Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 8, Рейтинг: 4.88)
 (8 голосов)
Поделиться статьей
Ольга Малик

Независимый журналист-международник, эксперт Центра европейско-азиатских исследований

Затянувшийся экономический кризис в Пакистане, усугубившийся из-за пандемии коронавируса, фактически остановил внешнюю торговлю в стране и создал катастрофическую ситуацию с безработицей. Попытки премьер-министра Имрана Хана убедить Китай в льготном финансировании грандиозного китайско-пакистанского экономического коридора «Main Line 1» стоимостью 6,8 млрд долл., направленного на стимулирование экономики страны и создание новых рабочих мест, в очередной раз пресеклись Поднебесной. Инвестиционный климат в стране заметно ухудшился из-за многочисленных антикоррупционных проверок в отношении бывших государственных лидеров. Положение премьер-министра осложняется и растущим в стране объединённым оппозиционным альянсом, совершавшим в течение последних нескольких месяцев нападки на главу правительства. Поможет ли предложенная на конференции ООН (ЮНКТАД) И. Ханом стратегия спасти страну и каковы перспективы удержания политического лидерства на фоне борьбы с оппозицией и потери союзников на международной арене?

Имран Хан пришел в большую политику с целью изменить сложившуюся за десятилетия коррумпированную систему государственного управления, в которой ближайшие родственники основателей самых крупных партий сменяют друг друга на посту премьер-министра. Стремясь выстроить новую социально-экономическую модель, он сумел заручиться поддержкой большинства представителей среднего класса. Однако борьба И. Хана с коррупцией в основном была сосредоточена на заключении в тюрьму политиков-оппозиционеров, особенно тех, кто принадлежит к «Пакистанской мусульманской лиге», возглавляемой бывшим премьер-министром Навазом Шарифом. Это отвлекло И. Хана и его правительство от других серьезных проблем в стране и своевременного реагирования на них (территориальные конфликты в Белуджистане, обострение ситуации на границе с Афганистаном и др.). Более того, такая политика сформировала негативную среду для иностранных инвестиций.

Затянувшийся экономический кризис в Пакистане, усугубившийся из-за пандемии коронавируса, фактически остановил внешнюю торговлю в стране и создал катастрофическую ситуацию с безработицей. Попытки премьер-министра Имрана Хана убедить Китай в льготном финансировании грандиозного китайско-пакистанского экономического коридора «Main Line 1» стоимостью 6,8 млрд долл., направленного на стимулирование экономики страны и создание новых рабочих мест, в очередной раз пресеклись Поднебесной. Инвестиционный климат в стране заметно ухудшился из-за многочисленных антикоррупционных проверок в отношении бывших государственных лидеров. Положение премьер-министра осложняется и растущим в стране объединённым оппозиционным альянсом, совершавшим в течение последних нескольких месяцев нападки на главу правительства. Поможет ли предложенная на конференции ООН (ЮНКТАД) И. Ханом стратегия спасти страну и каковы перспективы удержания политического лидерства на фоне борьбы с оппозицией и потери союзников на международной арене?

Кризис в наследство

Алексей Куприянов:
Деконструкция Пакистана

Выиграв выборы в 2018 г., Имран Хан в своем манифесте объявил борьбу с коррупцией главным направлением своего нового курса, подчеркнув, что его предшественники затянули страну в долговую яму: «У Пакистана огромный внешний и внутренний госдолг, причиной которому стала коррумпированность предыдущих управленцев», — отметил он.

Так, Наваз Шариф, экс-глава правительства Пакистана, был приговорен к семи годам лишения свободы по обвинениям в коррупции, основанным на «панамских документах» — материалах журналистского расследования об использовании политиками и бизнесменами офшоров для налоговых манипуляций. Возглавлявший правительство страны в разные периоды с 1988 г. Н. Шариф выстроил экономическую модель, в основе которой — приватизация, отмена государственного контроля над бизнесом и смягчение налогов для бизнесменов. Однако эти привилегии распространялись лишь на крупные компании, тогда как мелкое предпринимательство, напротив, облагалось повышенными налоговыми сборами. Ремесленное производство и сельское хозяйство, составляющие основу пакистанского экспорта, оказались неконкурентоспособными из-за чрезмерного налогообложения, отсутствия доступа к инфраструктуре (электроэнергии и газу) и банковскому кредитованию, а уникальные навыки пакистанских мастеровых — нереализованными. Для сравнения, в соседней Индии только доля поступлений от продажи драгоценных камней и ювелирных изделий за рубеж вдвое больше общей экспортной прибыли Пакистана.

В результате к 2018 г. экономика страны испытывала колоссальный внешнеторговый дефицит: за 2017 г. доля импорта выросла в 21 раз, достигнув 48,5 млрд долл., тогда как экспорт сократился в три раза и составил 18,5 млрд долл.

Чтобы выровнять экономическую ситуацию, И. Хан намеревался вернуть миллиарды долларов в страну через взыскание налогов с крупных предпринимателей или налоговых резидентов Пакистана, живущих за границей. По его словам, такая тактика позволила бы избежать постоянной финансовой зависимости от Запада. Однако план оказался не только невыполнимым, но и усилил противоречия между И. Ханом и политическим истеблишментом страны, многие представители которого, согласно «панамскому досье», также владели бизнесом в офшорах. Среди опубликованных Международным консорциумом журналистских расследований имён — ближайшие родственники Наваза Шарифа, главный министр провинции Пенджаб и др. Понимая, что возврат налогов в страну может затянуться на несколько лет, И. Хан изменил своё решение и уже через несколько месяцев министр финансов Пакистана Асад Умар сообщил о намерении правительства обратиться в Международный валютный фонд, а весь 2019 г. охарактеризовался для страны политикой жёсткой экономии.

Более того, рост государственного долга и продолжающийся внешнеторговый дефицит стали причиной обвала национальной валюты и колоссальной инфляции. Несмотря на то, что к концу 2019 г. ситуация немного улучшилась, а в стране был отмечен небольшой экономический рост, пандемия COVID-19, повлекшая за собой в первую очередь заморозку внешнеторговых связей и рост безработицы, стала новым испытанием для И. Хана.

Внутриполитический гамбит и внешнеэкономические трудности

Однако было бы ошибкой считать пандемию коронавируса главной причиной нынешней катастрофической экономической ситуации в стране и потери Пакистаном ключевых торговых партнёров.

Напротив, успех Пакистана в первоначальном сдерживании COVID-19 в 2020 г. дал надежду на быстрое восстановление экономики. Правительство премьер-министра Имрана Хана работало вместе с военными, координируя изоляцию в провинциях через Национальный командный оперативный центр (NCOC). Используя наработанные знания и открытия в области медицины и биотехнологий, Пакистан смог сдержать массовое распространение инфекции и добиться относительно низкого уровня смертности по сравнению с соседними Индией, США и большей частью Европы.

Пандемия, безусловно, ударила по экономике Пакистана, заморозив международную деятельность и туристические потоки (хоть и небольшие). Однако причины кризиса в стране кроятся намного глубже. Внутриполитическая система Пакистана представляет сложный клубок противопоставляющих себя друг другу сил и группировок, каждая из которых имеет определенный вес в формировании курса страны. Действующие политические оппозиционные партии, генералы, религиозные лидеры, сепаратисты, боевики и активисты тянут страну в разные стороны. В такой ситуации выбор наиболее оптимального пути, не создавая при этом массовое противостояние, оказалось для Имрана Хана главным вызовом с момента его прихода к власти.

На фоне сближения И. Хана с военными (именно они сыграли одну из ключевых ролей в лоббировании интересов его партии «Движение за справедливость» и ее победе на выборах) в политике страны наметилось усиление влияния оппозиции. Ключевые партии — «Пакистанская мусульманская лига» (PML-N) во главе с дочерью бывшего премьер-министра Марьям Наваз Шариф и «Пакистанская народная партия» (PPP), возглавляемая сыном бывшего премьер-министра страны Беназир Бхутто и экс-президента страны Асифа Али Зардари — наряду с другими политическими силами в конце 2020 г. организовали ряд крупных протестов в стране. Их главным требованием была немедленная отставка И. Хана и пересмотр легитимности выборов. Кроме того, оппозиционные силы под объединенной коалицией «Пакистанское демократическое движение» (PDM), созданной по инициативе находящегося в Лондоне Наваза Шарифа, прошлись по городам Пакистана волной протестов против влияния армии на политику страны.

Внутриполитические и экономические проблемы спровоцировали обострение отношений Пакистана с дружественными ему странами. Основной проблемой сегодня являются сложные переговоры Исламабада с Пекином — главным экономическим партнёром страны по финансированию проекта «Main Line 1». Эта железнодорожная магистраль формирует основной участок китайско-пакистанского коридора (CPEC) в рамках инициативы «Один пояс, один путь», стоимость проекта оценивается в примерно 7,2 млрд долл., большая часть этой суммы (6 млрд долл.) должна быть прокредитована Пекином. При этом предполагалось, что процент по кредиту составит менее 3% (по данным пакистанских СМИ, порядка 1%). Но Китай предложил сочетание льготных и коммерческих кредитов, а также завил о необходимости предоставления дополнительных гарантий из-за ослабления финансового положения Пакистана.

Еще одним вызовом для И. Хана на международной арене стала официальная рекомендация ООН в начале года всем сотрудникам воздержаться от рейсов, выполняемых зарегистрированными на территории Пакистана авиалиниями. Причиной стало заявление министра авиации Пакистана Гулама Сарвара Хана о необходимости проверки пакистанских пилотов, подозреваемых в наличии у них двойных свидетельств лётчика. Предписание, направленное Всемирной организации здравоохранения, Управлению ООН по делам беженцев, Продовольственной и сельскохозяйственной организации и др., вызвало волну критики в адрес Имрана Хана со стороны оппозиции за подрыв репутации Пакистана и отток зарубежных инвестиций.

Ответная стратегия Хана

Тем не менее перспективы восстановления экономики и возобновления отношений со странами-партнерами у Имрана Хана все же есть. Стратегическим союзником Пакистана по-прежнему остается Турция, активно расширяющая свои зоны влияния на Ближнем Востоке и в Северной Африке. В январе в ходе встречи в Исламабаде с министром иностранных дел Турции Мевлютом Чавушоглу Имран Хан назвал отношения двух стран «исключительными» в политическом и экономическом плане.

Кроме того, И. Хану удалось сгладить возникшие на фоне конфликта в Кашмире противоречия с Саудовской Аравией и ОАЭ (изначально лидеры двух мусульманских стран встали на сторону Индии, отказавшись от поддержки Пакистана). Отношения Пакистана с Эль-Риадом осложнялись и войной саудитов в Йемене против про-иранских повстанческих группировок «Хути», которых поддерживал Исламабад. Однако после победы Джо Байдена на президентских выборах США объявили о прекращении поддержки саудитов в войне в Йемене, что дает шанс на восстановление дружественных дипломатических отношений Исламабада и Эль-Риада. Впрочем, последний уже продлил срок выплаты долга Пакистаном в начале этого года и заявил о готовности финансовой поддержки Исламабада в дальнейшем.

Для спасения страны от экономической катастрофы И. Хан призвал других государств-инвесторов в усугубившихся на фоне пандемии условиях рассмотреть возможность частичного списания долга или предоставления временных «кредитных каникул». Об этом он заявил в ходе четвертой сессии Конференции Организации Объединенных Наций по торговле и развитию (ЮНКТАД) в январе, отметив, что развивающиеся страны «оказались в ловушке между восстановлением после пандемии и выполнением своих обязательств по обслуживанию долга».

Предложенная им стратегия по развитию Пакистана до 2030 г. включает несколько основных пунктов:

  1. создание условий для справедливых и доступных поставок вакцины против COVID-19 в развивающиеся страны;
  2. облегчение долгового бремени за счет приостановки выплат по кредитам наиболее пострадавшим странам до окончания пандемии;
  3. дополнительное выделение займа в размере 500 млрд долл. для облегчения давления на платежный баланс;
  4. возврат украденного имущества коррумпированных политиков;
  5. достижение общей цели по ежегодному выделению 100 млрд долл. развитыми странами на адаптацию к климатическим изменениям в развивающихся странах.

В этой логике особое место уделяется необходимости получения иностранных инвестиций, направленных не столько на борьбу с пандемией, сколько на спасение Пакистана от голода, о чем сказал И. Хан в конце выступления.

Уроки и выводы

Бывшая легенда Национальной сборной по крикету Пакистана, Имран Хан, пришел в большую политику с целью изменить сложившуюся за десятилетия коррумпированную систему государственного управления, в которой ближайшие родственники основателей самых крупных партий сменяют друг друга на посту премьер-министра. Стремясь выстроить новую социально-экономическую модель, он сумел заручиться поддержкой большинства представителей среднего класса. Однако борьба И. Хана с коррупцией в основном была сосредоточена на заключении в тюрьму политиков-оппозиционеров, особенно тех, кто принадлежит к «Пакистанской мусульманской лиге», возглавляемой бывшим премьер-министром Навазом Шарифом. Это отвлекло И. Хана и его правительство от других серьезных проблем в стране и своевременного реагирования на них (территориальные конфликты в Белуджистане, обострение ситуации на границе с Афганистаном и др.). Более того, такая политика сформировала негативную среду для иностранных инвестиций.

План И. Хана по улучшению экономической ситуации также не сработал. По данным Международного валютного фонда, в Пакистане из-за пандемии COVID-19 ожидается проседание экономики не менее чем на 1,5% в текущем финансовом году, однако в 2019 г., до пандемии, её рост составил 3,3%. По данным Министерства финансов страны, из-за снижения экспортных доходов и увеличения государственных расходов бюджетный дефицит вырос с первоначального целевого показателя в 7,5% ВВП до 9,4%.

В ходе отчетного мероприятия по утверждению стратегии правительства на ближайший год И. Хан сам признал недостаток информации по ключевым направлениям экономики в первые месяцы после его избрания. «Когда мы пришли в правительство, нам потребовалось три месяца, чтобы разобраться во всем и сформировать нашу команду», — сказал он, добавив, что Пакистану необходимо пересмотреть свою систему передачи власти. «Мы продолжаем учиться даже сейчас», — резюмировал И. Хан. Однако до тех пор, пока действующее правительство пользуется поддержкой генералов, шансы объединённой оппозиции сместить И. Хана досрочно — крайне малы. Да и сам премьер-министр, очевидно, настроен бороться до конца.


(Голосов: 8, Рейтинг: 4.88)
 (8 голосов)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся