Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Поделиться статьей
Никита Мендкович

Эксперт Центра изучения современного Афганистана, эксперт РСМД

Программа переселения соотечественников из-за рубежа касается русских и русскоязычных диаспор во всем мире, однако на постсоветском пространстве ее перспективы наиболее значительны, благодаря большей численности соотечественников и их культурной близости к России. «Переселение» уже неоднократно называли провалившимся, критиковали за недостаточную масштабность, но, так или иначе, программа продолжает работать.

Множество стран от Румынии до Израиля широко используют в своей внешней политике фактор зарубежных общин соотечественников, которые могут прямо или косвенно поддерживать национальные интересы страны за ее пределами. Кроме того, эти общины могут выступать в роли источника демографических ресурсов, если страна будет содействовать репатриации соотечественников на свою территорию.

Россия также начинает уделять все больше внимания этому механизму в рамках использования своей «мягкой силы». Программа переселения соотечественников из-за рубежа касается русских и русскоязычных диаспор во всем мире, однако на постсоветском пространстве ее перспективы наиболее значительны, благодаря большей численности соотечественников и их культурной близости к России. «Переселение» уже неоднократно называли провалившимся, критиковали за недостаточную масштабность, организационные и концептуальные ошибки, но, так или иначе, программа продолжает работать.

Исторический контекст

Политика переселения нуждается в ускорении, так как возможности ее проведения вскоре могут сократиться из-за процессов социальной трансформации в странах ближнего зарубежья.

С проблемой массового переселения из других республик бывшего СССР Россия столкнулась еще в 1990-е годы. Вооруженные конфликты в Закавказье и Средней Азии, экономические потрясения, часто более значительные, чем в России, этническое насилие и дискриминация вызвали массовую миграцию русского и русскоязычного населения.

По данным официальной статистики, в 1991–2001 гг. в страну из-за рубежа въехало 7,2 млн человек, а миграционный прирост населения составил более 3,4 млн. Более половины иммигрантов прибыло в Россию в 1991–1995 гг., причем, по имеющимся оценкам, русские и русскоязычные соотечественники составляли в то время от трети до половины миграционного потока.

Россия пыталась справиться с этой ситуацией как могла: в 1994 и 1997 гг. принимались федеральные миграционные программы, которые были призваны помочь переселенцам влиться в российское общество. Однако дефицит средств, сложная социальная обстановка, внутриполитические проблемы не позволяли установить необходимый контроль над миграционными процессами и использовать их во благо принимающей стороны. В большинстве случаев был затруднен и процесс полноценного включения вновь прибывших в социально-экономическую жизнь страны. Как следствие, в конце 1990-х – начале 2000-х годов даже имели место случаи выезда высококвалифицированных иммигрантов в США и страны Западной Европы, т.е. повторной иммиграции (по личной информации автора, полученной из интервью с русскими эмигрантами в США 2000-х годов).

На текущий момент политика переселения нуждается в ускорении, так как возможности ее проведения вскоре могут сократиться из-за процессов социальной трансформации в странах ближнего зарубежья. В частности, происходит снижение доли русскоязычных жителей и качества владения русским языком, в том числе вследствие «дерусификационной» политики национальных властей. В результате со временем переселенческие программы могут лишиться значительной части тех, на кого они сегодня направлены.

Эти процессы затрагивают в какой-то мере и общины соотечественников, из-за ассимиляционных процессов среди молодежи происходит «старение» их активистов. Как показывают социологические исследования, проведенные в Латвии организациями соотечественников, у молодежи «размывается» русская идентичность, которая в ряде случаев сводится к браваде, а образовательные программы, реализуемые при поддержке России, воспринимаются исключительно с утилитарной точки зрения.

Фото: ИТАР-ТАСС
Особенно велик приток поселенцев из
Казахстана и Узбекистана

В ряде постсоветских государств общины соотечественников являются стабильным социальным явлением, и они вряд ли исчезнут в результате ассимиляции в ближайшее время. Однако в других случаях альтернативой активизации переселения служит прекращение самобытной общественно-культурной жизни.

Эффективность программы переселения

Программа переселения направлена на то, чтобы выровнять демографический и трудовой баланс страны за счет привлечения иностранцев, избегая при этом обычных проблем иммиграции, культурных барьеров и конфликтов. Федеральный закон «О государственной политике Российской Федерации в отношении соотечественников за рубежом» от 24 мая 1999 г. предусматривает систему критериев, в рамках которых в число переселенцев-соотечественников могут попасть только представители общего с россиянами культурно-языкового пространства. Лицам, попадающим в эту категорию, предлагались облегченная процедура получения гражданства, материальная поддержка на первых порах, помощь в трудоустройстве в России.

По данным Федеральной миграционной службы России, с начала работы программы до конца 2012 г. было подано 119 тыс. заявлений от желающих принять в ней участие на 258 тыс. человек (включая членов семей). Из них в программу было включено 79 тыс. заявителей или 166 тыс. человек, из которых в Россию уже въехало 125 тыс. Это преимущественно русские или русскоязычные жители стран Центральной Азии, причем особенно велик приток поселенцев из Казахстана и Узбекистана.

По имеющимся свидетельствам, интерес к данной программе в центральноазиатских республиках достаточно высок.

По сообщениям сетевого издания KM.RU, «…повышенный интерес у русского населения Казахстана вызывают презентации российских регионов, участвующих в программе переселения соотечественников. Особенно активны в этом плане граничащие с Казахстаном области РФ, испытывающие дефицит населения и квалифицированных кадров. На презентации Омской области, состоявшейся 3 октября в Кокшетау, зал местного дома культуры вместимостью 350 человек был полон, и люди, по свидетельству очевидцев, все подходили и подходили».

В последние годы, по данным официальной статистики, процесс переселения идет с нарастающей скоростью. За 2012 г. число соотечественников, въехавших в Россию, почти удвоилось, и миграционный поток, видимо, будет очень большим еще пару лет. Хотя на плановые показатели, исчисляющиеся сотнями тысяч человек, о которых говорили в начале процесса, выйти удастся не скоро, программа уже стала важным фактором демографического развития страны. По данным за 2011 г., 64% переселенцев были моложе 40 лет, 63% – мужчины, что немаловажно при высокой убыли мужского населения в России.

По сравнению с обычным составом трудовой миграции из стран СНГ образовательный уровень переселенцев достаточно высок. Приехавшие в Россию соотечественники демонстрируют совершенно иной уровень квалификации: 42% имеют высшее образование, 43% – специальное или среднее профессиональное, 99% – полное среднее образование или выше. Кроме того, в Россию уже переселились несколько заметных лиц, в частности, из Узбекистана приехала Надежда Воропаева, доктор химических наук, обладательница медали Международной выставки интеллектуальной собственности в Женеве, с Украины – Татьяна Волосожар, известная спортсменка-фигуристка. Обе получили в России работу и жилье.

Фото: РИА Новости, Виталий Безруков,
Красноярск

Очевидно, что программа может стать важным источником трудовых ресурсов для российской экономики.

Проблемы программы переселения

В официальных отчетах ФМС основной акцент делается на случаи сугубо позитивной оценки программы ее участниками, каковых действительно немало. Однако, по многочисленным свидетельствам, существует ряд крупных проблем, с которыми сталкивается большое число переселенцев. Это даже дало повод полномочному представителю президента РФ в Северо-Западном федеральном округе заявить: «В округе программа переселения соотечественников провалена. Анализ ситуации оставляет удручающее впечатление».

Наиболее болезненными остаются вопросы предоставления жилья для переселенцев и получения ими постоянной регистрации, которая в России нужна при оформлении медицинской страховки, трудоустройстве и т.п. Программы жилищной поддержки соотечественников существуют, однако, по многочисленным свидетельствам, являются недостаточно эффективными. Например, в Тамбовской области, по данным местного отделения ФМС России, за первые два года работы программы собственное жилье смогли приобрести менее 10% участников. С аналогичными трудностями сейчас сталкивается Костромская область, откуда из-за нехватки жилья переселенцы вынуждены уезжать в другие регионы. Причины этих проблем – недостаток средств, быстрый рост числа переселенцев, нераспорядительность местных чиновников или неприятие ими программы как таковой.

Впрочем, регионы России, вступающие в программу переселения, учитывают этот негативный опыт. Например, в Ленинградской области, которая намерена включиться в программу привлечения квалифицированных рабочих и инженеров из числа соотечественников, заранее разворачивают жилищные комплексы при развиваемых объектах. Однако надо учитывать, что поток переселенцев пока демонстрирует тенденцию к росту, а это предполагает усложнение старых проблем.

Фото: Gazeta.ru
В Россию уже переселились несколько
заметных лиц, в частности, с Украины –
Татьяна Волосожар, известная
спортсменка-фигуристка.

Второй комплекс проблем связан с работой с соотечественниками непосредственно в ближнем зарубежье. К субъективным трудностям можно отнести жесткий конфликт мировоззрений сотрудников ФМС и потенциальных переселенцев, который сводится к оценке сути программы (по материалам интервью автора с участниками программы и государственными служащими РФ, 2012 г.). В России многие убеждены в том, что программа является некоей «благотворительностью» для соотечественников за рубежом, позволяя им изменить свою жизнь к лучшему. Для многих же русскоязычных характерна иная модель мышления: в период после распада СССР они были лишены поддержки со стороны России, что расценивается ими как «предательство», а реализация переселенческих программ – как «искупление вины», т.е. основная обязанность принимающей страны.

Разумеется, это лишь две крайние позиции, но тяготение к одной из двух моделей мышления встречается чаще, чем хотелось бы. В результате переселенцы часто жалуются на невнимание при приеме заявлений со стороны российских сотрудников, убежденных в том, что политика страны и их труд явно недооцениваются. У переселенцев же порой «опускаются руки» при столкновении с бюрократическими барьерами, зачастую действительно избыточными, их напрягает необходимость совершать множество поездок в представительство, оформлять значительное число документов и т.п.

Следует учитывать, что потенциальные переселенцы нередко живут в непростой социально-экономической и даже этнополитической ситуации, связанной со стрессами, ограниченной свободой выбора, поэтому от них трудно требовать выдержки и нейтрального восприятия ситуации.

Данный комплекс проблем не имеет однозначного решения и может быть лишь смягчен в результате диалога между органами ФМС России и общинами соотечественников.

Возможность расширения рамок программы

В настоящий момент программа переселения соотечественников является механизмом воздействия на демографическую ситуацию, т.е. привлечения в страну большого числа культурно близких иммигрантов. Таким образом, программа носит «массовый» характер и направлена исключительно на управление крупными, статистически значимыми миграционными потоками.

К субъективным трудностям можно отнести жесткий конфликт мировоззрений сотрудников ФМС и потенциальных переселенцев.

Здесь существует проблема объективного характера, связанная с целенаправленным отбором кадров. Наблюдается явная тенденция к отбору кандидатов из числа дипломированных представителей инженерно-технических специальностей и высококвалифицированных рабочих (по материалам интервью автора с участниками программы и государственными служащими РФ, 2012 г.).

Прежде всего, чиновники руководствуются данными об общем спросе на российском рынке труда. Например, исследование Росстата конца 2010 г. выявило примерно 143 тыс. вакансий для высококвалифицированных специалистов, из них для специалистов социально-гуманитарного профиля предназначалось 51 тыс. мест, больше половины из которых приходилось на педагогических работников и бухгалтеров. Для работников средней квалификации (среднее специальное образование) гуманитарного профиля из 100 тыс. мест нашлось лишь менее 26 тыс.

Данные Министерства образования и науки РФ за 2011 г. демонстрируют еще более сильную диспропорцию – избыток порядка 100 тыс. выпускников гуманитарных факультетов вузов, экономистов и управленцев при острейшем дефиците медицинских работников, транспортных специалистов, естественнонаучных кадров.

Фото: ИТАР-ТАСС
Александр Журавский, Ольга Выхованец:
Возвращение соотечественников

Органы ФМС часто стремятся провести отсев «непрофильных» гуманитарных специалистов или перенаправить их на другую работу. Известен случай, когда молодому политологу из ближнего зарубежья, подавшему заявку на участие в программе переселения, предложили работу дояра в сельской местности (интервью автора с участником программы, 2012 г.).

С глобальной точки зрения подход можно признать верным, однако Россия объективно нуждается в определенном контингенте гуманитарных специалистов из стран постсоветского пространства. Имеются в виду переводчики, лингвисты и специалисты в области общественных наук. В рамках курса «мягкой силы» российским экспертным центрам нужно укреплять свои команды специалистов социологами и политологами, хорошо знающими ситуацию на территории постсоветского пространства. Это особенно актуально, учитывая, что некоторые западные государства располагают немалым кадровым резервом с подобными навыками из числа эмигрантов или местных специалистов, работающих по западным грантам в интересах экспертных центров Европы и США.

Разумеется, к этим кадрам необходим индивидуальный подход. Однако современная российская иммиграционная политика не имеет механизмов их оценки, поиска и привлечения.

* * *

Несмотря на то, что с момента распада СССР прошло более двадцати лет, политика России в вопросе взаимоотношений с соотечественниками, проживающими в бывших советских республиках, окончательно еще не сформировалась. В настоящий момент ведется поиск новых подходов к этой проблеме, и создаются институты, призванные воплощать их в жизнь.

Наиболее масштабной из действующих инициатив может быть признана программа переселения соотечественников в Россию, число участников которой уже превысило 100 тыс. человек и продолжает расти. Несмотря на многочисленные организационные трудности и меньшие, чем изначально ожидалось, масштабы, данную программу можно считать успешной. Она решает демографические и кадровые задачи, стоящие перед страной. Расширить рамки программы можно за счет создания механизмов индивидуальной работы с наиболее квалифицированными и востребованными потенциальными переселенцами.

Оценить статью
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся