Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 22, Рейтинг: 4.91)
 (22 голоса)
Поделиться статьей
Фернанду Сезар Коста Шавьер

PhD in International Relations (Университет Бразилиа), профессор Университета Рорайма

Александр Корольков

К.и.н, специалист по Латинской Америке, эксперт РСМД

Прошел почти месяц с момента вступления в должность нового президента Бразилии Жаира Болсонару. Он и его команда — люди в национальной политике Бразилии не новые, успевшие за свою политическую карьеру сделать много заявлений о месте страны в мире и своем видении развития отношений с ключевыми международными партнерами, но, несмотря на это, вряд ли кто-то из политических наблюдателей (а возможно даже и членов нового кабинета) понимает, какой будет внешняя политика страны в ближайшие четыре года. Пока на основе предвыборных обещаний президента можно сделать вывод, что бразильская дипломатия должна радикально измениться, перейти от широкого участия в международных организациях и инициативах к «антиглобализму» и практике двусторонних переговоров в международной торговле.

Реализация этого проекта, поддержанного электоратом избранного президента Жаира Болсонару, была поручена профессиональному дипломату Эрнесто Араужу, который получил пост министра иностранных дел не столько за институциональный опыт, сколько благодаря «правильным» убеждениям. Составными частями идеологии новой дипломатии под его руководством должны стать религиозный ультра-консерватизм (иудейско-христианский), программный анти-социализм и тщеславный национализм. Реализация этого проекта должна привести к улучшению отношений с США, Израилем и теми европейскими странами, в которых у власти находятся правоконсервативные силы.

На сегодняшний день для каких-то точных прогнозов по развитию российско-бразильских отношений нет исходных данных, но из этой точки бифуркации просматривается как минимум три магистральных направления движения (каждый из которых может заметно колебаться при столкновении с непредсказуемой реальностью). Назовем их горизонтами — их очертания уже видны, но что за ними ждет пока не понятно.

1. Если контакты на высшем уровне позволят побороть идеологические страхи и улучшить взаимопонимание сторон, Араужу, вероятно, будет уделять большое внимание союзу с Россией, в том числе, возможно, и в рамках БРИКС.

2. Если Араужу будет отодвинут, и на первый план выйдет Realpolitik, который продвигает Мурау, то как ни удивительно, и в этом случае остаются дороги, которые ведут в Москву.

3. Если отбросить в сторону все группировки и посмотреть на личные впечатления, которые лидеры двух стран могут произвести друг на друга, то в этом случае будущее отношений между Бразилией и Россией тоже имеет перспективы.

Личный контакт Болсонару с Путиным и китайским лидером Си Цзиньпином наверняка даст ему более реалистичное ощущение геополитики. Возможно, после этого он оценит возможности двусторонних и многосторонних переговоров, а мировое сообщество со временем начнет понимать, что вся воздвигнутая вокруг его фигуры идеологическая архитектура не более, чем «потемкинская деревня».


Прошел почти месяц с момента вступления в должность нового президента Бразилии Жаира Болсонару. Он и его команда — люди в национальной политике Бразилии не новые, успевшие за свою политическую карьеру сделать много заявлений о месте страны в мире и своем видении развития отношений с ключевыми международными партнерами, но, несмотря на это, вряд ли кто-то из политических наблюдателей (а возможно даже и членов нового кабинета) понимает, какой будет внешняя политика страны в ближайшие четыре года. Пока на основе предвыборных обещаний президента можно сделать вывод, что бразильская дипломатия должна радикально измениться, перейти от широкого участия в международных организациях и инициативах к «антиглобализму» и практике двусторонних переговоров в международной торговле.

Реализация этого проекта, поддержанного электоратом избранного президента Жаира Больсонару, была поручена профессиональному дипломату Эрнесто Араужу, который получил пост министра иностранных дел не столько за институциональный опыт, сколько благодаря «правильным» убеждениям. Составными частями идеологии новой дипломатии под его руководством должны стать религиозный ультра-консерватизм (иудейско-христианский), программный анти-социализм и тщеславный национализм. Реализация этого проекта должна привести к улучшению отношений с США, Израилем и теми европейскими странами, в которых у власти находятся правоконсервативные силы.

Дипломатия на грани фола

По мере перехода от слов к делу внутри новой правящей элиты, похоже, возникли опасения, что новая внешнеполитическая доктрина может нанести стране экономический и политический ущерб. В результате группа ближайших соратников нового президента во главе с вице-президентом, генералом запаса Гамильтоном Мурау весь январь предпринимают попытки смягчить ряд внешнеполитических установок, возникших в период предвыборной кампании.

В результате этих действий неизбежно формируется как минимум концептуальный конфликт между Мурау и министром иностранных дел Араужу. Последнего уже довольно заметно пытаются отстранить от принятия решений, причем настолько, что вице-президент встречался с послами из ряда стран, включая Китай (влияние которого в Бразилии в ходе предвыборной кампании было объявлено Болсонару едва ли не основной угрозой национальному суверенитету) без присутствия министра. Это как минимум необычно и противоречит сложившейся практике. Однако действия Мурау не остались незамеченными. Бразильская пресса уже использует термин «санитарный кордон» для описания растущей изоляции Араужу.

Между Бразилией и Россией — СССР

В условиях намечающегося внутреннего противостояния крайне сложно прогнозировать, как будут развиваться отношения Бразилии с Россией. Последняя, в отличие от Китая, не подвергалась прямой критике со стороны нового президента, но, возможно, лишь от того, что вообще никак им не упоминалась в ходе предвыборной кампании. Можно лишь догадываться как он относится к этой стране.

Составными частями идеологии новой дипломатии должны стать религиозный ультра-консерватизм (иудейско-христианский), программный анти-социализм и тщеславный национализм.

Ярый антикоммунист Болсонару наверняка относится как минимум с подозрением к России из-за ее советского прошлого. В России, вероятно, это не очень хорошо понимают, но СССР по-прежнему остается важным фактором в двусторонних отношениях. Несмотря на то, что в этом году исполнится уже 28 лет с момента его распада, для бразильских правых политиков и существенной части населения президент Владимир Путин по-прежнему рассматривается как советский «apparatchik», чьи функциональные связи с КГБ не были оборваны. То, что самого КГБ не существует уже более четверти века, не играет никакой роли — его преемница пока такой же известности в Бразилии не сыскала (вероятно, к счастью), поэтому КГБ продолжает оставаться одним из мрачных символов всего советского.

Хотя влиятельные бразильские аналитики, такие как экономист Мэйлсон да Нобрега, настаивают на том, что «настоящий социализм» умер в 1991 году и что идеологический крестовый поход Болсонаро тщетен, в воображении многих бразильцев призрак коммунизма все еще живет в Кремле.

Поддержка, которую Россия оказывает изрядно потрепанному правительству Николаса Мадуро, помогает питать эту фантасмагорию. В интервью бразильскому телеканалу несколько недель назад Болсонаро выразил обеспокоенность по поводу российских военных маневров в Венесуэле и в этой связи даже заявил, что может рассмотреть вопрос о создании в Бразилии военной базы США.

Вот на таком нестабильном фоне предстоит развиваться отношениям наших стран. Естественно, что на данном этапе для каких-то точных прогнозов нет исходных данных, но из этой точки бифуркации просматривается как минимум три магистральных направления движения (каждый из которых может заметно колебаться при столкновении с непредсказуемой реальностью). Назовем их горизонтами — их очертания уже видны, но что за ними ждет пока не понятно.

Первый горизонт: возможен ли «Священный союз» в XXI веке?

Часть новых правящих элит Бразилии рассматривает путинскую Россию как государство, которое ближе к религиозному консерватизму (связанному с православным духовенством), чем к левому либерализму, идеологически проистекающему из «красного мая» 1968 г. Во главе этой группы стоит канцлер Араужу. Еще в 2018 г., прежде чем вступить в должность министра, он предложил «христианский пакт» с Соединенными Штатами и Россией. Такой союз по его мысли должен бросить вызов «оси глобализма», которая порождена Китаем, Европой и американскими левыми. Он заявил об этом как бы в едином идеологическом пакете, наряду с критикой участия Бразилии в многосторонних международных форумах и анонсом выхода страны из Глобального договора ООН о миграции.

Вполне возможно, что это впечатление морального и политического выравнивания, возможность которого видит канцлер между Бразилией и Россией (Болсонару и Путиным) было подкреплено любезностью российской стороны, которая поздравила его с победой на выборах. Болсонару ответил на поздравления, которые он получил от @KremlinRussia_E в Твиттере, написав 29 октября прошлого года в своем личном аккаунте: «Спасибо, президент Путин!». В дополнение к твиту российский лидер также отправил поздравительную телеграмму.

Хотя Путин, со своей стороны, наверняка с некоторым недоверием относится к непостоянному Болсонару, он не преминул протянуть ему руку и во второй раз — через письмо, отправленное в конце декабря 2018 г., в котором подчеркивается возможность стратегического партнерства между нашими странами. Несколько дней спустя Спикер Госдумы РФ Вячеслав Володин и его заместитель Ольга Епифанова отправились представлять Российскую Федерацию на инаугурации президента. Российская делегация также встретилась с действующим Спикером палаты депутатов Бразилии Родригу Майя, который планирует переизбраться на эту должность при поддержке Болсонару и его партии (Либеральная социальная партия).

Пекин остается для бразильских правых источником куда большего количества фобий, чем Москва.

Если такие контакты позволят побороть идеологические страхи и улучшить взаимопонимание сторон, Араужу, вероятно, будет уделять большое внимание союзу с Россией, в том числе, возможно, и в рамках БРИКС. Россия может потребоваться бразильской дипломатии в качестве противовеса влиянию Китая в этом блоке. Пекин остается для бразильских правых источником куда большего количества фобий, чем Москва. Ведь эта страна, не смотря на открытие ее экономики в последние десятилетия, формально остается коммунистической и является величайшим воплощением «красной опасности» для бразильских антикоммунистов. В своей очень спорной статье, времен, когда он был только кандидатом на должность канцлера, Араужу утверждал, что необходимо «противостоять маоистскому Китаю».

Второй горизонт: Realpolitik по-бразильски

Но что, если Араужу будет отодвинут, и на первый план выйдет Realpolitik, который продвигает Мурау? Как ни удивительно, но и в этом случае остаются дороги, которые ведут в Москву, хотя, может, они будут и не столь прямыми.

В недавнем интервью Мурау заявил, что он не понимает смысл ускоренного сближения между Бразилией и Израилем. Это прямо противоречит идее открытия посольства Бразилии в Иерусалиме, которое предлагал Болсонару в качестве поддержки аналогичного действия Трампа. В том же интервью он крайне неожиданно задался вопросом: «А готовы ли мы быть фанатами американцев любой ценой?».

Может ли Россия рассматривать такие заявления как приглашение к диалогу? На наш взгляд, вполне может.

Такой диалог мог бы состояться на очередном 11-м саммите БРИКС, который пройдет в Бразилии в 2019 г. Свободно владеющий английским языком Мурау может быть полезным собеседником для партнеров по блоку. Он меньше внимания уделяет «антикоммунизму» и, в отличие от Араужу, не считает вопросы глобального потепления и устойчивого развития, обсуждавшиеся на 10-м саммите организации, «узурпированными левой идеологией». России стоит воспользоваться этим шансом для наведения мостов.

Третий горизонт: переход на личности

А что, если отбросить в сторону все группировки и посмотреть на личные впечатления, которые лидеры двух стран могут произвести друг на друга? В этом случае будущее отношений между Бразилией и Россией тоже имеет перспективы.

Болсонару, как и канцлер Араужу является признанным поклонником президента США Дональда Трампа. У Трампа к Путину неоднозначное, но в целом позитивное отношение. Через критику политики России и обусловленную внутриполитическими факторами сдержанность в отношении этой страны у лидера США к Путину периодически проглядывает то уважение, а то и вовсе стремление подражать его манере.

Это, вероятно очень похоже на чувства нового бразильского президента к российскому лидеру. Нет сомнений в том, что Болсонаро как минимум уважает, а, вероятно, в глубине души и восхищается Путиным. Их сходства в политическом стиле, кажется, преодолевают их различия. Их сторонники ценят в них образ воина-патриота, который смело и безжалостно борется против «врагов нации».

Побывавшие в России на кубке мира бразильцы были поражены количеством сувенирной продукции, на которой был изображен Путин. Почти во всех случаях это агрессивный образ, связанный с демонстрацией грубой силы (чего стоит только знаменитое изображение верхом на медведе). Возможно, этот опыт был отчасти перенят в предвыборной кампании Болсонару, по крайней мере, в изображениях, которые распространяются через социальные сети, вокруг Болсонару формируется похожий культ. Два президента становятся все больше похожи с точки зрения «святости» и «избранности» их образа в глазах сторонников.

Личный контакт Болсонару с Путиным и китайским лидером Си Цзиньпином наверняка даст ему более реалистичное ощущение геополитики. Возможно, после этого он оценит возможности двусторонних и многосторонних переговоров, а мировое сообщество со временем начнет понимать, что вся воздвигнутая вокруг его фигуры идеологическая архитектура не более, чем «потемкинская деревня».

Оценить статью
(Голосов: 22, Рейтинг: 4.91)
 (22 голоса)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?
    Сдерживать военно-политическую активность России  
     262 (44.48%)
    Добиться распада и исчезновения России  
     172 (29.20%)
    Создать партнерские отношения с Россией при условии выполнения требований США  
     94 (15.96%)
    Создать союзнические отношения в противовес Китаю на условиях США  
     61 (10.36%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся