного суда США может быть Раздел 122 Закона о торговле (англ. Section 122 Trade Act) 1974 г. который предоставляет президенту полномочия вводить повышенные сборы на импорт. Эта норма применяется, если глава государства определит фундаментальную проблему с международным платежами: большой дефицит американского платежного баланса; угроза обесценивания доллара на валютных рынках; необходимость кооперации с другими странами для исправления дисбаланса по международным платежам. Также есть другие лимиты: импортная надбавка не должна превышать 15%, меры действуют до 150 дней (можно продлить, но только с решения Конгресса). Кроме того, Раздел 122 уже не требует проверок или расследований, президент может действовать по своему усмотрению. Несмотря на то, что возможности применения этого акта более ограничены, чем предыдущие, он может стать временной правовой основой для реализации отдельных мер тарифной политики.

Не исключен вариант привлечения Министерства торговли США и комиссии по международной торговле для развития и повышения активности использования антидемпинговых и компенсационных мер. Они дают возможность реагировать на конкретные случаи «нечестной» конкуренции. Например, в 2018 году испанские производители оливок получали субсидии от Европейского союза и благодаря этому могли торговать в США по значительно низким ценам, вытесняя местных предпринимателей. После расследования США ввели компенсационные меры вплоть до 27% на импорт испанских оливок для равной конкуренции с местным рынком. Такие, хоть и точечные, инструменты не являются частью тарифной политики, но на практике делают возможным сохранить базовые высокие пошлины в конкретных секторах торговли.

Самым юридически устойчивым способом может быть принятие отдельного закона через Конгресс. Администрация США может инициировать законопроект на установление тарифов или же добиться расширения круга полномочий президента. Однако даже с поддержкой республиканцев такая инициатива может вызвать институциональный резонанс и споры по поводу допустимых пределов делегирования полномочий исполнительной власти.

Можно предположить, что администрация Д. Трампа с большей долей вероятности будет использовать комбинированный механизм на основе американской правовой практики. Скорее всего будет сделан упор на Раздел 232 Закона о расширении торговли 1962 г. и Раздел 301 Закона о торговле 1974 г., вместе с интенсивными расследованиями в области национальной безопасности и «точечными инструментами реагирования» на «нечестную» конкуренцию. Данный подход может обеспечить сохранение протекционистского курса администрации США без противоречий с решением Верховного суда США.

***

В итоге, спор о новой тарифной политике Д. Трампа не ограничивается рамками торгового регулирования, речь идет именно о конституционном и фундаментальном вопросе распределения и разграничения полномочий американской власти. Вынесенное решение Верховного суда отражает позицию судебной ветви власти остановить тенденцию расширения президентских полномочий. Однако у исполнительной власти все еще остается достаточно возможностей в сфере внешнеторгового регулирования, которые свидетельствуют о том, что институциональные противоречия скорее всего далеки от завершения.

[1] Бессент раскритиковал решение Верховного суда США по пошлинам Трампа // РИА Новости 21.02.2026. URL: https://ria.ru/20260221/poshliny-2075904297.html?ysclid=mrdgpq0unm249112385</a>

[2] Квазисудебный процесс - форма деятельности исполнительного органа, при которой административный орган, не являясь судом, осуществляет функции, сходные с судебным рассмотрением: устанавливает фактические обстоятельства, рассматривает позиции заинтересованных лиц, оценивает представленные материалы и принимает индивидуализированное решение на основе применяемых правовых норм.