Распечатать
Регион: Европа
Оценить статью
(Голосов: 19, Рейтинг: 4.21)
 (19 голосов)
Поделиться статьей
Алексей Чихачев

Аспирант СПбГУ, эксперт РСМД

Президент Франции Эммануэль Макрон столкнулся с первыми трудностями при реализации своего курса. Проблемы начались не с обсуждением нового трудового законодательства или закона о «морализации политической жизни», как того можно было ожидать, а в святая святых Пятой Республики — вооружённых силах.

Перед праздником 14 июля неожиданно разгорелась полемика между Э. Макроном и начальником Генерального штаба Пьером де Вилье по поводу сокращения расходов, коснувшегося министерство обороны. Наибольшее общественное негодование вызвало не только нежелание президента считаться с мнением начальника Генштаба, но и тот факт, что за собственную «строптивость» П. де Вилье ещё и лишился своего поста. Эта история вряд ли пойдёт на пользу популярности Э. Макрона, чей рейтинг поддержки в прошлом месяце сократился на десять пунктов. Конфликт между военными и не всегда понимающими их политиками имеет шансы разгореться с новой силой уже в ближайшие месяцы, когда начнётся обсуждение программного закона о финансировании военных нужд на 2019-2025 гг.


Первый конфликт нового президента

Едва став главой государства, Э. Макрон всячески стремился показать свой интерес к нуждам армии и неоднократно посещал расположение войск. Всего через несколько дней после инаугурации глава государства отправился на базу в г. Гао (Мали), одну из опорных точек французских сил в регионе Сахель в рамках операции «Бархан». Свой первый официальный визит внутри страны Э. Макрон совершил на верфь в Сен-Назере, не забыв и о дислоцирующихся в Бретани частях морской пехоты. 4 июля, во время оглашения премьер-министром Э. Филиппом курса нового правительства, президент поднялся на борт стратегической подводной лодки Le Terrible. Помимо эффектных кадров для прессы, всё это давало возможность Э. Макрону освоиться в роли Верховного главнокомандующего, понять специфику оборонной сферы, которую президенты Франции традиционно относят к своей компетенции.

Однако прямо перед праздником 14 июля, по случаю которого к вооружённым силам и без того было приковано особое внимание, неожиданно разгорелась полемика между президентом и начальником Генерального штаба Пьером де Вилье. Министр финансов Ж. Дарманен предложил программу сокращения государственных расходов до конца 2017 г. на 4,5 млрд евро, и наибольшая экономия (850 млн) приходилась на министерство обороны. Начальник Генштаба раскритиковал эту идею на слушаниях в парламенте, что не осталось незамеченным президентом. Выступая 13 июля в Минобороны, Э. Макрон отреагировал предельно жёстко, при этом не обращаясь к П. де Вилье напрямую: «Я умею выполнять обязательства, данные нашим согражданам и армии, и поэтому не нуждаюсь в каком-либо давлении или комментариях на этот счёт». Следует напомнить, что ранее Э. Макрон обещал совсем не сокращать, а увеличивать расходы на оборону, с тем чтобы в обозримой перспективе отвести на них 2% ВВП, — отсюда и непонимание со стороны военных анонсированной экономии. В итоге президент и правительство поспешили сбить волну недовольства, позиционировав сокращения 2017 г. как временную меру и сделав акцент на дополнительных средствах в 2018 г.

Вместе с тем и главе государства, и начальнику Генштаба этот спор обошёлся крайне дорого. Э. Макрон за считанные дни растерял свой капитал взаимопонимания с армией: вызвала возмущение публичная назидательная манера, в которой 39-летний президент решил образумить 61-летнего генерала. Фраза «Я ваш командир» (Je suis votre chef), также произнесённая в речи от 13 июля, выдаёт плохо скрываемую любовь президента к иерархичности. «Юпитерский» стиль, которым руководствуется Э. Макрон, не предусматривает дискуссий и противоречий первому лицу, а диктует логику «сильной руки». На этой почве многие оппозиционные политики (особенно республиканцы Г. Пельтье, Л. Вокье и др.) сразу принялись упрекать президента в авторитарных методах руководства и укреплении собственного авторитета за счёт «унижения армии». Нельзя не признать, что эта история вряд ли пойдёт на пользу популярности Э. Макрона, чей рейтинг поддержки в прошлом месяце, даже до конфликта, сократился на 10 пунктов с 64 до 54% (по данным Французского института общественного мнения — IFOP). Хотя от роли «отца солдатам» президент пока отказываться не спешит: 20 июля он прибыл на авиабазу в Истре, чтобы ещё раз лично поговорить с военными.

«Юпитерский» стиль, которым руководствуется Э. Макрон, не предусматривает дискуссий и противоречий первому лицу, а диктует логику «сильной руки».

Наибольшее же общественное негодование вызвало не только нежелание президента считаться с мнением начальника Генштаба, но и тот факт, что за собственную «строптивость» П. де Вилье ещё и лишился своего поста. Примечательно, что накануне его полномочия были продлены до июля 2018 г., но в результате за считанные дни дежурные слова о полном доверии сменились холодным замечанием президента: «Если что-то сталкивает президента Республики с начальником Генерального штаба, меняется начальник Генерального штаба». С сугубо формальной точки зрения Верховный главнокомандующий был прав — армейское единоначалие не подразумевает обсуждений приказов, однако резкая манера, в которой Э. Макрон выполнил свой демарш против П. де Вилье, заставляет задуматься, дорожит ли новый президент своими более опытными коллегами. Во время парада 14 июля была хорошо заметна холодность между обоими участниками скандала, вынужденными с церемониальной точки зрения находиться бок о бок. На пятницу, 21 июля, был запланирован очный разговор в Елисейском дворце, но П. де Вилье не стал дожидаться встречи и подал прошение об отставке (сразу же подписанное президентом) в среду, 19 июля. Уже после ухода генерала официальный представитель правительства К. Кастанер добавил критики в его адрес, отметив, что тот «не был лоялен» в своих заявлениях и сам «срежиссировал» всю ситуацию.

Задачи для генерала

Танкиста П. де Вилье на посту сменил генерал Франсуа Лекуантр, служивший в рядах морской пехоты. Французская пресса сразу же принялась тиражировать страницы его биографии, обращая внимание на опыт ведения боевых действий. Действительно, его послужной список довольно обширен — Персидский залив (1991), Сомали и Джибути (1992–1993), Руанда (1994), Босния (1995), Кот-д’Ивуар (2006–2007), Мали (2013). Не чужды ему и вопросы стратегического руководства вооружёнными силами: в 2013–2016 гг. он уже работал в Главном штабе сухопутных войск, с 2016 г. возглавлял «военный кабинет» премьер-министра.

Весь этот опыт потребуется Ф. Лекуантру и сейчас, когда требуется довести до конца операции «Шаммаль» в Ираке и Сирии, а также «Бархан» в регионе Сахель. К слову, вторая из них имеет для французской армии едва ли не более высокий приоритет, учитывая масштаб задействованных сил и средств. По официальным данным, в зоне боевых действий с 2014 г. находятся от 3 до 4 тыс. солдат, до 600 единиц техники, 8 многоцелевых истребителей, 17 вертолётов, до 10 транспортных самолётов; развёрнуто 10 баз и укреплённых пунктов. По существу, именно Франция руководит коалицией государств региона (Мали, Нигер, Чад, Буркина-Фасо, Мавритания), возглавляя борьбу с местными исламистскими группировками. Правда, Э. Макрон уже потребовал от союзников более активного вовлечения в боевые действия, подразумевая дополнительные воинские контингенты и финансирование; призыв к участию был адресован и европейским государствам, особенно ФРГ. В свою очередь, на Ближнем Востоке французская армия располагает всего 1200 человек личного состава, 4 САУ CAESAR и 14 истребителями «Рафаль» (в лучшем случае иногда подключается авианосец «Шарль де Голль»), а самое главное, французская дипломатия в Сирии и Ираке имеет совсем не такое пространство для манёвра, как в Африке.

Немаловажной задачей для нового начальника Генштаба станет выстраивание рабочих отношений с другими этажами военного и политического руководства страны. С военными проблем возникнуть не должно: командующие сухопутными войсками, ВМФ и ВВС (Ж.-П. Боссер, К. Празук, А. Ланата), военные советники президента (Б. Рожель) и премьера (Б. Дюрьё) — выходцы из той же армейской среды, что и сам Ф. Лекуантр. Сложнее придётся с политическим руководством, которое уже показало жёсткость своего стиля принятия решений. При этом любопытно, что за всю свою карьеру Э. Макрон доселе не имел никакого отношения к вооружённым силам (даже в плане прохождения службы). Это же касается и двух женщин — министров обороны С. Гулар, а теперь Ф. Парли. Первая более известна карьерой в общеевропейских институтах, вторая — в финансовых ведомствах и бизнесе. Соответственно, конфликт между военными и не всегда понимающими их политиками имеет шансы разгореться с новой силой уже в ближайшие месяцы, когда начнётся обсуждение программного закона о финансировании военных нужд на 2019–2025 гг., а также если президент Э. Макрон посчитает нужным существенно отредактировать ныне действующую Белую книгу 2013 г. по обороне и национальной безопасности.

Оценить статью
(Голосов: 19, Рейтинг: 4.21)
 (19 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся