Блог Валентины Дмитриевой

Место «цифровых активистов» в определении внешнеполитического курса страны

1 Июля 2021
Распечатать

В связи с глобализацией и демократизацией повысилась роль гражданского общества во внешней политике государства. С появлением социальных сетей у гражданского общества появилась возможность не просто высказывать свое мнение по внутри- и внешнеполитичесской повестке, но и активно вовлекаться в политику. Благодаря социальным сетям информация о мировых конфликтах распространяется быстрее, позволяя людям формировать собственное мнение на основании увиденных материалов. Помимо открытой информации социальные сети значительно упрощают организацию активного участия гражданского общества, тем самым стимулируя вовлеченность людей, которым не надо вступать в движения или выходить на улицу, чтобы выразить свою позицию. Эти изменения повлекли за собой трансформацию гражданского общества, ранее выраженного сугубо в движениях и неправительственных организациях. Трансформация гражданского общества и социальные сети открыли для граждан иные каналы воздействия на внешнеполитический курс правительства.

business_5475659_1920.jpg

Pixabay

Эволюция деятельности гражданского общества в вопросах внешней политики до 2010-х гг.

До начала холодной войны гражданское общество в основном концентрировалось на внутренней политике государства. Во время Холодной войны ситуация изменилась. В США ряд конфликтов, в частности, Вьетнамская война, вынудил гражданское общество начать открытые протесты против внешней политики государства. В попытках повлиять на действия правительства активисты формировали общественные движения. Впоследствии активность гражданского общества только повышалась: основанные неправительственные организации оказывали давление на администрацию США. Например, Human Rights Watch с помощью открытого письма повлияли на Билла Клинтона, чтобы он подписал Римский статут Международного Уголовного Суда. Другим способом влияния воспользовался Балканский институт, в частности Комитет Америки по спасению Боснии, который лоббировал в Конгрессе снятие эмбарго со страны и более жесткие меры со стороны администрации США1.

В 2000–2010-х гг. влияние неправительственных организаций на внешнюю политику возрастает: помимо миротворческой деятельности организации начинают концентрироваться на вопросах социальной справедливости. Внутри гражданского общества появляется больше профессионалов, которые предпочитают личные встречи и конкретные предложения массовым протестам.

Социальные сети и гражданское общество в 2010–2020-х гг.

Как уже было отмечено ранее, развитие интернета и появление новых СМИ стимулирует активность гражданского общества. Возможность отключения интернета внутри страны для предотвращения координации усилий (например, в Египте или Тунисе во время «Арабской весны») и дальнейшие исследования показывают, что социальные сети во многом являются не способом формирования внутреннего движения и мобилизации гражданского общества, а инструментом для привлечения внимания международной общественности. Так большинство сообщений о событиях «Арабской весны» были из-за рубежа. Таким образом можно говорить, что именно социальные сети играют ключевую роль в повышении активности гражданского общества в вопросах внешней политики: распространение информации о событиях в других странах в режиме реального времени повышает заинтересованность граждан. В случае нарушения прав человека гражданское общество США может направлять требования правительству отреагировать на ситуацию (как это было еще в 1990-х гг. с Югославией).

Как было отмечено ранее, с появлением социальных сетей трансформируется и состав гражданского общества. Если в прошлое десятилетие ведущую позицию занимали неправительственные организации — институты, пришедшие на смену иногда стихийно созданным движениям, которые занимаются различным спектром вопросов, в отличие от узконаправленных движений (например, Human Rights Watch, вышедшая за рамки США и ставшая международной, Amnesty International), — в новом десятилетии они постепенно уступают место «стихийному активизму». Нельзя сказать, что НПО полностью утратили свое значение в качестве основных институтов гражданского общества, однако их деятельность начинает всё больше ставиться под сомнение обычными гражданами ввиду их институционализации, разросшегося бюрократического аппарата и взаимодействия с правительством напрямую. Так, например, Human Rights Watch была раскритикована академиками и лауреатами Нобелевской премии мира за связь с правительством США, оказывавшим влияние на расследования и публикации.

С утратой доверия НПО активисты, не являющиеся участниками организаций, начинают искать другие способы влияния на внешнюю политику государства. Так возникает неформальный активизм (или «стихийный активизм»), который чаще всего является еще и цифровым (т.е. существует преимущественно в социальных сетях и сети Интернет). Если для выражения позиции и привлечения внимания общественности к проблеме традиционно используются личные страницы пользователей, а для сбора сторонников тематические сообщества в сети Интернет (например, группа в Facebook или тематический профиль в Instagram/Twitter), то для влияния на внешнюю политику правительства они используют комбинированные методы.

Наиболее популярным методом долгое время были петиции: используются петиции на платформах, предоставляемых правительством, например, WeThePeople, или на независимых платформах как Change.org. Несмотря на инициативу, популярность петиций упала, в частности, в связи с их неэффективностью (особенно в вопросах внешней политики). В США инициатива WeThePeople, запущенная Бараком Обамой в 2011 году, была временно закрыта Дональдом Трампом в 2017 году для создания нового сайта, а после инаугурации Джозефа Байдена в январе 2021 года ликвидирована без объяснения причин. В связи с исчезновением официального канала связи с правительством активисты гражданского общества США окончательно утратили веру в эффективность составления петиций и начали искать другие методы воздействия на правительство. В других странах продолжают использовать петиции на официальных сайтах правительства или парламента (например, в Великобритании). За последние два года было уже рассмотрено три обращения по вопросам внешней политики: реакция на действия правительства Индии в отношении свободы прессы, санкции против правительства Нигерии и санкции против правительства Китая. Однако во всех трех случаях министерство иностранных дел Великобритании отказалось от принятия требований населения, предоставив подробный ответ, почему поступить подобным образом не представляется возможным. Эти примеры, что петиции не являются эффективным инструментом для влияния на внешнюю политику, поэтому гражданское общество было вынуждено обратиться к другим инструментам.

Одним из самых простых способов донести свою позицию гражданское общество считает использование социальных сетей высокопоставленных лиц (как президента, министров и секретарей, так и сенаторов и депутатов). Этот способ позволяет напрямую обратиться к правительству, однако не является эффективным, так как официальные социальные сети высокопоставленных лиц ведут их секретари. Однако большое количество обращений по одному вопросу может привлечь внимание высокопоставленного чиновника.

Для большей эффективности прямое обращение отправляется активистами на официальные почты. В приоритете у гражданского общества сенаторы, представители от регионов и штатов и депутаты, так как они были выбраны в качестве представителей воли избирательного округа и, следовательно, должны прислушиваться к мнению своих избирателей или предоставлять информацию по некоторым вопросам. В США на сайте сенаторов можно прочесть позицию каждого сенатора по ряду вопросов, что помогает активистам в определении нужных людей для лоббизма. Похожую тактику используют в Австралии и Великобритании. Этот способ отчасти был заимствован из деятельности ряда НПО, которые лоббировали свои убеждения с помощью личных встреч с сенаторами.

Некоторые активисты гражданского общества создают сервисы для упрощения процесса. Например, Resist Bot составляет обращения за активистов нужным высокопоставленным лицам, достаточно только указать цель обращения и адресата. Ряд НПО на своих сайтах выкладывает примеры готовых писем, чтобы ускорить процесс составления обращения (например, Australia Palestine Advocacy Network).

Для выражения своего протеста внешней политике и привлечения внимания к проблеме также используют фотоматериалы. В частности, выбираются значимые места страны (например, здание министерства иностранных дел, посольство страны, за которую или против которой протестует гражданское общество, здание органов местного самоуправления, реже достопримечательности). На их фоне делают фотографию с флагами, плакатами, баннерами или иными формами демонстрации своей позиции, после чего она размещается в социальных сетях под хэштегом призыва и с отметкой местоположения. Таким образом гражданское общество старается показать, что эта проблема волнует реальных жителей страны, а не созданные в спешке многочисленные однодневные аккаунты.

Благодаря разнообразным инструментам выражения своей позиции «цифровой активизм» набирает влияние во внутренней и внешней политике. Тем не менее на данный момент существуют ограничения, препятствующие серьезным достижениям «цифровых активистов», как закрытие площадок и нежелание считаться с их мнением. Однако нельзя не отметить, что у данного направления существует высокий потенциал стать одним из институтов гражданского общества. В связи со всем вышесказанным возникает вопрос: заменит ли «цифровой активизм» НПО в качестве института гражданского общества или приведет к их исчезновению? Несмотря на популярность цифрового активизма нельзя заявлять, что НПО вскоре перестанут существовать. Набрав высокую репутацию и, наконец, став силой, которая может вести с правительством прямой диалог, НПО являются одним из оформленных и признанных институтов гражданского общества, который получил возможность принимать участие в мировой политике. Более того, ряд НПО активно адаптируется к цифровым активистам, становясь медиатором для выражения их позиции (как, например, в случае составления шаблона обращения к властям) и выполняя функцию привлечения внимания общественности к проблемам. В вопросах внешней политики НПО могли уйти в тень, однако не стоит списывать их со счетов.


1 - Raimondo J. Into the Bosnian Quagmire: The Case Against U.S. Intervention in the Balkans / Justin Raimondo, 1996. PP. 45-48.

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
 
Социальная сеть запрещена в РФ
Социальная сеть запрещена в РФ
Бизнесу
Исследователям
Учащимся