Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 3, Рейтинг: 4.67)
 (3 голоса)
Поделиться статьей
Николай Школяр

Д.э.н., профессор, в.н.с. Центра экономических исследований Института Латинской Америки РАН, эксперт РСМД

Вступая в должность президента Мексики в декабре 2018 г., Лопес Обрадор объявил о «четвертой трансформации» и приступил к исполнению предвыборных обещаний: увеличению пенсий по старости, пособий матерям-одиночкам, повышению минимального размера заработной платы, предоставлению студентам кредитов на обучение, улучшению инфраструктуры городов и сельских районов. Однако, как пишет профессор Автономного университета Чьяпас Х.А. Лопес Аревало, «ни малейшего движения в разрушении неолиберальной экономической модели не наблюдается». Модель экономического развития Мексики сохраняет серьезные структурные ограничения: высокий уровень неравенства, низкий внутренний спрос, ограничения платежного баланса, концентрация экспорта в низкотехнологичных секторах, высокий уровень неформальной экономики.

В условиях открытой экономики страны сокращение спроса на мировых рынках товаров и услуг привело к резкому падению ВВП в 2020 г. на 9%. Прогнозируется, что после такого резкого падения этот показатель в 2021 г. вырастет на 2,3%. Однако восстановление экономики во многом зависит от спроса на американском рынке, так как основные отрасли мексиканской экономики связанны с предоставлением услуг и поставкой товаров в США.

Внешнеэкономический курс Мексики направлен на диверсификацию внешней торговли, в частности, через наращивание экспорта в Китай и сокращения дефицита с этой страной, а также на развитие торговли с другими странами Азии посредством Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве. Ожидалась активизация внешнеторговых отношений со странами Латинской Америки, Европейским союзом и Россией. Но эта перспектива была прервана влиянием пандемии на международную торговлю в целом.

Россия не относится к числу крупных торговых партнеров Мексики, так как ее удельный вес в мексиканском экспорте и импорте составляют 0,06% и 0,35% соответственно. В то же время рост товарооборота с 508 млн долл. в 2009 г. до 2,9 млрд долл. в 2018 г. свидетельствует о наличии потенциальных возможностей для значительного расширения делового сотрудничества двух стран.

Несмотря на продолжающуюся пандемию, определяющим фактором будущих торгово-экономических отношений России и Мексики остается прагматичный подход компаний, осуществляющих внешнеэкономическую деятельность, предпринимательских организаций и всех тех структур, которые оказывают содействие этим компаниям в продвижении конкурентной продукции и услуг на рынки стран-партнеров. Путь российских экспортеров на рынок Мексики и других латиноамериканских стран лежит через применение цифровых решений, использование интернет-технологий и развитие виртуального общения с партнерами.

Несмотря на пандемию COVID-19, Мексика широко отмечает 200-летие обретения независимости и 700-летие города Мехико. 15–16 сентября, как и в предшествующие пандемии годы, планируется проведение торжественных мероприятий с присутствием зарубежных гостей. В апреле во время своего визита в Москву министр иностранных дел Мексики М. Эбрард передал приглашение России принять участие в этих торжествах. Основной лейтмотив этого визита был связан с обеспечением регулярности поставок в эту страну российской вакцины от коронавируса. Кроме того, в ходе его переговоров с министром иностранных дел России С. Лавровым был рассмотрен весь спектр двусторонних отношений и достигнута «договоренность о дополнительных шагах в целях углубления торгово-экономических связей». Учитывая происходящие в мире перемены, вызванные пандемией, рассмотрим состояние экономики Мексики и ее торговли с Россией.

Экономика Мексики в условиях пандемии

До пандемии COVID-19 ситуация в Мексике, как и во всем мире, характеризовалась обострением противоречий, предвещающих очередной циклический кризис. Нарастал дисбаланс между уровнем производства и платежеспособным спросом населения, росла зависимость от волатильности мировых товарных и финансовых рынков, поведения иностранных инвесторов, кредитов и помощи международных финансово-экономических организаций. Мексика стала заложником протекционистской политики США и объектом экспансии Китая. Эта страна подвергалась дипломатическому унижению и шантажу в отношении будущего НАФТА и строительства стены на границе.

Таблица 1. ВВП Мексики в сравнении с Бразилией в 2019 г.

Страна

Население

(млн человек) / место в мире

ВВП ППС

(млрд долл.) / место

в мире

ВВП ППС на душу населения

(тыс. долл.) / место в мире

Экспорт

(млрд долл.) / место

в мире

Импорт

(млрд долл.) / место

в мире

Бразилия

210 /5

3229/10

15,3 /86

224/27

177/28

Мексика

127 / 10

2604/12

20,4/66

461/11

455/12

Источник: по данным МВФ

Мексика в 2019 г. сохранила 12 позицию в мировом рейтинге ВВП по ППС, являясь второй экономикой Латинской Америки после Бразилии. В то же время ее экономика сильнее бразильской вовлечена в международную торговлю, занимая 11 место по экспорту и 12 — по импорту (Таб. 1), поэтому она более подвержена влиянию внешних факторов.

Вступая в должность президента Мексики в декабре 2018 г., Лопес Обрадор объявил о "четвертой трансформации"[1] и приступил к исполнению предвыборных обещаний: увеличению пенсий по старости, пособий матерям-одиночкам, повышению минимального размера заработной платы, предоставлению студентам кредитов на обучение, улучшению инфраструктуры городов и сельских районов. Однако, как пишет профессор Автономного университета Чьяпас Х.А. Лопес Аревало, "ни малейшего движения в разрушении неолиберальной экономической модели не наблюдается"[2]. Модель экономического развития Мексики сохраняет серьезные структурные ограничения: высокий уровень неравенства, низкий внутренний спрос, ограничения платежного баланса, концентрация экспорта в низкотехнологичных секторах, высокий уровень неформальной экономики.

Под влиянием популистской экономической политики правительства Мексики в 2019 г. зафиксировано снижение ВВП. Пандемия обострила эти проблемы и добавила новые. Система здравоохранения оказалась неспособной противостоять вспышке эпидемии. На 5 сентября 2021 г. в стране зафиксирован высокий уровень летальных исходов от этой болезни — 263 тыс. случая при зарегистрированных 3,4 млн заболевших коронавирусом. В условиях открытой экономики страны сокращение спроса на мировых рынках товаров и услуг привело к резкому падению ВВП в 2020 г. на 8%. (Рис.1).

Рис. 1. Динамика ВВП Мексики в 2014–2020 гг., и прогноз на будущее.

Источники

https://datos.bancomundial.org/indicator/NY.GDP.MKTP.KD.ZG?locations=MX

https://expansion.mx/economia/2021/07/27/la-economia-de-mexico-crecera-6-3-este-ano-preve-el-fmi

Прогнозируется, что после такого резкого падения ВВП Мексики этот показатель в 2021 г. вырастет на 6,3% (рис. 1). Однако восстановление экономики во многом зависит от спроса на американском рынке, так как основные отрасли мексиканской экономики связанны с предоставлением услуг и поставкой товаров в США. Частное потребление будет умерено расти за счет денежных переводов и постепенного улучшения рынка труда.

Учитывая высокую степень интеграции мексиканской экономики с северным соседом (80% экспорта и 47% импорта приходится на США) в рамках перезаключенного Североамериканского соглашения о свободной торговле (NAFTA), трудно представить возможность изменения основного вектора внешнеэкономической политики Мексики. Однако Лопес Обрадор считает, что страна должна последовательно отстаивать свои национальные интересы и развивать другие направления внешней политики. Независимый характер этой политики уже проявился в отношении ситуации в Венесуэле, когда Мексика, в отличие от США и многих стран Латинской Америки, поддержала законно избранного президента Н. Мадуро, а не самопровозглашенного и.о. президента Х. Гуайдо.

Внешнеэкономический курс Мексики направлен на диверсификацию внешней торговли, в частности, через наращивание экспорта в Китай и сокращения дефицита с этой страной (сегодня он составляет около 70 млрд долл.), а также на развитие торговли с другими странами Азии посредством Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнерстве. Ожидалась активизация внешнеторговых отношений со странами Латинской Америки, Европейским союзом и Россией. Но эта перспектива была прервана влиянием пандемии на международную торговлю в целом. Ориентированные на экспорт предприятия Мексики сократили свои продажи за рубеж на 17,6%.

Рис. 2. Изменения импорта и экспорта Мексики в сравнении с Бразилией (2019–2020 гг., в млрд долл.).

Источник: составлено автором на основе данных ITC TradeMap.

Прекращение авиасообщения между странами в связи с пандемией привело к серьезному спаду в туристической отрасли. В 2020 г. в Мексику прибыло на 52% туристов меньше, чем в предыдущем году, а восстановление докоронавирусного турпотока прогнозируется лишь в 2024 г. Закрытие некоторых видов экономической деятельности в Мексике, вызванное карантинными мерами, привело к сокращению рабочих мест, росту безработицы и бедности. Количество неформально занятых в Мексике в 2021 г. достигло почти 29 млн человек.

Динамика российско-мексиканской торговли

Россия не относится к числу крупных торговых партнеров Мексики, так как ее удельный вес в мексиканском экспорте и импорте составляют 0,06% и 0,35% соответственно. В то же время рост товарооборота с 508 млн долл. в 2009 г. до 2,9 млрд долл. в 2018 г. свидетельствует о наличии потенциальных возможностей для значительного расширения делового сотрудничества двух стран.

Рис. 3. Динамика внешней торговли России и Мексики в сравнении с Аргентиной и Бразилией, 2010–2020 гг., млрд долл.

Источник: составлено автором на основе данных ITC TradeMap.

В текущее десятилетие товарооборот России и Мексики наиболее заметно рос в основном благодаря семикратному увеличению российского экспорта с 288 млн долл. в 2010 г. до 2004 млн долл. в 2018 г. и более чем двукратному росту импорта из Мексики с 479,5 млн долл. в 2010 г. до 1107 млн долл. в 2019 г. В последнее десятилетие до 2018г., на фоне сокращения товарооборота России с крупными латиноамериканскими партнерами — Аргентиной и Бразилией — российско-мексиканские торгово-экономические отношения развивались по нарастающей (Рис. 3). Влияние назревающего кризиса и пандемии привело к сокращению российского экспорта в Мексику за два года на 43% (на 23% за 2020 г.), при том, что импорт остался почти на том же уровне.

Формирующиеся новые условия международной торговли открывают перспективы для вооруженных цифровыми технологиями участников внешнеэкономической деятельности, способных оперативно анализировать большие данные и эффективно организовывать бизнес-процессы выхода на зарубежные рынки. Среди перспективных направлений российского экспорта в Мексику можно выделить: нефтегазовую сферу, энергетику и электротехнику, авиационную и сельскохозяйственную технику, медицинское оборудование и фармацевтику, программное обеспечение и иные цифровые решения[3].

Несмотря на сильнейшее влияние США и конкуренцию других внешнеторговых партнёров Мексики, динамика торговли России с этой страной за последнее десятилетие демонстрирует более высокие темпы по сравнению с другими странами Латинской Америки. Однако ни масштабы двусторонней торговли, ни размеры инвестиций не соответствуют потенциалу экономик обеих стран.

Пандемия COVID-19 привела к изменению многих форматов жизнедеятельности, в том числе и в российско-мексиканском ТЭС. Несмотря на продолжающуюся пандемию, определяющим фактором будущих торгово-экономических отношений России и Мексики остается прагматичный подход компаний, осуществляющих внешнеэкономическую деятельность, предпринимательских организаций и всех тех структур, которые оказывают содействие этим компаниям в продвижении конкурентной продукции и услуг на рынки стран-партнеров. Путь российских экспортеров на рынок Мексики и других латиноамериканских стран лежит через применение цифровых решений, использование интернет-технологий и развитие виртуального общения с партнерами.

1. Х.А. Лопес Аревало Экономическая политика так называемой четвертой трансформации. Латинская Америка. 2021. № 7, с.38-52.

2. Там же. с.48.

3. См. подробно о направлениях ТЭС: Школяр Н.А. Мексика: к новой повестке внешнеэкономических отношений. Латинская Америка. — 2018. — № 10


Оценить статью
(Голосов: 3, Рейтинг: 4.67)
 (3 голоса)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся