Россия и АТР: взгляд из Владивостока

Крис Миллер: Второй «азиатский разворот» России

12 Марта 2015
Распечатать

Многие аналитики предсказывали, что вследствие западных санкций, наложенных из-за украинского кризиса, Россия переориентирует свою экономику с Запада, с которым она выгодно торговала своими энергоресурсами в обмен на инвестиции и потребительские товары, на Восток, прежде всего, в сторону Китая.

 

Экономические связи между Россией и Китаем расширяются, и этому есть подтверждения. Прямые китайские инвестиции в Россию в 2014 году увеличились более чем в 2 раза, достигнув 8 млрд. долл. согласно данным Министерства коммерции КНР. Ведущие российские банки, в том числе ВТБ и ВЭБ, по словам Гордона Орра из американской консалтинговой фирмы McKinsey & Company, получили кредиты от китайских финансовых структур. 2014 год также принес ряд значительных китайских инвестиций в российские промышленные и инфраструктурные проекты.

 

Тем не менее, существуют основания для сомнений в том, что две страны начинают новую эру более тесных экономических отношений. Как недавно отметил Сергей Цыплаков (представитель Сбербанка России в КНР – прим. пер.), торговые отношения между двумя странами "стоят на одной ноге" - нефти и газе. Это объясняет, почему, несмотря на упомянутые выше заметные сделки, долларовая стоимость в российско-китайской торговле резко упала в последние месяцы. Поскольку нефть и газ составляют основную часть российского экспорта в Китай, объемы торговли весьма чувствительны к ценам на энергоносители. А поскольку цены на нефть упали по сравнению с 2014 г. на 50%, то долларовая (и юаневая) стоимость российского экспорта в Китай также снизилась.

 

Так какими же аналитики видят экономические отношения России с Китаем? Это не первый "разворот в Азию" для Москвы. В 1980-х советский лидер Михаил Горбачев стремился улучшить политические и экономические связи со странами Азии, включая Китай, Южную Корею и Японию. В течение нескольких лет в конце 1980-х казалось, что "разворот" достигает больших успехов, но политика Горбачева потерпела неудачу и привела к экономическому краху страны в 1990 и 1991 годах. Понимание «азиатского разворота» Кремля в 1980-х проливает свет на возможности сегодняшней политики - и на серьезные проблемы, с которыми она сталкивается.

 

В 1980-х многие советские аналитики полагали, что Запад в упадке, а Азия на подъеме. Соединенные Штаты пытались оправиться от "стагфляции" 1970-х годов, а предприятия обрабатывающей промышленности, которые стимулировали рост экономики, подвергались конкурентному давлению более эффективных азиатских фирм.

 

Между тем, азиатские страны демонстрировали впечатляющие экономические результаты на протяжении 1980-х. Япония, ставшая второй по величине экономикой мира, доказывала, что она не только центр дешевого производства, но также и освоила передовые технологии. Знаменитая книга Эзры Фогеля «Япония как номер один» отмечает атрибуты, сделавшие, по мнению автора, Японию успешной. Выводы Фогеля были изучены не только в Соединенных Штатах, но и в Советском Союзе. Все больше посматривая в сторону азиатских экономик в течение 1980-х годов, аналитики заметили, что Япония не одна. Азиатские тигры - Южная Корея, Тайвань, Сингапур и Гонконг - также показывали впечатляющие темпы роста, начиная с текстильной промышленности и медленно двигаясь вверх стоимости в сторону производства более сложной продукции с более высокой добавленной стоимостью. В то же время, после смерти Мао Цзэдуна, китайский лидер Дэн Сяопин построил капиталистическую экономику, тесно связанную с мировыми рынками.

 

После прихода к власти в 1985 году, Михаил Горбачев был впечатлен всплеском экономической активности в Азии, и сделал оживление экономических связей со странами Азии приоритетом. Многие влиятельные советские учреждения уделяли все больше внимания Азии в конце 1980-х годов. Институт мировой экономики и международных отношений, один из самых влиятельных советских научно-исследовательских институтов, учредил «Отдел по изучению тихоокеанского региона» в 1985 году, чтобы более полноценно его исследовать. Институт также стал базой для Национального комитета СССР по Азиатско-Тихоокеанскому сотрудничеству, возглавляемого Евгением Примаковым, который продвигал коммерческие связи между СССР и растущими азиатскими экономиками. В МИД СССР последовали свои институциональные изменения - создание отдела, охватывавшего страны Тихого океана и Юго-Восточной Азии, который объединил Японию с быстро растущими странами Юго-Восточной Азии.

 

Понимая, что многие другие - как в Советском Союзе, так и за рубежом - не видели в СССР реального азиатского игрока, Горбачев последовательно утверждал роль Москвы в Восточной Азии. В 1986 году, в первые дни перестройки, он выступил с речью во Владивостоке - территории, которую Россия приобрела у Цинской империи как результат сочетания дипломатии и принуждения – чтобы подтвердить позиции Советского Союза в Азии и изложить политику, которая поможет скорее соединить СССР с быстро растущими азиатскими экономиками.

 

Горбачев начал свою владивостокскую речь, подчеркнув приоритетность экономического развития Сибири и Дальнего Востока, и призывая к увеличению экспорта  -

экономического двигателя, который «завел» развитие в других странах Восточной Азии. Но расширение торговли было возможно только при условии, что Советский Союз играет активную роль в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Горбачев утверждал, что советским гражданам необходимо более серьезно воспринимать Азию. Причинами для этого были география и экономика. "Многие крупные государства мира, в том числе США, Индия, Китай, Япония, Вьетнам, Мексика и Индонезия" находятся на Тихом океане. "Здесь расположены государства, которые могут считаться средними, но довольно большими по европейским меркам - Канада, Филиппины, Австралия и Новая Зеландия". Один только масштаб означал, что Советский Союз должен был сосредоточиться на Азии, и Горбачев настаивал: "этот колоссальный человеческий и социально-политический массив требует к себе пристального внимания, изучения и уважения".

 

Более того, Горбачев утверждал, что Азия переживает новую волну динамизма, возможно, даже замещая Атлантику в качестве центра экономической и политической деятельности. Азия "проснулась к новой жизни в XX веке" и теперь догоняет Европу. Горбачев сослался на "вихрь изменений - социальных, научных и технологических ... Ренессанс мировой истории". Как результат, СССР нуждался в более тесных экономических связях. "Законы растущей взаимозависимости", объяснял Горбачев, "и потребность в экономической интеграции побуждают к поиску путей, ведущих к согласию и к созданию открытых связей между государствами".

 

Большая часть этой риторики отражает вызовы и современной России при установлении более тесных связей с Китаем. Логические основания также похожи: тогда, как и сейчас, более тесные связи с экономикой Китая не только виделись, как экономические возможности, но также воспринимались и как способ укрепления геополитических позиций Кремля.

 

Тем не менее, «азиатский разворот» Советского Союза провалился, что отлично иллюстрирует последняя книга Сергея Радченко. Кремль преуспел в улучшении отношений с Южной Кореей и Китаем, но отношения с другими азиатскими странами, в частности, Японией, оставались напряженными из-за спора о принадлежности Курильских островов. Крах советской экономики означал, что немногие азиатские компании были заинтересованы в инвестировании в страну. В то же время российская элита оставалась твердо ориентированной на Европу, и лишь немногие из руководителей страны изучали азиатские языки или учились в азиатских странах.

 

Текущий азиатский разворот России сталкивается со многими из тех же препятствий. Если объем российской экономики сократится в следующем году примерно на 5%, как считают многие аналитики, то она скорее всего будет менее привлекательной для инвесторов из Азии и экспортеров. Аналогичным образом, в то время как дипломатические отношения с Китаем усиливаются, позиции России в Азии остаются подвешенными из-за продолжающегося территориального спора с Японией, второй по величине экономики Азии и страны с растущими геополитическими амбициями. Самое, пожалуй, удивительное заключается в том, что заявленный российской властью интерес к Азии не сопровождался серьезной попыткой выстроить отношения, поддерживая, например, более глубокое знакомство с культурой азиатских стран. До тех пор пока российская элита не начнет проявлять больший интерес к азиатским государствам, будут правы в своем скептицизме аналитики, рассуждающие, будет ли нынешний разворот Москвы в Азию более успешным, чем предыдущий.

 

Автор: Крис Миллер, аспирант Йельского университета, сотрудник Института изучения внешней политики. В настоящее время завершает работу над книгой «Крушение: борьба за спасение советской экономики» («Collapse: The Struggle to Save the Soviet Economy»).

 

Перевод выполнил Илья Синенко, аспирант кафедры международных отношений Школы региональных и международных исследований ДВФУ.

 

Статья опубликована также в англоязычной версии блога

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся