Блог Софии Емельяновой

Состояние и перспективы энергетического сотрудничества России и стран БРИКС

16 Июня 2020
Распечатать

Статья посвящена анализу современного состояния сотрудничества России и других стран БРИКС в сфере энергетики. Основное внимание уделено энергетическому сотрудничеству между Россией и Китаем, которые являются стратегическими партнерами на данном направлении. Обозначены основные проекты, которые реализуются в настоящее время, а также рассмотрены планы сторон по развитию энергетического взаимодействия на двустороннем и многостороннем уровнях. В статье приведена оценка перспектив развития сотрудничества стран по линии энергетики, а также проанализированы основные препятствия продвижению связей.

silasibiri.jpg

Валерий Шарифулин/ТАСС

Сотрудничество России и Китая в сфере энергетики на современном этапе

Нормализация российско-китайских отношений берет начало еще в 1980-х гг., когда Китай под руководством Дэна Сяопина перешел к политике реформ и открытости, одним из направлений которой было открытие страны миру и выстраивание сотрудничества с зарубежными странами. С тех пор отношения между двумя странами перешли в качественно новое измерение, а за последнее пятилетие в условиях изменения мировой системы приобрели особое значение для обеих сторон. Одним из ключевых направлений сотрудничества РФ и Китая является энергетика.

ТЭК играет важную роль в экономиках РФ и Китая, однако с начала XXI в. Китай испытывает разрыв между собственным производством и потреблением энергоресурсов, что обусловлено увеличивающимися потребностями растущей экономики. В частности, темп роста импорта нефти Китая за период 2008–2018 гг. ежегодно составлял около 9,4 %. Более того, в настоящее время Китай уделяет особое внимание диверсификации источников поставок энергоресурсов, а также развитию инфраструктуры, освоению нефтегазовых месторождений за рубежом и предоставлению инвестиций зарубежным компаниям в обмен на льготные условия поставок. Причиной диверсификации источников энергоресурсов служит стремление Китая ослабить зависимость от стран Ближнего Востока, а также желание расширить присутствие китайских компаний в Центральной Азии.

Сегодня российско-китайское сотрудничество в сфере энергетики выстраивается в рамках энергодиалога «Россия — Китай», оформленного в 2008 г. во время официального визита Д. Медведева в Китай. В 2012 г. энергодиалог был переименован в Межправительственную Российско-Китайскую комиссию по энергетическому сотрудничеству. По данным Федеральной таможенной службы РФ (ФТС), за 3-й квартал 2019 г. РФ экспортировала в Китай нефтепродукты на сумму 7 635 220 тыс. долл. США и газ на сумму 66 408 тыс. долл. США.

В 2009 г. ПАО «Транснефть» был запущен в эксплуатацию нефтепровод «Восточная Сибирь — Тихий океан» (ВСТО), общей протяженностью 4740 км. Нефтепровод соединяет месторождения Сибири с рынками Китая и США. Также поставки нефти в Китай с 2011 г. осуществляются через нефтепровод «Сковородино-Мохэ», который является ответвлением ВСТО. Ежегодный объем поставок нефти по «Сковородино-Мохэ» составляет приблизительно 25–30 млн тонн. Российские нефтяные компании «Транснефть» и «Роснефть» получили эксклюзивное право на осуществление поставок нефти в Китай в течение 20 лет. Также, по словам главы Роснефти Игоря Сечина, новой точкой взаимодействия РФ и Китая может стать совместное освоение арктического шельфа.

Более того, в настоящее время РФ не только расширяет поставки, но и привлекает иностранные компании для освоения собственных месторождений в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Например, в 2016 г. Роснефть подписала соглашение с китайской компанией China National Chemical Corporation (ChemChina) о сотрудничестве в рамках проекта «Восточной нефтехимической компании» (ВНХК). По условиям соглашения ChemChina должна была на 40 % войти в капитал ВНХК. По словам И. Сечина, инвестиционный потенциал договоренностей мог достигать 30 млрд долл. США, однако по состоянию на 2019 г. проект приостановлен в связи с высокой капиталоемкостью.

Что касается российско-китайского сотрудничества в газовой сфере, в 2014 г. ПАО «Газпром» и Китайская национальная нефтегазовая корпорация (CNPC) заключили договор купли-продажи российского газа по газопроводу «Сила Сибири» сроком на 30 лет. Договор предполагал ежегодную поставку газа в Китай в объеме 38 млрд куб. м. В декабре 2019 г. газопровод «Сила Сибири» был запущен в работу и начались первые в истории трубопроводные поставки российского газа в Китай. Согласно договоренностям в 2020 г. в Китай планируется поставить 5 млрд куб. м, в 2021 г. — 10 млрд куб. м, а в 2022 г. — 15 млрд куб. м. Более того, после выхода на проектную мощность (38 млрд куб. м газа в год), который запланирован на 2024 г., Китай станет вторым по объему импортером российского газа после Германии, которая в 2018 г. закупила у Газпрома 58,5 млрд куб. м газа.

Еще одно направление, на которое стоит обратить внимание в рамках российско-китайского энергетического сотрудничества, — это электроэнергетика. Регионы Сибири и Дальнего Востока обладают потенциалом для выработки избыточных мощностей электроэнергии, что позволяет транспортировать ее в Китай. Примером приграничного проекта в сфере электроэнергии могут послужить поставки АО «Восточная энергетическая компания». Контракт был заключен в 2012 г. сроком на 25 лет. В 2018 г. экспорт электроэнергии в Китай составил 3,955 млрд кВт/ч. Также в 2015 г. РФ и Китай заключили договор о строительстве двух энергоблоков на построенной ГК «Росатом» Тяньваньской АЭС.

Таким образом, энергетическое сотрудничество России и Китая имеет стратегический характер и представляет взаимовыгодный интерес. Во-первых, сотрудничество в данной сфере способствует укреплению энергобезопасности в Северо-Восточной Азии. Во-вторых, взаимодействие открывает перспективы развития ТЭК обеих сторон. В-третьих, РФ получает необходимую поддержку в финансировании дорогостоящих проектов, реализация которых была бы затруднена без иностранных инвестиций. И наконец, сотрудничество двух стран позволяет осваивать новые месторождения и разрабатывать более эффективные методы добычи энергоресурсов.

Сотрудничество России и других стран БРИКС

Страны-участницы БРИКС характеризуются важной особенностью — они взаимно дополняют друг друга в энергетической сфере. Совокупное потребление энергии стран БРИКС достаточно велико и составляет около 35 % от мирового объема. Однако, если РФ и Бразилия выступают экспортерами энергетических ресурсов, то Китай, Индия и ЮАР являются крупными импортерами, соответственно энергетическое сотрудничество в рамках БРИКС выстаивается в соответствии с указанными ролями стран. Также стоит отметить, что двустороннее сотрудничество стран в сфере энергетики более развито, чем сотрудничество в рамках многосторонних форматов.

Говоря о двусторонних связях, следует выделить активное развитие российско-индийского энергетического сотрудничества, в то время как по линии Россия-Бразилия и Россия-ЮАР никаких значимых проектов не реализуется. В российско-индийском партнерстве в сфере энергетики складывается схожая с российско-китайским сотрудничеством ситуация — Индия потребляет больше ресурсов, чем производит.

Несмотря на зависимость Индии от импорта энергоресурсов, основным торговым партнером в данной сфере для нее выступают страны Персидского залива. Торговля энергетическими ресурсами между Россией и Индией слабо развита. В 2015 г. поставки нефти составили менее 0,5 млн. тонн. Основной акцент в российско-индийских отношениях в сфере энергетики сделан на инвестиционное сотрудничество в атомной и нефтегазовой отраслях. Например, на месторождениях РФ работает индийская компания ONGC Videsh, которая владеет 20%-ой долей в проекте «Сахалин-1», реализуемом с 2001 г. Целью данного проекта является разработка нефтегазовых месторождений на северо-восточном шельфе о. Сахалин. Также с 2015 г. проходят совместные работы по разработке Ванкорского нефтяного месторождения, где 50,1 % принадлежит «Роснефти», 30 % — ONGC и 23,9 % принадлежат консорциуму индийских компаний. Более того, в сентябре 2019 г. министр нефти и газа Индии Дхармендра Прадхан заявил: «Мы очень хотим увеличить потребление нефти из России, наши крупнейшие компании ведут переговоры об этом с коллегами из «Роснефти». Сейчас индийские компании закупают российскую нефть в основном по спотовым ценам, но мы намерены диверсифицировать закупки, компании изучают возможности импорта российской нефти по долгосрочным контрактам». За последние несколько лет индийские компании выкупили доли в операторах крупных проектов «Росфнети» (в частности, была выкуплена доля АО «Ванкорнефть»), а Роснефть приобрела 49 % Essar Oil. Развиваются также поставки СПГ, недавно между российской компанией ПАО «НОВАТЭК» и индийской H-Energy был подписан меморандум о долгосрочных поставках СПГ в Индию. Более того, Владимир Путин сделал индийским компаниям предложение об участии в российских проектах по сжижению газа, таких как «Дальневосточный СПГ» (проект «Роснефти») и «Арктик СПГ–2» (проект «НОВАТЭКа»). Общая доля китайских и японских инвесторов в последнем составила уже около 30%, что говорит о заинтересованности Азии в развитии поставок российского СПГ. В атомной электроэнергетике АО «Атомстройэкспорт» совместно с Индийской корпорацией по атомной энергии реализует строительство АЭС «Куданкулам» в Индии. В июне 2017 г. был подписан контракт на строительство реакторов 5 и 6, которые планируется ввести в эксплуатацию к 2025 г.

На уровне многостороннего сотрудничества стран БРИКС в сфере энергетики также существуют определенные тенденции. В современном мире внешняя политика государств зачастую проводится путем военного и политического давления, нежели посредством дипломатических переговоров. Таким образом, энергетическая безопасность, которая напрямую связана с нацеленными на выживание и максимизацию собственных выгод внешнеполитическими курсами стран, является важным вопросом международного сотрудничества. Страны-участницы БРИКС отчетливо осознают необходимость скоординированных действий в обеспечении энергетической безопасности, а также консолидации ресурсов, технологий и знаний и привлечении инвестиций в энергоэффективные отрасли. Впервые необходимость энергетического сотрудничества стран была отмечена на I Саммите БРИКС в 2009 г. В совместном заявлении лидеров стран БРИК говорится об укреплении координации и сотрудничества государств в энергетической области, усилиях по снижению неопределенности и обеспечению стабильности и устойчивости, а также о необходимости диверсификации энергетических ресурсов, обеспечения безопасности маршрутов транзита энергоносителей, создания новой энергетической инфраструктуры и направления новых инвестиций в энергетику. С течением времени формулировки вопроса об энергетическом сотрудничестве изменялись, однако он всегда оставался одной из ключевых тем. В Совместном заявлении глав государств и правительств стран-участниц Второго саммита БРИК 2010 г. вопросы энергетического сотрудничества были выделены в отдельный блок. В Декларации, принятой по итогам саммита БРИКС в 2011 г. впервые было уделено внимание атомной энергетике и возобновляемым источникам энергии. Более того, после мирового финансового кризиса 2008 г. особое внимание уделялось волатильности цен и стремлению к стабилизации сырьевых рынков. Однако на тот момент никаких конкретных мероприятий предложено не было, и лишь в 2014 г. в рамках VI Саммита БРИКС российской стороной были выдвинуты конкретные инициативы. В частности, было предложено расширять энергетическое сотрудничество посредством создания Энергетической ассоциации БРИКС, Резервного банка топлива и Института энергетической политики стран БРИКС. Такие инициативы увеличили возможности для более тесного сотрудничества не только государств, но и бизнеса. В 2018 г. в рамках X Саммита БРИКС министры энергетики стран-участниц договорились о создании платформы энергетических исследований БРИКС, а в июне 2019 г. состоялась первая встреча ее старших должностных лиц. На встрече российские эксперты представили проект глобального обзора развития международного рынка газомоторного топлива, запуск которого планируется осуществить в рамках Платформы энергетических исследований БРИКС.

В феврале 2020 г. Министерство энергетики РФ совместно с научным сообществом разработало концепцию энергетического сотрудничества БРИКС и настояло на фокусировке на содержании данной концепции. Более того, Министерство энергетики РФ подготовило проект дорожной карты энергетического сотрудничества до 2025 г., который будет обсуждаться с другими странами БРИКС в течение года. Подписание дорожной карты запланировано на октябрь 2020 г. В целом на ежегодных саммитах БРИКС вопросы энергетического сотрудничества занимают важное место, лидеры стран всегда говорят о необходимости обеспечения энергетической безопасности и развитии зеленой энергии, однако по факту конкретные шаги были предложены лишь в 2014 г., а в 2018 г. страны договорились о создании платформы энергетических исследований БРИКС. В декларации, принятой по итогам XI саммита БРИКС в 2019 г. говорится о потенциале Платформы энергетических исследований БРИКС, а также отмечается ряд проведенных в 2019 г. встреч. Например, в октябре 2019 г. был проведен II Саммит Молодежного энергетического агентства БРИКС, в ноябре 2019 г. состоялись встреча старших должностных лиц стран БРИКС по вопросам энергетики и IV Встреча министров энергетики стран БРИКС, а в июне 2019 г. прошла встреча старших должностных лиц Платформы энергетических исследований БРИКС. Таким образом, существующие инициативы преимущественно развиваются как идеи, но еще не получили своего практического воплощения.

Потенциал и перспективы энергетического сотрудничества стран БРИКС

БРИКС — это уникальное по масштабу объединение нового типа, которая по прогнозам Аналитического центра при Правительстве РФ к 2040 г. будет обеспечивать около 45 % мирового производства и потребления энергии, а вопросы энергетического сотрудничества всегда занимают особое место в переговорах на саммитах БРИКС. Несмотря на то, что отдельные члены БРИКС имеют значительное влияние на мировых энергетических рынках, это объединение никогда не расценивалась в качестве энергетической организации. Однако у данной группировки существуют перспективы развития в области энергетики.

Заинтересованность РФ в расширении энергетического сотрудничества в рамках БРИКС определяется несколькими факторами. Во-первых, РФ в лице крупнейшего производителя энергоресурсов заинтересована в бесперебойных поставках и стабильных ценах, а БРИКС может выступать платформой для разработки единых принципов торгово-экономической политики как внутри объединения, так и на мировом энергетическом рынке. Необходимо отметить, что подобная перспектива не подразумевает разработку точных механизмов воздействия, как, например, существующие в ОПЕК квоты на добычу нефти. Воздействие на рынки энергоресурсов может осуществляться за счет общей скоординированной политики государств-членов БРИКС, которые в совокупности имеют значимую долю на мировых рынках. Во-вторых, РФ в связи с кризисом 2014 г. и последовавшими за ним санкциями против российских нефтегазовых компаний заинтересована в развитии альтернативных европейскому направлениях поставок энергоресурсов. Весной 2018 г. аналитическим центром «Атлантический совет» был выпущен обзор «Влияние санкций на российский энергетический сектор», в котором рассматривалось воздействие санкций США и ЕС на нефтяную и газовую отрасли РФ. В частности, в рамках секторальных санкций 2014 г. был введен запрет на привлечение долгосрочного финансирования компании «НОВАТЭК» и ее дочерними компаниями, а И. Сечин обращался к Правительству с просьбой предоставить компании 1,5 трлн рублей для поддержания её деятельности. Более того, в настоящее время разворачиваются противоречия вокруг проекта «Северный поток — 2»: США ввели санкции против компаний, которые принимают участие в строительстве газопровода, в связи с чем РФ испытывает трудности в реализации проекта. В связи с этим, Китай и Индия представляют для РФ большой интерес в силу быстрого экономического роста и невозможности удовлетворить растущий спрос собственными ресурсами. Более того, для РФ в рамках БРИКС открывается возможность не только развивать многостороннее сотрудничество в энергетической сфере, но также укреплять двусторонние связи. Среди основных направлений, по которым будет проходить сотрудничество, можно выделить: наращивание поставок нефти и газа (преимущественно в Китай и Индию); технологический обмен и содействие созданию квалифицированных кадров; разработка унифицированного внешнеполитического курса, нацеленного на минимизацию волатильности цен и стабилизацию поставок; привлечение инвестиций в ТЭК. Если рассмотреть потенциал сотрудничества РФ со всеми странами-членами БРИКС по-отдельности, то, по оценкам Аналитического центра при Правительстве РФ, в отношениях с Китаем и Индией упор следовало бы делать на выстраивание взаимовыгодного сотрудничества в поставках энергоресурсов и инвестировании в ТЭК, а с ЮАР и Бразилией — на технологический обмен.

В многостороннем сотрудничестве стран БРИКС в сфере энергетики наиболее перспективным направлением является развитие ТЭК, так как объединение открывает для стран инвестиционные возможности. Значимую роль в этом направлении играет Новый Банк Развития БРИКС (НБР). Например, в 2016 г. были одобрены капиталовложения суммой на 811 млн долл. США в возобновляемую энергетику в Китае, ЮАР, Бразилии и Индии. Тогда Национальный банк экономического и социального развития Бразилии получил в кредит 300 млн долл. на строительство новых мощностей солнечной энергии, индийскому Canara Bank было предоставлено 250 млн долл. для выработки зелёной энергии, а китайской компании Shanghai Shenzhou New Energy Development Co Ltd. был предоставлен 81 млн долл. на схожие цели. Инвестиционное сотрудничество стран БРИКС в рамках НБР позволит не только повысить степень защиты инвестиций посредством установления многосторонних правил регулирования, но также способствует аккумуляции средств на проекты, которые представляют интерес для нескольких стран. Результатом совместной реализации проектов станет повышение уровня ТЭК и положительные экстерналии для стран-участниц. Еще одной важной инициативой с точки зрения многостороннего сотрудничества является создание Энергетической ассоциации, которая включает в себя Резервный банк топлива и Институт энергетической политики БРИКС. Несмотря на то, что в настоящее время эта инициатива не принесла действительных результатов, в 2015 г. говорилось о ее перспективах, среди которых выделяли: возможность контроля цен на энергоресурсы; проведение исследований энергетического рынка и создание собственной независимой аналитической базы; защиту от политического и экономического давления со стороны третьих стран и осуществление финансовых операций в национальных валютах в рамках Резервного банка топлива.

Ограничения для развития сотрудничества стран БРИКС в сфере энергетики

При формировании БРИКС некоторые эксперты утверждали, что именно энергетика станет одним из ключевых направлений сотрудничества, так как этот вектор способен приносить странам БРИКС взаимные экономические выгоды. И это действительно могло бы быть так, особенно учитывая тот факт, что государства-члены БРИКС, как уже было отмечено, можно разделить на экспортёров (Россия и Бразилия) и импортеров (Китай, Индия, ЮАР) энергоресурсов. Однако на практике все сложилось немного иначе. Если обратиться к Совместному заявлению лидеров стран БРИК по итогам Саммита в 2009 г., в нем были выражены достаточно широкие планы относительно развития энергетики. В частности, говорилось о развитии инфраструктуры, обеспечении безопасности транзита энергоресурсов, диверсификации поставок и пр. Однако в последующих декларациях акцент сместился на развитие возобновляемых источников энергии (ВИЭ) и повышение энергоэффективности стран, а сотрудничество в области традиционной энергетики лишь упоминалось в некоторых декларациях, но не являлось приоритетным направлением. Причина, по которой деятельность стран БРИКС в области энергетики на международной арене затруднена, — это принципиальные различия интересов, что в свою очередь делает практически невозможным реализацию одной из главных целей — формирование скоординированной стратегии регулирования мировых энергетических рынков — и приводит к невыполнению намеченных планов.

Во-первых, Россия, являясь основным экспортером энергоресурсов, боится превратиться в сырьевой придаток Китая. Китай, напротив, укрепляется в Центральной Азии, расширяя энергопоставки оттуда. Проводя схожую внешнюю политику по многим другим направлениям, Россия и Китай всё равно прежде всего ценят свободу действий и независимость. Бразилия же поощряет западные инвестиции, ЮАР продолжает придерживаться политики открытости европейским и американским интересам. В некотором смысле Бразилия и ЮАР являются буфером между Западом и ключевыми игроками Азии. Более того, между странами присутствует конкуренция относительно сфер влияния на рынке энергоресурсов. К примеру, подобные противоречия наблюдались между Индией и Китаем, что привело к борьбе за сферы влияния в Мьянме и в 2005 г. завершилось подписанием 30-летнего контракта на поставки газа в Китай.

Во-вторых, различие позиций стран БРИКС в мировой энергетической системе, которое, как было указано ранее, могло бы стать базой успешного сотрудничества, на деле привело к расхождению интересов. Так страны-экспортеры энергоресурсов нацелены на укрепление двусторонних связей и удержание своих позиций на мировом рынке, в то время как страны-импортеры в целях обеспечения собственной энергобезопасности стремятся к диверсификации поставок.

В-третьих, на успешное развитие внутри группировки оказывают влияние устоявшиеся связи с третьими странами. Основные поставщики и потребители энергоресурсов стран БРИКС находятся вне объединения. Например, основным партнером Бразилии являются США, которые импортируют более 50% углеводорода Бразилии. Россия традиционно экспортирует газ в Европу. В 2018 г. «Газпром» экспортировал в страны Европы 200,8 млрд куб. м газа, из которых около 81% поставок пришлось на страны Западной Европы (включая Турцию). При этом основными импортерами являются Германия, Турция, Италия, Великобритания и Франция. Индия же в основном сотрудничает со странами Ближнего Востока, а ЮАР импортирует энергоресурсы из ближневосточных и африканских стран. В связи с этим, в краткосрочной перспективе коренной пересмотр партнеров кажется маловероятным.

В-четвертых, продуктивному сотрудничеству стран БРИКС препятствуют альтернативные интеграционные процессы. Так, в 2003 г. ещё до формирования БРИКС был создан форум ИБЮА (Индия, Бразилия и ЮАР), изначальной целью которого было укрепление позиций развивающихся стран в Организации объединенных наций (ООН), а затем были созданы рабочие группы по вопросам энергетики. В 2009 г. была создана группа BASIC (Индия, Китай, Бразилия, ЮАР), целью которой было обсуждение вопросов изменения климата с учетом мнения развивающихся стран. Таким образом, функционирование других интеграционных объединений тормозит выстраивание многостороннего сотрудничества стран БРИКС в силу того, что отношение России и Китая как постоянных членов СБ ООН к ИБЮА неоднозначно, а в переговорах по климатическому изменению Россия занимает более значимое, чем другие страны БРИКС положение.

Подводя итог, потенциал энергетического сотрудничества стран БРИКС заключается в том, что они способны взаимно дополнять друг друга. Россия заинтересована в развитии энергетического сотрудничества в силу того, что страны БРИКС представляют собой растущие экономики и могут выступать в качестве расширяющихся рынков сбыта. Также в связи с ограничениями российских компаний в Европе и необходимостью диверсификации поставок энергетическое сотрудничество со странами БРИКС приобретает для России особый интерес. Однако существуют и ограничения, препятствующие успешному сотрудничеству стран БРИКС в сфере энергетики, которые заключаются в расхождении интересов стран. На такое положение дел оказывает влияние разная позиция стран на энергетическом рынке, устоявшиеся связи с третьими странами, а также существование альтернативных интеграционных процессов, в которые вовлечены страны БРИКС. Таким образом, несмотря на то, что энергетика декларируется всеми странами БРИКС как одно из ключевых направлений сотрудничества, а вопросы энергетического сотрудничества всегда затрагиваются на саммитах стран БРИКС, на практике в многосторонним формате никаких действенных механизмов не наблюдается. Проекты ведутся в рамках двустороннего сотрудничества России со странами БРИКС, преимущественно по линии Россия — Китай.

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся