Социальный конфликт в Аргентине

Под лозунгом «Родина не продается» (La patria no se vende) Аргентина оказалась свидетелем одного из самых ожесточенных столкновений между народом и властью с момента прихода к руководству страны президента Хавьера Милея. Поводом для взрыва народного гнева стал правительственный законопроект о «неприкосновенности частной собственности», который вносит изменения в процессы выселения, экспроприации и использования выжженных земель. Сейчас он передан в палату депутатов, и это означает, что битва за землю только начинается.

Особое беспокойство законопроект вызывает на фоне пожаров в Патагонии. Эксперты из Университета Буэнос-Айреса подозревают умышленные поджоги с использованием химических ускорителей, а также заявляют о присутствии в зонах бедствия иностранных граждан. На отдельных форумах всплывают и конспирологические теории о продаже земли переселенцам из Израиля — видимо, вследствие теплых отношений аргентинского президента с премьером Биньямином Нетаньяху.

Земельный вопрос и иностранное вмешательство исторически были болезненной темой для Латинской Америки. На извечный вопрос — автономия или развитие при участии внешних акторов — разные политические силы давали разный ответ, что приводило к своеобразному маятнику и необходимости преодолевать последствия предыдущих решений.

Нынешняя ситуация напоминает мексиканский кейс 1992 года, когда при президенте Карлосе Салинасе была проведена реформа, разрешившая приватизацию и продажу общинных земель, которые десятилетиями находились в коллективной собственности крестьян. Это открыло путь для крупных агрокорпораций и иностранных инвесторов. В результате многие крестьяне потеряли землю и были вынуждены уехать, а контроль над продовольствием в стране сосредоточился в руках узкого круга компаний. Именно этого хотят не допустить протестующие аргентинцы. По их мнению, законопроект представляет собой легализацию распродажи национального достояния, поэтому должен быть «зарублен на корню».

Политическая репутация правительства закономерно страдает — по данным опроса, проведенного перед началом протестов, 64,8% избирателей оценивают руководство Милея негативно, включая 20,8% его сторонников, отдавших свой голос за либертарианца в 2023 году. 37,7% электората поддерживают оппозицию. Предсказывать успех оппозиции на выборах 2027 года преждевременно — пока она не может предложить убедительную альтернативу.

Очередной виток протестного движения — лишь один из эпизодов затяжного социального конфликта. В совокупности они фактически тормозят любой экономический рост, включая возможный эффект от реформ. Каждый шаг к стабилизации оборачивается движением по замкнутому маршруту: реформы провоцируют протесты, протесты парализуют производство, а остановка производства служит оправданием для новых жестких мер. Поляризация уставшего от кризисов населения препятствует разрыву порочного круга — радикальная трансформация неизбежно ущемляет чьи-то интересы, делая компромисс недостижимым.

Под лозунгом «Родина не продается» (La patria no se vende) Аргентина оказалась свидетелем одного из самых ожесточенных столкновений между народом и властью с момента прихода к руководству страны президента Хавьера Милея. Поводом для взрыва народного гнева стал правительственный законопроект о «неприкосновенности частной собственности», который вносит изменения в процессы выселения, экспроприации и использования выжженных земель. Сейчас он передан в палату депутатов, и это означает, что битва за землю только начинается.

Наибольшее недовольство вызвал пункт о продаже земли иностранцам. Действующая с 2011 года норма ограничивает долю таких земель до 15% отдельно для каждой провинции и каждого муниципалитета. Правительство Милея настаивало на полной отмене ограничений, утверждая, что они отпугивают инвесторов. Позднее, столкнувшись с сопротивлением, официальный Буэнос-Айрес предложил компромисс: поднять планку до 25% от общей площади провинции. Однако и этот вариант не нашел поддержки ни в парламенте, ни в обществе, и в итоге эту поправку пришлось временно изъять из законопроекта, чтобы избежать излишней полемики в сенате.

Особое беспокойство законопроект вызывает на фоне пожаров в Патагонии. Эксперты из Университета Буэнос-Айреса подозревают умышленные поджоги с использованием химических ускорителей, а также заявляют о присутствии в зонах бедствия иностранных граждан. На отдельных форумах всплывают и конспирологические теории о продаже земли переселенцам из Израиля — видимо, вследствие теплых отношений аргентинского президента с премьером Биньямином Нетаньяху.

Земельный вопрос и иностранное вмешательство исторически были болезненной темой для Латинской Америки. На извечный вопрос — автономия или развитие при участии внешних акторов — разные политические силы давали разный ответ, что приводило к своеобразному маятнику и необходимости преодолевать последствия предыдущих решений.

Нынешняя ситуация напоминает мексиканский кейс 1992 года, когда при президенте Карлосе Салинасе была проведена реформа, разрешившая приватизацию и продажу общинных земель, которые десятилетиями находились в коллективной собственности крестьян. Это открыло путь для крупных агрокорпораций и иностранных инвесторов. В результате многие крестьяне потеряли землю и были вынуждены уехать, а контроль над продовольствием в стране сосредоточился в руках узкого круга компаний. Именно этого хотят не допустить протестующие аргентинцы. По их мнению, законопроект представляет собой легализацию распродажи национального достояния, поэтому должен быть «зарублен на корню».

Эльвина Муллагулова:
Протестный потенциал стран Латинской Америки: кластерный анализ

Современные протесты можно назвать кульминацией «авторитарной» тенденции руководства Милея, как ее прозвали критики в СМИ, нараставшей с декабря 2023 г. В 2025 г. было разогнано вдвое больше акций протеста, чем в 2024 г. Первыми мишенями стали профсоюзы и студенты, затем — пенсионеры, каждую среду выходящие к конгрессу с требованиями пересмотра пенсий, которые едва достигают трети прожиточного минимума (324 долл.). В марте 2025 г. одна из таких акций закончилась 124 задержаниями и двумя десятками госпитализированных.

После месячного затишья, связанного с чемпионатом мира по футболу, демонстранты вернулись на улицы. Сейчас, по последним данным, пострадавших меньше — в ходе разгона протеста были задержаны не менее 12 человек, а как минимум пятеро получили ранения. Но это число может возрасти. Полиция применила водометы, слезоточивый газ и резиновые пули для разгона манифестантов. Особый резонанс вызвали комментарии мэра Буэнос-Айреса Хорхе Макри, который наз вал протестующих «бандитами-анархистами» и «врагами нашего образа жизни». Иными словами, воплощение либертарианского проекта реформ сопровождается криминализацией народных демонстраций.

Многочисленные акции протеста неизбежно негативно сказываются на национальном экономическом благосостоянии. Оценки ущерба от текущих протестов еще не приводятся, но, например, февральская забастовка профсоюзов, вызванная трудовой реформой, обошлась экономике в 570 млн долл.

Политическая репутация правительства закономерно страдает — по данным опроса, проведенного перед началом протестов, 64,8% избирателей оценивают руководство Милея негативно, включая 20,8% его сторонников, отдавших свой голос за либертарианца в 2023 году. 37,7% электората поддерживают оппозицию. Впрочем, позитивно оценивают работу президента 32,2%, что по современным мировым стандартам не так уж и плохо — как минимум для Милея не все потеряно.

Очередной виток протестного движения — лишь один из эпизодов затяжного социального конфликта. В совокупности они фактически тормозят любой экономический рост, включая возможный эффект от реформ. Каждый шаг к стабилизации оборачивается движением по замкнутому маршруту: реформы провоцируют протесты, протесты парализуют производство, а остановка производства служит оправданием для новых жестких мер. Поляризация уставшего от кризисов населения препятствует разрыву порочного круга — радикальная трансформация неизбежно ущемляет чьи-то интересы, делая компромисс недостижимым.

С учетом длительности протестов, например, пенсионеров, и особенностей общественного восприятия курса Милея логично предположить, что акции продолжатся как минимум до конца его президентского срока. Скорее всего, будет меняться их интенсивность, колеблясь в зависимости от остальных обстоятельств аргентинской политической жизни. Либертарианский эксперимент сталкивается с широким рядом препятствий, однако Милей сохраняет определенную долю сторонников. Предсказывать успех оппозиции на выборах 2027 года тоже преждевременно — пока она не может предложить убедительную альтернативу.

Впервые опубликовано в «Известиях».