Россия глазами уругвайских авторов: основные тренды

Несмотря на сложную международную обстановку, уругвайские авторы продолжают писать о России, российской внешней политике. Безусловно, многие публикации, особенно публицистического толка, подготовленные для массовых СМИ, носят весьма претенциозный характер, но существуют также и работы, авторы которых стремятся жать объективные оценки месту России в мире, показать особенности внутри- и внешнеполитического развития государства. Следует отметить, что Россия, в целом, никогда не была главным политическим и экономическим партнером Уругвая и не являлась центральной темой международных исследований. Чаще всего, о России говорят в контексте многополярности, Глобального Юга, БРИКС, нового мирового порядка. 

Уругвайские публикации о России часто написаны в рамках реалистической теории международных отношений. Авторы заявляют о том, что у страны есть свои интересы (геополитические, экономические) как на региональном, так и на глобальном уровнях. Защитой этих интересов исследователи объясняют внешнеполитическое поведение Москвы.

В 2017 г. в Университете Республики (Монтевидео) была подготовлена работа «Развитие внешней политики России в XXI веке» («El desarrollo de la política exterior rusa en el siglo XXI»). Ее автор – Элен Николь Тоблер Мусикко утверждала, что российская дипломатия представляет собой ответ на разочарование в Западе, а ее основная цель – сохранение влияния Москвы в постсоветском регионе. Второй целью внешней политики России называлось желание обрести признание со стороны США и Китая как великой державы, способной принимать деятельное участие в формировании нового мирового порядка. Естественно, во внешней политике России отмечался антизападный вектор, точнее – собственное содержание понятия о национальном суверенитете, который необходимо защищать перед давлением Запада, в том числе в сфере духовно-нравственных ценностей. 

Отметим, что для уругвайской политики и уругвайской политологии характерно особое внимание к проблемам суверенитета. Предвыборные программы политических партий, представляющих противоположные идеологии, обычно содержат упоминание Хосе Артигаса и «артигизма» как центрального элемента мировоззренческой системы страны. Идея «артигизма» связана с концепцией «третьего пути», национальной идентичности, поиска собственного национального уругвайского места в регионе и мире. В этой связи защита Россией своего политического, культурного, духовного суверенитета концептуально понятна Уругваю. Однако, возражения уругвайских политиков и исследователей вызывает не содержание, а форма его защиты Москвой. 

Некоторые исследователи (Х. А. Санахуа и К. Лопес Буриан) упоминают Россию при рассмотрении внешнеполитической идеологии правых неопатриотов (“derechas neopatrioticas”). В этом контексте они говорят о внешней политике Москвы в контексте противостояния институтам либерального международного порядка, антигегемонизма, приоритета национальной безопасности над традиционным международным сотрудничеством. Россия в их работах попадает в кейс евразийских держав, которые настаивают на пересмотре принципов мировой политики, отказе от любого давления, включая давление Запада, отказе от попыток формирования очередной однополярной системы. По мнению исследователей, «мягкая сила» России имеет определенный эффект, потому что нарративы, предлагаемые Москвой, вызывают как минимум сочувствие государств Глобального Юга, а как максимум – вполне заметную поддержку. Отметим, что для Уругвая, как и для многих стран Латинской Америки, характерен антиамериканизм, критика нового империализма и экспансии США, критика расширения НАТО. Эти идеи не являются фундаментом внешней политики Монтевидео, но так или иначе представлены во внешнеполитических программах партий страны. Безусловно, в повестке левых сил эти идеи выражены более ярко, но и правоцентристские силы выражают сдержанные оценки внешней политики Вашингтона. Для крайне левых сил Уругвая (например, “Partido de los Trabajadores”) характерны обвинения всех больших игроков в давлении, империализме, капитализме, борьбе за сферы влияния, которые оказывают воздействие на положение «простого народа». Позиция «больших» партий более умеренная. Но в критических публикациях о борьбе США и Китая за Латинскую Америку Россия предстает надежным партнером, который не претендует на региональное доминирование, сохраняя торговые контракты и желая развивать сотрудничество без давления. 

Исследователь Линкольн Биссосеро в работе «Геополитические шахматы Латинской Америки в новом мировом порядке» отмечает, что латиноамериканский регион воздерживается от активного участия в большой геополитической игре великих держав. Латинская Америке не стремится явным образом поддерживать Китай, опасаясь его растущего присутствия, но в то же время не желает вновь оказываться в зоне прямого влияния США. Исследователь отмечает, что в регионе намечается уход от участия в политических конфликтах в сторону максимизации экономических выгод. 

Это характерно и для отношений России и Уругвая на современном этапе. Несмотря на критические оценки внешней политики Москвы со стороны правительства Лакалье Поу (2020–2025), торговый оборот Монтевидео с Москвой не является нулевым. Более того, в 2024 г. российский экспорт в Уругвай составил 58,3 млн долл, увеличившись на 42% по сравнению с данными 2023 г. Импорт из Уругвая составил 91,9 млн долл. В 2020 г. российский экспорт в Уругвай оценивался в 41,6 млн долл (данные Comtrade UN и новостных сайтов России). Эти данные говорят о том, что Россия не воспринимается Уругваем как тактический политический союзник, но при этом продолжает рассматриваться как надежный экономический партнер. Несмотря на санкционное давление и проблемы банковских транзакций, товарооборот России и Уругвая растет каждый год. По словам посла России в Уругвае А. Исакова, в 2025 г. рост товарооборота составил примерно 20% от показателей 2024 г. 

Действия России во внутренней и внешней политике не совпадают на данном этапе с уругвайскими представлениями. Уругваю понятно стремление России к национальному суверенитету, защите страны, безопасности, но и левые, и правые политики Уругвая критикуют Москву за форму выражения этих стремлений. Сама концепция суверенной демократии, третьего пути вполне понятна уругвайскому обществу. Исследователи отмечают, что внешняя политика России в последние годы была набором тактических ответов на все новые уровни санкционного давления. По мнению уругвайских авторов, Москва реализовывала оборонительную стратегию в отношениях с Западом, используя контакты со странами Глобального Юга для преодоления текущих политических и экономических задач. Отдельные исследователи высказывают неожиданную идею, что влияние внешней политики России на мировые рынки «толкает» Уругвай к развитию контрактов с Китаем, что не может не вызывать настороженности в обществе. 

На современном этапе все чаще в уругвайском обществе звучат суждения о России как наследнице СССР и стремлении Москвы действовать в русле внешней политики СССР. Исследователи отмечают традиционную сильную роль государства как историческую особенность России, а также видят в конфликте России и «коллективного Запада» цивилизационное и геополитическое содержание. При этом в самом Уругвае складывается определенная дилемма: политически Монтевидео не поддерживает действия России в мире, но экономически наращивает экспорт в Россию, имея с Москвой положительный торговый баланс. Для России выгодно формирование образа надежного торгового партнера. Восприятие Москвы как «не Китая» и «не США» Уругваем может быть ключом к развитию контактов с Монтевидео, особенно если делать ставку на концепции третьего пути, защиты суверенитета, вынужденности определенных внешнеполитических шагов как защитной реакции на внешнее давление.