Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 3, Рейтинг: 4.67)
 (3 голоса)
Поделиться статьей
Павел Шлыков

Доцент кафедры истории стран Ближнего и Среднего Востока ИСАА МГУ им. М.В. Ломоносова, эксперт РСМД

Историческая встреча В.Путина и Р.Т.Эрдогана — символический финал российско-турецкой «холодной войны» и начало трудного диалога-торга: на место перекрестной воинственной риторики приходит привычный для 2000-х гг. поиск взаимовыгодного сотрудничества. Однако многоаспектный и даже диффузный характер российско-турецких отношений требует сложного механизма нормализации, для которого рукопожатие лидеров — необходимое условие, но еще не гарантия успеха

Символизм исторической встречи В.В. Путина и Р.Т. Эрдогана в Санкт-Петербурге состоит в том, что раздоры между Москвой и Анкарой должны отойти в прошлое. На место перекрестной воинственной риторики и обмена компроматом, последние полгода заполнявших эфир и полосы российских и турецких СМИ, приходит привычный для 2000-х гг. поиск взаимовыгодного сотрудничества в торгово-экономической, культурно-гуманитарной, энергетической и даже политической сфере.

Эскалация политической нестабильности после неудавшегося переворота в Турции, рост антиамериканизма и напряженности во взаимодействии с Брюсселем – все это создает дополнительное окно возможностей для Москвы в выстраивании заново партнерских отношений с Анкарой с «сильных переговорных позиций». Более того, внутри Турции, значительная часть населения которой убеждена в участии Запада в несостоявшемся военном перевороте, на сегодняшний день существует очевидный запрос на альтернативу партнерству с США, НАТО и ЕС.

Стоит отметить, что идея антизападного союза с Россией отнюдь не нова. Еще на заре 2000-х гг. на фоне охлаждения отношений с ЕС в Турции на самом высоком уровне звучали предложения создать «стратегическую ось» России, Турции и Ирана в противовес «неприемлемым требованиям ЕС». А в середине 2000-х гг. ощутимые успехи в развитии отношений Москвы и Анкары многие турецкие СМИ расценивали как пример «формирующегося альянса» против Запада и даже включения Турцию в «Евразийскую ось», создаваемую Россией, Китаем, Индией и Ираном. Поэтому звучащие сегодня идеи евразийского партнерства с Россией взамен сотрудничества с Западом по линии ЕС и НАТО не могут не вызывать устойчивое ощущение дежавю и недоверие. Ведь, учитывая уровень зависимости турецкой экономики от европейской, все эти призывы едва ли можно воспринимать всерьез.



Учитывая уровень зависимости турецкой экономики от европейской, все эти призывы едва ли можно воспринимать всерьез.

Поэтому завышенные ожидания быстрого вывода российско-турецких отношений на уровень стратегического партнерства, тем более столь же стремительного, сколь и их ухудшение после «черного вторника» 24 ноября, едва ли могут оправдаться даже после теплых слов Р. Эрдогана в адрес В. Путина и витиеватых заверений в дружбе навек. Ведь фундаментальные расхождения позиций Москвы и Анкары по ключевым вопросам – от ситуации на Ближнем Востоке до конфликта вокруг Украины, от кипрского вопроса до проблемы курдов – остаются на повестке дня, о чем открыто говорит даже российский МИД. И главное – Турция едва ли сможет пойти на компромисс по этим вопросам (если исходить из оптимистических ожиданий, что сегодня черед Анкары идти на внешнеполитические уступки), поскольку это потребует радикальной ревизии внешнеполитического курса по всем направлениям. Причем ревизии, неприемлемой для националистов и исламистов – основного электората президента Турции и правящей Партии справедливости и развития.

Быстрый старт нормализации двухсторонних отношений, о котором президент В.Путин заявил по горячим следам письменных извинений Р.Т.Эрдогана, не должен создавать иллюзий. Вернуть на «докризисный» уровень подорванное доверие с участием тех же лиц очень трудно. Личные отношения между лидерами не зря называют «химией», повторить реакцию иногда бывает невозможно. Конечно, между Москвой и Анкарой вновь налаживается непростой диалог, что уже немало, однако диалог в форме торга – привычном для Турции и столь неуютном для большинства ее партнеров и союзников. Кроме того, сам механизм нормализации российско-турецких отношений буксует с двух сторон. Очень показательна история с сохранением эмбарго на поставки турецких продовольственных товаров – одного из самых болезненных последствий «холодной войны» для Турции (по официальным статистическим данным, в общем объеме продовольственного импорта из Турции в Россию за аналогичный период 2015 г. на санкционные продукты приходился $1 млрд). Чиновники Роспотребнадзора заявляют, что оснований для снятия эмбарго нет. А министр сельского хозяйства России Александр Ткачев еще в середине июля (т.е. несколько недель спустя после письменных извинений Р. Т. Эрдогана и указаний В. Путина начать нормализацию отношений, в том числе торгово-экономических) откровенно признался, что правительство России не планирует в ближайшее время отменять продовольственное эмбарго в отношении Турции. И дело здесь не в желании продлить наказание для Анкары. А. Ткачев объяснил, что эмбарго сохранится, «потому что десятки, сотни сельхозтоваропроизводителей в разных уголках нашей страны поверили и услышали тот сигнал правительства, который поставлен – насытить российский рынок овощами собственного производства».



Формула «выведения отношений на докризисный уровень», о которой говорили оба президента, означает возвращение не только к старым, но и новым проблемам.

А как же энергетическое сотрудничество и перезапуск проекта «Турецкого потока»? Публичные заявления лидеров двух стран о взаимной готовности работать над реализацией масштабных проектов, в числе которых не только строительство газопровода по дну Черного моря, но и первая в Турции АЭС «Аккую», – один из наиболее ярких символов начавшейся нормализации двухсторонних отношений. Однако при детальном рассмотрении сюжета оказывается, что и с энергетической составляющей двухсторонних отношений все не так однозначно. Ведь турецкая сторона по-прежнему стоит на идее прокладки лишь одной нитки «Турецкого потока» вместо первоначальных четырех (одна – для обеспечения нужд собственно Турции взамен поставок через Украину, три других, доведенных по турецкой территории до границы с Грецией, – для европейских потребителей), что с политической и экономической точек зрения не отвечает интересам ни Кремля, ни «Газпрома».

Выходит, что формула «выведения отношений на докризисный уровень», о которой говорили оба президента, означает возвращение не только к старым, но и новым проблемам, которые несут на себе память семимесячной «холодной войны». Важно также понимать, что российско-турецкие отношения на сегодняшний день носят многоаспектный и даже диффузный характер – для их поступательного развития лидер-центричная модель 2000-х гг. уже в 2010-е гг. оказалась недостаточно эффективной, что требует более сложного механизма нормализации двухсторонних отношений. Рукопожатия лидеров в данном случае являются лишь необходимым условием, но уже не гарантией успеха.

Оценить статью
(Голосов: 3, Рейтинг: 4.67)
 (3 голоса)
Поделиться статьей

Текущий опрос

Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся