Блог Екатерины Саенко

Китай во внешнеполитической стратегии США в АТР

12 Августа 2016
Распечатать

Опрос общественного мнения среди американцев, опубликованный в 2015 году в издании «Foreign Policy», показал, что растущая экономическая и военная мощь Китая входит в десятку самых насущных проблем, волнующих граждан США. В вопросе об угрозах ближайшего десятилетия вторую по популярности строчку занимает растущий военный потенциал КНР[1]. В связи с этим возникает вопрос, какое место Соединенные Штаты  отводят Китаю в своей внешнеполитической стратегии.

 

 Смещение внешнеполитического вектора многих стран в Азиатско-Тихоокеанский регион в XXI веке можно принять за аксиому. В 2009 году, с началом периода администрации Б.Обамы, Соединенные Штаты взяли курс на еще более глубокое вовлечение в АТР, который исторически находился в сфере их жизненных интересов. В Стратегии национальной безопасности 2015 года говорится о «перебалансировке» усилий в данный регион[2]. А подписание соглашения о Транстихоокеанском партнерстве оценивается некоторыми экспертами как создание структуры, продвигающей американские экономические интересы в регионе. 11 марта 2009 г. был опубликован доклад «США и Азиатско-Тихоокеанский регион: стратегия безопасности для администрации Б. Обамы». Ключевыми изменениями в региональной структуре безопасности за последнее десятилетие в докладе были названы возвышение Китая и его стратегическое влияние на Азию. В данном документе КНР прямо называется наиболее важным игроком во всех аспектах азиатской безопасности[3].

 

 Каких подходов придерживаются США и Китай в отношении Азиатско-Тихоокеанского региона? Соединенные Штаты видят систему региональных альянсов со своими союзниками в качестве краеугольного камня собственной безопасности. Образцом взаимодействия называются Япония, Южная Корея, Австралия, а также Новая Зеландия. Система подобных альянсов, по мнению США, гарантирует процветание и безопасность всего региона. США расширяют свое военное присутствие в регионе. Кроме того,  Соединенные Штаты теснейшим образом связаны с АТР экономически. На страны Восточной и Юго-Восточной Азии приходится более трети всего товарооборота США, и объем их торговли товарами со странами Азии существенно превышает объемы торговли с Европой[4].  Соединенные Штаты позиционируют себя как регионального лидера и считают, что американское лидерство крайне важно для движения Азиатско-Тихоокеанского региона к прочной стабильности и безопасности, к развитию торговли и коммерции посредством открытой и прозрачной системы, а также к соблюдению всеобщих прав и свобод.  В свою очередь, для Китая,  крупнейшего социалистического  государства в Восточной Азии, Азиатско-Тихоокеанский регион на протяжении всей истории являлся сферой жизненно важных интересов. В 2015 году Китай опубликовал «Белую книгу» по вопросам военной стратегии[5]. В ней подчеркивается, что Китай придерживается пути мирного развития и принципа невмешательства во внутренние дела других стран. Однако стратегию Китая можно назвать стратегией «активной обороны», не намереваясь совершать акты агрессии, Китай «оставляет за собой право на контратаку в случае нападения на него». Создание прочной национальной обороны и сильной многочисленной армии, с точки зрения Китая, является стратегической целью модернизации КНР и гарантом ее безопасности. И действительно, еще в 2009 году начался процесс подготовки масштабной реформы НОАК, тогда же стали производиться первые изменения, направленные на повышение эффективности вооруженных сил. Стоит добавить, что КНР является крупнейшей торговой державой мира и осуществляет торговлю преимущественно по морю, а также зависит от импорта углеводородов, руды, угля и продуктов питания. Следствием этого является тот факт, что  создание мощного флота, обеспечение морских линий коммуникаций и доступа к иностранным рынкам сырья превращается для Пекина в вопрос физического выживания. Стоит также отметить, что Китай на протяжении десятилетий ведет спор с несколькими странами региона по поводу территориальной принадлежности целого ряда островов в Южно-Китайском море, на шельфе которых были обнаружены значительные запасы углеводородов. Речь идет, прежде всего, об архипелаге Сиша (Парасельские острова), островах Наньша (Спратли) и Хуанъянь (риф Скарборо)[6]. 17 февраля 2016 года, комментируя высказывание Б. Обамы о том, что в Южно-Китайском море должна сохраняться свобода мореплавания, официальный представитель МИД КНР Хун Лэй заявил, что США не являются стороной спора в Южно-Китайском море и призвал их быть осторожными в высказываниях и действиях. 

 

 В отличие от Соединенных Штатов, претендующих на лидерство в АТР, Китайская Народная Республика имеет иное видение региона, которое «подчеркивает его азиатскую природу и не предусматривает активного присутствия в нем Соединенных Штатов» [7].

 

 Подходы США и КНР к региону во многом схожи, это выражается в признании наличия большого количества очагов нестабильности и значимости коллективных усилий в решении проблем безопасности, провозглашении политики мирного разрешения споров, не исключая при этом расширения своего военного присутствия в регионе, активном вовлечении в интеграционные процессы, отведении значимой роли экономическому сотрудничеству в регионе, а также в сходстве по конкретным региональным вопросам. Однако ключевым расхождением можно назвать вопрос о региональном лидерстве, на которое претендуют оба государства, и, исходя из этого, имеют свое видение относительно расстановки сил в регионе.

 

 Во внешнеполитической стратегии США Китай занимает двойственное положение, с одной стороны в качестве важнейшего партнера, с другой, в качестве конкурента, вызова безопасности и претендента на региональное лидерство. Большое внимание уделяется как экономическому росту Китая, так и его военной модернизации. Соединенные Штаты считают, что Китай должен сопровождать рост своей военной мощи большей открытостью в стратегических намерениях[8]. США отмечают, что возросшее политическое и культурное влияние Китая - свершившийся факт, который необходимо признать. Вместе с тем, подчеркивается, что Китай обладает большим потенциалом для военного противостояния с Соединенными Штатами. Выражается ясное намерение сдерживать любую агрессию с привлечением своих региональных союзников, а также выражается надежда, что КНР сделает правильный выбор и не пойдет по пути конфронтации. Стоит добавить, что экономические связи выступают в качестве «стабилизатора» политических и военных отношений между КНР и США. Подтверждением значимости экономических связей могут служить слова председателя Государственного Совета КНР Ли Кэцяна о том, что результаты выборов в США не отразятся на торгово-экономических двусторонних отношениях Вашингтона и Пекина[9]. Ли Кэцян также отметил, что общие интересы двух стран значительнее противоречий между КНР и США. Кроме того, оба государства сотрудничают в сфере образования, культуры, борьбы с терроризмом, экологии, кибербезопасности и др.

 

 С другой стороны, в американо-китайских отношениях присутствует немало дестабилизирующих факторов, к числу которых можно отнести разницу в подходах к правам человека, тайваньскую проблему, тибетский и уйгурский вопрос, активизацию военного присутствия в регионе со стороны обоих государств, северокорейскую проблему. И вместе с тем, нельзя не отметить, что Соединенные Штаты и Китай ведут диалог по каждому из спорных вопросов и предпринимают попытки поиска дипломатического решения существующих проблем.

 

 Обратившись к официальным внешнеполитическим документам США, мы видим, что Стратегия национальной безопасности подчеркивает сотрудничество по таким аспектам как экология, климат, создание безъядерной зоны на Корейском полуострове и экономический рост. Конкуренция между США и КНР называется неизбежной, что, однако, не предполагает неизбежности конфронтации. Подчеркивается, что Соединенные Штаты настаивают на соблюдении Китаем международных норм и правил в различных вопросах, начиная с вопросов безопасности и заканчивая соблюдением прав человека. При этом для реализации данной цели Соединенные Штаты могут вести диалог с позиции силы. Особая роль отводится вопросу кибербезопасности. США будут предпринимать все необходимые меры для того, чтобы оградить свое информационное пространство от вмешательства со стороны кого бы то ни было: частных игроков или китайского государства.

 

 В то же самое время, и Китай, и США сильно зависят от стабильности в Восточной Азии и поэтому заинтересованы в налаживании двусторонних отношений.

 

Если обратиться к мнению американского экспертного сообщества, можно увидеть следующее: часть американских ученых и политиков считает, что США уже не справляются с ролью сверхдержавы. Тезис об утрате мирового лидерства обосновывается во многих работах, появившихся за последние годы. Среди их авторов – П. Бьюкенен, А. Гор, Ф. Закария, Дж. Най и др. Все чаще звучит мысль о том, что из всех стран только Китай по темпам и масштабам развития может рассматриваться как претендент на глобальное лидерство. Одно из последних крупнейших исследований было проведено интеллектуальным центром, корпорацией «РЭНД». В работе «Друзья, противники и будущие задачи: США в турбулентном мире» анализу подвергается оборонная и внешнеполитическая стратегия нынешнего президента Соединенных Штатов. Большое внимание в работе уделяется союзникам США. По мере возвышения Китая они начинают чувствовать себя более уязвимыми перед потенциальной агрессией КНР, и в связи с этим будут стремиться к установлению более тесных связей с Соединенными Штатами[10]. И действительно, в отношениях КНР с союзниками Соединенных Штатов существует немало спорных вопросов. Так, эксперт Совета Международных Отношений Шила Смит обращает внимание на то, что, несмотря на наметившееся улучшение китайско-японских отношений, эта тенденция вряд ли сохранится в 2016 году в силу таких причин как военная реформа в Японии и недостаточный уровень экономического и политического сотрудничества между двумя странами[11]. Мериден Варралль (Институт Леви, Сидней, Австралия) видит в Китае «потенциальную военную угрозу для Австралии, доказательством чего служат действия Китая в Южно-Китайском море. Также опасения эксперта вызывает тот факт, что часть австралийского порта Дарвин была сдана в аренду китайской компании на 99 лет»[12]. Вместе с тем, говоря о Южной Корее, эксперт СМО Скотт Снайдер обращает внимание на то, что отношения Сеула и Пекина развиваются в позитивном ключе. Например, в 2016 году вступает в силу соглашение о свободной торговле, проводятся регулярные встречи лидеров двух стран. Однако Южная Корея является важным партнером США в регионе. И Скотт Снайдер предполагает, что в скором времени Сеул окажется перед выбором между Вашингтоном и Пекином. Самой главной слабостью Соединенных Штатов в регионе доклад корпорации «РЭНД» называет отсутствие сильных институтов безопасности, подобных европейским и то, что основная опора Соединенных Штатов – двусторонние союзы.

 

 В целом, подавляющее большинство экспертов сходится во мнении, что, несмотря на то, что Китай осознает усиление собственной глобальной роли, он в то же время переживает период крупных внутренних преобразований, а потому нуждается в мирном окружении. Подавляющее большинство политиков и экспертов сходятся во мнении, что на данном этапе Китай не достиг того же уровня влияния, что Соединенные Штаты. Да и сама КНР признает, что находится в процессе развития и «возвышения». Однако это не отменяет того факта, что в долгосрочной перспективе Китай сможет превзойти Соединенные Штаты по экономическим показателям, по военному потенциалу и т.д., что и является причиной обеспокоенности США.

 

 Подводя итог, можно сказать, что АТР входит в число наиболее приоритетных регионов во внешнеполитических стратегиях, как Китая, так и Соединенных Штатов. Американо-китайские отношения носят комплексный характер. Их можно охарактеризовать не только как тесное сотрудничество, но и как взаимозависимость. Областью, в которой двусторонние контакты проходят наиболее активно, является экономическое сотрудничество. Помимо вопросов экономики, наиболее приоритетными сферами двустороннего сотрудничества можно назвать: образование, культуру, борьбу с терроризмом, экологию, кибербезопаность и др. Наряду с этим существует и немало факторов, оказывающих дестабилизирующее влияние на двусторонние отношения. Таким образом, можно заключить, что во внешнеполитической стратегии США КНР занимает неоднозначное положение, являясь с одной стороны важнейшим партнером, и вызовом безопасности с другой. Однако, несмотря на экономические успехи и военную модернизацию, Китай можно назвать не действующим, а потенциальным региональным лидером. Более того, на данном этапе Китай открыто не претендует на роль ключевого игрока в регионе, однако, называет себя развивающейся страной и ставит перед собой серьезные задачи по укреплению собственного положения в регионе, что позволяет сделать вывод о том, что Китай видит себя в качестве потенциального регионального лидера, который уже на данном этапе обеспокоен региональной активностью Соединенных Штатов.

 

 Переходя к вопросу перспектив американо-китайских отношений, можно составить несколько вариантов развития событий. Принимая во внимание высокую степень двустороннего экономического сотрудничества, наличия ряда общих интересов, а также учитывая заявления официальных лиц обоих государств, наиболее вероятный вариант будущего американо-китайских отношений в краткосрочной перспективе – укрепление сотрудничества, усиление взаимозависимости и попытки сгладить острые моменты в двусторонних отношениях за столом переговоров. Однако с большой долей уверенности можно сказать, что ввиду сохраняющихся противоречий и провальных попыток обсуждения данного вопроса с Китаем, тесных, союзнических отношений в формате G2 не предвидится. И, кроме того, нельзя упускать из внимания те факты, что Китай оценивается Соединенными Штатами как потенциальная угроза, а между двумя государствами сохраняется большое количество спорных вопросов, поэтому в долгосрочной перспективе можно ожидать ухудшения двусторонних отношений. 

 


[1] Maliniak D, Peterson S, Powers R, Tierney M // What are the most important foreign-policy issues facing the United States today? // Foreign Policy, January-February 2015, P.-61

 

[2] The 2015 National Security Strategy // The White House, February 06, 2015. Режим доступа: https://www.whitehouse.gov/sites/default/files/docs/2015_national_security_strategy.pdf

 

[3] The United States and the Asia-Pacific Region: Security Strategy for the Obama Administration // Center for a New American Security, 2009. Режим доступа: <http://csis.org/files/media/csis/pubs/issuesinsights_v09n01.pdf>

 

[4] Политика США в Азиатско-Тихоокеанском регионе: Сб. научных трудов // РАН. ИНИОН – М., 2014, С.21

 

[5] Шишкина Н.Н. Военная стратегия Китая: девятая «Белая книга» // Центр Сулакшина (Центр научной политической мысли и идеологии), 14.07.15. Режим доступа:<http://rusrand.ru/events/voennaja-strategija-kitaja-devjataja-belaja-kniga>

 

[6] МИД КНР: США не являются стороной спора в Южно-Китайском море и должны быть осторожными // Международная панорама ТАСС, 17.02.2016 Режим доступа:< http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/2674586

 

[7] Политика США в Азиатско-Тихоокеанском регионе: Сб. научных трудов // РАН. ИНИОН – М., 2014, с.24

 

[8] Сохранение глобального лидерства США. Приоритеты для Вооруженных Сил в XXI веке, 2012. Режим доступа: <http://pentagonus.ru/publ/sokhranenie_globalnogo_liderstva_ssha_prioritety_dlja_vooruzhjonnykh_sil_v_xxi_veke_2012_oficialnye_dokumenty/19-1-0-2220>

 

[9] В Китае считают, что результаты выборов в США не отразятся на отношениях Вашингтона и Пекина// Телеграф, 16.03.2016. Режим доступа: <http://rustelegraph.ru/news/2016-03-16/V-Kitae-schitayut-chto-rezultaty-vyborov-v-SShA-ne-otrazyatsya-na-otnosheniyakh-Vashingtona-i-Pekina-52630/>

 

[10] Binnendijk H. // Friends, foes and future directions. US partnerships in a turbulent world // RAND Corporation, 2016. Режим доступа:   <http://www.rand.org/content/dam/rand/pubs/research_reports/RR1200/RR1210/RAND_RR1210.pdf>

 

[11] Актуальные тенденции международного развития в материалах зарубежных экспертно-аналитических центров // РСМД , 02.02.2016 . Режим доступа: </blogs/thinktanks/?id_4=2294>

 

[12] Там же

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся