Блог Александры Халтуриной

Канал «Стамбул»: необходимость или амбиции Эрдогана?

28 Марта 2021
Распечатать

Еще в апреле 2011 г. президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган (будучи в то время премьер-министром) заявил о своем желании построить искусственный водный канал в Стамбуле, в качестве альтернативы Босфорскому проливу, назвав его «безумным проектом». Реализация данного проекта потребует как огромных финансовых вложений (стоимость проекта оценивается в 12 млрд. долларов), так и политических усилий.

Босфор является естественным водным путем с самой узкой точкой 698 м. Ежегодное количество пересечений судов, которое составляло 3-4 тыс. 100 лет назад, сегодня увеличилось до 45-50 тыс. судов. Предполагается, что это число достигнет 65 тыс. в 2030 году, 78 тыс. в 2050 году и 86 тыс. в 2070 году.

bogaz_gecis_sayilari.png

Из-за организации одностороннего движения, применяемой для повышения безопасности судоходства, среднее время ожидания на проливе Босфор для больших судов - примерно 14,5 за каждый судовой час. Период ожидания может иногда занимать до 3-4 дней или даже недель, в зависимости от движения судов и погодных условий, иногда из-за аварии или поломки.

Маршрут, по которому будет проходить канал «Стамбул», имеет общую площадь 152 млн. кв. м. Из этой площади 37,5 млн. кв. м. будет использовано под водный путь. Проект будет проходить через озеро Кучукчекмедже, плотину Сазлысу и плотину Теркос. Длина канала составит 40-45 км, ширина – 145-150 м у поверхности и примерно 125 м у основания. Глубина воды составит 25 м. Благодаря этому каналу Босфор будет полностью закрыт для движения танкеров, а в Стамбуле будут образованы два новых полуострова и новый остров.

Проект планируется завершить 2023 г, т.е. к 100-летию Турецкой Республики, что было бы довольно символично, т.к. Эрдоган всегда анонсирует свои грандиозные проекты с привязкой к тем или иным политическим событиям, а осуществление данного проекта позволит Эрдогану продемонстрировать, что он нисколько не уступает Ататюрку.

e2d7fdf35bc0.jpg

Зачем нужен канал?

По мнению турецких властей, строительство нового водного канала необходимо, во-первых, с экологической точки зрения (забота об окружающей среде и сведение к минимуму рисков и опасностей, связанных в том числе с нефтяными танкерами.), а во-вторых, с экономической точки зрения (сокращение морского трафика через Босфор и возможность заработать на предоставлении альтернативного пути для торговых судов).

Однако «личная мечта» Эрдогана наталкивается на многочисленные внутренние и внешнеполитические препятствия.

В первую очередь противниками «безумного проекта» выступают сейсмологи, защитники окружающей среды и все оппозиционные партии Турции, а главным противником является действующий мэр Стамбула Экрем Имамоглу – член оппозиционной Республиканской народной партии (РНП). Следует подчеркнуть, что Республиканская народная партия является старым политическим противником Партии справедливости и развития.

Политик активно выступает против строительства канала, называя проект «предательством Стамбула». По словам Имамоглу проект угрожает существованию самого города, а также «… если проект будет реализован, Стамбул, существующий 8500 лет, потеряет как подземные, так и надземные источники воды…». Мэр города неоднократно заявляет о том, что проект, который к тому же достаточно сложно финансировать приведет к экологической катастрофе (ликвидации пресного озера Дурусу, загрязнению подземных вод солью).

А по данным соцопросов, строительство канала поддерживают всего 7,9% жителей Стамбула.

Стоит отметить, что после первого объявления об этом проекте в 2011 г., Эрдоган практически каждый год заявляет о том, что реализация проекта вот-вот начнется.

В конце прошлого года Эрдоган заявил, что «… в проекте канала Стамбул власти подошли к концу» и в скором времени будет объявлен тендер, подразумевая конец подготовки перед строительством. На что Имамоглу заявил: «… определение «конец» верное. Канал «Стамбул» подошел к концу, потому что его не будет». Интересная игра слов получается: «Projede sona gelindi» - «подошли к концу в проекте» и «Kanal İstanbul’un sonu gelmiştir» - «пришел конец проекту».

Канал «Стамбул» и конвенция Монтрё

Конвенция о проливах, подписанная в швейцарском Монтрё в 1936 г., заменила договор, заключенный в Лозанне в 1923 г. в отношении проливов. Конвенция Монтрё регулирует судоходство в проливах Босфор и Дарданеллы, в Мраморном море и устанавливает правовые договоренности для морских перевозок между Эгейским морем и Черным морем. Она признает международный статус проливов, но отводит Турции главную роль в контролировании ее выполнения.

Конвенция Монтрё подробно регулирует переходный режим, проводя различие между торговыми судами и военными кораблями. В конвенции говорится о том, что для торговых судов принят принцип свободы прохода, а для военных кораблей существуют определенные ограничения. Так, например, суммарный тоннаж для военных судов нечерноморских стран ограничен 30 тыс. тонн, а период их пребывания в Черном море не может превышать 21 день.

Что касается внешнеполитических трудностей, то они в первую очередь касаются интересов международного сообщества, связанных с урегулированием судоходства по новому каналу. При этом переговоры по вопросу статуса канала и правил пользования им необходимо начинать уже сейчас, т.к. после завершения строительства будет уже поздно.

По мнению Эрдогана, канал не входит в рамки применения конвенции Монтрё: «Монтрё касается только Босфорского пролива. Это история. А канал «Стамбул» — это наш проект, который мы построим своими силами».

В то же время мэр Стамбула Экрем Имамоглу считает конвенцию Монтрё «защитным щитом» Турции относительно прохода военных судов. «Военный флот, необходимый для начала войны, не может войти в Черное море благодаря конвенции Монтрё. Если канал откроется в Стамбуле, этот щит исчезнет». Более того, согласно ст.2 конвенции: «В мирное время торговые суда будут пользоваться правом полной свободы прохода и плавания в Проливах, днем и ночью, независимо от флага и груза, без каких-либо формальностей», соответственно Турция не может запретить проход коммерческих судов через Босфорский пролив, чтобы взимать плату за проход через канал «Стамбул», а значит «экономический» аргумент недействителен. По мнению Имамоглу «…это мечта вопреки международному праву…».

Основное беспокойство по поводу строительства канала заключается в том, будут ли ограничения, прописанные в конвенции Монтрё в отношении нечерноморских государств, применяться в полном объеме. Трудно не заметить, что Эрдоган, прикрываясь благими намерениями защитить окружающую среду, Стамбул и вообще «спасти» Босфор от возможных ЧП, последовательно ведет к возможности отмены международной конвенции. Появление нового «водного пути», который не закреплен ни в международно-правовом документе, дает возможность Анкаре поставить вопрос о пересмотре конвенции. А учитывая то, что Турция является членом НАТО, то и договор может быть пересмотрен с учетом интересов союзников Турции, что является риском для России. Вполне возможно, что Турция будет затягивать процесс переговоров, дабы вернуть себе тяжеловесность в мировой политике.

Если канал будет построен силами только турецкого государства, без привлечения финансовой помощи со стороны, то и находиться он будет только под управлением Анкары, что только укрепит ее геополитическую роль в регионе.

Таким образом, вопрос о том, может ли Турция управлять каналом по своему усмотрению, а точнее как она будет им управлять, остается открытым.

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся